Проблемные магловоспитанные

С моей точки зрения самый простой способ, как преподавателю защиты от сил зла обеспечить мне победу — воздействовать на Седрика Диггори или Виктора Крама, чтобы они вывели бы из игры друг друга, так как Флер Делакур отстаёт слишком сильно. Но я ошибся. С боггартом и туманом, переворачивающим пространство, проблем не было: в первом случае ридикулус, во втором действовать по принципу не верь глазам своим (глаза боятся, а руки, точнее, в данном случае, ноги делают). Едва пройдя эти препятствия, я услышал многократные круцио* и один раз женский крик. Такого я не ожидал. Невербально применив редукто (о том, что большинство заклинаний можно не произносить вслух я уже знал от шестикурсников) я убрал большу’ю часть зарослей рядом с нужным местом и увидел болгарина, который пытал француженку и ни на что не обращал внимания. — Крцио! ** — применил я заклинание против иностранца (стараясь попасть в левую руку), желая, чтобы тот почувствовал хотя бы часть той боли, которую испытала соперница. — Что ты делаешь? Разве ты не понимаешь, что непостительные не допустимы, а никакой председатель Визенгамота тебе не поможет. — произнёс дурмстранговец — А ты о чём думал, ученик пожирателя смерти Игоря Каркарова? — Я был под империо. — Значит, моё круцио помогло тебе сбросить империо. Я должен выиграть турнир, так как подозреваю, что некто, скорее всего, преподаватель зашиты от сил зла, изображающий Аластора Грюма, уже заколдовал кубок, чтобы победитель оказался бы на кладбище рядом с надгробием Тома Томаса Ряддела. — А кто это? — Магл, отец того, кого нельзя называть. Точнее подлинным именем Волдеморта является Том Марсволо Ряддел по словам 16летней версии. — Шестнадцати? Не шестидесяти? — В июне 1993-го я видел полупризрака в облике старосты пятого курса Слизерина, почти возродившегося из дневника, подброшенного к абсолютно глупой, хотя чистокровной девочке, брат которой, что удивительно, работает ликвидатором проклятий в Гриеготтсе. — Неизвестно, чтобы я натворил, если бы не смог сбросить империо, поэтому в знак благодарности выбываю из игры! — иностранец выпустил искры — Я тоже выйду, так как поражения от пыточного непростительного требуют срочной диагностики — вскоре произнесла француженка, тоже выпустив искры Через несколько минут однако прибежал Седрик Диггори — Как ты смел применять пыточное непостительное? — Империо! *** Сначала выслущай! Покинь игру и после этого сообщи судьям, что Аластор Грюм не настоящий. Приступай к исполнению немедленно. С оставшимися препятствияии я разбираться не стал, убив соплохвоста, сфинкса и паука авадами кедаврами. После того, как схватил кубок победителя, я оказался на кладбище. Там меня, пользуясь эффектом неожиданности, связал Питер Питегрю. Затем последовал обряд возрождения Волдеморта: кость отца, кровь врага и плоть слуги. Возродившийся тут же вызвал своих рабов. — Эйвери, Макнер, Крэбб, Гойл, Малфой. Вы явились, как будто меня не было не тринадцать лет, а тринадцать минут. В отличие от предателя Игоря Каркаров. Сейчас я дистанционно сведу его с ума через метку… Малфой! Мой дневник в целости и сохранности? — Нет, мой лорд. Мне хотелось избавить школу от грязнокровок, и я подумал, что дневник поможет открыть тайную комнату. — А в результате даже кошка сквиба не погибла! А чистокровные, включая твоего сына, могли погибнуть. Авада кедавра! …Против меня действовать смертоносным заклинанием бесполезно, так как я прошёл дальше всех других по пути, ведущему к бессмертию, хотя недооценил магию жертвы. Теперь же благодаря крови сына грязнокровки я смогу без проблем дотронуться до него, приэтом он будет чувствовать сильную боль. Из моих глаз потекли слёзы. — Тем не меннее я предлагаю дуэль. — произнёс Ряддел — Я согласен.