Ты подарил мне счастье...

Весь оставшийся день прошёл абсолютно никак. Я сидела в своей комнате и даже не знала, что происходит за её пределами. Только изредка выходя на балкон, я чувствовала свежий воздух, от которого немного кружилась голова, и лучи солнца, которые болезненно били по красным глазам. И в один из таких моментов, когда я снова стояла на балконе, я увидела подъезжающую машину, к которой подошёл Коля. Он взял из багажника какие-то коробки, вероятно, к предстоящему вечеру. Мне стало интересно: почему Коля таскает коробки, когда в доме и на периметре полно телохраниетей, охранников, рабочих всяких? Просто они редко попадаются на глаза, но факт в том, что они есть… А Коля сам всё таскает. Это лишний раз доказывает то, что он человек-душа. Он помогает всем и всегда. Ну определись уже, Даша! Хотя что тут определяться: факт о том, что он хороший человек — на лицо. Факт о том, что он целовался — тоже на лицо. Вечером я закуталась в плед, налила какао, и включила фильм. Прямо как тогда, с Колей… Я надела его рубашку, которую он дал мне поносить, и так и не забрал. Знаете, а в мужских рубашках довольно удобно, мне нравится. Просидев полночи за фильмом, я не заметила, как уснула. Впервые за несколько дней я нормально поспала. Только снились какие-то кошмары и я пару раз просыпалась, но я хотя бы спала.

***

🎶Billie Eilish — come out and play🎶

Разлепив глаза, я минуты две приходила в себя, потому что картина была очень странной: проснулась я на кровати, укрытая одеялом, в рубашке Коли. Ноутбук был на комоде, кружки с какао нигде не было. Тётя Галя заходила? Тогда как она меня переложила? Неужели… Коля? Мило… Стоп. Он что, видел меня в его рубашке?! Ужас. Но мило. Милый ужас.

***

«о, статья про Колю» «Преподаватели постоянно его хвалят. Например, гендиректор минского «Динамо» Дмитрий Басков говорил: «Самая сильная сторона Николая как хоккеиста — очень неуступчивый характер. Он хочет побеждать и все делает для этого». Преподаватель музыки сказала: «чувствуется, что у него очень глубокий подход». Наталья Зычкова, директор дома-интерната, говорит: «Прежде всего сразу чувствуется, насколько он добрый и какое большое у него чувство милосердия к пожилым людям, как он уважает старших». Ну прямо золотой мальчик растет.» «мдаа, я полностью согласна с их словами…неуступчивый характер — это тооооочно про него. Как говорил Александр Григорьевич: лоб расшибёт, но своего добьётся!». Он у меня вообще по жизни победитель… стоп… У меня?! Ладно, не важно… И сердце доброе. Действительно золотой мальчик. Только вот целуется со всеми подряд, ахах. Так, стоп, ну не может быть такого. Всё, хватит, готолова уже раскалывается. Блин, даже тикток не полистать. Везде он. В тиктоке, в доме, в голове…» Пролежав ещё минут пять, я пошла в душ. Как ни странно, настроение было не ужасное, как случалось в последние несколько дней, а нейтральное, что уже радовало. Через полчаса приятного душа, я вышла в одном халате на балкон. Погода была чудесная. Сложно не улыбнуться лучам солнца, ласкающим твоё лицо. А тёплый ветерок приятно обдувал лицо, создавая максимум комфорта. Я просто стояла и наслаждалась жизнью.

***

В это же время в саду, на лавочке сидел Коля, и совершенно случайно, он заметил на балконе девушку. Нет, вы не подумайте. Он не специально сел так, чтобы был видно её балкон. И он абсолютно случайно её увидел. Банальное стечение обстоятельств…))) «она прекрасна под лучами летнего солнца. Влажные после душа волосы придают ей такую лёгкость, такую непринужденность. А её милое личико, которое она подставляет под лучи солнца, а потом забавно морщится. Почему же моё сердце исполняет несколько кульбитов за секунду при виде неё? Ответ очевиден — она прекрасна. Она моя, и только моя. И я должен добиться того, чтобы она меня выслушала. И уйду я из её жизни только тогда, когда мне в лицо скажет о том, что ей лучше без меня. Чтобы я ушёл. Я люблю её всем своим сердцем.»

***

Я не знаю, что на меня нашло, что так повлияло, но настроение моё в разы улучшилось. Я сделала лёгкий макияж, выпрямила волосы, надела лёгкое нежно-фиолетовое платье и спустилась завтракать. За столом уже сидел Коля, а тётя Галя стояла у плиты. Я одарил её лучезарной улыбкой, а на Николая не обращала никакого внимания. — доброе утро, тётя Галя, прекрасно выглядите! — ух ты, доброе! А сама то, красавица, сияешь прямо! Кушать будешь? — конечно буду! А где Александр Григорьевич? В разговор вмешался Коля: — он уже уехал на совещание. — тётя Галя, я сегодня хотела с Олесей встретиться, прогуляться, так что если что, меня несколько часов не будет, — я целиком и полностью проигнорировала ответ Коли, что ему, конечно же не понравилось. — хорошо, только к вечеру приходи, сегодня же мероприятие. — да, хорошо, я помню, обязательно буду. Поможете с образом? — безусловно! Я позавтракала, убрала тарелку, чмокнула тётю Галю в щёчку и убежала наверх. «он так смотрел на меня… Только вот глаза такие. Холодные, я бы даже сказала ледяные. И где прежнее сияние твоих глаз? Неужели он тоже мучается.» Коля весь завтрак действительно не сводил глаз с главной героини: «и что это с ней, интересно? Надеюсь, меня никто не успел заменить и она действительно идёт с Олесей в этом прекрасном платье… Или это просто погода так повлияла на её хорошее настроение. Надеюсь… Но тем не менее, так приятно видеть её такой сияющей. Только вот, хотелось бы, чтобы она из-за меня так сияла и была счастлива. Ничего, всему свое время.»

***

Спустя час мы встретились с Олесей: — привет, моё солнышко, как ты? — привет, пупс, нормально вроде. — голос заметно погруснел, когда я начала вспоминать всё произошедшее, и это не ушло от внимания подруги. — да вижу я твоё нормально. Ты сколько угодно можешь скрывать свою внутреннюю боль от людей внешним видом, но меня ты никогда не обманешь, ты же знаешь! — фууууух, Олеська, ты паспорт взяла? — намёк понят. Мы зашли в кафе, Олеся заказала нам по бокалу вина, так как ей уже было 18, а мне почти 18.

***

Выпив немного вина, я наконец решила прервать тишину: — ты знаешь, мне так тяжело, невероятно просто. Мне, с одной стороны, очень обидно, а с другой стороны, я ничего не понимаю. Я знаю, что должна его выслушать, но одновременно с этим я не хочу его слушать… — звезда моя, ты всегда была Ларисой Гузеевой, версия 2.0, ты всегда всех сводила и всем вправляла мозги, а сама то что?! Где твоя голова? Во-первых: объяснять то, что он не такой человек и не способен на это я тебе не собираюсь, ты сама всё прекрасно знаешь не хуже меня. Это ты в Москве собирала на него всё «досье». Ты его знаешь лучше меня, но вот только почему-то я понимаю, что он не мог так поступить, а ты нет!!! — она начала говорить на повышенных тонах. Она всегда так делала, когда пыталась доказать мне, что я не права. — не кричи, пожалуйста, люди смотрят, да и к тому же, ты ведь знаешь, что я не люблю когда на меня кричат! — это действительно было так, когда на меня начинали кричать, я начинала плакать. Странная реакция, однако, уже эти слова я произносила сквозь ком в горле. — а ты не перебивай, я не договорила! Во-вторых: если бы всё происходило действительно по обоюдному согласию, или по инициативе Коли, то он бы не бегал за тобой, для того, чтобы что-то объяснить! По сути, она была права. Я открывала и закрывала рот, пытаясь что-то сказать, словно рыба в воде: — ты…ты…ты почему вообще его защищаешь?! Я не поняла! — да потому что ты глупая! Теряешь счастье своё. Дай ты ему шанс!!! — сговорилась с сыном президента? Молодец, так держать! — ты не права, — ответила она уже более спокойно. Я допила содержимое бокала, просидела минут 5 молча, а потом сказала: — ладно, извини. Может ты и права, но я пока что ничего не знаю. Я запуталась. — подумай над этим. — хорошо, только вот мне уже пора, нужно собираться на мероприятие. — отлично, мне тоже как раз пора. Я подошла к подруге и обняла её, а она мне шепнула на ухо «не совершай ошибку». Я кивнула ей и села в такси.

***

Через полчаса я уже зашла в дом. — тётя Галя, я пришла! — отлично, поднимайся к себе, я через 5 минут приду. — хорошо, спасибо. Выпитый бокал вина давал знать о себе, всё тело расслабило. Ноги немного не слушались, потому что я думала о словах Олеси. А вдруг, она права? Идя по лестнице, я чуть не упала, но меня вовремя придержали крепкие, тёплые, и такие родные руки… — будь осторожна, пожалуйста. Ты мне ещё нужна живой, — с ноткой заботы сказал Коля. — не думаю, что я вообще тебе нужна, — я решила съязвить. — я не понял, ты что, пила? — нет, я топор, — я усмехнулась, и захлопнула дверь в свою комнату прямо перед его носом.

***

Потом пришла тётя Галя, и проделав невероятную работу за 2 часа, она сделала из меня если не королеву, то принцессу точно! Шёлковое синее платье в пол, высокие каблуки, кудри, собранные в идеальную причёску, пору выпущенных локонов спереди, слегка ярко-выраженные глаза и нюдовые губы — идеальный образ для предстоящего мероприятия. — тётя Галя, Вы волшебница!!! У Вас золотые руки!!! — ну, не всё зависело от меня, так что не расхваливай меня особо. С твоей внешностью приятно работать. А дальше, всё в твоих руках. Всё зависит только от тебя, дерзай! — она намекающе улыбнулась и покинула комнату, пока я стояла и переваривала её слова. Я созвонилась с Олесей по видеосвязи, чтобы она оценила мой внешний вид. Ну, я уж не знаю, как расценивать её визги, но думаю, что ей понравилось. Ещё пару раз покрутившись перед зеркалом, я спустилась вниз, к Александру Григорьевичу: — ну всё, ты сегодня точно затмишь всех своей красотой, сокровище! — спасибо, Александр Григорьевич, мне очень приятно, но это не совсем моя заслуга, тётя Галя постаралась. — да, у нашей Галины Владимировны золотые руки! Пока мы мило беседовали, вниз спустился Коля. Я обернулась, а его челюсть, которая, казалось отбила ему ноги, можно было подбирать с пола. Он смотрел на меня такими глазами… Что даже описать сложно. В них было восхищение, любовь, удивление и что-то ещё, только вот я не поняла, что. «какая же она у меня восхитительная…» Сам же Николай стоял в синем клетчатом костюме, который нереально ему подходил. «и с моим платьем идеально сочетается.» Я не знаю, сколько времени мы стояли и смотрели друг другу в глаза, но нас отвлёк голос Александра Григорьевича: — малыш, слюнки подбери и пойдём гостей встречать, — он от души посмеялся, и похлопал его по спине, когда тот подошёл к нему. Он словно ожил из состояния амёбы и пошёл во двор мимо нас. Я дала ему фору, и пошла чуть сзади. В доме остались только Галина Владимировна и Александр Григорьевич: — что ж происходит то? — я не знаю, Галина Владимировна, но я уверен, что что-то есть. Я прям вижу шо между ними вот эта вот искра есть, — он провёл по усам. — да это понятно, главное, чтобы всё хорошо кончилось… — всё будет хорошо, я уверен, не переживайте!

***

Коля, я, его отец и куча охранников. Что может быть романтичнее? Я усмехнулась своей же мысли, и как всегда, Николай это заметил: — как настроение? Я вздёрнула носик и отвернулась от него, но мне показалось, что его это даже позабавило. Долго витать в своих мыслях я не смогла, потому что приехали все эти расфуфыренные барышни с фальшивыми улыбками и их такие же фальшивые «кавалеры». «Ой, я же не должна так говорить, как же так, я же сама с ними в одной лодке», — с сарказмом произнесла я у себя в голове. Ну что ж, началось…