cigs.

Он курит свои сижки, а я живу отдельно. Осталось только небо, для полёта только небо. Она не отвечает и дни не замечает - Она их не считает и не запоминает.

Ночь. Обыкновенная, ничем не примечательная комната в общаге. Все вокруг разбежались по тусовкам. Лишь один парнишка в клетчатой рубашке и очках не спит. Обычно в это время он учился, зубрил, но сейчас ему не до этого, потому что на сердце была боль, которая не утихала ни на минуту. Он достает из кармана джинс пачку Мальборо, первую в его жизни. Ботан (так называли этого парнишку за его правильность и праведность) всегда был против курения, алкоголя, никаких вредных привычек, образец приверженца здорового образа жизни. Но сейчас было настолько плохо, что он решился на отчаянный шаг и...закурил. Дрожащими руками он достал одну сигарету из пачки, на столе взял зажигалку одного из соседей по общаге и зажёг «сижку». Он почувствовал, как обжигаются его лёгкие. Было сильно непривычно. После этого он взял в руки телефон и набрал чей-то номер...

Только, как одна в пустой квартире - Одна в пустой, одна в пустой квартире. Я каждого из вас пойму - Оставшись тут, сама с собой

А где-то, в одной из пяти комнат в коммуналке, по соседству с усатыми рыжими друзьями лежала черноволосая девчонка в сине-розовой рубашке, в потрепанных джинсах, которую звали Оливия. Она не любила ночь, потому что именно в это время суток она прокручивала в голове все, что было в ее жизни, вспоминала о тех временах, когда у нее были преданные, как ей казалось друзья и любимый человек. А сейчас у нее не осталось ничего из этого. Никто не выслушает, не поможет, не подставит плечо в трудную минуту. Подумать только, она потеряла все в одно мгновение по собственной глупости. Зазвонил телефон, который был весь в трещинах и царапинах. Звонил контакт, записанный как «Ботан😏♥️». Хотелось ответить, но Оливия вдруг чего-то испугалась и сбросила вызов. Благодаря этому звонку она хоть узнала, какой сегодня день. Из-за своих проблем Лив совсем потерялась во времени...

Дорогая, молодая, золотая - Ты в любви моей найдёшь успокоение. Утешение твою наполнит душу; В мире слёз и бед найдёшь дорогу, Если будешь сердце своё слушать.

В то время у Оливии была самая настоящая депрессия. Она не хотела делать ничего, просто лежать пластом на кровати под аккомпанемент криков матери о том, что она ничего не делает, что она бездарность, что она позор семьи. В ее душе была пустота. Лив понимала, что ее жизнь ничем не примечательна, дни проходят впустую, и это осознание быстро ускользающего в никуда времени давило на нее. Она пыталась заглушить свою боль и забыться в алкоголе. Оливия частенько зависала на каких-то вписках, где творила какую-то, попросту говоря дичь. Да, ей было весело, но потом она приходила домой, опять слышала все эти слова и всё начиналось по кругу. Однажды, после какой-то вечеринки она шла по улице поздно вечером. Нет, Оливия не шаталась и шла нормальной походкой: она обладала удивительной способностью не пьянеть. — Соска, почему одна, сейчас будет два? — крикнул ей вслед какой-то парень. Оливия проигнорировала его. Однако он оказался настойчив и стал преследовать её, крича и дальше какие-то дешёвые, мерзкие подкаты. — Молодой человек, отстаньте от девушки. Она же четко дала понять, что не хочет с вами контактировать, — строго сказал какой-то парень лет двадцати. Сразу было ясно, что это примерный студент: сумка под мышкой, прилизанные волосы... Лив почему-то не могла оторвать от него взгляд. — А чё это ты лезешь? Иди домой, досматривай спокойной ночи, малыши и не лезь не в свое дело, малой! Послушай старших! — рявкнул обидчик, толкнув сильно незнакомца. Он упал на асфальт, охнув. Лив начала нервничать. Сейчас ни в чем не повинный человек пострадает из-за неё... — Вот так-то, — удовлетворенно сказал мужчина, но Оливия дала ему сильную пощечину. Он не ожидал такого поворота, захлопал растерянно глазами и ушел, крикнув напоследок, что Оливия, говоря простыми словами, девушка лёгкого поведения и что пошла бы она куда подальше. — Чувак, тебе больно? — она вспомнила про парнишку, и села на корточки перед ним. — Нет. Я... Просто хотел вам помочь, но не вышло, потому что я ничтожество, — он вдруг всхлипнул. — Ты крутой. Ты заступился за меня. Тебя как зовут? — Ботан... То есть Влад. Меня так часто называют все, что я забыл свое настоящее имя. — Ну по тебе видно, — хмыкнула Оливия, — Давай руку, помогу встать. Ботан протянул ей руку, и благодаря помощи Лив, он поднялся и отряхнулся. — Но я не могу тебя так оставить. Давай ты переночуешь у меня, а утром я тебя провожу, — вдруг сорвалось с языка Ботана. Ему почему-то хотелось побыть с ней подольше. Она как-то притягивала его, манила... Но поймав смущенный взгляд Оливии, Ботан поспешил добавить: — Я не хочу с тобой делать чего-то такое нехорошее. Я тебя не трону и пальцем. Я порядочный, правда... Только если ты хочешь и.. Нет, все, забудь! — он помотал головой, — Это все бред. — Расслабься, Ботаник, я ничего такого не подумала. Ты не похож на маньяка, — хихикнула Лив, — Ну давай, чаек попьем, и я лягу спать. Устала смертельно. — Давай! У меня как раз есть печенье в темной глазури с сахаром. Тебе нужно? — встрепенулся Ботан. — Конечно! Я люблю жрать сладкое, — ответила Оливия, смеясь и беря Ботана под руку. Он не понял этого жеста, и ничего не сделал. От этой девушки, как любят говорить, «пахло свободой и дерзостью». Она была независимая и классная. Ботан это сразу почувствовал. Несмотря на то, что с детства родители учили его, что учеба — самое главное, что есть в его жизни, и никакого веселья не нужно ему, Ботаник понимал, что на самом деле в этой жизни есть какая-то другая сторона, наполненная яркими красками и незабываемыми эмоциями. Ботанику было двадцать, он всю жизнь был паинькой, ни разу не ругнулся, не нарушил ни одного правила. Ему хотелось попробовать что-то запретное, что-то, что делать было нельзя. Нет, речь не шла об убийствах или ещё каких-то противозаконных вещах. Просто о том, что порой делают все взрослые... Лив тем временем осмотрела его с ног до головы. Что-то было в нем такое, милое. Раньше Оливию очень бесили Ботаники, которые разговоривали писклявым голосочком, застегивали рубашку на все пуговицы, всю жизнь были книжными червями, но этот чем-то отличался от них. По крайней мере, для нее. Она начала понимать, что влюбилась с первого взгляда. Только «краша» в ботаника не хватало. Но ладно, будем решать проблемы по мере поступления.

***

      Комната Ботана в общаге была самая простая, но довольно неплохая. Стояло две кровати с прикроватными тумбочками, телевизор и небольшой стол. В комнате тусил ещё один человек, но увидев Ботана с девушкой, понимающе кивнул и юркнул из комнаты на улицу, накинув куртку. — Проходи, располагайся. Удивительно, что никого не было, кроме них двоих. — Уютно, — кивнула Оливия, — Не думала, что в рашке ещё такие общаги есть. — Где? — Ботан не понял её, Оливия хихикнула и невзначай коснулась его колена. Ботан покраснел густо и смутился. — Прошу прощения, — сказала Лив, — Давай чаечек попьем там. Ботан кивнул и сбегал на кухню, поставив старый, дореволюционный чайник... Ребята сели за стол, Ботан вдруг резко вскочил, начал хлопотать, ставить тарелки, вилки, все по правилам этикета. Он очень сильно волновался и хотел, чтобы все прошло идеально: сказывался синдром Ботаника. — Может, расскажешь о себе? — Оливия сложила руки и улыбнулась. — Меня зовут Влад, я очень люблю учиться, делать конспекты, писать уроки.. Ой, что я сказал? Забудь! Я хочу стать экономистом. Мне нравятся цифры, вычисления... Вот.. Ботан обычно на этот вопрос выдавал развернутое сочинение и легко рассказывал о себе от садика до студенчества, но рядом с Оливией мысли путались. Может, он просто в шоке, что девочка обратила на него внимание? Нет. Тут точно что-то большее. — Тебе правда нравится такая жизнь? — вдруг спросила Оливия, убрав прядь волос за ухо. Молчание. Ботан понимал, что ему уже хочется жить, как нормальный человек и так, как хочется ему, а не так, как хочет мама или папа. Ему сами выбрали садик, ему выбирали друзей в школе, запрещали общаться с теми, с кем он хотел, отправили в математический класс, хотя он хотел универсальный, отправили на экономиста, хотя Ботан хотел на физика идти, ему уже четко дали понять, что невесту найдут сами. — Не нравится, — кратко ответил Ботан, не углубляясь в подробности, — За меня всегда все решали. — Хреново, — посочувствовала Оливия, — Но ты просто покажи однажды свое «я», сделай так, как ты хочешь, и они отстанут. Но это если ты не зависим от них, допустим, финансово... Вдруг раздался свист. Это был чайник. В двадцать первом веке тут не было электрического чайника. — Сейчас! Лив, а вам.. тебе.. — Ботан растерялся слегка. — Давай на ты, блин. Неловко, — Лив уловила его неловкое настроение. — Лив, тебе чай с сахаром или без? — С двумя ложками, — пояснила Оливка. — Хорошо. Ботан успел пролить на себя несколько капель чая. У него сильно тряслись руки. Да что с ним такое?! Он чуть не споткнулся, пока нес две чашки. Оливия лишь посмеялась. Девушка быстро догадалась, что парнишка в нее влюблен... — Расслабься. Я не съем тебя, — Она погладила его по ладони. Ботан посмотрел прямо ей в глаза. Сердце билось в каком-то бешеном ритме. — Лив, пере.. перестань.. я стесняюсь.. — прошептал парень, убирая руку со стола. — Я же ничего такого не делаю, — удивилась Лив, но выполнила его просьбу, и больше не касалась его никаким образом.

***

      Так они и ходили друг к другу в гости, общались друг с другом по Интернету. Ботан даже ради Оливии зарегистрировался ВКонтакте и скачал whatsapp. Рядом с ним Оливия начала чувствовать себя лучше. Когда девушка была рядом с ним, она забывала о своих проблемах. Кстати, она ещё не рассказывала Ботанику ни о своем криминальном прошлом, ни о депрессии, ни о чем таком, что тревожило и гложило её внутри. Но никто из них не мог решиться на те три слова. Ботаник боялся, что Оливия посмеётся над ним, а Лив боялась его спугнуть. Он слишком правильный для отношений. Просто все получилось слишком спонтанно. Это был очередной их вечер вместе. Они просто смотрели какую-то старую смешную комедию. Вот только Оливия не особо смеялась и все чаще уходила в себя, в свои мысли. Ботан заметил эти резкие перепады настроения и спросил с волнением: — Что с тобой? Оливия посмотрела на него, и вдруг в ней зародилось чувство того, что он тот человек, которому можно довериться, открыться. Она рассказала, скорее выплакала все свои проблемы, ничего не скрывая и не утаивая. Ботан вдруг обнял ее крепко, прижал к себе и прошептал: — Я буду рядом с тобой. Ты со мной найдешь успокоение. Я помогу решить тебе все проблемы. Потому что люблю тебя. Оливия растерянно посмотрела на него. Её чувства взаимны? Даже не верилось.

Уловила нежное дыхание - Это будет вечная картина. Я дружила с странными парнями - Это как-то так неблагодарно; Но чего же я тогда искала? Лучше бы тебя поцеловала!

Она легла к нему ближе, не говоря ни слова. Повисла тишина. — Ты прав, — вдруг ответила Лив также тихо, потому что не хотела нарушить эту романтичную и таинственную атмосферу, — Что я там искала, на тех тусовках? Зачем я общалась с этими дебилами? Хорошо, что у меня ты появился. Лучше бы я с тобой была... Их взгляды встретились. Ботан захлопал глазами, не зная, что делать. Лив взяла инициативу в свои руки, положила руки на его щеки и медленно поцеловала. Ботан сначала робко и неуверенно ответил ей, но затем легко перевел этот поцелуй из нежного в более страстный и жадный. Лив уже пальцами касалась пуговиц его рубашки, углубляя поцелуй.

***

      С того дня они начали встречаться. Состояние Лив действительно начало улучшаться. Она постоянно улыбалась, вновь научилась искренне смеяться. Она как будто начала заново жить. Да и Ботан как-то изменился: стал более уверенным в себе, стал обычным человеком, а не роботом-ботаником. Все было круто, здорово, ярко до одного дня.

***

      Неизвестно, что двигало Оливией, когда на вопрос друга «ты будешь с нами тусить седня ночью» она сказала «да». Ведь она же чувствовала, что ничем хорошим это не закончится. Ботан ей доверял на сто процентов, поэтому отпустил ее без проблем. Пусть девочка повеселится, расслабится. Вот только все это кончилось очередной пьянкой и предательством. Лив вообще ничего не соображала, поэтому даже не сопротивлялась и никак не препятствовала, когда один из парней начал к ней приставать.

***

      Ходить с таким грузом она не могла. Казалось, что она опять вернулась в начало того круга депрессии. Она все чаще замыкалась, стала более закрытой по отношению к Ботану. Она не отвечала на его звонки, не писала ему сообщения, все предложения о встрече игнорировала. Потому что боялась смотреть в его те самые, влюбленные глаза. Ботан сходил с ума, метался по комнате, пытаясь найти хоть какое-то логичное объяснение её поведению. В один день он решил бомбить ей телефон подобного рода сообщениями: «Лив, пожалуйста» «Не молчи» «Что случилось?» «Ответь» «Ты меня больше не любишь?» Все равно рано или поздно, если хорошенько доставать, человек сдастся. Так произошло и с Оливией. «Давай встретимся, я тебе все объясню» «Буду через пять минут»

***

      Он сдержал свое слово. Пунктуальность — его второе имя. Было холодно. Правильно, совсем недавно началась, на удивление, снежная зима. Декабрьский воздух резал лицо. Ботан спрятал руки в карманы, нервно озираясь по сторонам. Наконец Оливия пришла. — Лив, наконец-то ты здесь! — Ботан кинулся её обнимать, но вдруг Оливия оттолкнула его от себя с такой силой, что Ботан упал в снег. — Мы не можем быть вместе. Сказала, как отрезала. Ни единой слезинки. Она уже давно была готова к такому исходу. — По-почему? — дрожащим голосом спросил Ботан, — Все же было здорово! — Потому что я предала тебя, ясно?! Я тебе изменила! Все? — Ты лжешь, ты же не могла... — Могла. Походу, могла, — хрипло закончила Оливия, — Я уверена, ты найдешь себе более порядочную девушку, чем я. Пожалуйста, забудь обо мне. Удачи. Сказав это, Оливия быстро ушла, стараясь не смотреть вслед. До Ботана уже чуть позже дойдет смысл сказанного и произошедшего, когда он уже будет дома. Он проплачет целую ночь.

***

      Лив позвонила кому-то из своих друзей. Ей очень хотелось посидеть, как раньше, напиться в хлам, чтобы забыть и больше не помнить ничего: ни его робкого «я люблю тебя», ни его аккуратных касаний. Но даже друзья отвернулись от нее.

Теперь она осталась одна. Впрочем, как и он.

Он курит свои сижки, а я живу отдельно. Осталось только небо, для полёта только небо. Она не отвечает и дни не замечает - Она их не считает и не запоминает.