Как с помощью некрономикона предотвратить апокалипсис

      То, что вы сейчас читаете — История не для детей. Тот ужас, что мы пережили не должен являться для вас какой либо шуткой или легким романчиком во имя траты времени. Я, Маринетт Дюпен-Чен, маркиза рода Дюпен-Чен землей Нормандия, пишу о своей жизни и о том, как спасла мир от нависшей над ней угрозы, в лице… (Это звучало бы смешно, если бы не было правдой), Я спасла мир от мертвецов.

***

      Сегодня, 24 августа 1670 года. Прошел ровно год, как Императрица Эмили Арест покинула мир. Император Габриэль повторно женился на Герцогине Натали Санкер. И ходили слухи, что сделал он это не от особых чувств. Правитель любил свою почившую супругу до безумия сильно, но законы априори сильнее. И по этим же законам я должна обручиться, выйти замуж и родить наследника собственного рода. — Какая-то это все глупость. — я присела на кресло и, сложив руки в замок, положила их на колени.       Мне уже двадцать, а я так и не обручилась ни с кем. Вопреки обыденности, мои родители, маркиз и маркиза Нормандии Том и Сабина Дюпен-Чен всё понимают и не торопят меня с выбором, ведь даже их, казалось бы, заранее спланированный брак был, как это нынче называется, «по любви». И их главное пожелание, чтобы и у меня всё сложилось так же. Я только за, но всё чаще начинает казаться, что такая жизнь не для меня. Да и тем более, у меня все ещё есть младшая сестра… которой только ещё предстоит покинуть утробу матери. — Какая-то это глупость. — я прикрыла глаза. — Госпожа, вы говорите это фразу второй раз за две минуты. — служанка, что стояла у двери, привела меня в чувство. — Ты права, я слишком много думаю. И пора перестать это делать вслух. — я улыбнулась ей, она же в ответ кивнула и опустила голову вниз.       Если вдуматься, то любой другой дворянин уже бы кричал на слугу за то, что она посмела открыть рот без позволения. Но мне привили должное воспитание и ценности: если быть добрым с человеком, то тебе ответят взаимностью. Все слуги в нашем поместье почтительны и милы с хозяевами, поэтому думаю, что моё мировоззрение всё же верное. — Эсми, приготовь карету и позови слуг, мне надо переодеться. — Я встала с кресла и медленным шагом подошла к туалетному столику. — Могу я поинтересоваться, куда вы хотите направиться, Миледи? — служанка Эсмеральда фон Дизер, что так же смирно стояла у двери, подняла на меня глаза. — На кладбище.

***

      Прошел ровно год с трагичной гибели прошлой императрицы. Смерть настигла её в лице болезни, что изматывала правительницу в течение трёх месяцев. Все дворцовые доктора разводили руками. Недуг поедал ее изнутри и с каждым божьим днем Эмилию покидали силы. Цветок засыхал на глазах.       — Не завидую я принцу. В возрасте полугода потерять мать. Уверяю, он даже не будет помнить ее. — Я вздохнула, глядя в окно. Пейзажи за ним неспешно сменяли друг друга, отдавая в глаза рябью.       Лес, селения, город, снова лес и, наконец, я на кладбище. Казалось, что атмосфера тут даже темнее городской. Дорога длилась с час, а выехала я из поместья едва стрелки достигли отметки 3 после полудня. — «Странно… но не стоит об этом думать» — я вышла из кареты с букетом бело-красных роз. Эмили так любила эти цветы…       Я, в сопровождении рыцаря, медленно направлялась в сторону могилы моей знакомой. В голове проносились воспоминания о нашей с ней первой встрече, о второй, третьей и последующих многих встречах и приёмах. Да, мы были довольно близки. Это была особая нерушимая связь… Но… Это было до того, как она вышла за правителя Франции. Наши встречи сократились до одной в месяц, а затем она родила наследника. Виделись мы только на балах и светских мероприятиях. — Эмили… Не думала, что ты так скоро окажешься на кладбище аристократов.       В ответ я услышала лишь карканье ворон. — Я принесла твои любимые цветы, дорогая… — я тихо сглотнула подступающую тошноту. — Прости, что не смогла с тобой попрощаться.       Я встретилась с ней за два месяца до её кончины. Но уже тогда моя дорогая подруга была похожа на увядающую розу. Нахождение рядом с ней, даже если она была прикована к постели, даже если всего лишь на час — делало её невероятно счастливой.        «Не плачь, Маринетт.» — ледяной мороз прошелся по коже. — Что?.. — я оглянулась. Точно убедившись, что тут лишь я и стражник в пяти шагах от меня, я посмотрела на памятник. — Эмили?.. — я прикрыла рот ладонью, обтянутую в черный бархат.       «Маринетт, я оставила тебе подарок и свою последнюю волю.» — «Не может быть.» — мои глаза начали метаться из стороны в сторону, ища источник голоса. Руки покрылись легкой дрожью, делая мои пальцы мертвецки холодными. «В стволе этого дерева находится книга, на странице которой с закладкой приложена моя последняя просьба к тебе. Используй мой дар с умом. »       Я перевела взгляд с памятника на рядом стоящий клён с её инициалами. Конечно же, я не верю в загробную жизнь, духов и приведений, но… Я все же пошла к нему и увидела спрятанный кожаный переплёт. «Береги ее и себя. И… Спаси моего Императора, спаси моего Адриана… » — Конечно, Эмили… — и больше я её не слышала.

***

— Некрономикон? — по приезде я выгнала всех слуг из комнаты и принялась изучать «Последнюю волю» почившей подруги.       На странице с закладкой я нашла похоже написанное Эмили письмо.       «Здравствуй, Мари. Если ты это читаешь, значит я уже покинула мир земной. Книга, которая у тебя в руках — путеводитель в мир оккультной магии. Я знаю, о чём ты подумала. Да, эта вещь опасна, но избавиться от неё у тебя уже не выйдет. Я прошу тебя спасти Францию, а возможно и мир от пришествия нечисти. Как раз одна из таких и погубила меня. Я не справилась с этим заданием, но уверена, что ты сможешь. Никто не должен знать о том, что ты обладаешь этим гримуаром. Я даю тебе список заданий, что ты должна будешь сделать в первую очередь, а там уже сама будешь решать, какой путь выбрать.» — Это полный бред… — я открыла следующее послание. В нем было всего три заметки. «Первое — привяжи гримуар к себе, покажи ему нового владельца и пробуди ворона, он станет твоим фамильяром. Сделать это можно капнув свою кровью на обложку книги, прямо на гравюру черной птицы »       Я в спешке вынула из волос острую, точеную не одним мастером, шпильку и проколола палец. Капля алой жидкости опустилась на ворона, пробудив птицу ото сна.       Как в прочитанных в детстве мною книгах, на глазах начало происходить нечто удивительное. Пернатое существо стало реальным, будто сойдя с обложки. Рисунок исчез в мгновение. — Здравствуйте, Госпожа некромант. — я не знаю, что меня более удивило. Некромант или то, что это животное говорит, а может то, что оно материализовалось? — Да, здравствуй… Я поговорю с тобой немного позже.       «Второе задание — сотворить заклинание и переродиться заново. Ты должна исчезнуть, как Маринетт и переродиться в теле ребенка. Не волнуйся, все твои воспоминания останутся как и то, что ты хозяйка ворона с некрономиконом. Так ты сможешь спасти свою семью и себя. » — Это конечно умно… Но… Почему я вообще это делаю? — я медленно открыла станицу с заклинанием перерождения. — Потому что от вас зависит судьба мира, Госпожа некромант. — Я забыла о нем. — Хорошо, как тебя звать? — Назовите любое имя и я буду им. — остроумно. — Хорошо… Омбр*, отныне ты Омбре, — не знаю почему именно это прозвище, возможно, первая ассоциация с его цветом.       Нашла. От меня требовалась прядь волос, еще одна капля крови и странное заклятие на латыни. Всё опять зависит от меня. Я сама должна определить отправную точку. Что же… просто придумайся… — Силой повелителя Тьмы, дарованной мне гримуаром, повелеваю, верни меня к жизни в новом сосуде. Да свершится воля моя. — багряная вязкая жидкость упала на связанную белой лентой прядь волос.       В один момент меня окутала кромешная мгла. Отказали все чувства. Вакуум. Неужели, я сделала что-то не так?       На глаза начали наворачиваться слёзы. Прости, Эмили… Я не справилась! Резкая вспышка света ослепила мои глаза. — Мадам Сабина, у вас родилась чудесная дочь! — меня поразило имя собственной матери в подобном контексте. — Дорогая, я так рад! — это голос батюшки!       Я почувствовала тепло нежных рук. Еле сумев открыть глаза, я сразу же встретилась с глазами родительницы. — Малышка… Я назову тебя в честь моей первой дочери… — первой дочери? — Твои имя Мари.       О Всевышний… Я что, переродилась в теле своей сестры?