Я думал, что когда я умру, ничего не увижу. Вообще ничего. Кромешную тьму. Пустоту, в которой не буду чувствовать чего-либо.
Каково было моё удивление, когда я просто оказался на диване посреди богато обставленной комнаты. Картины, статуи, доспехи, оружие, множество стеллажей с папками. Посредине стоял стол. Широкий резной стол с точеными ножками. За ним сидел мужчина в красном костюме. Среднего телосложения, густые брови и борода, испещренные сединой, пустой, но цепкий и проницательный взгляд. Его голос звучал устрашающе, повелительно, но в тоже время вкрадчиво, словно у торговца перед крупной сделкой.
— Виктор Грезин. 23 года, высшее техническое образование, холост, друзей нет, сирота, одиночка по жизни, обиженный всем миром. Добр, наивен…
Парень сначала, опешил от такой откровенности, но быстро опомнился и остановил мужчину.
— Простите, что перебиваю, но вы читаете моё личное дело или просто унижаете?
Всё это время мужчина даже не глянул на Виктора. Теперь же он поднял взгляд и посмотрел на него исподлобья. Он ухмыльнулся и отложил досье в сторону.
— Извините, я ни в коем случае не хотел вас обидеть. Некоторым очень интересно послушать о себе чистую правду. Итак, буду откровенен: вы умерли и после ознакомления с вашей «анкетой» я могу отправить вас в рай.
— Вот так просто?
Мужчина приподнял одну бровь.
— А вы хотели сложностей?
Виктор замялся.
— Не то, что бы сложностей. Я предполагал, что процедура будет проходить несколько иначе. А я могу переродиться?
Мужчина скрестил пальцы.
— Вы не хотите пребывать в вечном блаженстве?
Грезин мечтательно уставился в потолок.
«Вечное блаженство. Интересно какое оно: девушки, алкоголь, игры и тому подобное? Вряд ли.»
— Вы знаете, я много думал об этом, и понял, чего хочу по-настоящему. Я хотел бы переродиться в мире, который походит…
Мужчина жестом заткнул Виктора.
— Я в курсе ваших желаний и предпочтений. И я могу всё устроить, если вы пойдёте мне на встречу и выполните небольшую просьбу.
Грезин подался вперёд, давая понять, что он внимательно слушает. Работник Канцелярии откинулся на спинку кресла, взял сигару и закурил.
— Есть люди, которые прожили не лучшую жизнь, которую стоит переписать, чтобы не попасть в ад. И мы даём им такую возможность. Всё изменить и переделать. Чтобы держать всё под контролем и не дать им облажаться, мы приставляем к ним куратора. Я предлагаю вам взять роль куратора на себя, и тогда ваша просьба будет исполнена. Я могу более подробно разъяснить вам…
— Я согласен!
Виктор был полон решимости ещё до начала объяснения всего этого, поэтому согласился не раздумывая.
— Тогда, господин Грезин, не будем терять времени на болтовню.
Всё вокруг вспыхнуло ярким светом, в носу засвербело от едкого запаха, во рту появился странный привкус, в кончики пальцев словно иглы воткнулись, а в ушах эхом раздавался голос мужчины:
— Их будет трое:
учёная, судья и принцесса. Найди или будь найден. Помоги им. Ну, а я…выполнил свою часть сделки.
И через секунду Виктор увидел синее небо и бегущие облака. Ветер трепал его волосы и шелестел сухой травой. Парень лежал и пялился в небо, ожидая, когда к нему вернутся ощущения.
Через пару минут он уже стоял на ногах и осматривал окружающую его местность: каменистые холмы, горы, жёлтая жухлая трава, резкие сухие кусты. Парень почувствовал боль в спине от гравия, впившегося в кожу. Он стоял абсолютно голый посреди каменистой местности, лишённой жизни. Начальные условия оставили желать лучшего. От такого расклада сорвался на крик.
— Ну, офигеть теперь. Да какого.!
Вдруг, в голове раздался женский голос.
—
Вводная инструкция активирована. Приветствую, Виктор Грезин.
— Даров.
—
Канцелярия начислила вам бонусы исходя из вашей прошлой жизни; вы можете потратить их на: 10`9 — сумма денег, 10`6 — очки навыков, легендарный питомец, легендарная броня…
В.И. продолжала перечислять все пункты из списка, но Виктор уже определился с выбором.
— Я хочу потратить бонусы на божественное оружие.
— Запрос принят. Назовите тип оружия.
И Грезин начал мозговой штурм.
«Я пробовал играть в ММОРПГ за разные классы: воин, убийца, лучник, маг, священник, разбойник, паладин, страж, рейнджер и так далее и тому подобное. И оружие использовал всё, от мала до велика. И если всё представить в виде таблицы, то:
Меч одноручный
ур. 5/10
ск. 8/10
моб. 7/10
Меч двуручный
ур. 8/10
ск. 5/10
моб. 5/10
Молот
ур. 10/10
ск. 2/10
моб. 3/10
Копьё
ур. 7/10
ск. 7/10
моб. 5/10
Секира
ур. 9/10
ск. 3/10
моб. 4/10
Допустим!
Виктор выстроил в голове целую таблицу с разнообразным оружием и его характеристиками. У всех есть плюсы и минусы. Он думал даже о гибридном оружии: меч-хлыст, косы на цепях, органическое оружие, меч-копьё, ганблейды и т.д. Всё это он опробовал, и даже в реальной жизни он успел подержать и помахать неплохим количеством оружия.
Пока он думал, В.И. успела раз 15 спросить его «определился ли он с выбором». Разрыв между вопросами был в минуту, но парню казалось, что она спрашивает его чуть ли не каждую секунду. Это начало его раздражать, а вскоре и вовсе бесить. В конце он просто сдался и выдал:
— Я очень хочу пулемёт. Чтобы выйти, просто, и тра-та-та-та по армии противника. Достало уже всё, хочу устраивать геноцид. И чтоб патроны не кончались.
Он сказал это мечтательным тоном, не зная что произойдёт дальше.
—
Запрос принят, ожидайте.
Грезин пропустил мимо ушей эту фразу. А вот следующую прослушал вкрадчиво.
—
Запрос одобрен. Божественное оружие типа пулемёт создано. Создан класс оружия — пороховое. Добавлено в раздел оружия дальнего боя. Создан новый класс — стрелок. Виктору Грезину присвоен класс — стрелок. Внимание: уровень недостаточен для получения Б.О. типа пулемёт. Ожидайте минуту, калибровка в самом разгаре.
Чем дольше Виктор слушал её, тем выше лезли его глаза на лоб. Его душа радовалась от мысли, что мечты сбываются. Его захлестнула ностальгия. Он скучал по стрелялкам. И теперь… А что теперь?
—
Калибровка завершена. Оружие откалибровано. Выдан: кремневый пистоль.
Герой вытянул руки перед собой и ему, с неба, прямо в руки, приземлился тот самый кремневый пистоль. Личное божественное оружие, которое не может быть передано.
Крик Виктора был смесью радости и удивления. Этот крик ещё долго разносился эхом по долине:
— Да ну нахуй!