Повелительница низлов - часть первая дилогии "Сквибы наносят ответный удар"

      Несколько дней псина спала и отъедалась, пока на её рёбрах стало уже невозможно сыграть, как на пианино. Тогда я позвала младшего брата Арчибальда отменить анимагическую форму моего неожиданного гостя, потому что он сам не мог или не хотел.       Когда узнали, кого я домой привела, его нежелание возвращать свою человеческую форму стало понятным. Это был разыскиваемый даже маггловскими властями беглец из тюрьмы Сириус Блек. Одетый в полосатое тюремное тряпьё.       Хорошо, что мы сидели на диване, а псина-анимаг лежала между нами и камином, иначе мы все бы попадали там, где стояли. Гарри Поттер, который подглядывал из-за дверного проёма и думал, что его не видно, закрыл рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Тоже его узнал по телевизионным передачам.       Увидев предателя своих друзей Поттеров, Пожирателя и убийцу в моём доме, я испугалась. А, ведь, сама привела, никто меня не заставлял. Я схватилась обеими руками за рукав брата и начала мелко дрожать от страха и ужаса.       Но Блек нас удивил. Он не прыгнул на нас, аки вампир, кусаться, а остался на четвереньках, даже не шевельнув пальцем. Лишь смотрел на брата огромными честными "синими" глазами. Они оба с детства знались, как иначе. Выходцы и Наследники Древнейших и Благороднейших, из Священных двадцати восьми, семьи – все м.., то есть, они – знали друг друга.       – Арчи, прошу тебя, только послушай меня и тогда решай, что делать! – хриплым неуверенным голосом заговорил Блек. – Это не я был, Арчи. Это Питер Петтигрю был. Питера помнишь?       Я посмотрела на бледного брата, чтобы увидеть его реакцию. Брат, по-моему, сдержал себя намеренно, чтобы дослушать исповедь Блека до конца. Сжав губы, он коротко кивнул головой, но я не поняла к чему он это сделал – согласился выслушать беглеца или подтверждал, что помнит Питера этого. Но Блек принял кивок, как согласие выслушать его объяснения и продолжил говорить:       – Когда Джеймс предложил мне, крёстному отцу Гарри, стать и Хранителем Фиделиуса, я вдруг задумался и, по правде говоря, встревожился. Мы с Джеймсом родня, двоюродные братья. Я стал бы первым кандидатом на эту роль, на которого все подумают, когда распространится новость, что Поттеры ушли в подполье. Мне умереть за крестника не страшно, но есть ведь и другие методы узнать пароль Фиделиуса! А я не силен в Окклюменции. И я сам предложил Джеймсу и Дамблдору – помнишь директора Хогвартса? – заменить меня на Питера.       – Кто ставил Фиделиус? – спросил брат.       – Как это "кто"? Дамблдор, естественно! И он, почему-то, очень Хвосту доверял. Его кандидатуру принял сразу, не только потому, что во время учёбы Хвост всё время таскался за нами, хотя никто всерьёз с ним не дружил. Но Питера в Орден Феникса Дамблдор принял.       – Питер Петтигрю давно мёртв, Блек!       – Липа это, Арчи. Бред! Питер, как и я, как и Джеймс, мы все одновременно стали анимагами. Джеймс был оленем, я, как вы видели, псом, а Питер – крысой. Поэтому мы звали того Хвостом.       На лице Арчи проступило внезапное понимание, что тогда могло бы случиться. Я тоже уже догадывалась. Но молчала. Сириус продолжил оправдывать себя:       – Если бы я был Хранителем Фиделиуса, я бы скрылся в том доме в-вв... не помню я... и никто никогда не нашёл бы меня. Но я, Арчи, адрес Поттеров не помню...       – Как так не помнишь, если Фиделиус давно пал и все знают дом-памятник семьи Поттеров в Годриковой Лощине? – Воскликнула я, не понимая, о чём говорит Блек. – Наша родственница живёт недалеко от того дома, он стал видим для всех сразу после события того Хеллоуина!       – Невозможно! Я даже посёлок не помнил, пока вы не упомянули его название, – удивился Сириус. – Арчи, когда меня арестовали, меня даже не допросили. Никакого Веритасерума, ничего. Взяли, скрутили в бараний рог, метнули на лодку и... "Привет, толстые холодные стены Азкабана!" Даже мои руки не посмотрели, сразу назвали меня предателем и сподвижником Волдеморта, его правой рукой. Какая "рука"? Посмотри сюда!       Он подворачивает оба рукава полосатой куртки и мы видим его чистые от Тёмной метки предплечья.       – Но тебя осудили, Блек... – начинает мой брат, но его прерывает сиплый выкрик Сириуса.       – Неправда! Меня не только не судили, я уже сказал – меня даже не допросили. Представь себе, даже палочку на последние брошенные мною заклятия не исследовали.       – Но-но-но, как же тогда было?       – Я уже сказал, но могу повторить, если хочешь. Оглушили, связали, бросили в лодку и...       Арчибальд не то, что никогда не дружил с Блеком, он их банду молодчиков терпеть не мог. Те были безбашенными гриффиндурками, которые, как только закончили школу, отправились учиться, а потом и работать в Аврорат. А мой брат закончил Рейвенкло и его со школьной скамьи, как говорится, взяли в Отдел Тайн, где он быстро вырос по карьерной лестнице до руководителя одного из его отделений. Даже я не знаю какого, не моему птичьему уму это знать. Но Сириус был из Блеков, был Наследником... А! Был ли Сириус признанным Наследником своей фамилии? Я быстро прошептала свою догадку брату на ушко и он кивнул головой, что услышал меня и запомнил всё.       – Слушай внимательно, Блек! Дашь Клятву полного подчинения моей сестре Арабелле Дорийн Фоули, – Арчи кивнул подбородком в мою сторону и всё ещё сидевший на ковре перед камином беглец вытаращился, шевеля губами. Я смогла различить "сестра, Фоули, сестра..." – Мне тоже дашь Клятву никуда из её дома не выходить, сидеть в тех комнатах, которые она тебе укажет. Здесь редко, но бывает Дамблдор, он не должен пронюхать о твоём присутствии. Иначе я за тебя не отвечаю. Заколдует он тебя и ты сдашься ему с потрохами. Запомнил? А я возвращаюсь в Министерство проводить расследование.       – Не забудь узнать о том таинственном домовике, который прошлым летом появился в доме Дурслей, Арчи, – напомнила я брату. – Ты отменил письмо-предупреждение, которое та дура Муфальда Хмелкирк по ошибке Гарольду отправила, но про домовика так ещё ничего и не узнал?       – Ничего, Беллс.       – Какой домовик, какой Гарольд? Вы о моём крестнике Гарри Поттере говорите?       – О нём, Блек. О нём. Ну и скотина ты оказался, крёстный, бросил младенца лесничему на руки, типа, делай с этим ненужным мне и доставучим ребёнком всё, что хочешь. А я геройствовать!       – Неправда это, мисс Фоули!       – Называй меня миссис Фигг, конспирация такая.       – Хорошо. Миссис Фигг. Хагрид сказал мне, что Дамблдор приказал то-то и то-то. И я, как с цепи сорвался. Обо всём на свете забыл, только о том, что мне надо Питера-предателя найти... нужно... Я думаю... я ... ду...маю...       – Правильно думаешь, Блек, – сказал Арчи. – Закладки у тебя в голове были. Понятно. Иду я, поищу в архиве твоё дело и сразу, как прочитаю всё, задействую, кого надо.       И мой брат сделал шаг в сторону камина, чтобы бросить дымолётный порошок в огонь. Но сидящий на ковре Сириус схватил того на подол мантии, воскликнув:       – Постой, Арчи, подожди немножко. Я попробую кое-что... Кричер!       С громким хлопком перед нами материализовался домовой эльф, невиданной мною ранее дряхлости. С грязной, прогнившей, воняющей наволочкой, еле держащейся у него вокруг пояса при помощи какой-то верёвки. И с огромными, злыми серыми глазами.       – Противный грязный предатель семьи, который разбил сердце своей матушки, позвал недостойного Кричера. Слушаю приказы отступника семьи Блек.       Рядом возник Добби и стал, указывая пальцем на Кричера, пищать:       – Это был он, добрая госпожа! Он был прошлым летом в комнате Гарольда Поттера, сэра. Из-за него мой великий хозяин получил предупреждение о нарушении Статута, госпожа.       В гостиную ворвался подслушивающий до этого момента Гарри Поттер.       – Тётя Белла, кто это на полу? Это не всеми разыскиваемый преступник Сириус Блек? А это дряблое существо – что за жуть такая?       – Гарри, сохатик! – вскинулся Сириус и кинулся обнимать подростка.       Тот быстро сделал несколько шагов назад, неуверенно посмотрев на моего брата. Арчи заметил вопрос и мольбу в зелёных глазах Поттера и наколдовал Щит между ними. Бездумно рванувший к крестнику Блек налетел на него и резко остановился.       – Почему? – спросил он. – Я крёстный отец Гарри.       – О, Блек! Я должен тебе открыть глаза на правду. Мне очень жаль, но ты таковым являешься только на бумажке в Министерстве. Если удосужились с твоим дружком Джеймсом до этого додуматься. В действительности, Лили выбрала для своего сына другого, уже магического, крёстного отца, который дал мальчику другое имя.       – Неужели Лили выбрала своего Сопливуса? – побелевшими губами прошипел Сириус.       – Нет, не его. Она выбрала взрослого волшебника, но тот, как и ты, тоже оказался безответственным. Мог бы по крестильной связи найти мальчика, забрать к себе и воспитывать. И Дамблдор стоял бы в сторонке и нервно курил бы. Но нет. И он тоже оказался ошибочным выбором.       – Кто, кто он? Я его...       – Ты ничего. Ты даёшь клятву сейчас и своего носа отсюда не кажешь. Потому что ты, придурок, сам выходец из тёмной семьи, бросив ребёнка Хагриду, не увидел, что рана у мальчика на лбу необычная.       – Почему? – удивился Блек.       – Ты мне скажи. В рану на лбу Гарри Волдем... Сам-знаешь-кто внедрил часть своей души.       – Невозможно! Это... это очень чёрная магия. Тот-самый не смог бы... Дамблдор бы...       – Ты всё ещё веришь своему Дамблдору? Глупец ты, Блек, и слепец при этом. Гнить более десяти лет в Азкабане, не получив от своего Светоча Дамблдора даже самого обычного расследования... И продолжать... Да ты сам только что говорил нам с сестрой, что это он, Дамблдор, ставил Фиделиус и принимал клятву Хранителя!       Брат шлёпнул себя по лбу и прикрыл глаза, изобразив высочайшую степень возмущения от непроходимой дурости последнего из Блеков.       – Слушай внимательно, псина облезлая! – закричал Арчи. Я брата таким злым никогда в жизни не видела и очень испугалась. А Гарри просто вымелся из комнаты, подглядывая из коридора одним округлённым глазом. – До этих каникул был в шраме Гарри хоркрукс Того-самого. Но в этом году, по допущению директора школы, парень познакомился с василиском Салазара Слизерина и его яд, в сочетании со слезами феникса, оказались для этого порождения тьмы смертельными.       – Хозяин, хозяин, добрый мой хозяин, – запричитало дряблое создание, носившее имя Кричер, – он отдал мне уничтожить ту злую вещь. Но Кричер оказался слаб и не справился с поручением-м-ммм... А-а-а, Кричер плохой, плохой эльф.       – Да, ты очень плохой, Кричер! – воскликнул Добби, вдруг подбежавший к нему. – Веди к твоему дому, чтобы добрые хозяева могли посмотреть на эту злую вещь. И стой подальше от Гарольда Поттера, сэра!       Мы все обернулись к припавшему к ногам Поттера дряхлому домовику.       Сириус вдруг подобрался и даже чуть поднялся со своего места.       – Кричер, я приказываю тебе перенести всех нас в мой дом!       – Ничтожный Кричер исполнит приказ бесполезного сына мой доброй хозяюшки Вальбурги.