idiot.

- Нет! Я прошу тебя! Не уходи! Я не справлюсь без тебя, любимый! Я умоляю, останься со мной! – Жалобные писки звучали из уст темноволосой женщины, которая вся была в слезах и понимала, что близился конец. Конец отношений с ее мужем, с которым они успели завести общего ребенка, примерно спустя четыре месяца знакомства. Она очень хитра и лжива, в некотором плане. Она не пила противозачаточные уже который раз, говоря обратное, а тот ей верил. Так и появился их малыш Фрэнки. - Боже, хватит! Я устал, понимаешь? – Мужчина подошел к ней вплотную. – Меня тошнит от твоего лица. Я не хочу здесь находиться. Мне надоело терпеть эти ссоры, которые ты раздуваешь до полного абсурда, которые к слову, начинаешь именно ты, Линда! - Но я же люблю тебя, Фрэнк! – Бред. Возможно у нее была к нему симпатия, но не сейчас. Айеро-старший ей чертовски удобен. Он послушен, как пес. Словно робот, которые выполняет программу, встроенную у него в чипе. Но произошел сбой. Этот робот обрел сознание. Мужчина резко дернулся с места и уже пошел к входной двери, дабы покинуть этот дом, но он развернулся и решил ответить ей, ясное дело они общались на высоких тонах, так что он решил соблюдать эту традицию: - Пошла ты к черту, раз можешь использовать этот метод манипуляций! Твои чувства? Серьезно? Ты ничего нового не могла придумать? Или это все, на что ты способна, а? - Не смей повышать на меня голос, Айеро! Не забывай, что у нас есть ребенок, который сейчас спит! – Голос сорвался на крик, что забавно, ведь она сама себе же противоречила. Линда сама по себе очень забавная, даже милая девушка, но никто не понимает, что происходит у нее в голове, что та ведет себя так, как ведет. Мальчик сжимавший в руках плюшевого мишку, медленно спускался по лестнице на первый этаж, не понимая почему его мамочка и папочка кричат друг на друга, говорят те слова, которые запрещают говорить ему, которые являются плохими словами, которые нельзя говорить кому-то. Почему папочка не говорит мамочке, что любит ее так же сильно, как она его? - Мамочка? Папочка? – Он потер глаза своим маленьким сжатым кулачком, пытаясь нормально их разглядеть, ведь малыш недавно проснулся. Конечно, как же тут не проснуться, если тут крики похлеще, чем в каком-нибудь ужастике, где полно расчлененки. Фрэнк Айеро старший поднялся к своему сыну и, взяв его на руки, пошел с ним в его комнату, чтобы вновь уложить его спать. Пока те поднимались, за ними следом шла Линда, которая сдерживалась в обращениях к уже бывшему мужу. По ее щекам катились слезы, которые она тут же вытирала, и сразу растворялась в улыбке, чтобы ее сын не переживал. Он еще маленький, ему необязательно быть в курсе всех проблем, что происходили внутри их семьи. Ему не стоит знать, что мамочка не так верна папочке, как тот думал. Ему не стоит знать, что папочка тоже у него не самый идеальный, зато самый азартный. Ему не стоит знать о том, что его мамочка чокнутая женщина, с которой лучше не связываться, Ему не стоит знать, что скоро папочка их бросит и даже понимая тот факт, что с мамочкой Фрэнку лучше не оставаться, не заберет его и будет навещать крайне редко. Об этом Фрэнки знать не стоит. Сейчас он закроет глазки, пока мамочка и папочка будут сидеть по обе стороны кровати, пока мамочка будет держать его за ручку, пока папочка погладит его лоб и нежно поцелует в этот же лоб, ведь это был последний день, когда они сейчас все вместе. Это был последний день, когда Фрэнк Айеро младший по-настоящему самым счастливым ребенком во всем мире. ****** - Фрэнк, ты вообще где? Спросил кудрявый улыбчивый парень, который махнул перед ним рукой, в которой сжата бутылка пива. Рэй не понимал, почему его друг выпал из жизни на какой-то момент, поэтому решил помочь ему прийти в себя. Они находились в каком-то заброшенном доме, который был недалеко от новой школы Фрэнка. Снаружи он выглядит так себе, очень пугающее. Пошарпанные стены, на которых в некоторых местах красовалась плесень, вместо красивого куска непонятного материала светло-коричневого цвета. Крышка почти вся уже на земле, но это не так плачевно. В целом видок у этого дома – отталкивающий, но парням он приглянулся. Когда она первый раз туда пришли, там был старый и пыльный диван, такое же и кресло, которое шло в неком комплекте с диваном, в углу стопка дисков со всякими поп-группами, в которой можно найти один диск Дэвида Боуи, что сначала порадовало юного ценителя рок музыки Фрэнка Айеро, но к его сожалению он весь в царапинах. Он не понимал, как можно быть настолько жестоким к дискам. Они требуют такого же ухода, как и любая другая вещь. А вот к удивлению Рэя Торо там была гитара, достаточно целая, неплохая, довольно-таки, стоит поменять только струны и она будет идеальна, что не могло не радовать и юного гитариста Торо. - Да, конечно! – Айеро вздрогнул и перевел свой взгляд на русого паренька, стоящего перед ним. - Вот и отлично. Ты мне так и не рассказал про свой первый день в этой школы. Вроде так многообещающе рассказывал об этом событии по телефону, мол, лучше рассказать об этом в живую, а сейчас уходишь в себя. Все в порядке? Фрэнк промолчал. - Отец не позвонил даже сегодня? Они там что, блять, издеваются над тобой? Каждый пытается перетянуть одеяло на себя, показывая насколько они хорошие родители, но ни один из них не поздравил тебя с днем рождения? – Он нахмурился. – Фрэнки, не в обиду, но они правда ужасны. - Да, я знаю. И, твою мать, хватит звать меня Фрэнки, Рэй! Ты же знаешь, что я это ненавижу. Давай без лишних нежностей и плаксивости? Обидно ли мне? Да. Собираюсь ли я забить на это? Да. Перестану ли я надеется на что-то хорошее? Нет, не перестану. Давай закроем эту тему, хорошо? Ты извини, но правда, не хочу об этом говорить, но все нормально, - брюнет улыбнулся, легонько ударив друга по плечу, - я рад, что отметил свое день рождение с тобой и получил поздравления от тебя. - Джамия разве не звонила? Как она могла пропустить то, что тебе уже семнадцать? Хотя ладно, я все понимаю, но даже не позвонить? Я поговорю с ней. Айеро рассмеялся. - Не стоит, Рэй. А разве она должна была мне позвонить? Она все сказала в тот вечер. Я ее прекрасно понимаю. Я бы тоже сводил общение на нет, если бы кто-то тоже так поступил со мной, как я с ней. - Ладно, как скажешь. Так вот, я дождусь твой удивительный рассказ? - А, ну да. В общем, шел я в эту школу, столкнулся с каким-то челом, ну и послал его, как обычно я делаю. Захожу. Нереально красивая внутри, - тот активно жестикулировал в момент просвещения друга в этот удивительный новый мир. – Встречаюсь там с такой красоткой, брюнеточка, в коротенькой юбочке, ножки огонь, кстати. – Он усмехнулся. – Линдси зовут, если честно, она очень милая, но не в моем вкусе. Отвела она меня к директору, получил я там все, что мне нужно и пошел на урок. Захожу туда в своей манере, ну ты помнишь, как я пришел в первый день.. - О да.. Такое не забудешь. Сразу все обо всем сказал: привет, я Фрэнк и мне на всех вас плевать, особенно на тебя, человек похожий на нашего препода. Так, извини что перебил, продолжай. - Хах, да.. Так вот, пошел я на урок и угадай что? Наш учитель литературы это тот самый мужик, которого я утром послал! Я просто охуел! - О боже, Фрэнк! Тебе прилетело за это? - Да не особо. - Ну ладно, - его взгляд перешел на экран телефона, где пришло сообщение от мамы.Ч- черт.. Мне идти нужно, я тебе чуть позже напишу, хорошо? - Проваливай уже, пока я не запульнул в тебя чем-нибудь, - на лице мелькнула легкая, но грустная улыбка, которую тот попытался скрыть, чтобы не обидеть друга. - Отлично! Пока, Фрэнк! - До встречи, Рэй. Он ушел, схватив свой рюкзак. Так рванул, будто сбегает от чего-то. Или кого-то. Айеро даже не думал возвращаться домой, ему там не рады. Ему там нечего делать. Так что лучше он побудет здесь максимально долго, насколько он сам этого хочет. Ничего умнее он не придумал, как взять в руки гитару, которую Торо оставляет здесь, особо не переживая за нее, и поиграть на ней. Играть на гитаре и что-то напевать нравилось парнишке, это как-то успокаивало, отвлекало от всех глупых мыслей, который могли возникнуть в голове по счастливой случайности. **** Рабочий день уже подходил к концу, не считая той стопки бумаг на столе, которую предстоит еще разобрать, но этим он займется завтра. О чем, что он мечтает сейчас – сигарета. Все. Больше ему ничего сейчас не хотелось сильнее. Но и кофе еще. Сигарета и кофе. Звучит прекрасно. Именно этого сейчас хотел Уэй, который собирал некоторые бумаги, дабы нормально уже отправиться домой, где он и доделает всю работу. Где-то в кармане зазвенел телефон. Небось Майки. И да, это был он. Брюнет принял звонок и поднес телефон к уху, улыбаясь. - Кто это у нас тут вспомнил о любимом старшем брате? – Все улыбаясь, начал тот. - Привет, Джи, ты там еще не умер? – Послышались веселые нотки из мобильного телефона. - Да, а с чего это мне быть мертвым? - С твоим образом жизни, - он закашлял. – ты должен быть уже мертв. - И это говоришь мне ты, который попал в больницу от передоза? Ладно, извини, но правда. Я здесь старший и буду учить тебя жизни я. - С учетом того, что сейчас я в больнице, то хорошо ты учил меня, Джерард. - Ой, да пошел ты. - Обязательно, как только выйду отсюда. Ты уже дома? - Нет, но собираюсь уходить. Вон, уже все собрал, что нужно. - А.. Ну, значит тебе удобно сейчас говорить. - Ладно, предположим. Мужчина направился к выходу из кабинета, затем и из школы, спускаясь на первый этаж. Он все еще говорил со своим братом. Майки ничем не отличался от Джерарда, кроме того, что у второго есть работа, он не торчок и его мама любила меньше. У них даже была своя группа в школьные годы, ведь Майки умеет играть на басу, а Джерард отлично поет и тоже умеет играть на гитаре. Был еще их друг Боб, который играл на барабанах. Такая была своеобразная группа, но она не прожила после учебы и года, хотя это было мечтой как и Джи, так и Майки. Но всем мечтам суждено сбываться. Именно по этой причине Уэй-старший обычный учитель литературы, а Уэй-младший.. Никак не реализован, хотя ему давали больше и вкладывали в него больше, чем в старшего сына, но в какой то момент они поменялись ролями. Или поменялся только Джерард. - Ты там, судя по голосу, не совсем живой. Когда на тот свет собрался? Что-нибудь оставишь любимому брату, который заботился о тебе всю жизнь? - Ну спасибо, тебе я тоже желаю здоровья. - Мама не звонила? - Конечно звонила. Ох, черт.. Она по второй линии пытается дозвониться до меня вновь. Я тебе перезвоню. Майки сбросил трубку. Даже грустно стало в какой-то момент. Улыбка спала с лица, как только тот вышел и из учебного заведения, и уже не слышал этот хриплый голос младшего брата. Достав из кармана пальто пачку любимых сигарет, он закурил, предварительно достав сигарету из этой же пачки. С каждым затягом становилось легче, хотя бы на чуть-чуть. Переживания о брате не сходили на нет, но и не были центром всех проблем. Он же попал туда не по его вине, ведь так? Джи хотелось в это верить. Будто он не виноват в том, что смог слезть с иглы, а Майки не помог. Он пытался, честно. Сколько было разговоров на эту тему, сколько раз младший посещал клинику и все это время Джерард был рядом, но ему кажется, что этого было недостаточно. Придурок. Кретин. Идиот. Но ты же не виноват. Нет, я виновен в том, что помог ему. Ты сделал все возможное. Очевидно этого не было достаточно. Ты сделал все, что мог. Явно не все. На месте Майки должен быть я. Это я должен лежать в больнице, мучаясь. Это должен быть я, не Майки, он не заслужил этого, у него должна быть жизнь лучше, чем сейчас. Он должен был добиться высот, жить лучше, чем вся наша семья, но нет. Я виноват. Ему стоило бы отвлечься от этих мыслей, поэтому он решил дойти до своей любимой кофейни через район, который переполнен заброшенными домами, чтобы его путь был намного дольше, чем обычно.