я думал, что смогу, но не смог

      — Что делать будем? — спрашивает Бокуто и смотрит на всех собравшихся в кафе после закрытия, пришли даже Лев и Кенма (последнего было здесь довольно странно видеть, но по ходу Лев попросту сломал его компьютер, другая причина, почему тот находится здесь, совершенно не приходит в голову).       Вопрос улетел в толпу и разбился о тишину и каменный взгляд Акааши, устремлённый на причину их сегодняшнего сбора, сидящего в такой растерянности, что даже Куроо заткнулся и перестал шутить.       — Я не могу поверить, что вы созвали весь этот шабаш из-за приезда сюда тиктокера Ивы, — устало вздыхает Кенма, закатывая глаза и возвращаясь к телефону, чтобы просто переписываться с соигроками в чатах, потому что Лев сказал, что отберёт, если увидит игры на таком «важном» собрании. Кенме совсем не хочется бить Льва под коленку и потом слушать жалобы весь остаток дня.       — Ты бываешь хоть чем-то доволен? Кто тебя вообще позвал? — цокает языком Бокуто.       — Я, — Куроо пожимает плечами и смотрит на него, вскинув брови. — И чё ты сделаешь?       Бокуто хочет что-то ответить, даже встаёт, но вместо этого только выставляет ладонь с вытянутым указательным пальцем и открывает рот, наверное, пытаясь подобрать нужную мысль, однако ничего не выходит, и он усаживается обратно на стул, надувшись. Куроо на это только победно улыбается.       — А они вообще уже обговорили вопрос о встрече? — спрашивает Лев, звеня десятком своих браслетов, и ответ находит только в отрицательно вертящем головой Бокуто. — Беда… Может, его приворожить?       Кенма молча кладёт свою ладонь на его предплечье и укоризненно смотрит:       — Даже не думай.       — Но почему?       — Оставь эзотерику на тяжёлые случаи, это мы можем ещё решить простыми человеческими, — отвечает за Кенму Акааши, на мгновение оторвавшись от рассматривания Иваизуми, опустившего голову и запустившего пальцы в собственные волосы.       — О! Акааши, как насчёт совместного кавера с Ивой? Он же неплохо танцует, закаверите что-то в стиле припева The Eve от эксо и у вашего тиктокера не останется шансов, кроме как позвать Иву на свидание, — чувствуя себя самым умным, предлагает Куроо. — Я отвечаю, это беспроигрышный вариант.       В ответ на это Акааши смотрит на него, как на последнего придурка, Бокуто тихо смеётся, а Кенма откидывается на спинку стула и закрывает ладонью глаза — зачем он вообще на это подписался?       И только Ушиджима, наблюдавший за всем собранием без особой причастности, но со здоровым интересом в помощи Иваизуми, встаёт из-за стола во время разгоревшегося спора между всеми по поводу лучшего варианта обращения внимания тиктокера к их общему другу и легко хлопает Иваизуми по плечу.       — Тебе что-нибудь принести? — спрашивает он, на что слышит только гулкое мычание, расценённое, как согласие.       Спор не угасает даже тогда, когда Ушиджима доделывает кофе для себя и начинает готовить его для Иваизуми.       — Простите, парни! Опоздал.       В дверь кофейни заезжает скейтборд, а потом его хозяин — первым делом Тендо подходит к Ушиджиме и мягко целует его в щеку. На этот жест Куроо только делает вид, что его сейчас вытошнит, а Лев смотрит на не отвлекающегося от телефона Кенму с немым вопросом, почему они не могут так же.       Когда Тендо подходит к столу, то первым делом здоровается со всеми, а потом опирается на спинку свободного стула и щурится, направляя внимательный взгляд на Иваизуми:       — И чё с ним?       — Ойкава, — пожимает плечами Акааши и делает глоток остывшего чая.       Тендо хотел бы что-то сказать, но внезапно его перебивает Кенма:       — Это так зовут тиктокера? — он не отрывается от телефона, только на мгновение поднимает взгляд на Акааши.       — А по-твоему кого Лев манифестил? — спрашивает тот и тут же осекается, смотря на Иваизуми (ведь он тогда соврал, что ничего подобного не было), но тот вообще как будто не подаёт признаков жизни.       — Думаешь, я вас слушал? — Кенма всё-таки откладывает телефон и, вздохнув в который раз и не дав никому ничего вставить, продолжает: — Всё геймерское сообщество хейтит тикток, но, к сожалению, у меня есть один друг, который этим занимается, и он знаком с вашим Ойкавой.       — Он про Хинату, если что, — усмехается Куроо. — Я знал об этом.       — И не сказал?! — тут же влезает в разговор Бокуто, чуть ли не выпрыгивая со стула. — Мы почти месяц пытались понять, как начать их разговор, а можно было просто познакомить их через Хинату!       — Ну вы не спрашивали, — смеётся Куроо, продолжая троллить.       — Боже мой… — вздыхает Акааши, закрыв лицо ладонями под возгласы начавшейся перепалки.       К столу подходит Ушиджима и молча ставит перед Иваизуми кружку с обычным капучино. Тот только кивает головой, всё ещё находясь в прострации, и подтягивает кофе к себе. Ушиджима на это кивает своим собственным мыслям и садится рядом, осматривая всех собравшихся, которые продолжают между собой пререкаться. В спор влез даже Лев.       — Может, Ива просто предложит ему погулять? Как знакомые, — предлагает Ушиджима, выловив момент, когда все затыкаются.       Пару мгновений все сидят, молча смотря на Ушиджиму, как будто он сказал что-то невероятное.       — Так неинтересно, — прервав молчание и цокнув языком, произносит Тендо и закатывает глаза. — Вот если бы он позвал его на пиво…       — На пиво — это уже второе свидание, — говорит Куроо.       — А может, мы наконец-то спросим у Иваизуми, что он сам думает об этом? — выдыхает Кенма.       Некоторое время они ждут, когда виновник всего сборища хоть что-нибудь скажет, но тот только поднимает взгляд от кофе и вздыхает.       — Вообще-то я уже позвал Ойкаву погулять, — он пожимает плечами и замечает, как закипает от резкого раздражения Акааши. — Просто вы мне не дали сказать причину, почему я предложил собраться, а она в том, что он мне отказал.       В общем, всё оказалось довольно прозаично.

iwa_hajime: я тут подумал iwa_hajime: не хочешь погулять как приедешь в токио?

oikawa.tooru: Я не гуляю со сталкерами.       Иваизуми смотрел на это сообщение с нескрываемым непониманием и долго пытался сообразить, что на это ответить, потому что по сути не представлял, как это сделать. Он даже думал расписать ему, что вообще-то не сталкерил его и всё такое, да и вообще Ойкава сам предложил пообщаться, но…

iwa_hajime: ладно

      Он совсем не расстроился.       — Да не нравится мне этот тиктокер ебанутый, мне его просто жалко! — выдыхает Иваизуми и делает глоток кофе, который ему сделал Ушиджима. — Я не понимаю, почему вы заладили это…       — И именно поэтому ты ходишь сам не свой, — подытоживает Акааши. — Пялишься в пустоту, мало разговариваешь и всё в таком духе. Не то чтобы для тебя это несвойственное состояние, просто ты так держишься уже второй день… Но, конечно, это не из-за твоего тиктокера.       — Я не высыпаюсь, — говорит в противовес Иваизуми.       Они оба смотрят друг на друга, стараясь испепелить взглядом, но искры от наступающей бури, которую сам же Иваизуми и наслал, не сказав сразу об истинном мотиве встречи, прерывает Куроо, сладко потянувшись.       — Акааши, чилл, — он улыбается и пожимает плечами. — Иву можно понять хотя бы из-за того, что вы все и правда накинулись на него с этой идеей свидания, как будто это жизненно необходимо, но при этом не спросили, чего он сам хочет.       Куроо дружелюбно хлопает Иваизуми по плечу и закрывает глаза во время улыбки. Все остальные молча на него смотрят, обдумывая, что можно сказать, и только Кенма выдыхает немного раздражённое:       — Иногда ты своей правотой нереально раздражаешь.       Возможно, Иваизуми не такой уж и продуманный, каким его обрисовал Куроо на той встрече двумя неделями ранее, после которой он не заходил ни в какие социальные сети пару дней, думая, что ему делать с этой ситуацией, а потом решил, что в общем-то ничего страшного или смертельного не произошло. Он продолжил общаться с Ойкавой, будто никакого отказа и не было.

iwa_hajime:фотография iwa_hajime: акааши как те фотка

      — Стоп, — Иваизуми на секунду замирает. — О нет.       Возможно, в некоторых случаях история довольно циклична. oikawa.tooru: Почему у тебя в профиле нет ни одной твоей фотографии? Только со спины. oikawa.tooru: Ты красивый. Объективно даже очень.       Ойкава отвечает спустя несколько минут, за которые Иваизуми успевает написать Акааши, что он полный идиот и снова перепутал диалоги, пойти заварить ромашковый чай и чуть не сломать отросший ноготь на большом пальце, однако ответ Ойкавы заставляет его даже зависнуть.

iwa_hajime: спасибо? iwa_hajime: то есть эээ iwa_hajime: правда спасибо это просто неожиданно

oikawa.tooru: Больше неожиданно то, что ты снова перепутал диалоги, но в этом нет ничего страшного. oikawa.tooru: Если ты хотел меня впечатлить, то у тебя это получилось. oikawa.tooru: И знаешь oikawa.tooru: Я думаю, что мы всё-таки можем пойти погулять, пока я буду в Токио.       — Я иду на свидание с Ойкавой Тоору!       До закрытия кофейни был ещё час и Акааши писал о том, что такой лох, как Иваизуми, может прийти и запить своё горе фисташковым рафом, если всё обернётся большой катастрофой (Ушиджима даже вошёл в положение и сказал, что после закрытия они ещё могут посидеть полчаса и Иваизуми может поплакаться в его мужественное плечо — на самом деле он этого не говорил, это всё выдумка Бокуто, но посыл был понятен), однако никто не ожидал, что Иваизуми прямо с порога проорёт что-то подобное.       После недолгого молчания из-за разразившегося, как гром средь ясного неба, неожиданного высказывания на него отзывается такой же внезапно (вообще-то не очень) сидящий за стойкой Тендо:       — О, то есть ты признаёшь, что Ойкава тебе всё-таки нравится?       План был прост. Прост и надёжен, как швейцарские часы, но Иваизуми очень не повезло дружить с Бокуто и Куроо, потому что закрыть кафе и позвать туда всю группу поддержки (даже Алису) было явно не лучшей их идеей. Другой вопрос, как Ушиджима на это согласился, но что-то подсказывает Иваизуми, что он об этом никогда не узнает.       — Видел бы он своё лицо, когда смотрит на этого Ойкаву, — шепчет Куроо и Бокуто мерзко хихикает, от чего получает тычок в бок, служащий знаком прекратить насмешки.       За стойкой все решили поставить Ушиджиму, потому что, во-первых, он главный и хорошо готовит кофе, во-вторых, чаще всего молчит — второе, честно говоря, сыграло большую роль, потому что Бокуто имеет неприятную привычку иногда болтать с клиентами о том и о сём, а тут ещё нужно притвориться, что они с Иваизуми совершенно не знакомы… Такая миссия была бы обречена на провал.       — Этот Ойкава очень даже ничего, — шепчет Алиса, щурясь. — Не могу поверить, что у Иваизуми появился вкус.       Акааши не сдерживается и всё-таки тихо смеётся, притворяясь, что вовремя сказанная Бокуто шутка довольно смешная.       Сам же Иваизуми старался отгородить себя от лишних мыслей и сконцентрироваться на том, что у него всё-таки, ладно, не совсем свидание с Ойкавой. Честно говоря, до того, как они встретились в сквере недалеко от метро, Иваизуми жутко трясло, однако ему удалось взять себя в руки и не упасть лицом в грязь, как только Ойкава подошёл и озарил своей улыбкой вообще всё вокруг.       — Мне нравится твоя джинсовка, — сказал тот при встрече, а после начал всматриваться в чужое лицо, будто до этого ему не скидывали фотографию вовсе.       — Спасибо, — Иваизуми тогда улыбнулся как-то слабовато и поджал губы от неловкости из-за скользящего по его коже взгляда.       Между ними довольно быстро исчезла мнимая пропасть, которая, как Иваизуми думал, возникнет со стопроцентной вероятностью и будет преследовать их всю прогулку. Ойкава, вопреки каким-то слухам и злым комментариям, оказался вполне жизнерадостным и таким же интересным, каким был в диалоге директа. Иваизуми слушал его и слушал, вставлял свои реплики, рассказывал о чём-то и даже сделал несколько фотографий Ойкавы по его просьбе — и за всё время никто из них не притронулся к телефону, чтобы хотя бы проверить мессенджеры.       — Тебе нравится сладкое? — задумчиво спрашивает Ойкава, глядя на магазинчик со сладостями через дорогу, пока они ждут зелёного сигнала светофора.       — Да, — Иваизуми замечает, куда он смотрит. — Хочешь зайти и купить что-то?       — Потом зайдём, я куплю нам пирожные.       В кофейне ситуация грозится пойти наперекосяк.       От волнения Иваизуми забывает о том, что хотел расплатиться за двоих, за него это делает Ойкава, перед этим спросив, что тот будет, не дав и слова вставить. Иваизуми ничего не хочет, кроме того, чтобы глупое беспокойство исчезло, поэтому называет латте и смотрит на всех, кто сидит в кофейне с молчаливым призывом вести себя адекватно. Он вздыхает и говорит Ойкаве, что займёт столик у окна, а по пути шикает на всех, чтобы они прекратили так пялиться, потому что это слишком заметно.       — У тебя хорошо получаются фотографии, — говорит Ойкава и ставит перед Иваизуми стакан с кофе. — Я посмотрел некоторые из них, пока ждал. Я, наверное, их сейчас и выложу, тебя отмечать, как фотографа? — И мило смеётся, утыкаясь в телефон.       А у Иваизуми непонятная паника, он смотрит на Акааши, который с натянутой кепкой и маской на лице (чтобы Ойкава, мало ли, не узнал) зажимает Бокуто рот, лишь бы он не сказал что-нибудь лишнее, и тот свободной рукой показывает большой палец в знак одобрения (вообще-то он очень счастлив, что всё в порядке и не приходится брать ситуацию в свои руки, однако всё равно решается на ужасный шаг и аккуратно целует Бокуто, что его полностью обезоруживает и заставляет успокоиться, а Куроо рядом делает вид, что его вот-вот стошнит).       — Да, если хочешь, — у Иваизуми голос довольно уверенный (Ойкава на мгновение поднимает на него взгляд и улыбается).       Тендо, сидящий почти аккурат за Ойкавой, меняется в лице, удивлённо смотря тому будто бы в экран телефона, а потом тянется к сидящему за соседним столом Акааши и улыбается, когда сообщает ему что-то. Акааши внезапно чуть ли не сияет и показывает быстро глянувшему на него Иваизуми телефон, мол, сейчас пришлёт сообщение, но тот смотрит на него с укором, потому что старается полностью посвятить себя этой встрече, но когда он всё-таки тянется за телефоном, чтобы проверить, что же ему там написали, Ойкава заканчивает с инстаграмом и смотрит на Иваизуми, что заставляет его отложить телефон.       Разговор идёт как по маслу: честно говоря, Иваизуми всё ещё не понимает, как так вышло, что они раз за разом находят тему, на которую могут свободно разговаривать продолжительное время — в какой-то момент его даже перестают тревожить взгляды друзей, периодически направленные на них. Ойкава несколько раз обращает на это внимание, но никак не комментирует (Иваизуми очень надеется, что он подумает на свою популярность в тиктоке, а не догадается, что вся встреча в кафе заранее спланирована и контролируется от начала до самого конца — боже, как будто они в каком-то отсосном шпионском фильме типа сколько-то там друзей Оушена или что-то такое). Такой ход событий не выглядит катастрофичным, по крайней мере до тех пор, пока…       — Так почему ты никогда не выкладываешь свои фотографии? — спрашивает Ойкава после того, как в очередной раз заходит в инстаграм и что-то там делает, на этот раз низко держа телефон, но Иваизуми всё так же ничего не видит. — У тебя инстаграм про закаты?       — Не совсем, — глупо усмехается тот и тянет ворот майки, будто ему вдруг стало душно.       Телефон начинает разрываться от уведомлений и Иваизуми аккуратно смотрит на Акааши, пока тот агрессивно тычет пальцем в экран собственного телефона — ему не хочется его трогать, и он снова возвращает внимание к Ойкаве.       — Я просто не умею делать селфи, — Иваизуми глупо отшучивается, и на его (и не только его) удивление Ойкава улыбается. Вполне искренне, к слову, за что получает несколько десятков очков и полный доступ к Иваизуми (он совсем не может устоять перед чужой улыбкой).       — Та фотография, что ты мне скинул, была вполне неплохой, не лукавь.       — Она была одной из сотки тех, что я сделал, — у него глупо краснеют уши и он очень надеется, что Ойкава не будет придавать этому какое-то значение или вовсе не будет туда смотреть.       Тот только задумчиво делает глоток своего кофе, смотрит в окно, а затем медленно переводит взгляд обратно к Иваизуми:       — Покажешь мне остальные? — и снова улыбается.       Наверное, в этот момент у Иваизуми сердце по-глупому пропустило удар, а по позвоночнику прошёл невероятно мощный заряд тока — это ведь Ойкава так флиртует, да? Иваизуми ничего не перепутал? Он быстро смотрит на Акааши, но тот только удивленно смотрит в их сторону и совершенно не представляет, что на это можно ответить (боже, как будто он сам большой эксперт в любовных взаимоотношениях и пикапе).       Иваизуми честно был готов уже в этот момент забить на прилившую к щекам краску и ответить что-то невыносимо необдуманное, чтобы потом было так же ужасно стыдно, но в этом его опередил так некстати открывший рот Лев:       — Боже, а могли просто приворожить этого тиктокера, а не наблюдать за тем, как Ива пытается спрятать слона в комнате.       У Иваизуми, кажется, даже глаз задёргался. Он как можно спокойнее встал, взял свой кофе, облизал пересохшие губы и подал руку Ойкаве, а следом сказал:       — Знаешь, тут вообще-то кофе говно, да и музыка на фоне отстой из две тысячи четырнадцатого, пойдём, а?       Ойкава удивлённо на него посмотрел, но только забавно усмехнулся и в одну руку взял стаканчик с кофе, а во вторую положил в раскрытую перед собой ладонь и позволил себя чуть ли не бегом увести из кафе, в котором на мгновение повисла тишина.       — Акааши, — Бокуто наклоняется к нему и наивно продолжает: — Я не понял, он быканул?       — Нет, Бокуто-сан… — тот снимает маску и кладёт ладонь на чужое плечо в успокаивающем близившуюся бурю жесте, но Бокуто отворачивается к ржущему Куроо.       — Куроо, ты мне скажи, он быканул щас?!       — И что это было? — Ойкава смеётся, когда они оказываются рядом с набережной.       Иваизуми глотает слюну, смотрит на него в тот момент, когда лучи медленно заходящего солнца красиво ласкают чужую кожу, и теряет дар речи совсем — не то чтобы его краш не был таким заметным, просто он всё ещё не особо хочет признавать, что позорно влюбился в тиктокера, которому по приколу написал пару слов поддержки.       — Ничего? — он пожимает плечами, а затем неловко усмехается и чешет затылок.       — Не делай из меня глупого, — на какой-то момент Ойкава выглядит довольно серьёзным, но тут же резко прикрывает глаза и снова улыбается: — Я тебе нравлюсь, Ива-чан? — И интонация такая, от которой по рукам пробегают мурашки.       Иваизуми делает глоток кофе в попытке убрать ком в горле и совсем не знает, что ответить.       Прогулка длится до полной темноты и усталости в ногах у Ойкавы, он совсем не привык так долго ходить, хотя энтузиазма и энергии ему хватило для того, чтобы поддержать всю атмосферу, потому что в какой-то момент Иваизуми показалось, что он перегнул палку с собственными эмоциями. Это была глупая мысль, но от её навязчивости он никак не мог избавиться, как бы ни пытался.       Возле снятых апартаментов Ойкава как-то неожиданно наклонился к Иваизуми на прощание, так, что тот хотел даже зажмуриться, но Ойкава только потрепал его по волосам и снова улыбнулся в своей простой манере, но так, что что-то внутри дало весомую трещину и наконец разломалось окончательно.       — Спасибо за прогулку, Ива-чан, — мягко произнёс тот. — Я свободен через два дня, надеюсь увидеть тебя!       Дорога до кафе занимает чуть меньше сорока минут, Иваизуми тратит последние силы, пока бежит до транспорта, а потом от него к дверям закрывающегося здания, чтобы постучать в двери и увидеть, как там всё ещё сидят Бокуто, Акааши, Тендо и Ушиджима — ждут.       Первые несколько минут Иваизуми просто сидит и пьёт воду стаканами, которые Ушиджима то убирает, то ставит перед ним, а потом внезапно залипает в одну точку и сидит так ещё некоторое время, как будто остальные совсем не хотят домой, а собираются тут всю ночь ждать его просветления. Но никто не возражает, все только молчат и терпеливо ждут, пока Иваизуми скажет хоть слово.       — Он меня позвал на второе свидание, — вываливает неожиданно Иваизуми, когда Бокуто уже собирается уходить, но Акааши задерживает его за воротник.       — Правда? — спрашивает Тендо с нескрываемым сарказмом. — Ещё бы он тебя не позвал.       Иваизуми требуется время, чтобы прогрузиться, но он всё-таки спрашивает:       — В каком смысле?       — Ты вообще телефон не проверял? — Акааши удивлённо смотрит на него.       — Нет…       Он достаёт телефон из кармана джинсовки и прошаривается по уведомлениям, пока взгляд не цепляется за сообщение от Акааши. бесплатный кофе: Он сфотографировал тебя.       — Я сказал Акааши, типа, фу, чел, это стрёмно фоткать кого-то без его согласия, — начал Тендо. — Но потом подумал, что там даже лица не было видно, просто красивая эстетика того, как ты держишь стакан кофе и…       Тендо что-то продолжал говорить, а Иваизуми всё смотрел на сообщение от Акааши и, кажется, совсем перестал понимать происходящее, пока внезапно не пришло уведомление о том, что Ойкава выложил новый пост в инстаграм спустя долгое время — надо же. И Иваизуми сразу же нажимает на уведомление, чтобы открыть и поставить лайк, ожидая, что там будет что-то из тех фото, что он сделал в этот день — их было довольно много, а с учётом того, с какой периодичностью Ойкава выкладывает посты, их хватит надолго. Однако…       — Ты чего завис? — спрашивает Тендо и обходит стол, чтобы заглянуть в чужой телефон, а затем резко закрывает рот, чтобы не вскрикнуть. — Акааши! Бокуто! Посмотрите сюда срочно!       Те так же обходят стол и застывают ровно таким же образом, как и Иваизуми, глупо залипший в экран, на котором висит пост Ойкавы с тем самым фото из кафе и QR-кодом из спотифая, а в подписи красуется эмоджи конфеты — загружая спотифай*, Иваизуми как-то неожиданно вспоминает, что они так и не зашли в магазин со сладостями.       — Нет, ну, может, он просто решил поделиться треком? — на следующий день Иваизуми задаёт вполне резонный вопрос, когда он сидит дома у Акааши.       — И часто он так делится треками? — получив резонный ответ, Иваизуми замолкает.       Ойкава пишет ему через обещанные два дня и они, прогуляв весь день, опять забредают в район, где расположена кофейня Ушиджимы. Ойкава долго-долго смотрит на спрятанное в тени деревьев у дороги здание, а потом переводит взгляд на Иваизуми:       — Как зовут твоего друга, который там работает?       — Друга? — Иваизуми никогда не был хорош в том, чтобы изображать искреннее непонимание.       — Ива-чан, — Ойкава смеётся, но как-то совсем по-доброму, — у Акааши в инстаграме есть фотография его бойфренда, вы подписаны друг на друга, и я увидел у него в профиле фотографии отсюда в форме, и, ну, знаешь, сложил два плюс два. План подстроенного свидания был хорош.       Иваизуми сгорает: то ли со стыда от собственной глупости, то ли из-за того, что Ойкава назвал их прогулку свиданием, но прежде, чем он успевает что-то сказать в собственное оправдание, его прерывают.       — Это было забавно, если что. Я понимаю, что ты хотел меня впечатлить и всё такое… Мне приятно.       Его слова совсем не сработали для спокойствия Иваизуми, однако с Ойкавой (к собственному удивлению) он увиделся ещё несколько раз (почти каждые два дня на самом деле), и каждая прогулка была наполнена множеством уже других по-доброму неловких ситуаций, взаимных улыбок и через какое-то время ненавязчивых прикосновений — с Ойкавой было спокойно и комфортно, и Иваизуми очень хотел бы, чтобы Ойкаве было так же хорошо и с ним. К счастью, Ойкава сам предлагал погулять, пока он свободен от встреч по поводу своих тиктоков с продакт-плейсментом. На одной такой встрече Иваизуми всё-таки присутствовал: там он впервые увидел Хинату и, поняв, как те общаются «без камер», почему-то почувствовал себя намного легче, чем было до. Возможно, потому что груз непонятных переживаний по поводу отношения Ойкавы к нему как-то быстро спал и превратился в несущественную проблему, возможно, потому что Ойкава от него не отходил ни на шаг и предложил даже сняться в тиктоке, но Иваизуми согласился только на мимолётный кадр на заднем плане (он удаляет тикток — потом Бокуто скажет, что в комментариях многие начали спрашивать про него).       — Ты здорово держишься в кадре, — Ойкава хлопает его по плечу и задерживает на нём ладонь, как бы невзначай сжимая пальцами чужую футболку.       — Я появился там на пару секунд, — Иваизуми глупо смеётся и свободной от чужого прикосновения рукой тоже, как бы случайно, тянется к ладони у себя на плече и мягко касается её.       Хината, зацепив это взглядом, думает «найдите себе комнату» — кажется, что так думает кто угодно на площадке.       — Не хотел бы остаться в Токио?       Уже вечером, когда они вдвоём медленно прогуливаются по пустынной набережной, Иваизуми думает, что это отличное время, чтобы задать этот вопрос, волнующий его больше остальных.       — А есть зачем? — лукаво отзывается Ойкава.       — Больше возможностей, фанаты, встречи, коллабы и вот это всё, я не особо разбираюсь, ты сам позвал на эту пару съёмок и я наслушался от вас. Я просто заметил, что тебе это нравится, и то, как ты выглядишь, когда общаешься с новыми людьми… это круто, — он не стал говорить, что тот выглядит настолько потрясающе красиво, что ему не хватает слов описать это.       Ойкава смеётся:       — Я привык совсем к другим вещам, — он качает головой. — Раз в полгода такие встречи на месяц для коллабов и знакомств — это прекрасно, но я больше не вытяну, кажется, да и если оставаться, то разве в остальные месяцы в ожидании новых сборов тиктокеров мне будет с кем провести время? Эти ребята очень приятные, но я не горю желанием общаться с ними вне нашей совместной работы.       — О, — только произносит Иваизуми и больше ничего не говорит. Он отворачивается и тихо цокает языком, как-то задумчиво вдруг начав пялиться на воду. Не то чтобы он думал, что они с Ойкавой станут классными друзьями за это короткое время, но ему показалось, что они понравились друг другу — это, конечно, не причина остаться в Токио, но этого, наверное, могло бы быть достаточно, чтобы не говорить про то, что ему будет не с кем провести время. Почему-то в этот момент Иваизуми думает, что наверняка навязал своё общество и вышло как-то не очень красиво, да и вообще…       — Ива, — тот выныривает из своих мыслей и смотрит на Ойкаву, который тоже смотрит на него, — я не хочу, чтобы ты думал, что мне неприятно проводить время с тобой. Это не так, с тобой классно тусоваться, и я рад, что мы стали… друзьями?       Последнее выходит как-то неуверенно, но Иваизуми улыбается, останавливается и тянет Ойкаву, перехватывая его ладони, а тот только смеётся, мягко так, красиво и непринуждённо. На набережной кроме них, как будто специально, никого нет, и это делает всю ситуацию такой до глупости невозможной, что хочется себя ущипнуть, чтобы проверить, не сон ли это, но все ощущения сосредотачиваются на тёплых руках в его пальцах и яркой улыбке напротив. О чём-то другом думать просто не получается.       — Ты мне нравишься, Ива, правда, очень-очень нравишься, — вырывается у Ойкавы на выдохе, и он тут же впервые за всё время их общения краснеет. — Но я не могу остаться в Токио.       — А я не могу уехать к тебе, — Иваизуми, поставив печальное заключение, совсем не знает, что ещё ответить, поэтому чуть сжимает чужие ладони в своих и пытается не задохнуться от кома, образовавшегося в горле и не дающего дышать совсем. Он прижимается ближе, смотрит на чужое лицо и от незнания, что делать, сам по-глупому смущается и отворачивается, не отходя ни на шаг.       Ойкава грустно улыбается в тот момент, когда, кажется, весь закатный берег отражается в его глазах.       — Посмотри на меня, — говорит он мягко. — Ива…       — Смотрю, — тот поворачивается и тут же на выдохе выдаёт: — Почему ты тогда согласился со мной погулять?       Ойкава немного удивляется вопросу, но тут же снова улыбается:       — На самом деле я был не против пойти с тобой куда-нибудь, как только ты предложил, просто я боялся, что ты можешь быть старым извращенцем или вроде того, — он пожимает плечами и смеётся. — Ты интересный собеседник, но сам понимаешь, осторожность и всё в этом духе… Хотя до встречи я всё ещё боялся, что ты не тот, за кого себя выдаёшь и…       — Ты слишком много думаешь, — Иваизуми качает головой.       Ойкава улыбается и цокает языком, как будто его подловили на чём-то (фактически так, возможно, оно и есть). Они молча стоят друг напротив друга несколько мгновений, пока мысль «сейчас или никогда» не врезается в голову, заставляя действовать.       — Можно? — Иваизуми кусает собственные губы, смотря то на чужие, то в глаза напротив.       Ойкава тихо смеётся:       — Конечно, — и сам льнёт ближе.       Иваизуми, честно говоря, не мог себе представить, что когда-то будет целоваться с Ойкавой, и это будет ощущаться так хорошо и правильно, как будто именно так всё должно и быть, как будто они полностью подходят друг другу — глупость какая, возможно, это всего на один раз.       Возможно, после этого они никогда не увидятся.       Иваизуми старается не думать об этом и тянет Ойкаву за рубашку ближе к себе, чтобы забыться совсем и хотя бы на какой-то момент перестать думать о том, что всё в жизни не может быть идеальным и таким, как хотелось бы. Ему это удаётся на то мгновение, когда Ойкава кладёт ладони на его затылок и улыбается в поцелуй — оно того явно стоило.

вы: ну вот и короче мы поцеловались

бесплатный кофе: Это здорово, Ива, я очень рад. Бокуто, кстати, тоже. Не удивляйся только тому, что об этом уже знают все наши друзья и даже Алиса.

вы: да я понял

бесплатный кофе: Мне кажется, что ты не особо радостный от этого события. Скоро Ойкава уезжает?

вы:послезавтра

бесплатный кофе: Ну, вы ещё сможете увидеться завтра. Всё будет в порядке, Ива, мы найдём решение и этой ситуации тоже.       Утро начинается с того, что у Иваизуми болит голова, а ещё он потянул мышцу на предплечье — не то чтобы для него такое в новинку, просто неприятно. Сейчас снова придётся пить обезболивающее и ходить с больным предплечьем пару дней, прежде чем он снова сможет делать какие-то стандартные дела без особой боли и двумя руками, а не одной. Как назло, это ещё и правая. Ему определённо нужно купить себе новую кровать, как только будет такая возможность.       Он неспеша заваривает себе кофе, на ходу зевая несколько раз подряд, и чешет щеку — на учёбу через два часа, ещё успеет в ванную. Он кладёт телефон на стол и, опираясь на него здоровой рукой, подключает вай-фай с мыслью о том, что надо предложить Ойкаве встретиться в последний раз перед его отъездом — на лице возникает лёгкая улыбка от ощущения, будто губы до сих пор горят и покалывают от того, сколько раз они поцеловались за тот вечер.       Сообщение от Ойкавы в директе уже висит на тот момент, когда Иваизуми заходит в инстаграм с предвкушением распланированного вечера, но тут же как будто врезается в невидимую преграду. Возможно, если бы он держал телефон в руках, то уронил бы его, как и кружку, но всё остаётся на столе, а его пальцы сжимают края дерева и резкую, будто давящую тишину, разрезает только его разочарованный вздох. oikawa.tooru: Я соврал тебе и уезжаю сегодня. Прости, не хотел с тобой прощаться прямо на станции, я бы так точно никогда не уехал. Было очень здорово провести с тобой время, Ива. Можешь быть уверенным, что всё было искренне. oikawa.tooru: Надеюсь, увидимся с тобой через полгода :)       — Надеюсь. _____ * — там должен быть трек бэкхёна candy, но как и просила бета, песня айс разными голосами