Когда судьба...

Когда судьба уже пару десятков лет подкидывает тебе испытания одно за другим, перестаёшь удивляться. Даже реагировать на них перестаёшь. Да, конечно, по молодости были слёзы, истерики, нервные срывы и бесконечное количество вопросов: «ну почему именно я?». Но все приедается, ко всему привыкаешь, даже к постоянному стрессу. Черствеешь, становишься закрытой и холодной, но зато не больно, ну или по крайней мере так кажется. Работа, столько смен, сколько позволяет брать руководство, быт и редкие встречи с друзьями или сыном довольно долго позволяют не реагировать на внешние раздражители. Получается создать самой для себя иллюзию, что все в порядке. *** Вот и этот раз все также... Ну, или она очень старается, чтоб было также. Благо, Рогозина понимает и не задаёт вопросы про лишние смены и постоянные переработки. А Степа помогает создавать видимость социальной активности, соглашается на походы в кино, иногда даже подвозит на работу или с неё. Они ещё с учебы были друг для друга поддержкой. Совсем недавно она помогла ему выбраться, после гибели сестры и племянницы. Он же пытается быть ее опорой после нежданного возникшего прошлого. У них были попытки чего-то большего. Но все-таки дружба для них оказалась единственным вариантом, слишком они по-разному смотрят на мир. Ему хочется верить, что все серьёзные проблемы можно запить, лучше чем-нибудь покрепче. А ей, что они скроются в суете повседневных забот. Если не знать, что произошло несколько месяцев назад, то создаётся чувство, что женщина с медными волосами просто очень любит свою работу и не очень любит людей, что, в принципе, не является редкость в наше жестокое время. Только сочувственные взгляды коллег выдают, что-то неладное. Их Маргарита на дух не переносила, буквально ненавидела. Это были те взгляды, которыми люди смотрят на бездомных котят, которых очень хочется забрать домой и спасти, но обстоятельства не позволяют. Особенно ими грешили девушки — Валя и Оксана, этим двум вообще только дай волю над чем-нибудь повздыхать и поохать. Хотя мужчины тоже так и норовили дать какой-нибудь жизненный совет или похлопать по плечу, мол «все хорошо, ты сильная, справишься». Да, жалости к себе она просто не терпела. Из-за нее попросила Галину Николаевны ставить ее на дежурство только с теми, кто умеет держать эмоции при себе, с теми, кто и так все понимает, т е с Кругловым, Майским и Даниловым. Так жизнь и потянулась длинной серой лентой: работа, встречи с сыном, дружеские встречи с Даниловым и звенящее одиночество пустой квартиры. ... В ФЭС был корпоратив. Один из тех, для которого не нужен особый повод, просто сотрудники устали от повседневности и решили провести совместный отдых, и накрыть столы, чтоб пропустить пару бокалов за разговорами обо всем и ни о чем конкретном. На него собрался практически весь коллектив. Только Рита, которая предвидела главную тему для вопросов в ее адрес, и Сергей, который прогулял предыдущий вечер с друзьями детства, а пить два вечера подряд было уже слишком, решили не посещать данное мероприятие. Москва не будет Москвой, если ночью в ней не произойдет что-то ужасное. Вот и этот вечер не стал исключением. Пока ФЭС отдыхала, в городе стало на одного успешного бизнесмена меньше. В руках у полковника зазвонил телефон. Нужно искать людей на срочный выезд. Выбор был невелик, и Галина Николаевна набрала номер Майского. — Сережа, срочный вызов. Убийство. Дозвонись до Власовой, и вместе на место. Адрес смской. *** Майский закончил разговор. И раздраженно стал набирать напарнице, да-да, работа есть работа, но так хотелось просто выспаться этой ночью. Гудки шли, но к телефону никто не подходил. После трех неудачных попыток дозвониться, мужчина решил ехать к Власовой, все равно по пути на место преступления, а она всегда рада работе. А сейчас, скорее всего, спит и просто не слышит разрывающийся телефон. Глубоко в душе он ее понимал и сочувствовал, сам неоднократно залечивал душевные раны работой. Однако она больше создает эффект плацебо, чем помогает как реальное лекарство. Ему очень хотелось помочь Рите, только не знал как, поэтому просто старался не мешать. Кажется, ему удавалось. Все-таки он вошел в тот небольшой круг лиц, с которыми она могла работать. *** Сергей позвонил в дверной звонок, тишина, он легонько толкнул дверь. Она поддалась, и он вошел в квартиру. Несколько раз позвал напарницу… тишина, только шум воды…дверь в ванную отрыта… *** Ледяная вода льется уже несколько часов. Женщина так долго сидит на керамическом полу душевой, что уже не ощущает ни холода, ни времени. Она погружена в себя, пытается осознать все, что произошло за последние месяцы, но ничего не выходит, она как будто собирает пазл «черного квадрата», кусочки, вроде, складываются, а картинка не появляется. Только пустота, только одиночество, только страх, и слепая необходимость надевать маску, каждый раз выходя из дома. Из-за шума воды и собственных мыслей, она не слышит как открылась входная дверь. Видимо, она не посчитала нужным ее закрыть, к ней и так никто в здравом уме вламываться не будет. Не слышит как мужской голос окрикнул ее по имени, не слышит как кто-то вошел в ванну. Вода затихла, однако Рита продолжила сидеть на полу, то, что поток остановился осталось незамеченным. На плечи падает полотенце. И сильные руки поднимают ее с пола. Но даже это не заставляет девушку очнуться от собственных мыслей. *** Майский даже не пытается привести Власову в чувства, не сейчас, чуть позже. Он относит ее на кровать. Бережно убирает капельки воды с тела полотенцем и укутывает одеялом. Сергей знает, что она не уснет, но тепло сделает свое дело, и женщина потихоньку вернется в реальность. Он идет ставить чайник и звонить Рогозиной, этой ночью на вызов они не поедут. *** — Галь, мы с Ритой на вызов не поедем, ищи замену. — … — Мне плевать, одним бизнесменом больше, одним меньше. Сегодня не поедем. Пиши выговор! — … — Нет, все в порядке. — … — Рассказывать не буду. Личное. —… — Не волнуйся, уже все в порядке. *** Когда Майский возвращается в спальню с кружкой горячего чая в руках, Рита уже сидит на кровати и озадачено обводит комнату взглядом. Он молча протягивает ей чашку. Она делает глоток. И повисает тишина. Не та, что сводит с ума, а та, от которой становится спокойно на душе, та, которая может быть только между очень близкими людьми. *** Сложно сказать, сколько они так просидели, прежде чем он спросил: — И часто ты так? Отрицательное покачивание головы из стороны в сторону в ответ. — Так нельзя, угробишь себя. Прекращай… Он встает и собирается уходить. — Останься — тихим голосом просит женщина, скорее похожим на шепот, мираж, чем на реальные слова. Однако он разворачивается и снова садится на край кровати, не решаясь оставить ее одну или приблизиться слишком близко. *** Несколько лет назад, после Новогоднего кооператива, они переспали. Хотелось бы, чтоб это был просто секс, один из множества, по пьяни с партнером на одну ночь. Однако они слишком давно живут в коротких романах, чтоб поверить в это. Все было по-другому, слишком много чувств, слишком много мурашек от каждого прикосновения, слишком… чтобы быть правдой. И наутро они остались друзьями, коллегами, которые слишком дорожат настоящим, чтоб попробовать что-то новое. *** Он продолжает сидеть на кровати, а она все еще держит пустую кружку. Он все еще одет в рабочую униформу, а она завернута в одно одеяло. И тишина все еще объединяет их в одно целое, создает чувство, что все правильно, как и должно быть. Он опять прерывает молчание: — Наверное, это неправильно, что тут я, а не Степа… Она ухмыляется, удивительно, что у нее еще есть силы на ухмылку. Тянется за телефоном и что-то в нем ищет, после протягивает мужчине. На экране фотография их коллеги с какой-то девушкой, они явно счастливы и влюблены. — Я думал, вы вместе… — Просто старые друзья… Ляжешь? Он ложится поверх одеяла, чтоб не быть слишком близко. Она опускает голову с мокрыми волосами ему на грудь. Снова наступает тишина, которую нарушает только дыхание спящих на кровати людей. *** Она проснулась, чувствуя на себе пристальный взгляд и чьи-то объятия. Открыла глаза. И, видимо, ее лицо выдало легкое удивление, перед тем как она осознала события прошлой ночи. Мужской голос спросил: — Мне уйти? Отрицательное покачивание головы из стороны в сторону. — Вставать будем? Снова покачивание головой, — Не сейчас… — она, переворачивается, обнимает мужчину и вновь погружается в сон. Впервые за долгое время она спит спокойно. *** Далеко за полдень она все-такие открывает глаза, потягивается и встает с кровати. Мужчина молчит, просто следит за ее движениями. Она достает из шкафа халат и накидывает его поверх обнаженного тела. И как ни в чем не было: — Кофе? — Не откажусь Она уходит на кухню, он какое-то время слушает, как она шуршит на кухне, а после встает с кровати. *** Женщина стоит спиной ко входу и варит кофе. Мужчина облокотился на дверной косяк и наблюдает. Они чувствуют, что что-то изменилось, или почти изменилось, нужно только решиться сделать последний шаг. Рита ставит чашки на стол, он садится, и они в тишине пьют бодрящий напиток. Кружки давно опустели, но они не двигаются с места, только иногда переглядываются. Это как ходьба по канату, один неверный шаг, и магия уйдет. Они не хотят ее упустить и ждут… Сергей встает и выходит из-за стола, она тоже. И он решается сделать шаг в бездну… Притягивает женщину к себе и накрывает губы легким поцелуем… Магия не ушла. Рита ответила на поцелуй. Теперь все будет по-другому. Как именно — они еще не знают, но по-другому. Она чувствует, что он может помочь ей больше не теряться в собственных мыслях на кафельном полу ванной. А он почему-то уверен, что с ней не станет скучно, как было с другим. *** Когда судьба уже пару десятков лет продкидывает тебе испытания одно за другим, перестаёшь удивляться. Удивляешься скорее чему-то хорошему и боишься идти ему на встречу. Годами бежишь от того, что может сделать счастливой и остановить падение в никуда. А ведь иногда просто нужно поверить и рискнуть.