Сокамерники

Сидела на стуле ,жадно докуривая сигарету любимой марки Marlboro. В последнее время слишком много курила. Видимо,навёрстывала те дни,когда хотя бы бычок с сантиметровой частью табака был неимоверным счастьем. Смотрела куда то вдаль. -Вон отсюда...-сказала двум охранникам,которые стояли буквально над душой,словно караульные у вечного огня.Даже не посмотрела в след удаляющимся фигурам. Снова закурила,буквально высасывая из папироски никотиновый дым. Какая то незаполненная пустота была в районе солнечного сплетения. Знала из-за кого,знала почему... «Разбойники» давно пойманы,вроде должно быть какое то облегчение,но его нет. Встала со стула,поправляя своё платье. Вновь рисковой длины,вновь не скрывающее стройность ног. Внезапно полюбила находиться дома «при параде». Всё так же ненавистные каблуки,все те же капроновые колготки ,с излишне тугой резинкой на поясе. Нравилось ей так. Нравилось подходить к зеркалу и смотреть на то,какая она красивая. Успела замёрзнуть ,сидя в сентябрьскую погоду ничем не прикрыв оголённые плечи и несильно глубокое,но декольте. Зашла в свой уже давно опустевший дом. Увидела фотографию где она с Игорем и собакой Никой. Губы дрогнули. Усмехнулась. -Отлюбила отстрадала на просторах пустоты...Не ждала и не гадала,что УЙДЁШЬ однажды ты...-перефразировала строчку из своей же песни,подчеркивая пророческое слово. Схватила фотографию и кинула в стену со всей силы. Осколки стекла разлетелись по углам,вынуждая шаркнуть один из них носиком туфли,чтобы отмести куда подальше. Цокая каблуками ушла в глубь дома. Присела на кожаный диван,взяв в руки перво попавшийся журнал с деревянного столика. На обложке полу оголённая девушка,в незамысловатой позе. Вспомнила как смерть её отца упала на съёмки для этого же журнала,в таких же незамысловатых,развратных позах. Жалела ,что не сможет,но сейчас глядя на эту даму ,стало противно. Наверняка было бы противно и от себя,смотря на сиё зрелище. Разглядывала брюнетку на обложке. Что то в ней было цепляющее и отталкивающее одновременно. Далеко не красавица,даже страшненькая,но обаятельная бесспорно. Красноречивый взгляд, бесформенные бёдра,заставившие Ирину сравнить её с собой и придти к выводу,что естественно её бёдра выигрывают в этом раунде. Талия. -Моя тоньше...-шёпотом. Грудь. -Моя аккуратнее и ладнее... Ноги. -Мои длиннее и стройнее... Фыркнула этому доминантному взгляду. -Блядь...-нет,не выругалась,дала обозначение той самой,с журнала,вскоре откинутого куда то назад. Сама не заметила как уснула сидя в кресле. Взору открылась широкая панорама леса. Всё вокруг жило весной. Как вдруг вся поверхность земли обратилась в коричневый цвет, а небо в чёрный. Люди, окружавшие её и наслаждавшиеся безмятежностью ранее, сейчас в панике бросились в россыпную. Вдали, из-за деревьев,двигалась, внушающих размеров, серая воронка смерча. Она, как и все, в надежде на укрытие, побежала вверх по склону, невольно улавливая взглядом яркие разряды в небе. Шаги,громкие мужские шаги вытащили её из царства Морфея. Рука невольно потянулась к столику,ища там что нибудь твёрдое. И нашла! Сапог! Кожаный,мать его,сапог! Что он тут делал понятия не имела. Встала,насторожилась. Шаги всё ближе. -Ничего потяжелее не нашла...?-зашёл в комнату. -Гриша...? Ты как сюда пробрался...?-кинула сапог на пол,- И вообще,что ты тут делаешь ?! -Это неважно...-приблизился,вдыхая её запах парфюма. Убрал прядь волос за ушко. -Как же я соскучился...-поцеловал в уголок губ,вызывая её недовольство. Его горячая,чертовски горячая ладонь, цепляет ее подбородок и приподнимает его, чтобы Ира посмотрела снизу вверх. Она облизывает губы. Ей кажется, что она спит. Потому что в ту же секунду, большой палец Гриши дотрагивается до губ. И это последняя нить, которая удерживала ее на плаву. Вспомнила как в первый день их знакомства,палец проделывал те же махинации. Ирина раскрывает рот и обволакивает палец губами. Ей достаточно видеть из под пушистых ресниц, как это действие ломает его. Гортанный стон нарушает тишину. Мужчина поворачивает палец и как крючок тянет Иру наверх прямо за верхнее нёбо. Рыбка попалась. Они стоят плотно друг к другу. Ее вздымающаяся грудь касается его футболки. Она через ткань чувствует насколько этот проклятый грузин горяч. - Чего ты хочешь, Ира? - шепчет он почти в губы. - Сними футболку. Мечтала об этом сразу, как зашёл сюда. Ей будет стыдно. Потом. Сейчас она с новыми мыслями и хочет делать все по правильному. Клочья света из тусклых ламп неравномерно выбеливают остроскошенные скулы Гриши, пока он снимает футболку, не сводя с Ирины глаз и в конце концов, бросая куда-то в ноги. - Твоя очередь, Аллегрова, - намеренно выделяя последнее. Тянется рукой к бретели ее платья. - Сними это. Через голову стягивает с себя платье. Оно шуршит, когда падает куда-то к его футболке. Вот они. Полуголые. Честные стоят напротив. Она жует губу, когда он оглядывает ее с ног до головы, останавливаясь на острых сосках. - Не носишь лифчик? - Не люблю… - Представляла секс со мной? Она чувствует, как кожа лица покрывается красными пятнами; пятна горячие и шипят, от них с легкостью можно прикурить. Вполне адекватная реакция на такие вопросы. - Постоянно,ещё с момента нашего первого совокупления-усмехнулась,вспоминая этот день. - И как это было? - он поддевает ее колготы и трусики и тянет их вниз, садясь на колени. Это расположение - божеправый… Ирина кладет руки на его голову, зарываясь пальцами в волосы. Тянет на себя. И ему не нужно уточнять. - Мне нравится грубо,Гриша… Григорий прикусывает внутреннюю часть бедра и зализывает отметину от зубов. Женщина стонет, запрокидывая голову назад, потому что его язык уже внутри. - Боже... И это правда. Потому что он блядски убивает ее сейчас. Он Бог, только вот на коленях не она. Дергает ее за бедра на себя, она падает назад. Холодная кожа дивана приятно холодит. Сейчас это необходимо. Внутри нее адское пламя и тугой узел возбуждения. Она ерзает на мягких подушках, мнет его кучерявые волосы и виктимно скулит. Григорий поднимает голову и замечает, как она прикусывает губу. Он рычит и тянется вперед. К ней. С долбанного размаха врезается языком в ее рот. Трахает пальцами так, как ей нравится. Как она попросила. Ира заламывает брови, протяжно стонет ему в рот и обхватывает ногами его торс, чувствует, как твердеет в его паху. Еще. Ей нужно еще и ближе, чтобы склеится и не разорваться. Гриша перешивает поцелуи с шеи на грудь, обсасывает соски и спадает к животу, попутно снимая с себя брюки. Ире немного щекотно, когда его волосы легко касаются впалого живота, она опьянено улыбается. - Как же я давно хотел тебя, - говорит он, смотря на картину впереди. Женщина раскрепощённо расставив широко ноги, тянется к нему. Хочет больше. - Гриша, ты меня убиваешь! - Гриша , пожалуйста! И это последние ее слова, перед тем, как он с силой толкается вовнутрь и падает на нее своим телом. Она выдыхает ему прямо в ухо горячими волнами, от которых у Григория мурашки давятся одна на другой. Его зверство меняется на нежность, быстрее чем вдох и выдох и так по кругу. Ирина вонзает ногти на его белую простыню - кожи. Снять бы ее, как водолазный костюм, оголяя нервы. Провела пальчиком по груди ,намеренно задевая шрам в области сердца. -Зашивай-не зашивай ,без тебя всё равно будет кровоточить...-усмехнулся своему высказыванию. Ей хочется довести его до истерики. Но все, что Ирина делает это стонет, прикусывая губу. В голове белый шум. Он все резче. Жестче. Быстрее. Она сжимает мышцы вокруг его члена и выстанывает имя , прогибаясь в спине до хруста позвонков, впадая в анабиоз от оргазма. Она чувствует по его хриплым стонам, что еще пару движений и он последует за ней. - Посмотри на меня! - шепчет она. И как только, его взгляд встречается с ее, он сильно кончает, впиваясь в ее губы. ******* Такое доброе и такое приятное утро. Опустевшая чашка (наверное там был кофе) падает на пол,как и множество другой посуды,скинутой ею в одну секунду со стола. И вот она,звезда эстрады,выгибается подобно кошке на своём же столе,подставляя грудь таким жадным и развратным губам Григория , чьи руки распахнув её розовый шёлковый халатик жадно разгуливают, щупая аппетитные формы. -С добрым утром,моя дорогая сокамерница...!