Кровавая бойня

      Дом озарялся большим количеством солнечных лучей. Рыбки в аквариуме сияли золотом. Свет и тишина царили в доме… Бакуго проснулся от лучика солнца, что попал ему прямо в глаз. Немного покривив лицо и состроив кислую мину, он открыл глаза. Прошло чуть больше 10 секунд прежде, чем он привык к свету, что был у него в комнате. Приподнявшись и почесав затылок, Кацуки потянулся и посмотрел на время. Выругавшись, он встал и пошёл в ванную.       «Ничто так не освежит, как прохладный утренний душ», — подумал Бакуго и встал под холодную струю воды. Было холодно. Мелкая дрожь пробежала по телу. «Киришима, ублюдок, как ты мог просто так пропасть? Как?» — повторял про себя Кацуки. Он не понимал, как его можно было похитить, не оставив даже следа? Усыпили? Или связали? Через мгновение вода стала холоднее и мысли покинули голову. Сделав воду ещё холоднее, блондин поднял голову и вода, что несильным холодным напором бежала на макушку головы, стала попадать прямо на лицо. Холодные струйки бежали по лбу, скатывались и пробегали по закрытым векам, ресницам. Доходили до щёк и полосами сползали на челюсть. Затем мелкие струи бежали по шее, ключицам, груди и прессу. Бакуго резко открыл глаза, почувствовав, что вода стала теплее. К его удивлению, это был Тодороки, это он сделал воду теплее. Его повседневное лицо, что было расслабленным и спокойным, сейчас выражало полное недоумение.       — Не холодно, красавица? — улыбнулся Шото и повернул ещё немного кран теплой воды. Сделав чуть теплее, он сел на стул, на котором висела одежда. Закинув ногу на ногу, он уставился на Бакуго, что охуевал от такого поведения. Потупив взгляд, Кацуки выключил воду и повернулся к парню, сидящему на стуле.       — Может полотенце подашь, а? Двумордый ублюдок… — прошипел блондин, на что получил своё. Неудачно поймав полотенце лицом, Кацуки вытерся и начал одеваться. Шото тихо сидел и сверлил взглядом Бакуго, который начинал выходить из себя из-за пристального взгляда. — Ну и чего ты пялишься?! — белая майка полетела в сторону гетерохрома. Реакция Тодороки позволяла ему спокойно поймать или увернуться от объекта на такой скорости, но он решил ничего не предпринимать. Пусть успокоится блондин, ему это сейчас нужно. Спустя несколько минут Бакуго наконец оделся и они вдвоём пошли вниз на кухню.       — А как ты тут оказался? — подсыпая немного сахара спросил Кацуки. Он что-то готовил, что-то сложное. Белые руки постоянно мелькали из стороны в сторону. Тодороки аккуратно, тихо, спокойно встал и подошёл к Бакуго сзади. Блондин был на целую голову ниже гетерохрома. Тодороки наблюдал из-за его спины как он готовит. Что-то… Салат?.. Да, это был салат из фруктов: банан, яблоко, манго и клубника — все они были аккуратно нарезаны и перемещены в тарелку. Рядом, в чуть меньшей тарелке, была перемешана злаковая каша с голубикой и малиной. Недалеко от тарелок стояли две чашки кофе.       — Не стой над душой… мешаешь… — прошипел блондин, и Тодороки послушно сел за стол в ожидании своего второго завтрака. Кацуки поставил на стол тарелку с кашей и фруктовый салат. Затем кофе. Сев напротив гетерохрома, Бакуго начал есть салат и сквозь набитый рот спросил. — Кофа Иида прифот? Он фе не опафдывает… (когда Иида придёт? Он же не опаздывает…)       — Я ему звонил, — Тодороки сделал глоток тёмной жидкости с бархатистым запахом. Золотистая пенка, запах, даже количество сахара было идеально. — Он не ответил.       — Как?! Только не говори что… — глаза Бакуго расширились. Он не мог поверить что Ииду тоже похитили… или может он просто потерял телефон? Но Тенья всегда отвечал на входящие.       — Мы ещё ничего не знаем… Ешь быстрее и пойдём проверим 91-й переулок. Что-то мне подсказывает что Иида утаил от нас что-то… — Сделав ещё несколько больших глотков, Шото поставил пустую чашку на стол.       — Угу! — впихивая себе в рот весь оставшийся салат, в нос сказал Бакуго и, закинув посуду в раковину, побежал обуваться. Шото последовал за ним и, обувшись, они пошли на улицу.       Дойдя до переулка номер 91, Бакуго проверил свои карманы на наличие в них оборонительных предметов: шокера и перцовского балончика. Пройдя вглубь темного прохода, Шото присел возле стены. Немного посидев, он что-то нашёл. Встав и подойдя к блондину, Тодороки показал электрошокер тёмного-серого цвета с гравировкой Ииды. Немного потупив взгляды друг об друга, парни начали искать зацепки. Любые, главное чтобы они хоть чем-то помогли. Бакуго, что возился около мусорного бака, что-то отыскал. Собравшись вместе в более безопасном месте, они выложили всё то, что нашли. Тодороки положил небольшой пакетик с единственным волоском в нем. Бакуго начал сразу хохотать, как лошадь.       — И ты надеешься, что это нам поможет?! — продолжал смеяться Кацуки. — Тут столько людей ходит каждый день. А ты за один волос зацепился! — вытерев слёзы от смеха, Бакуго достал из кармана сломанные очки. Это были очки Теньи.       — Значит теперь мы точно знаем что Ииду похитили… Кто же? — себе под нос начал обдумывать Шото. Он не имел даже представления кто это. — Ладно, я отдам документы, чтобы мои люди нашли базу этих «Чёрных», встретимся вечером в девять, — сказал Тодороки и забрал «свой» пакетик. Встав, гетерохром решил пойти в одно место и сказал об этом Бакуго. Тот его не держал. Шото ушёл первым, оставив блондина думать, что делать с пропажей Ииды и его очками…       Первым делом, Тодороки пошёл в лабораторию, что была у него на базе в подвале. Шото шёл вдоль цветных домов, наблюдая за людьми, что вечно куда-то спешили, мельтешили, бегали. Он не понимал и задавался лишь одним вопросом: «Зачем?.. Зачем они спешат, если можно просто рассчитать время и прийти вовремя? Зачем бежать, если можно идти? Зачем они бегут на красный? Успеть на электричку? Но машина…» Парень так задумался, что покинул мысли только тогда, когда ему начал сигналить грузовик. Он шёл на красный свет. Быстро уйдя с дороги, Шото стал ждать нужного сигнала и когда он загорелся Тодороки быстро пошёл в нужное ему место. Через 15 минут он был на месте. Зайдя в здание, он поздоровался с охранниками, он отдал им документы и попросил найти базу «Чёрных». После, пошёл вниз по лестнице. Подойдя к нужной двери, он ввёл пин-код. Никто не знал его кроме Шото. Наверняка вы задались вопросом «что это за пин-код?» или «Ну да, опять рандомные цифры?». Но нет, этот пин-код был датой рождения одного важного для Шото человека. Наверняка вы уже поняли, кто это. Гетерохром зашел и повесил свою кофту на вешалку, надел белый халат и подошёл к столу. На нём стоял небольшой приборчик серовато-белого цвета. Надев белые резиновые перчатки, Шото аккуратно достал тёмный волосок из пакетика и положил его в пробирку с жидкостью, а её — в прибор. Через полминуты приборчик запищал. Тодороки подошёл к компьютеру, что был недалеко от прибора. Введя несколько символов, Шото получил молекулярное строение волоса и его ДНК. Проведя ещё несколько махинаций в компьютере, гетерохром вбил полученный результат в собственный поисковик. Загрузив нужные части, запрос показал один результат, которого Шото никак не ожидал.       Убрав всё за собой, Шото решил пойти туда, куда хотел изначально. Повесив кофту на пояс, Тодороки вышел из лаборатории и закрыл её, подтвердив пин-код. Поднявшись и попрощавшись с охранниками, он задумчиво ушёл.

***

      — Привет, старый друг… — сказал тихо Шото и, положив цветы, сел на скамейку. Румяный закат, парень, сидящий у надгробной плиты, цветы — всё озарялось тёплым светом, переливалось. Немного посмотрев на розовое небо, Тодороки встал и подошёл к плите. Присев, он взял в руки маленькую фотографию, что стояла в рамке.       Фотография, на которой изображена цветущая сакура и парень, чья большая и широкая улыбка греет душу. Веснушки в хаотичном порядке и волосы, что кучеряшками растрёпаны в разные стороны. Маленький мальчик, сидящий на фоне сакуры, даже не друг Шото. Но тот всё равно приходит сюда два раза в год и каждый раз приносит разные цветы. Оправдывает он это тем, что просто не знает его любимых.       — Изуку. Помоги нам раскрыть это дело… — тяжело вздохнув, попросил гетерохром. Он прикрыл глаза и, сложив руки в замок, просто остался посидеть так ещё чуть-чуть. Спустя некоторое время, когда Шото понял, что до встречи с Бакуго осталось совсем немного, он встал. В последний раз посмотрев на надгробную плиту, Тодороки развернулся. К его удивлению, перед ним стояла девочка. Светло-голубое платье в белый горошек. Голубые туфельки с белыми бабочками. Светлые золотистые волосы, собранные в красивый хвост, а по бокам маленькие косички. Большие голубые глаза и широкая улыбка из белых зубов. Шото сначала удивился такой встрече, но, не растерявшись, улыбнулся в ответ. Немного подождав, Шото обошёл девочку и стал медленно уходить.       — Папочка, не обрадуется… Тому… Что ты… Ты ушёл… — девочка начала шморгать носом. Тодороки резко обернулся и вернулся к ребёнку, что уже начинал плакать. Подойдя ближе и присев на корточки, он спросил:       — Папочка? А кто он? — Легко улыбнувшись, спросил гетерохром. Но девочка не отвечала, она лишь ещё больше залилась слезами. Попытки успокоить ребёнка провалились. Тодороки попытался обнять девочку, чтобы успокоить, но та лишь оттолкнула его и упала, из-за чего плакать начала ещё больше. — Не плачь… Тише…       — Лука, милая, этот парень обидел тебя? — позади Шото послышался строгий мужской голос. Тихие шаги приближались всё ближе. Гетерохром решил немного подождать и резко не оборачиваться. — Лука, ты… Помнишь, что я тебе говорил? — мужчина спросил тихо и спокойно, но на лице ребёнка появился ужас, испуг, страх. Девочка быстро улыбнулась и, вытерев слёзы, встала и побежала к мужчине. Шото обернулся и посмотрел вслед девочке, которая бежала к человеку. Средний рост, тёмная кофта, что скрывала своим капюшоном волосы. Штаны в облипку, через которые просматривались довольно тонкие ноги. И маска на лице. Её рисунок был выполнен в стиле сочетания цветов белого с чёрным. Белая маска, не имеющая дырочек для глаз. Чёрные линии на щеках, как-будто тигриные полосы, и ещё две большие, проведённые вдоль лица под наклоном, образующие крестовидное соединение на лбу. Он подхватил девочку на руки и, не замедляя шаг, продолжил идти к Шото. Немного удивившись, Тодороки встал и поприветствовал мужчину.       — Ну же, перестань шморгать носом, Лука… — нежно сказал мужчина, вытирая слёзы большим пальцем. Он не смотрел под ноги, но всё равно продолжал равномерно идти к гетерохрому. — Лука… Ты… — уже злобно сказал мужчина. Его голос сменился на жуткий и холодный, как-будто говорили два совершенно разных человека. Его слова звучали больше как угроза, нежели утешение.       — Вы… Не имеете право запугивать детей, тем более своих. Вы же отец… — последние слова Шото сказал неуверенно и тихо, как-будто сомневался, отец ли это мужчина.       — Хах~ — усмехнулся собеседник Тодороки и, остановившись, поставил ребёнка на ноги. Девочка быстро спряталась за ним — можно было подумать, что сейчас что-то произойдёт. — Герой. Номер. Один. Тодороки. Шото? — с запинками, медленно и холодно проговорил странный тип. Он будто пытался вывести гетерохрома из себя. Мужчина медленно подошёл ещё ближе и, остановившись, скрестил руки на груди. — А зачем вам шокер Ииды? — этот вопрос поверг Шото в шок. Как он узнал, что у него есть шокер, да ещё и шокер Ииды?       — Как… Как вы узнали?! — резко отпрыгнув назад, взволнованно, почти крича, спросил гетерохром. Его дыхание сбилось, а сердце застучало сильнее. Медленно потянув руку к карману в котором находился шокер, Тодороки попытался сделать спокойное лицо и замедлить сердцебиение умеренным дыханием.       — Сбитый с толку зверь… Как интересно~ — усмехнулся второй и достал что-то из своего заднего кармана. Подняв руку над головой, он показал шокер Ииды, что должен был быть у Шото. Как только гетерохром рассмотрел предмет, что держал в руке мужчина, его глаза раскрылись ещё больше. На лице появился шок а в горле застрял ком. Не в силах что-либо сделать, он просто стоял на месте. Заметив это, девочка отпустила отца и тот подошёл к нему. Положив руку на плечо, он повернул немного голову на бок. — Спи спокойно, герой номер один… — не прошло и секунды, как в глазах гетерохрома потемнело, голова закружилась и он упал, потеряв сознание. Его ударили шокером…

***

21:27. Дом Бакуго

      — Ну и где этот половинчатый ублюдок?! — вопил Бакуго, сидя на диване. Слегка заметный запах алкоголя и табака. Стакан с коричневато-прозрачной жидкостью в руке Кацуки… Он медленно крутит его в руке и спустя несколько секунд подливает себе ещё. — Киришима… Иида… Неужели и этот ублюдок тоже?.. — медленно начал ныть блондин. Выпив залпом, он стукнул уже пустым стаканом о стол, стоящий рядом с диваном. — За что мне это… — себе под нос буркнул Бакуго и прикрыл ладонью лицо. Можно было подумать, что он заснул, но нет. Он не спал, он просто тихо сидел.       Тишина… Звук каблуков, что эхом раздаются по дому… Скрип двери… Совсем близкий стук и тихий смешок…       — Кто?! — рявкнул Кацуки и ударил кулаком о стол. Грохот, звук разбивающегося стекла… Опять тишина и… Знакомый голос…       — Каччан, ты что курил? — тихий смех. Резко открытые глаза Бакуго и шок. Знакомый голос, веснушки и… Та самая… Желанная улыбка…       Но стоило блондину протереть глаза, как маленький парень, стоящий перед ним, перестал быть тем Изуку. Он вырос. Парень среднего роста, те самые неуправляемые зелёные кудри, немного заколотые на бок. Только они стали чуть темнее? Просто кажется… Тёмные веснушки, белое лицо и бледные губы. Мешки под глазами… Но это он. Эту улыбку не забудешь!       — Неужели я настолько пьян, что мне покойник мерещится? — спросил Бакуго и откинул голову на диван, закрыв глаза.       Маленькая слеза скатилась по белой коже, веки и ресницы начали дрожать. Но лёгкое прикосновение холодных рук к щекам возвращает в реальность. Кацуки опять открывает глаза и видит стоящего перед ним парня. Изуку медленно убирает большим пальцем слезу и продолжает гладить мягкую белую кожу. Бакуго медленно подался вперёд к зеленоволосому, но второй лишь легко улыбнулся. Потянув его ещё больше, Мидория потёрся своим носом о скулу, обдавая её горячим дыханием. Легко целуя щеку, спускается ниже к губам, даря им холодный, но страстный поцелуй. Бакуго от удовольствия закрыл глаза и подался вперёд ещё больше, закидывая руки на шею второму. Изуку растянулся в злорадной ухмылке, не смея отрываться от поцелуя, ведь пьяный Кацуки — это такое редкое явление. Присев, веснушчатый прижался к дивану между ног Бакуго, на что тот обхватил его ногами за спину. Подхватив блондина за талию, Изуку поднял его на руки и углубил свой поцелуй. Язык быстро гулял по чужому рту, исследуя каждый его сантиметр, каждый зуб, сплетаясь с чужим воедино. Наконец оторвавшись от блондина, Изуку ускорил шаг и подошёл к окну и, приоткрыв его, запустил свежий ночной воздух. Кацуки в его руках чуть поёжился и уткнулся носом в ключицу Мидории, что спрятана под чёрной рубашкой с длинным рукавом. Изуку залез на подоконник и, спрыгнув вниз на газон, побежал куда-то, прижав к себе дрожащего блондина…