Наследник рода Гринграсс

      Волшебный потолок Большого зала темнел, усыпанный звездами. Под ним за четырьмя длинными столами факультетов сидели растрепанные школьники — кто в дорожной мантии, кто в халате. Среди них мелькали жемчужно-белые фигуры школьных призраков. Все глаза, живые и мертвые, были устремлены на профессора Макгонагалл, выступавшую с возвышения в центре Зала. Позади нее стояли остальные учителя, в том числе и белокурый кентавр Флоренц, а также члены Ордена Феникса, прибывшие для битвы.       — Эвакуацией будут руководить мистер Филч и мадам Помфри. Старосты, по моему сигналу вы организуете свои факультеты и в порядке доставите порученные вам группы к месту эвакуации.       Многие ученики сидели в полном оцепенении. За столом Пуффендуя поднялся Эрни Макмиллан и громко спросил:       — А если мы хотим остаться и принять участие в битве?       Раздались бурные аплодисменты.       — Совершеннолетним можно остаться, — сказала профессор Макгонагалл.       — А как быть с нашими вещами? — спросила какая-то девочка за столом Когтеврана. — С чемоданами, с совами?       — У нас нет времени паковать имущество, — ответила профессор Макгонагалл. — Наша задача — в целости эвакуировать отсюда вас самих.       — Где профессор Снегг? — выкрикнула Дафна Гринграсс. Это для остальных слизеринцев профессор Снегг был бывшим деканом, ушедшим на повышение. Для самой Дафны он был гарантом ещё как минимум трёх лет свободы       — Он, простите за вульгарное выражение, сделал ноги, — ответила профессор Макго­нагалл, и за столами Гриффиндора, Пуффендуя и Когтеврана раздался дружный громкий смех.       — Мы уже установили вокруг замка защитные заклинания, — говорила профессор Макгонагалл, — но вряд ли они продержатся долго, если мы не примем дополнительных мер. Поэтому прошу вас двигаться быстро и организованно и слушаться старост...       Её последние слова потонули в раскатах другого голоса, разнесшегося по Большому залу. Голос был высокий, холодный и ясный. Невозможно было определить, откуда он исхо­дит: казалось, говорят сами стены. Как чудовище, которым он некогда повелевал, этот го­лос, возможно, дремал в стенах веками:       — Я знаю, что вы готовитесь к битве.       Из-за столов раздались испуганные вскрики, школьники в ужасе прижимались друг к другу и затравленно озирались, пытаясь понять, откуда доносится голос.       — Ваши усилия тщетны. Вы не можете противостоять мне. Я не хочу вас убивать. Я с большим уважением отношусь к преподавателям Хогвартса. Я не хочу проливать чистую кровь волшебников.       В Зале царила теперь полная тишина, та тишина, что давит на барабанные перепонки и распирает стены.       — Отдайте мне Гарри Поттера, — сказал голос Волан-де-Морта, — и никто из вас не пострадает. Отдайте мне Гарри Поттера, и я оставлю школу в неприкосновенности. Отдайте мне Гарри Поттера, и вы получите награду. Даю вам на раздумье время до полуночи.       И снова Зал погрузился в тишину. Все головы повернулись, все глаза обратились на Гарри, приковав его к месту тысячей невидимых лучей. Потом из-за стола Слизерина подня­лась Пэнси Паркинсон. Она замахала руками, крича:       — Да он же здесь! Поттер здесь! Хватайте его!       «Всегда знала, что Паркинсон дура», на лице Дафны не дрогнул ни один мускул. «Всего одной фразой настроить против себя ¾ Хогвартса! А ещё на Слизерине учится»       Поттер не успел произнести ни слова, как началось общее движение. Гриффиндорцы перед ним вскочили и, как один, повернулись — но не к Гарри, а к слизеринцам. За ними поднялись пуффендуйцы, и почти в ту же минуту когтевранцы. Все они стояли спиной к Гарри, глядя не на него, а на Пэнси.       В защиту Паркинсон палочки поднял далеко не весь слизерин. Мало кому улыбалась перспектива сражаться с минимум трехкратно превосходящим противником, взявшим слизеринцев в окружение просто из-за расположения столов факультетов. Да и к пожирате­лям смерти отношение было далеко не всегда восторженным. Среди поднявших палочки в за­щиту Пэнси были Крэбб и Гойл. У них что, Гиффиндор головного мозга?       Сама Дафна палочку держала на изготовку, готовая блокировать любое заклинание, летящее в неё или в сестру, но под столом. Перепись идиотов Слизери­на прошла успешно.       — Благодарю вас, мисс Паркинсон, — сказала профессор Макгонагалл ровным голосом. — Вы первая покинете этот зал в сопровождении мистера Филча. За вами пойдут осталь­ные ученики вашего факультета.       Дафна Гринграсс шла со своим факультетом в растерянных чувствах. Её отец, Лорд Гринграсс, велел всеми силами избегать конфликта между Тёмным Лордом и Орденом Феникса.       Предложение Панси Паркинсон выдать Тёмному Лорду Гарри Поттера Дафна встретила равнодушно. Понятно, что выдача Поттера замок от осады Пожирателей Смерти не избавит: когда ещё Тёмный Лорд сможет найти и уничтожить весь Орден Феникса разом? Но и глупость однокурсницы Паркинсон... Ей бы помолчать — глядишь и репутация Слизерина чуть выправилась бы...       Сама Дафна официально защищена что при победе Ордена Феникса, что при победе Волан-де-Морта. Ни она сама, ни её родители в поклонении Тёмному Лорду замечены не были. Даже пристрастное расследование против неё ничего не даст: не было ничего, что связывало бы её и её семью с Пожирателями. Она училась на Слизерине? Ну и что? Фаультет как факультет, один из четырёх в Хогвартсе. Чистота крови, согласно декларации Ордена Феникса — не клеймо для пожирателей.       В случае победы Волан-де-Морта Дафну должны были спасти чистота крови и... помолвка с Драко Малфоем. Помолвка, кстати, с достаточно хитрым условием... Вот только это ОФИЦИАЛЬНАЯ декларация. На деле, судя по слухам, Тёмному Лорду плевать на чистоту крови, он выделяет только тех, кто лоялен лично ему. Малфои же... Судя по тому, как изменилось обращение к Драко его вассалов, Крэбба и Гойла, у Рода Малфой возникли проблемы с Волан-де-Мортом. И проблемы за последний год только усугубились. Так что свадьба с Драко Малфоем защиту не обеспечит, а как бы не усугубит...       Откладывание свадьбы тоже не лучший выход: когда Тёмный Лорд разберётся с Орденом Феникса, следующей мишенью станут те, кто хранил нейтралитет. Именно за то, что не присоединились. Потом, конечно, будут чистки и в рядах примкнувших, и среди самых ярых сторонников — всегда так было. Но у тех, кто вызовет на себя гнев Тёмного Лорда шансов узнать, как будут наказывать их мучителей уже не будет...       Даже если отвлечься от собственной безопасности, подумать о перспективах страны... как проявит себя новый повелитель магической Британии? Что Тёмный Лорд будет делать после победы? И ответа нет. Волан-де-Морт никогда не объявлял, что он намерен предпринять поле захвата власти, словно при его победе и расправе над грязнокровками все проблемы решатся автоматически. В автоматическое решение сразу всех проблем Дафна не верила, так что победу Тёмного Лорда она бы встретила без восторга.