Перерождение

«Однажды, Демон Знаний обронил на землю три фолианта, в коих хранятся безграничные знания о сверхъестественном. И лишь Знаки смогут завладеть ими, не лишившись жизни…», — гласила легенда Гравити Фолз. Кто-то верил в это, кто-то нет… А одному одноглазому парнишке удалось заполучить один такой. И не совсем по-случайности… Сайферу было лишь 15 лет, а он уже был не по-возрасту жесток и садистичен. Настолько, что в возрасте трех лет по-собственной глупости выколол себе глаз. Родственники всю жизнь гадали, откуда в пареньке такая жажда крови. Откуда в нем столько мстительности и агрессии… И вот, ради того, чтобы отдохнуть от кровожадного сынишки, что душил домашнюю кошку и убивал насекомых от скуки, его спихнули на двух прадядь до конца лета. Они жили в каком-то малонаселенном городке. Городке, что назывался Гравити Фолз. Младший Сайфер ухмыльнулся, протирая от пыли старую книгу с золотой елью и цифрой «3», что была изображена на обложке. Он, посмеявшись, прихлопнул ей насекомых, что бегали по фальшивому дереву и зашагал обратно в хижину тайн к своим двум дядям, увязая кожаными ботинками в лесной грязи. Он не собирался делиться своей находкой. Он собирался как следует ее изучить… 999 — Еще одна такая выходка и ты останешься без ужина, — строго пригрозил дядя Стэн, указывая на заляпанный грязью и сосновыми иглами пол, — понял, Билли? А теперь за работу! Нечего мне тут тунеядствовать! — Да, дядя Стэн, — с напускной мягкостью ответил «Билли», и злобно добавил шепотом, берясь за швабру, когда Стэнли ушел, — И никакой я вам двоим не «Билли», черт бы вас побрал… В хижине пахло потом множества посетителей. Это был жаркий день после дождя. Билл отчаянно хотел вырваться на улицу, вдохнуть свежий запах сосен и сбежать, чтобы сжечь лупой очередную пару насекомых. Младший Сайфер всегда был таким. Но внезапно, он охнул, когда случайно столкнул шваброй коробку с кучей красивых, расписных, дешевых треугольных повязок. Стэнли собирался продавать их за копейки, ведь почему-то никто не хотел их покупать, а место они занимали. Все повязки увязли в жидкой лесной грязи. Все, кроме одной. 999 Устроившись на камне где-то в лесу, Сайфер раскрыл книгу. Дело близилось к вечеру. Сосновый лес шелестел над головой одноглазого. Птицы пролетали где-то высоко-высоко, готовясь к ночлегу, а закатное небо скрывалось далеко за линией леса, что окружил его со всех сторон. У теплого вечера была своя песня. Билл любил природу, но не любил живых существ, что ее населяли. Особенно людей. Из книги показалась синяя полупрозрачная рука, что дотронулась до его лба. Билл попытался ударить это, но руки прошли насквозь, а что-то липкое сковало его тело… Множество знаний устремились в его разум, заставляя его широко распахнуть глаз от обилия информации. Магия, параллельные миры, пламя, пламя, пламя… Синее пламя поглощало его изнутри, заставив закричать. «Я нашел тебя…» — едва слышно прошелестело в голове, — «Нашел.» Билл посмотрел на свою руку, над которой зажегся маленький голубой огонек. На долю секунды. Он выдохнул, распластавшись на камне. Небо становилось всё темнее и темнее. Облачко пара вырвалось изо рта. Это должна была быть самая холодная ночь за всё лето… — И как мне жить после этого дерьма?.. — вопрос был адресован в пустоту. «Разберешься, треугольник», — что-то ответило ему внутри головы. Очень громко и чётко. Билл слез с камня. Ему послышалось? Он на всякий случай прижал к себе дневник и ухватился за легкий перочинный ножик в заднем кармане шорт… Он не знал, что это было, но оно определенно его пугало. И пугало сильно. «Я приветствую тебя. Я Пайнс, Диппер Пайнс. А ты, как я полагаю, Билл. Верно?» Подросток закричал, устремившись к Хижине Тайн. Его била сильная дрожь, а ужас кричал внутри, чем-то липким сковывая тело. Но Билл старательно игнорировал это. Он знал одно: это могло быть что угодно. Из всех существ, что ему предвиделись, из всей магии, о которой он узнал, это могло быть что угодно и он не собирался становиться ужином для этого паразита! Билл закрыл дверь спальни за собой на замок. Сердце стучало в бешеном темпе, а что-то встряло внутри горла, мешая говорить. «Меня не нужно бояться, одноглазый. Придет время и ты сам все узнаешь» — снова раздалось в голове.