there is a hell, believe me i've seen it

      Черные кожаные брюки потрясающе обтягивают подкаченные ягодицы и сочные бедра, делают и без того длинные стройные ноги еще идеальнее. Полупрозрачная шифоновая рубашка нежного молочного оттенка, что выгодно подчеркивает карамельный загар, мягкими складками струится по крепкому юному телу. Застегнута всего на две пуговицы, открывая взору невероятный вид на острые ключицы, часть рельефной груди и небольшой кусочек пресса с ярко очерченными кубиками, что привлекает внимание куда больше, чем массивная пряжка ремня от Гуччи. Налитые мышцы соблазнительно перекатываются, когда парень меняет позы, то заводя руку за голову и грациозно выгибаясь в спине, то подпирая бок и делая акцент на точеной талии. Подвернутые рукава рубашки обнажают сильные, увитые выступающими венами руки. Широкая ладонь то застывает на полоске ремня, то поднимается выше, касаясь мощной шеи и плавно скользя к лицу. Длинные аристократичные пальчики с безупречным маникюром сгибаются под тяжестью крупных колец с россыпью искрящихся камней. Кончик указательного пальца очерчивает идеальный овал лица, обрамленный шелковыми кудрями цвета горького шоколада с перламутровыми переливами. Проходится по графичным темным бровям, проводит линию вдоль аккуратного прямого носа, спускается к слегка пухлым и липким от бальзама персиковым губам в форме сердца и медленно обводит их соблазнительные изгибы по контуру. Обрамленные веером длинных пушистых ресниц глаза, сверкая, словно два черных оникса, неотрывно смотрят в зеркало, разглядывая фигуру с головы до ног и откровенно любуясь отражением совершенства.       — Пусть они запомнят меня таким, — хмыкает молодой человек, подмигивая собственному отражению, и, выбрав наиболее удачную фотографию из тех, что сделал в перерывах между мини-инфарктами от любви к себе, нажимает кнопку «опубликовать».       Под фото тут же появляются сотни, а следом и тысячи сердечек. А есть ли сердце у того, кто на нем изображен?       До неприличия дорогое красное вино медленно наполняет изящный хрустальный бокал. Брюнет сначала оценивает напиток визуально: подносит сосуд к окну и разглядывает вино на свету скрывающегося за небоскребами оранжевого солнца. Солнечные зайчики играют в бокале, превращая обыкновенный перебродивший виноград в жидкий рубин, и парень невольно растягивает губы в блаженной улыбке, представляя залитые солнцем виноградники, увешанные тяжелыми гроздями темно-синих ягод. Тонкий цветочно-фруктовый аромат приятно щекочет ноздри, так и манит поскорее пригубить. Брюнет не сопротивляется соблазну и делает небольшой глоток, неторопливо смакуя и наслаждаясь насыщенным бархатным вкусом с легкой кислинкой. Обольстительно медленно облизывает нежные губы, на мгновение замирает и кривится в ядовитой усмешке.       Остальной напиток парень выпивает уже не с видом зазнавшегося сомелье, а как обыкновенный подзаборный алкаш: залпом осушает бокал, не разбирая тонкостей запаха и вкуса, морщится от терпкости алкоголя и заходится истеричным хохотом. Что там было в бокале? Каберне Совиньон 10-летней выдержки прямиком из Бордо? Да хоть дешевое пойло из ближайшего супермаркета! Сейчас главное — отключить мозг, если он вообще еще хоть как-то функционирует, забыться. Брюнет делает еще несколько больших глотков прямо с горла и с улыбкой сумасшедшего высыпает на поверхность небольшого антикварного зеркала в серебряной раме ручной работы немного белого порошка. Делает дорожки своей черной кредитной картой и втягивает вещество в нос при помощи скрученной в трубочку 100-долларовой купюры. В теле постепенно ощущается желанная легкость, а мысли, что еще недавно роем кружились в голове, с противным жужжанием покидают свой «улей». Мозг превращается в желе, и воспринимать окружающий мир становится все труднее. Цветочный рисунок на обоях будто бы плывет, стекая по стенам жижей непонятного цвета. Кресло, что мгновение назад спокойно стояло у стеклянного кофейного столика, поднимается в воздух и кружится волчком, а тот самый столик разлетается по гостиной мелкими осколками. Мягкое ковровое покрытие под босыми ногами превращается в раскаленные угли, а температура в комнате поднимается настолько, что кондиционер не выдерживает нагрузки и плавится. Парень сидит на дорогом кожаном диване, откинув голову на мягкую спинку, и с диким хохотом наблюдает, как в зеркалах, развешанных по всей комнате, вспыхивает пламя. Он сооружает самокрутку из купюры и своих последних запасов травки, медленно поднимается, с трудом сохраняя равновесие, и, в три шага преодолев расстояние до ближайшего зеркала, протягивает руку с косячком навстречу рвущимся в комнату алым языкам пламени, чтобы прикурить. Но вдруг из зеркала высовывается обтянутая белой кожей ладонь с узловатыми пальцами и длинным когтями и одним взмахом выбивает крепко зажатую меж изящных пальчиков самокрутку. А вот и гость из Преисподней пожаловал.       О чем думал Тэхен, когда заключал сделку с самим Дьяволом? Да ни о чем. Ему было 17, он жаждал славы, мечтал о большой сцене и миллионах фанатов по всему миру. Ему хотелось, чтобы родители не жалели о впустую потраченных на танцевальную школу и занятия по вокалу деньгах, а смахивали слезы счастья каждый раз, когда лицезрели выступление их дорогого ТэТэ с первого ряда многотысячного стадиона или смотрели очередное тв-шоу с участием любимого сына. Парень не пропускал ни одного прослушивания, обивал пороги агентств, но все безуспешно: из-за внешности он постоянно слышал ледяное «нет», иногда даже не успев продемонстрировать свои вокальные данные и хореографию. Обидно до слез. Он пахал с самого детства, рвал связки и валялся на полу студии не в состоянии пошевелиться от пронзающей все тело боли в мышцах после многочасовых тренировок, а в итоге всем плевать, как ты двигаешься или поешь. Слишком худощавое телосложение, небольшая асимметрия лица, кривоватые зубы и чуть торчащие уши плюс «прелести» подросткового возраста в виде россыпи прыщей — и дорога на сцену перекрыта бесталанными пустышками с фигурами греческих богов и лицами Барби. Поэтому однажды, в истерике после очередного провала, Тэхен, совершенно не подумав о возможных последствиях, ляпнул своему отражению:       — Да я бы душу Дьяволу продал за красивую внешность!       Дьявола не нужно просить дважды. Нечистый с удовольствием заключил с юношей договор, согласно которому взамен на красоту ровно через 7 лет, 13 июля, он придет по его душу. Властелин Преисподней, кстати говоря, идет в ногу со временем: даже не соизволил явиться лично, а просто прислал текст договора по электронной почте. Тэхен сначала не поверил в происходящее, ему казалось, что это просто какой-то глупый пранк. Но уже на следующее утро он увидел в зеркале первые изменения. Прыщи исчезли, будто по взмаху волшебной палочки, кожа стала гладкой и бархатистой и приобрела приятный смуглый оттенок, а блестящие и шелковистые волосы держали безупречную форму, сколько их ни взлохмачивай. В течение месяца парень, не прилагая никаких усилий, заметно вытянулся и стал шире в плечах, обзавелся довольно развитой мускулатурой, обольстительной голливудской улыбкой и правильными чертами лица, а все мелкие несовершенства будто стерли ластиком. У него даже все лишние волосы на лице и теле исчезли и больше не вырастали, а ногти сохраняли безукоризненную форму, словно только что из салона, сколько ни пытайся их грызть или ломать. Родители поначалу были в шоке от таких метамарфоз, но списали все на переходный возраст, даже не догадываясь о сделке собственного сына с Владыкой Ада. А сам Тэ благодаря новой внешности быстро добился того, о чем мечтал: стал участником суперпопулярной айдол-группы, разъезжал по всему миру с гастролями и даже пробовал себя в качестве актера и модели. К 19 годам он вошел в топ-100 влиятельных людей Южной Кореи, возглавил рейтинг самых сексуальных мужчин в мире, купил себе роскошную четырехкомнатную квартиру в центре Сеула и чудесный дом с бассейном родителям в Тэгу, а машины мог себе позволить менять чаще, чем цвет волос. Беззаботное время пролетело незаметно, и вот Тэхену уже 24, на календаре 13 июля, да еще и пятница, а значит, пришло время платить по счетам.       — Фух, батя в здании, — кряхтит бледнолицее нечто, неуклюже вваливаясь из Чистилища в комнату через зеркальный портал, по пути случайно цепляется краем своего длинного черного одеяния за кованую раму и с отборным матом грохается на пол прямиком под ноги Тэ. Поднимает на парня свои блестящие глаза-угольки без белков, скалится в улыбке от уха до уха и машет своей когтистой рукой. — Приветули!       Парень остолбенел. И вот с этим он 7 лет назад заключил договор? Это тот самый Владыка Ада, вселяющий всему живому леденящий ужас? Существо поднимается на ноги, выпрямляется, отряхивается, смахивает несуществующие пылинки с одежды и больших черных крыльев с немного потрепанными перышками, манерно поправляет взлохмаченную иссиня-черную челку и проверяет, на месте ли небольшие рожки. По щелчку костлявых пальцев крылья, рога и когти исчезают, а непонятные лохмотья по щиколотку сменяются современным луком в стиле тотал блэк, состоящем из узких джинсов, футболки и стильной мантии с капюшоном. Глаза обретают нормальный человеческий вид, хоть и во взгляде все еще ощущается что-то потустороннее. Тэхен рассматривает тощую фигуру ростом на пару сантиметров ниже его самого, принадлежащую парню на вид примерно одного возраста с ним или чуть старше, и недоверчиво хмыкает:       — А ты точно Дьявол?       — Ты реально думал, что сам Владыка придет по твою жалкую душонку? Ну у тебя и самомнение, Ким Тэхен! — шепеляво хихикает нечистый, сверкая пугающими зенками. — Ему и без таких так ты забот хватает. А я верный слуга его, демон. Мин Юнги меня зовут.       — А я тоже стану его слугой, когда у меня заберут душу? Меня как-то не уведомили о последствиях, — парень плюхается на диван и присасывается к горлышку бутылки, допивая остатки вина. Демон присаживается рядом и приобнимает его за плечи, от чего по спине тут же пробегает неприятный холодок.       — Теоретически, да, он мог бы забрать твою душу, и ты стал бы его верным псом, исполняющим всякую скучную грязную работенку на земле. Наказывать, убивать, заманивать в его сети таких же лошков, как и ты, и все в этом духе. И если бы ты был хорошим мальчиком — хорошим в смысле очень-очень-очень плохим — он бы забрал тебя в Ад и сделал своим помощником, как меня. Но есть одна небольшая проблемка, — демон кончиком указательного пальца поворачивает лицо Кима к себе и удерживает, заставляя пристально смотреть на бушующее в его глазах пламя. — Он не может забрать твою душу, потому что у тебя ее нет.       — Как это у меня нет души? — Ким таращится на демона испуганными глазами-блюдцами с огромными зрачками и в страхе пятится назад, забравшись на диван с ногами.       — Ты столько дерьма натворил, что никакая душа не выдержит, — ухмыляется Юнги и начинает перечислять, загибая пальцы. — Завоевав популярность, ты отрекся от друзей, которые были рядом и поддерживали тебя, когда ты еще был никем. Ты перед всей школой опозорил девчонку, которая призналась тебе в любви, только потому что она была полноватой и носила брекеты. На одном из кастингов ты угостил главного конкурента кофе с виагрой, чтобы он облажался перед судьями. Ты разъебал старенькую колымагу пожилого мужчины своим красавчиком Хендай представительского класса и даже не извинился, просто бросил в старика пачкой купюр, чтобы замять дело. Ты со скандалом уволил домработницу за один пересоленый ужин, хотя эта женщина покорно исполняла все твои поручения, даже те, что не входили в ее обязанности. Ты обращался с людьми, как с мусором, даже с собственными родителями. Черт возьми, своему бывшему парню-бизнесмену ты вообще сказал, что они погибли в автокатастрофе, потому что тебе было стыдно его с ними познакомить! Конечно, это же такой позор — признать, что ты выходец из небогатой семьи строителя и швеи! А про твоих партнеров, с которыми ты просто трахался в свое удовольствие, прежде чем вышвырнуть их из своей жизни, прекрасно зная, что они без памяти в тебя влюблены, я вообще молчу. Хотя нет, как тут молчать! Буквально месяц назад ты в гримерке после концерта обесчестил малолетнюю фанатку! Ей даже 16 не было!       — Да я виноват что ли, что она была настолько разукрашена, что выглядела старше меня? — бухтит себе под нос Тэхен, игнорируя все остальные обвинения. — И вообще, она первая мне в трусы полезла, тоже мне, святоша!       — Теперь это уже не имеет значения, — демон со снисходительной улыбкой похлопывает парня по коленке и притягивает к себе, заключая в неожиданно комфортные объятия. Гладит по голове и легонько качает, словно ребенка. — Кому нужен кусок мяса без души? Мой босс свою часть уговора выполнил, а раз уж тебе нечего дать взамен, то ты просто умрешь. Отправишься в Ад, и там тебя зажарит кто-нибудь из моих братанов. Если повезет, то перед этим еще и отжарит как следует. Нам, демонам, плотские утехи не чужды.       Не успевает Тэхен и слова вставить, как веки начинают тяжелеть и слипаться, а разум медленно покидает тело. Эх, не такой судьбы он себе желал! Ким планировал уйти в мир иной если не в старости, то хотя бы в 27, чтобы присоединиться к знаменитому клубу и после смерти стать еще известнее, а не умереть в самом расцвете сил в объятиях демона, в свои последние секунды слыша над ухом его зловещий смех. В голове вихрем проносятся воспоминания о детстве, о тех чудесных временах, когда Тэхену было плевать, кто он и как выглядит. Ему видится, как он, еще совсем крошечный карапуз с неполным комплектом зубов во рту, весь в песке и грязи, в джинсовом комбинезончике с пятнами травы на коленках, которые ни за что не отстираются, вместе с таким же повидавшим все прелести падения с горки лучшим другом счастливо хохочет во весь голос, гоняясь за бабочками. Когда крошечный пальчик маленького ТэТэ из видения наконец касается хрупкого разноцветного крыла, Ким Тэхен из реальности погружается в полную черноту.

***

      Ядреная смесь из вина и кокаина способна творить чудеса. Так думал Тэхен, когда очнулся не в адском котле, а в собственной постели. Как он там оказался, и тем более, как он умудрился в обдолбанном состоянии принять душ, судя по отсутствию неприятного запаха, и даже надеть пижаму, остается для парня загадкой. Голова гудит, как стадион фанаток на выступлениях его группы, во рту — пустыня, в мышцах — невозможная слабость. Ким пытается выполнить свой ритуал сладких утренних потягушек до хруста костей, но все тело будто задеревенело. Такого не случалось уже... 7 лет. После заключения сделки Тэхен просыпался свежим как огурчик независимо от того, что он употреблял и сколько спиртного выпил. Он вообще всегда оставался идеальным, словно фарфоровая куколка. Мог есть, что хотел и сколько хотел, не набирая ни грамма. Кривлялся в свое удовольствие без риска появления мимических морщин. Его телу были чужды синяки и царапины, даже засосов, портящих идеально ровный тон кожи, никогда не оставалось. Так почему же сейчас так хреново?       Парень мелкими осторожными шажочками добирается до большого зеркала в гардеробной. Один взгляд на собственное отражение — и нечеловеческий крик Тэхена способен разбудить все живое в радиусе километра. Идеальная гладкая кожа теперь «украшена» кучками прыщей на щеках, лбу и подбородке. Вся Т-зона в черных точках. Крошечный шрамик, полученный в детстве от лапы щенка, который благополучно исчез после дьявольского апгрейда, теперь разросся и пересекает пол-лица. Родинки вернулись на свои места, а складочки на верхнем веке теперь удостоен только левый глаз, как и 7 лет назад. Уши торчат пуще прежнего, словно у мартышки. Холеная шевелюра превратилась в копну соломы, выкрашенную в голубой с проплешинами. Ручки больше не бархатные, а покрыты сухими мозолями и на ощупь напоминают наждачную бумагу. На смену аккуратному маникюру пришли запущенные ногти-огрызки и заусенцы. От фигуры Аполлона не осталось и следа: упругие мышцы спрятались под жировой прослойкой, шесть кубиков пресса слились в один мягкий живот, а эстетичные рельефные ключицы — гордость парня — стали едва заметны. В отличие от задницы, которая из упругого ореха превратилась в натягивающее вплотную некогда свободные шорты необъятное нечто. И — о ужас! — волосы!!! Они повсюду. Аккуратные, в меру широкие и густые брови заколосились во всю силу, срастаясь на переносице. Щеки и подбородок покрыла колючая щетина, а над верхней губой теперь красуются девственные усики. Или, как в известном изречении, «не усики, а пропуск в трусики». В трусиках, кстати говоря, тоже все в плачевном состоянии, а мех на ногах и руках хрен возьмет даже лазерная эпиляция. Парень смотрит на это безобразие, открыв рот и ошалело хлопая ресницами (хоть они сохранили более-менее презентабельный вид), не в состоянии поверить своим глазам. Может быть, он реально умер и просто попал в свой персональный Ад?       Самую малость отойдя от шока, парень видит в уголке зеркала наклейку — эмоджи со злорадно улыбающимся чертенком. Конечно, чьих еще рук это могло быть дело! Но на испорченной внешности сюрпризы не заканчиваются. Парень хватает телефон и принимается судорожно проверять все мессенджеры и соцсети, и через мгновение дорогой гаджет летит прямо в зеркало, разбивая его на мелкие осколки. Этот рогатый наебщик позаботился о том, чтобы его вышвырнули из группы, не называя причин, а его парень, успешный футболист, с которым у Тэхена были планы на нечто чуть большее, чем просто секс, решил ни с того ни с сего его бросить. По смс, как какую-то никчемную шалаву!       Впервые за 7 лет Тэхен плачет. Громко, навзрыд, размазывая по опухшему лицу слезы и сопли. Утирает их краешком шелковой пижамной рубашки, но соленые потоки снова и снова льются по щекам Ниагарским водопадом. Парень в бешенстве крушит все вокруг. Бьет зеркала, рвет свои фото, выбрасывает из гардеробной свои роскошные концертные наряды, кромсает ножницами дорогие ткани, превращая шедевры именитых дизайнеров в тряпье. В одно мгновение его идеальной жизни, которой он наслаждался 7 лет, просто-напросто не стало, а сам Тэхен превратился в чудовище, которым только детей пугать. Зачем жить дальше, если с такой внешностью о сцене можно забыть? Денег у бывшего айдола, конечно, куры не клюют, и он может себе позволить лучших косметологов, визажистов, тренеров, пластических хирургов, в конце концов. Но какой в этом смысл? Сколько ни мучай себя масками и обертываниями, сколько ни кряхти под руками массажистов, сколько ни изматывай себя тренировками — то, что сделано нечистью, изменить простым смертным не под силу. Вскрыться бы прямо сейчас, да лезвия в доме нет. Наглотаться бы таблеток, да вряд ли витамины, валерьянка и пастилки от кашля, что завалялись в аптечке, могут стать путевкой на тот свет. Полезть бы в петлю, да не из чего ее сделать и к потолку никак не привязать: вместо нормальной люстры — встроенные в натяжные потолки плоские светильники. Залезть бы в ванну и бросить в воду сначала любимую ягодную бомбочку, а следом и включенный в розетку фен, да исчадие Ада воду отключило. Вот так расплата — ни жизни тебе, ни смерти!       До самого вечера пролежал Тэхен в кровати, краснющими и опухшими от слез глазами втыкая в потолок. Обожаемой работы больше нет, любимого (или только Тэ так думал) человека тоже, красивая мордашка, перед которой открываются любые двери, осталась только на фото. Что теперь делать с этой жизнью, черт знает. Ну или демон. Хотя, нихрена он не знает. Ему бы только над простыми смертными потешаться, зачем ему думать о последствиях?       Трезвонящий на полу среди кучи стекла телефон вырывает парня из зыбучих песков горестных дум. Живучей оказалась эта новомодная раскладушка от Самсунг, не зря снимался в рекламе. На экране с небольшой трещинкой высвечивается «Мамуля» и фото улыбчивой женщины средних лет с красивыми темными кудрями, совсем как были у Тэ до вмешательства нечисти. Вот только этого сейчас не хватало! Наверняка родители узнали из прессы, что сына выгнали из группы, и теперь Тэхену придется еще и от них выслушать, какое он ходячее недоразумение, приносящее сплошные разочарования. Как будто он без них этого не знал!       Вопреки ожиданиям парня, звонили родители не чтобы его пристыдить, а чтобы поддержать. У Тэхена слезы лились ручьями, когда отец говорил, что он в любом случае остается для мамы и папы самым дорогим на земле человеком, которым они всегда будут гордиться, а мама называла его медвежонком, как в детстве, и уверяла, что в отчем доме его всегда любят и ждут. На мгновение Тэ даже задумался о том, чтобы переехать к родителям в Тэгу. Забыть о своем звездном прошлом и стать простым человеком. Строителем, к примеру, как отец и старший брат Намджун. Но, с другой стороны, если Ким так поступит, это будет означать, что он сдался, что нечисть победила. А Ким Тэхен, как известно, не привык сдаваться. Он пойдет по головам, заключит сделку с самим Дьяволом, если будет нужно, но добьется желаемого. Сейчас, правда, рассчитывать приходится только на себя любимого, но он обязательно что-нибудь придумает. Вернет красоту и славу, обхитрит Владыку Ада, а его рогатому чмошнику-помощнику покажет фак прямо в его мерзкую рожу!       Решил Тэхен для начала махнуть в Париж на недельку, успокоить нервишки после неожиданного перевоплощения, наслаждаясь местными красотами, хорошим вином и сыром. От обожаемых багетов и круассанов, правда, придется отказаться, с нынешней-то фигурой. Столица Франции всегда оказывала благоприятное воздействие на нервную систему Тэхена. Там он наслаждался жизнью на полную катушку, не вспоминая о разногласиях с лейблом, отмененных концертах или несостоявшихся романах. Атмосфера не та, чтобы забивать голову всякой ерундой. Куда лучше побродить по Лувру, приобщаясь к прекрасному, прогуляться по набережной Сены, попивая ароматный кофе, закупиться роскошными вещами от Шанель и Луи Виттон на Елисейских полях, побаловать себя новым элитным парфюмом, полюбоваться захватывающим видом на город в лучах розового заката с Эйфелевой башни, посетить знаменитое кабаре Мулен Руж или устроить себе небольшой алкотрип в Шампань. Полный релакс.       Перед поездкой пришлось выложить кругленькую сумму и как следует попотеть, бегая по бутикам в поиске вещей на свою новую фигуру. Прощание с «эсочкой» оказалось тем еще испытанием. Чисто визуально все было не так уж и плохо: с тэхеновым высоким ростом и плечами, которые стали еще шире, несколько лишних килограммов выглядели вполне гармонично, просто из подкаченной фарфоровой куколки демон сделал из Тэхена самого обыкновенного мужчину. Но вот с выбором одежды пришлось потрудиться. Вещи были либо немного тесноваты в плечах и бедрах, либо болтались на талии, которая чудом осталась ярко выраженной. С горем пополам модник отказался от любимых вещей в неприличную облипку и облачил себя в мешковатые одеяния, которые тщательно скрывали все несовершенства и радовали хотя бы необычными расцветками и приятными тканями. Адскую растительность на лице и теле, как Тэ и предполагал, не смогли побороть ни бритва, ни крем для депиляции, ни шугаринг, ни лазерная эпиляция. Только удалишь волоски, а они тут же отрастают, мастера чуть ли не в обморок грохались от такого зрелища. Избавиться от мерзкого голубого цвета (мерзкого, потому что Тэхен в такой уже однажды красился, и фанаты новый образ раскритиковали) не помогли ни смывка, ни обесцвечивание, ни окрашивание в черный самой ядреной краской. Благо хоть три слоя консилера и тональник перекрыли красноту кожи и немного скрыли прыщи.       — Выкуси, чмошник рогатый, — усмехается Ким, заправляя выбивающиеся голубые пряди обратно под берет цвета марсала. Пусть Тэ теперь и не идеальный, чувство стиля у него не атрофировалось. Свободные песочные брюки вполне неплохо сидят, объемная рубашка с фантазийным цветочным принтом заправлена наполовину, демонстрируя дорогой кожаный ремень коричневого цвета с броской пряжкой. На ногах — элегантные мокасины в тон берета. Шею вытягивает длинная золотая цепочка с крупным кулоном — логотипом Шанель, усыпанным ярко-красными кристаллами. От лопоухости внимание отвлекает разнообразие сережек: в левом ухе — три золотых колечка разных размеров, а в правом — сережка-подвеска в виде цветка и простой гвоздик с красным камешком. Ну и, разумеется, без массивных колец Тэхен не обошелся, хоть и стыдливо прячет руки с ногтями-огрызками в карманы. В таком виде в Париже его точно примут за какого-нибудь свободного художника, никто и подумать не посмеет, что он бывший айдол, над образом которого надругался сам посланник Дьявола.       Тэхен довольно жмурится, поудобнее устраиваясь в кресле самолета, и уже представляет, как после комфортного перелета бизнес-классом он заселится в шикарные апартаменты с потрясающим видом из окна, понежится в джакузи с бокальчиком шампанского в руках и отправится навстречу приключениям. Но неожиданно парня вырывает из его фантазий громкий хрустяще-чавкающий звук прямо над ухом.       — Какого черта? — вскрикивает Тэхен, подскакивая на месте и окидывая ошалелым взглядом сидящую рядом до боли знакомую фигуру.       — Да не черт я, а демон, это по рангу выше, — обиженно тянет нечистый, закатывая глаза (только ради этого и сменил их демонический вид на человеческий), и тянет руку в пачку за новой порцией орешков. — Босс мне разрешил оставить тебя себе, так что я тебя перевоспитывать буду.       Ким пропускает слова Юнги о перевоспитании мимо ушей и оглядывается вокруг. Комфортабельный лайнер превратился в старый дребезжащий автобус, что мчится на всех парах и подпрыгивает на колдобинах. Ну прям американские горки, а не поездочка! Глядишь, отвалится какая-нибудь гайка от такой встряски — и поминай как звали. Люди вокруг разговаривают на незнакомом языке, но парень чудесным образом их понимает. Две пожилые женщины с высоко начесанными стрижками ярко-рыжего и пепельно-сиреневого цвета соответственно активно обсуждают вчерашнюю серию «Кармелиты». Тэхену аж самому захотелось посмотреть этот сериал: судя по описаниям, возлюбленный главной героини — ну очень горячий цыган. За спиной можно услышать рецепт самых вкусных и хрустящих маринованных огурцов, там же и происходит расследование, от кого некая Маринка дитя нагуляла: от Гришки или от Егорки. Мужик в футболке с надписью «Abibas» в грубой форме объясняет своему усатому товарищу в открывающей волосатую грудь тельняшке, что если его утки опять перелетят через забор и обглодают его капусту, то он всю свою родню соберет полакомиться уткой по-пекински. Некоторые пассажиры, не скрывая любопытства, разглядывают корейского модника и его спутника, своей бледностью и черной одеждой в +30 напоминающего гота. Девочка лет шести, сидящая напротив, сначала долго искоса поглядывает на Тэ, а потом дергает маму за подол платья в крупный горох и с умным видом «тихо» шепчет, показывая на заморскую диковинку пальцем:       — Мам, мам, а дяденька на луну похож! У него на щеках такие же кратеры!       Ким чувствует, как к и без того в ужасном состоянии щекам приливает кровь, окрашивая их в такой же свекольный цвет, как шевелюра мамаши невоспитанного ребенка. Он достает из поясной сумки от Гуччи карманное зеркальце и с ужасом вглядывается в свое отражение. Ну конечно, слой «суперстойкой» штукатурки такой парилки не выдержал и благополучно уплыл с лица, обнажая все изъяны и неровности. Зато «хайлайтер» из жира и пота на лбу, кончике носа, яблочках щек и подбородке — что надо.       Демон зыркает сначала на несчастного Тэхена, затем на невоспитанную девчонку и ее мерзкую мамашу, которая даже не подумала напомнить дочери о хороших манерах. Один щелчок пальцев — и мороженое-эскимо, которое держала в руках девочка, падает с палочки прямо на мамино платье, пачкая его подтаявшей шоколадной глазурью. Мелкая ревет, мать ругается, Тэхен злорадно усмехается. Юнги доволен.       — Это не потому, что я тебя защищаю, — фыркает демон, как ни в чем не бывало продолжая грызть арахис в сырной корочке. — Пусть дитя человеческое знает свое место. А то знаю я, что из таких вырастает. Сидит вот рядом со мной живой пример.       — Слушай ты, козлина из Преисподней, я летел в Париж релаксировать! Какого хрена я оказался в этом ведре с гайками, везущем меня в неизвестном направлении? — Ким не выдерживает и отнимает у демона его перекус, ибо это чавканье на и так расшатанные нервы действует не лучшим образом. — Тебе мало того, что ты сделал из меня урода?       — Не кипишуй, брателло! — Мин хитро улыбается и хлопает соседа по коленке. Следом щелкает пальцами и сует ему под нос из ниоткуда возникшую карту. — Будет тебе Париж. Только не во Франции, а в России. Для перевоспитания место — самое то! Поживешь с минимумом удобств, станешь ближе к народу. Научишься ручками работать в поле и на огороде, а не только в постели. Зверушек живых увидишь, а не в виде новой шубки из натурального меха. Здорово я придумал, правда?       Изучив карту, Тэхен приходит к выводу: этот «Париж» находится в Подмосковье, больше 200 км от столицы, и с вероятностью в 99% представляет собой полнейшую залупу, до которой еще не дошел технический прогресс.       — Ненавижу тебя, — сквозь зубы шипит Тэхен и прижимается лбом к прохладному заляпанному грязью окну, наблюдая за тем, как дремучий лес сменяется пшеничным полем, пестрящим яркими пятнами васильков и ромашек. Больно бьется о стекло, когда автобус в очередной раз подпрыгивает на глубокой яме, чертыхается и снова выпрямляется на обшарпанном пыльном сидении, оставив на окне бежевый отпечаток тональника. — Мог хотя бы нас телепортировать, меня уже заебало трястись в этой скотовозке, я себе весь зад отбил!       — Ну не будь таким букой! Скоро приедем, — демон приободряюще улыбается и протягивает парню вынутый из кармана шоколадный батончик, но тот наотрез отказывается принять угощение. Хватило ему уже подачек из Пекла. — Мне, знаешь ли, тоже не в кайф постоянно в Преисподней торчать. Жаришка пиздец, ручки все в мозолях после того, как отпахаешь свою смену, помешивая варево из грешников в котлах, а они знаешь как орут! Уши в трубочку сворачиваются! Да я ж от счастья чуть не обоссался, когда меня хозяин в командировку отправил! Так скучал по жизни простого смертного, вот и хочу выжать из этой поездочки для себя по максимуму, а из тебя — все соки.       Понимая, что кошмарной участи не избежать, парень достает из кармана познавший силу его гнева фиолетовый Самсунг и вставляет в уши наушники, закрывает глаза и надеется провести время в дороге, успокаивая себя расслабляющими песнями Ланы Дель Рей, которые перекроют сплетни местных и тупые разговоры Юнги. Но демон вырывает один наушник и вставляет себе, а телефон начинает проигрывать трек, которого даже в плейлисте у Тэ никогда не было. Что-то довольно тяжелое, мрачное, с сочными барабанными партиями, рыком гитар, электроникой и криками вокалиста.       — У тебя же в Аду круглосуточно такие вопли, что блэк-метал нервно курит в сторонке, тебе не надоело? — тяжело вздыхает Ким, морщась от очередного хриплого выкрика. — Ну давай Ланочку послушаем. Или Дуа Липу. Или Холзи хотя бы.       — На кой мне твои попсовые певички, когда есть Bring Me The Horizon? Ты только послушай, какой глубокий текст! — восторженно улюлюкает Мин на своем фанбойском, игнорируя мольбы мученика. — Вот только строчка «Я не могу утопить своих демонов, они умеют плавать»* тут ни к селу ни к городу. Я ж Сайксу говорил, что не умеем мы плавать, в Библии черным по белому написано, а этот придурок как уперся!       — Так этот чувак тоже душу Дьяволу продал? — усмехается Тэхен, непонятно зачем поддерживая этот бессмысленный разговор.       — Не, не душу, — смеется нечистый. — Голос. Как Русалочка. Прям анекдот какой-то: певец продает Дьяволу голос взамен на славу, а Дьявол его покупает, чтобы устрашающе орать на грешников. По секрету говоря, у босса до сделки с Оливером такой писклявый голосочек был, а когда он злился, мы всей братвой с его фальцета угорали. Обещанную славу группа, конечно, получила, но новое творчество меня как-то не особо радует. Попса. А на концертах Оливка вообще не вытягивает, за него половину их клавишник поет. О, кстати, у них же с твоей Холзи фит есть, и один трек они ей спродюссировали...       Всю дорогу до Парижа Тэхен терпеливо выслушивал факты из биографии неинтересной ему рок-группы, пытаясь проникнуться их музыкой (просто наушник вытащить было боязно, и так уже от рук демона настрадался). Сначала Юнги предложил послушать что-то про распятие, где певец утверждал, что видел Ад, а существования Рая просил держать в секрете. Далее следовали довольно драйвовая песня о богохульстве; трек с названием «sugar honey ice & tea» (Тэ никак не мог понять, при чем тут сахар, мед, лед и чай, пока Юнги не объяснил фишку с аббревиатурой) и, как вишенка на торте, на удивление приятная баллада о смертном ложе. Оптимизмом так и прет! Самое оно для положения Тэхена!       Остановка «Париж» встретила заморских гостей небольшой деревянной будкой с облупленной синей краской и покосившейся табличкой. По левую сторону дороги раскинулось пастбище, где довольно мычали коровы, уплетая сочную изумрудную траву. По правую — кукурузное поле с высокими, под два метра, мощными стеблями и еще незрелыми початками. За ним виднеется деревня с приземистыми домишками, извилистая речка-змейка, а вдалеке темно-зеленой полоской тянется лес. Ну и, конечно, куда же в Париже без Эйфелевой башни! Вот она, родимая — посреди луга на окраине села красуется, метров 50 высотой, а у ее основания козы травку щиплют. Такого во Франции точно не увидишь! А пахнет-то как! Это вам не вычурные духи из лучших парфюмерных домов! Верхние ноты этого шедевра составляют свежесть прохладного ветерка, приятно обдувающего лицо после автобусного пекла, медовый аромат луговых цветов и легкая терпкость скошенной травы. Ноты сердца — хвоя, березовые листья, пыльная придорожная земляника и шашлык. И, как и любой качественный парфюм, запах Парижа постепенно раскрывается и начинает шлейфить... коровьим навозом, в которое Тэхен вляпался колесиком чемодана. И зачем только герой «Парфюмера» Патрика Зюскинда убивал юных красавиц, чтобы создать идеальный аромат? Вот же он, в своем первозданном виде! Хоть бери и закатывай в банки пропитанный им воздух, от покупателей в Сеуле отбоя не будет!       Пока Тэхен полной грудью вдыхал чарующие запахи деревни, Юнги на всех парусах помчался к своим рогатым «сестрицам». Улыбается во весь рот, поглаживая рожки приглянувшейся телочки, и демонстрирует свои — по меркам демонов очень красивые и приятные на ощупь, будто вельветовые. Коровы встречают «брата» протяжным дружелюбным «му», ластятся, одна даже руку лизнула. Внезапно демона посещает сумасшедшая идейка, и он тут же приступает к ее воплощению: с диким хохотом щелкает пальцами, и с каждым щелчком одна буренка окрашивается в бело-лиловый.       — Смотри, ТэТэ, теперь мои малышки как из рекламы «Милки»! — с неподдельной радостью восклицает нечистый, вот только никто его восторг разделить не спешит. Юнги оборачивается и видит, что Тэхена на дороге больше нет. Зато шелест кукурузы сдает беглеца с потрохами. Мин тут же бросается вдогонку, даже не прибегая к помощи крыльев. Все равно Тэ далеко убежать со своим чемоданом не сможет, а дорогие шмотки посреди поля он просто так не бросит. Как и ожидалось, Кима с его ношей на длинную дистанцию не хватило. Одышка как у деда-курильщика, в боку колет, брендовая рубашка насквозь пропиталась потом. Сидит на своем чемодане посреди кукурузных джунглей да слезы вперемешку с тональником по лицу размазывает. А так все хорошо начиналось! Добрался бы до деревни первым и обратился за помощью, уж там-то бы нашли на нечистого управу. По-любому же в таких местах обитают бабки-экстрасенсы, ведьмы, цыганки со сверхспособностями или священники-экзорцисты, не просто так же об этом столько фильмов снято.       Юнги даже не стал Тэхена ругать за попытку бегства. Он хоть и злобный демон, а понять его в состоянии: не привык избалованный столичный мальчик к таким условиям, стресс у него. Сам же волком выл в свой первый день в Аду, прекрасно знает, что такое смена обстановки. Ким все громче завывает, обхватив руками колени и нервно покачиваясь, отказывается идти в деревню и кричит, что лучше дождется, когда на него нападут дикие кабаны и разорвут на части, чем будет жить без горячей воды в доме и копаться на грядках. Демон долго не решается, но в итоге все же идет на уступки: чтобы мотивировать парня, превращает его монобровь в обычные брови, пусть и не такие ухоженные, как раньше. Но это не столько из сочувствия, сколько потому, что Юнги было уже физически больно сдерживать смех, глядя на Тэ, когда он хмурился.       Как демон и предполагал, увидев свое отражение с крошечным улучшением, ТэТэ заметно приободрился. Он даже не чувствовал тяжести чемодана и не замечал, как сильно потрепало поле его стильные мокасины. Долго бродили странники по зарослям кукурузы, пока добрались до деревни (Юнги о существовании дороги говорить не стал — пусть отрабатывает новенькие бровки). Вымотались, проголодались, хотелось простого человеческого (даже демону) напиться холодной водички, искупаться, набить желудок и вздремнуть пару часиков.       — И куда теперь? — вопросительно вскидывает брови Ким, рассматривая разношерстные домики. Кирпичные, бревенчатые, деревянные, с крышами из шифера и разных видов черепицы. Среди низкорослых имеется и пара красивых двухэтажных коттеджей. На участках, огороженных пестрыми заборами, цветут и пахнут лилии, плетистые розы, простенькие ромашки, флоксы и другие декоративные растения. Ветви вишневых деревьев гнутся до самой земли под тяжестью крупных сочных плодов, кусты черной и красной смородины усыпаны бусинами ароматных ягод. На ухоженных огородах можно разглядеть невероятное разнообразие зелени и овощей, которые Ким раньше видел только на прилавках супермаркетов. Сразу видно, народ здесь живет трудолюбивый.       — А иди, куда хочешь! — хихикает Мин. — Я тебя привез на исправительные работы, вот тебе и первое задание: найди нам жилье.       Тэхен закипает от злости. Если бы демон не спрятал крылышки, он бы его общипал как гуся и блестящими черными перьями набил бы себе подушку. Это что получается, ему теперь ходить по домам и у местных расспрашивать, где тут можно найти приют на неопределенный срок? Ладно хоть нечистый наделил его знанием великого могучего русского языка, не придется жестами изъясняться.       Сеульский модник, на которого поглазеть сбежалось полдеревни, облюбовал один красивый коттедж, обшитый сайдингом фисташкового цвета. В глаза ему бросилось выставленное на открытой веранде гибискусовое деревце в большом горшке, а гибискус, на минуточку, национальный цветок Кореи. Не то чтобы Тэхен верил в знаки судьбы, но попытать счастье однозначно стоит. Вдруг хозяин или хозяйка этого приятного домика смогут помочь?       Железная калитка со скрежетом поддалась, и Тэхен на пару с нечистым оказались во дворе. Тэ сразу отметил неплохую работу садовника: газон идеально пострижен, в центре палисадника — небольшой декоративный пруд с мостиком, а рядом красуется каменистая альпийская горка, высаженная очитком, гвоздикой, кустиками барбариса и можжевельника. Чуть дальше — чайно-гибридные розы бордового, кораллового и кремового оттенков. По стене слева от входа ползет насыщенно-фиолетовый махровый клематис, а с другой стороны под окнами раскинулись кусты гортензии с белыми и нежно-голубыми шарообразными соцветиями. К дому ведет вымощенная природным камнем дорожка, обрамленная орнаментом из мелких красных цветков и низкорослых бордюрных растений с «заиневшими» бархатными листьями. Сам Тэхен предпочитает сады в барочном стиле, с преобладанием четких геометрических форм, но и этот ухоженный пестрый участок ему вполне по душе. Ой, простите, у него же нет души.       Робкий стук в дверь — и Ким замирает в волнительном ожидании. Из дома доносится грохот посуды вперемешку с трехэтажным русским матом, а когда хозяин оказывается прямо за дверью, даже демон дергается от грубого рыка на русском с... корейским акцентом.       — Если вы из «Орифлэйм», то катитесь к чертовой бабушке!       — А что такое «Орифлэйм»? — наклонившись к уху демона шепчет Тэхен. — Какая-то секта? Они поклоняются бабушке черта?       — Я ебу что ли? У черта вообще бабушки нет, — раздраженно вскрикивает Мин и тянет своего пленника за рубашку. — Пошли отсюда, нам тут не рады.       Вдруг входная дверь отворяется, и на пороге появляется он. Кореец. Молодой, высокий, поджарый, загорелый, в шортах с аляповатым рисунком и белой майке-алкоголичке, явно только что натянутой наспех, потому что из съехавшего набок выреза под руку стыдливо выглядывает сосок. Ноги от ушей, идеально ровные и стройные, любая модель позавидует. О ключицы порезаться можно, а уж лицо... Просто отвал всего. Такой искренней лучистой улыбки Ким никогда в жизни не видел, как и милейших ямочек. Янтарные бусинки глаз смотрят на гостей с теплотой, летний ветерок ласково треплет светло-каштановую челку, и парень изящными движениями руки пытается вернуть непослушные прядки на место. Вызывайте пожарных, слишком горячо!       — Братья-корейцы, а вы какими судьбами в этой глуши? Уж простите за грубость, я думал, ко мне опять пришли впаривать крем от морщин по акции, — уже на корейском и приятным спокойным голосом обращается молодой мужчина к гостям. Дружелюбен до невозможности, готов хоть сейчас незнакомцев в объятиях стиснуть, несмотря на их слегка потрепанный вид и одежду, повидавшую не лучшие времена, но решает ограничиться приветственным рукопожатием. — Да, кстати, Чон Хосок.       — Ким Тэхен, — парень сжимает протянутую руку чуть дольше положенного, отмечая легкую шершавость кожи, но ощущения все равно довольно приятные. Кивком указывает на демона, который резко превратился в совсем уж милого котенка, машет ручкой и улыбается так широко, что обнажаются десны, а глаза превращаются в узкие щелочки. — А это Мин Юнги. Мы это... Туристы. Захотелось узнать, так ли прекрасен здешний Париж, как его французский собрат. Острых ощущений душа требует.       Так себе отмазка, но не говорить же, что слуга самого Дьявола за грехи отправил тебя в ссылку в русскую деревушку.       — Симпатично тут у вас, — поддакивает демон и, громко вскрикнув, резко лупит себя по руке, размазывая по белой коже то, что осталось от комара. — Местные потомки Дракулы вообще огонь.       — Ох, комары тут не щадят, уж тем более, раз учуяли свежую кровь. Я живу тут больше года и все никак не привыкну. А в остальном — да, здесь чудесно, — улыбается Чон, не отрывая любопытного взгляда от Тэхена, и несчастному сквозь землю провалиться охота. Наверняка местный красавец прыщи на его щеках считает. — Не хотите у меня отдохнуть с дороги? Я вас угощу, у меня как раз щи варятся — пальчики оближешь, нигде таких вкусных не попробуете! Твою ж мать, щи!       Вспомнив о кастрюле, бурлящее содержимое которой уже наверняка выкипело и залило всю плиту, хозяин подрывается и мчится на кухню спасать обед, а гостям кричит из дома, чтобы те не стеснялись и усаживались за стол на веранде, пока он там возится. Мин тут же плюхается в плетеное кресло в ожидании хваленого супа (демоны тоже любят вкусно покушать), а вот Тэхену сейчас немножечко не до еды. Природа зовет. Прямиком в покосившуюся деревянную будку с вырезанным над дверью сердечком, гордо именуемую сельским туалетом.       Демон потирает ладошки в ожидании. Наверняка у столичной неженки зад от гнева будет гореть адским пламенем после знакомства со здешними «удобствами» в виде дырки в полу. И тут на все село раздаются дикие вопли, подхватываемые лаем собак и душераздирающим кукареканьем петухов. Неужто Тэхена так разозлило, что бумага закончилась? Или пчела в зад ужалила? Юнги со всех ног бросается к Тэ проверить, что же с ним приключилось, и застывает каменной статуей, как только видит, что от «уборной» осталась только куча гнилых досок, а Тэхен стоит возле руин по пояс в дерьме. Глаза стеклянные, смотрят куда-то сквозь Мина, в пустоту, а по алым щекам градом катятся горькие слезы.       — Может, лучше в Ад? — деликатно спрашивает демон, искренне сочувствуя парню. Да, он слуга Дьявола и должен быть кровожадным и безжалостным, но кто вообще придумал эти стереотипы? Не желал он Тэхену такой участи. Да и этот божественный шлейф, который обязательно останется, сколько ни отмывайся, ему же нюхать придется, а у демонов нюх ох какой тонкий.       — Это и есть Ад.