Часть 3. Суровые деревенские будни
26 августа 2020 г., 18:47
Как там на Руси говорят? «На новом месте приснись жених невесте»? Тэхен очень надеется, что эта примета работает только на девушках, ибо ему такой «жених» приснился, что врагу не пожелаешь. В тэхеновом кошмаре Хосок был одет в пестрый халат в подсолнухи, волосы его были выкрашены в колхозный желтый блонд и накручены на крупные бигуди, а его яростный взгляд мог превращать все живое в пепел. Одной рукой он покачивал коляску для тройняшек, в которой рвали глотки три его мини-копии (тоже с бигудями!), а другой рукой он замахивался на Тэ скалкой. Ах да, еще Хосок был на 9 месяце беременности. От Тэхена. Ему хотелось голубой клубники, и он заставлял муженька красить ягоды гуашью, а сердился из-за того, что голубой цвет получился слишком бирюзовым. Чимин и Чонгук тем временем – у обоих были крошечные рожки и хвостики с кисточкой на кончике – вместе с Юнги с безумным смехом водили хоровод вокруг портрета Ви с траурной лентой в уголке. Дьявольски красивый парень с портрета тыкал в Тэхена пальцем и зловеще хохотал, превращая кровь в жилах оцепеневшего от ужаса ТэТэ в желе. Несчастный, не выдержав такого психологического давления, бросился прочь из дома, но там его встретил целый батальон гусей. Они маршировали под Bad Romance Леди Гаги, размахивая крыльями и синхронно вытягивая шеи, уничтожали все на своем пути, стреляя лазером из глаз. Парень убегал от пернатых убийц, не разбирая дороги. По колючим кустам, что хлестали ветками по лицу; по жгучей крапиве, оставляющей красные волдыри на голых лодыжках; по кукурузным джунглям и кишащей колорадскими жуками и личинками картошке. Когда после долгого забега преследуемый без сил рухнул на землю, он понял, что сидит на коленях на краю пропасти. Оттуда, снизу, тянет жаром и доносятся душераздирающие людские крики. Ад. Гуси-убийцы вот-вот настигнут жертву, у Тэ нет выбора. Он встал, гордо расправил плечи, взглянул вниз на танцующие языки пламени и обернулся назад, в последний раз блаженно улыбаясь русским просторам. Расставил руки по обе стороны от туловища и раненой птицей упал в объятия огня. Сотни прислужников Дьявола тут же накинулись на свеженького и с сумасшедшими воплями стали тыкать в измученное тело своими острыми трезубцами.
Очнулся Ким в выделенной им с Юнги гостевой комнате на старом продавленном диване от дикой боли в мягком месте: в задницу впилась торчащая ржавая пружина. Тэхена лихорадило. То ли от кошмара, то ли от осознания, что настоящий кошмар у него еще впереди. Вчерашний день и так был слишком насыщенным для его хрупкой психики, но то ли еще будет.
Полшестого утра. Петухи еще только начинали прочищать глотки, прежде чем живым будильником заорать на всю округу. Юнги сладко сопел, свесив ногу с относительно нового раскладного кресла-кровати, на которое Тэ раньше него глаз положил и непременно бы сам занял, если бы не попивал винишко с Хосоком до полуночи. Хосок, кстати говоря, так и уснул в гостиной у Тэ на коленях, а Тэхен понятия не имел, что с ним делать. Под градусом до спальни он бы его беспробудно спящую тушку не дотащил, от мысли остаться и позволить Хо всю ночь использовать его ляжки в качестве подушки остатки здравого смысла отговорили: это было бы чревато лишним скандалом с Чимином, если бы наутро мальчишка застал такую картину. Так что Ким ограничился тем, что укрыл Хоби найденным в гостевой пледом (ого, это что, забота?) и поплелся восвояси, по пути споткнувшись об узорчатый старомодный ковер и чуть ли не испортив свою мордашку еще и синяками.
Спать больше не хотелось. Как ни странно, после самодельного вина у Тэ даже похмелья не было, его состояние было более чем удовлетворительным. Он решил скоротать время до завтрака приятными процедурами в ванной, даже если никакого эффекта они не дадут. Откопав на дне чемодана свою невообразимых размеров косметичку, он наконец-то помыл голову шампунем для придания блеска и сделал питательную масочку, принял душ со своим любимым персиково-йогуртовым гелем, а потом побаловал кожу увлажняющим лосьоном из этой же серии. Пока Тэ мылся, он заметил, что в этот раз в слив течет вода с легким голубоватым оттенком, а значит, эта мерзкая краска начинает смываться. А раз она смывается, то вполне возможно, что вскоре это голубое недоразумение можно будет перекрасить! Воодушевленный небольшим сдвигом в лучшую сторону, Тэхен принялся внимательно разглядывать свое лицо. Вдруг демон сжалился над ним и вернул красоту? О да, аллилуйя, огромный шрам уменьшился почти вдвое, прыщей стало чуть меньше, да и ушки вроде как уже не настолько лопоухие! Ким от счастья чуть не заплакал, внутри все колотилось, руки тряслись, аж помассировать личико с нежной пенкой для умывания с экстрактом манго было проблематично, не говоря уже о том, чтобы нанести очищающую маску из голубой глины.
Обмазавшись всевозможными сыворотками и кремами и нанеся легкий маскирующий несовершенства макияж (который такой жарой все равно стечет через полчаса, но все же), Тэхен приоделся, щедро надушился любимым парфюмом и отправился на поиски Хосока, раз уж Юнги все никак не проснется, а доебаться до кого-нибудь с утра пораньше очень хочется. Вспомнив, что сегодня столичную штучку ждет огород, Тэ решил приберечь самую красивую одежду до лучших времен и остановил свой выбор на темно-зеленых джоггерах и просторной бежево-черной полосатой футболке. За этот аутфит он моментально получил «комплимент» от Хосока:
— Крутая маскировка, колорадские жуки точно за своего примут!
Не обидеться Тэхену помогло лишь то, что, увидев Чона, он охуел. Сначала в плохом смысле, потому что Хоби расхаживал по кухне, тихонько напевая себе под нос тот самый Bad Romance из тэхенова кошмара. А затем и в хорошем, чуть не уронив челюсть себе под ноги от такой красоты. Видимо, Хо вчера все-таки заметил, каким взглядом младший на него пялился, поэтому решил поиздеваться и не застегнул цветастую рубашку с коротким рукавом на несколько верхних пуговиц, а потертые джинсовые шорты, в отличие от вчерашних почти до колена, открывали аппетитные ножки аж до середины бедра. На его лице не было никаких следов похмелья, только блеск в глазах и загадочная улыбка, явно свидетельствующая о том, что он помнит, как ТэТэ пытался с ним флиртовать. Чон уже успел поухаживать за своими пташками и теперь собирался к тете Маше — матери того самого коллеги по имени Леха — за свежим молоком. Раз уж Тэ так рано встал и не знал, чем заняться, хозяин пригласил его прогуляться за компанию.
— Я так и не спросил, чем ты занимаешься?
Вот и прозвучал вопрос, которого Тэхен так боялся. И правду не скажешь, и придумывать небылицы и потом следить, как бы не запутаться во вранье, тоже не особо хочется.
— Был певцом и танцором, — тяжело вздыхает Ким, вспоминая лучшие годы своей жизни. — Но сцену пришлось бросить.
— Почему же? — Хосок замедляется и окидывает фигуру младшего любопытным взглядом, заставая того врасплох.
— Да фигня, неважно, — отмахивается Тэ и ускоряет шаг. — Давай не будем об этом.
— Окей, как скажешь, — шатен догоняет Тэхена и неожиданно хватает за край футболки, останавливая. — А ты можешь что-нибудь спеть? Ну пожалуйста, не каждый день все-таки в селе артиста встретишь, тем более из Кореи!
— Ну не здесь же! — смеется ТэТэ, замечая, что на них и так устремлено немало любопытных пар глаз. И зачем только выползать из домов в такую рань? А вообще спеть он не против, если внешностью не получится деревенского мачо привлечь, то околдовать неземным голоском — как два пальца об асфальт. Лишь бы Чимин не услышал, а то сразу весь обман раскроется.
— Тебе ли аудитории бояться? — подкалывает Чон. — Тут же все свои, не надо стесняться! У меня вообще ни слуха, ни голоса, а петь при односельчанах не боюсь.
В доказательство своих слов Хосок с важным видом прочищает горло и начинает завывать на всю улицу, попутно создавая своеобразное музыкальное сопровождение, стуча ладошкой по железному бидону:
— Все для тебя
Рассветы и туманы!
— Для тебя — моря и океаны, — продолжает дедушка с ближайшего двора, ловко рассекая топором полено.
— Для тебя — цветочные поляны, — подхватывает женщина с двора напротив, виляя задницей в такт, пока поливает петунии в кашпо.
— Для тебя! — хором тянут три молоденькие девицы, откуда ни возьмись оказавшись позади, в паре метров от парней, переглядываются и хихикают, а когда Хоби и Тэ оборачиваются, посылают им воздушные поцелуи и начинают накручивать на пальчики локоны, поправлять платья и хищно скалиться.
— Они учуяли свежую кровь, бежим! — толком ничего не объясняя, Хосок хватает Тэхена за руку и тащит за собой. Бегает он ох как быстро, Тэ с трудом успевает угнаться, то и дело спотыкаясь, потому что шлепки от Гуччи для пробежек по камням не предназначены, с ножек сваливаются. Пробежав около двух сотен метров, парни оказываются у нужных ворот. Быстро прошмыгнув во двор, Чон, в отличие от Тэхена совершенно спокойно дыша, наконец объясняет: — Это Ирка, Светка и Настюха. Держись от них подальше, они неадекватные и на мужиков как дикие самки бросаются, без разбору. Холостой или женатый, бедный или богатый, красавчик или не очень — лишь бы кого охмурить. Настюха, говорят, ходила к нашей ясновидящей бабе Нине приворот делать, после этого агроном из соседнего села семью бросил и полгода с ней шашни крутил. Когда Ирке наш местный олигарх отказал, она в отместку его сарай подожгла. А я однажды по незнанию Светку до дома подбросил, так она чуть меня не изнасиловала в моей же машине, а когда я ее с трудом от себя отцепил и выгнал вон, она по деревне пустила слух, что я тиран, женоненавистник и импотент!
Не успел ТэТэ переварить эту информацию, как появляется та самая тетя Маша — моложавая крашеная блондинка в симпатичном светлом сарафане в цветочек. Звонко плещет в ладоши, радостно улюлюкает и заставляет заграничного гостя охуевать еще больше.
— Мишань, выходи погляди, тут наш кореец жениха привел!
— Теть Маш, он не… — виновато поглядывая на Тэхена, Хосок пытается остановить женщину, но та разошлась не на шутку. Кружит вокруг Тэ, разглядывая заморскую диковинку от макушки до пяток.
— А хорошенький какой, ей-богу! Высокий, крепкий, плечистый! Ну просто кровь с молоком! Ух, этими мощными руками он наверняка дрова без топора рубит! А глаза какие красивые! Вот уж точно «очи черные, очи страстные, очи жгучие и прекрасные»! А профиль-то, профиль! Носик какой аккуратный, не то что шнобель твоего бывшего Саньки!
— Если б еще вся синева в гриву ушла и не бухал до посинения как Санька! — подхватывает вышедший на крыльцо усатый мужчина в растянутой майке, полосатых трусах-семейниках, носках и сланцах. Тэ машинально прячется за Хосока от избытка внимания к своей персоне и старается не думать об этом Саньке. Хотя, как тут не думать? Только представишь милашку Хосоки с каким-то носатым русским алконавтом — аж дурно становится.
— Да не жених он мне, ну не смущайте парня! Его Тэхен зовут, они с братом туристы, я их у себя приютил, — в ответ на объяснения Чона семейная пара заметно помрачнела. — Мы за молочком пришли.
Чтобы получить бидон молока, пришлось Тэхену пережить настоящий допрос. Кто, откуда, с кем, зачем, почему… Даже Хосок столько вопросов не задавал, а этой тете Маше все знать надобно! Наврав женщине с три короба, парни, провожаемые досадным возгласом «эх, а жаль, что не жених, такой мужик хороший!», со своей добычей направились домой, убедившись перед этим, что поблизости их не поджидают хищные самки.
***
После сытного завтрака вся семья и корейские гости отправились трудиться на огород. Чимину Хосок доверил повырывать сорняки в кабачках, чему мальчишка был не особо рад, мол, с какой радости он должен это делать, если не ест кабачки? От Чонгука толку было мало — маленький еще совсем, только под ногами путается, а к труду приучать уже надо, так что его вместе с Юнги отец семейства отправил заготавливать укроп для заморозки. Мин аккуратно срезал зелень ножом, а малыш помогал отделять веточки от толстых стеблей. Ну а Тэхена ждали его полосатые прожорливые братишки. Нацепив предложенные хозяином галоши, предварительно заправив штаны в носки, чтобы мерзкие насекомые не дай боже не забрались под одежду, и надев резиновые перчатки, Тэ, предчувствуя очередную истерику, отправился на поле боя. Хосок же вышел в шортах и резиновых сапогах, совершенно не боясь, что жуков заинтересуют его голые ноги. Зато они ох как интересовали Тэхена. Раньше Тэ не замечал за собой фетиша на огородников с изумительными ножками, а нездоровая тяга у него была только к хорошеньким молодым стоматологам, перед которыми он ну очень любил пошире открывать ротик. Желательно на уровне ширинки. Но то, какие фантазии в нем пробуждал Хосок, не сравнится ни с чем. В этих дурацких сапогах в черно-белый горошек с широченным голенищем его ножки выглядели еще более стройными и манящими. Чон как истинный деревенский мужчина эпиляцией не увлекался, но ему это и ни к чему: они казались такими гладкими и приятными на ощупь даже несмотря на едва заметные тонкие волоски. Ким, давясь слюной, смотрел на это живое произведение искусства и представлял, как для начала побалует ласками его изящные и, готов поклясться, очень чувствительные стопы. Помассирует, расцелует нежные пяточки, легонько покусает за мягкие подушечки пальцев, вберет в рот каждый, посасывая с такой отдачей, что Хосок непременно захочет испытать на себе все возможности этого умелого рта. Не забудет и поиграться с этим великолепием языком, тщательно вылизывая пространство между пальчиками. Потом пройдется поцелуями и легкими укусами по щиколоткам и лодыжкам, зацелует эти потрясающе красивые коленки (до знакомства с Хосоком он даже не замечал, что коленки бывают красивыми) и доберется до самого вкусного. О бедрах Хосока можно слагать легенды, до того они прекрасны! Идеально стройные, подкаченные не в спортзале, а от тяжелого физического труда, с твердыми мышцами и загорелой до бронзового оттенка кожей. А как роскошно на них будут смотреться тэхеновы большие ладони с длинными пальцами и выступающими венами, когда он будет их оглаживать, сжимать, до белых следов впиваться в упругую плоть! Тэхен обязательно расцелует каждый миллиметр, особое внимание уделяя чувствительной внутренней стороне. Хосоку придется надолго отказаться от коротких шорт и прятать от посторонних глаз лиловые пятна засосов под более закрытой одеждой. Тэ будет продолжать сладкие пытки, пока его личный фетиш не начнет бесстыдно скулить от перевозбуждения и умолять трахнуть его. О да, Тэхена аж трясет от одной мысли о том, как с этого соблазнительного ротика будет срываться что-то очень непристойное. — Ничего сложного, просто собирай жуков и личинок в банку. Ну не настолько же непристойное… Ким немного расфокусированно после недолгого путешествия в мир своих грязных фантазий смотрит на литровую стеклянную банку в своих защищенных перчатками ручках, затем на полосатых гадов и их еще более ужасающих красных детишек. Хочется то ли позорно сбежать и показать себя конченным труслом, то ли лечь прямо здесь, на прогретой солнцем русской земельке, сложить руки на груди и ждать, когда чудовища со всего поля сбегутся на свежее мясо и вмиг обглодают до самых косточек. Чон в отличие от городской неженки смело шагает по полю, ловко собирая в банку всех вредителей на своем пути. У Тэ аж слезы на глаза наворачиваются. Какой же он храбрый! Чушь собачья все эти марвеловские комиксы и фильмы про супергероев — настоящие герои не носят плащи. И трусы поверх трико тоже. Настоящие герои носят резиновые сапоги и смешные разноцветные панамки и голыми руками спасают урожай от прожорливых чудищ! Тэхен, вдохновившись бесстрашием старшего, наконец-то решается действовать. Чувствуя, как в груди бешено колотится сердце, он несмело тянет к жуку указательный палец, едва касается полосатого брюшка и в отвращении кривится, одергивая и убирая руку в карман. Нет, он так не может! Что там Хосок вчера говорил? Белорусы поклоняются картошке? Так почему же жители этой загадочной страны до сих пор не изобрели действенного метода спасения своей святыни от нашествия мерзких насекомых? Внезапно Тэ замечает, как противный полосатый товарищ шустро ползет… по творению ангелов, символу неземной красоты, его личной путевке в рай. По ноге Хосока! Действия Тэхена опережают его мысли. Он бросается к посягнувшему на святое жуку, что стремительно карабкается вверх, снимает вредителя с изящной лодыжки, бросает на землю и будто обезумевший топчет ногами, пока от него и мокрого места не остается. Хочется упасть перед Чоном на колени, стиснуть эти потрясающие ножки в объятиях, прильнуть к ним, расцеловать и защитить от любых тварей, но Ким решает для начала остановиться только на последнем. Он отбрасывает прочь все страхи и с коварным прищуром кружит вокруг Хоби, отправляя в банку каждую тварь, которая приблизится к его прелести. — Ты чего так завелся? — хохочет Чон, поправляя торчащую из-под панамки челку. — Не сожрут они мои ноги, не волнуйся. Они же для человека не представляют вреда, или ты думал, я полезу в поле, кишащее плотоядными жуками, и тебя за собой потащу? — Да я просто… — Тэ задумчиво чешет затылок, пытаясь придумать вразумительный ответ, но получается какой-то бред сивой кобылы. — Просто подумал, вдруг эти гады тебе под шорты заползут. Или того хуже в трусы. Блин, это же противно, когда у тебя там какие-то букашки копошатся! Нет, ты не подумай, у меня такого не было, я просто предположил… Тэхен думал, что хуже уже быть не может. Но, как оказалось, еще как может. Только услышав доносящееся с соседского участка задорное посвистывание, Хосок повалил младшего на землю, сам залег рядом и закрыл ему рот ладонью, прежде чем он начал бы возмущаться. А Тэхен бы начал. Во-первых, он вообще не понял, что за хрень происходит. Во-вторых, он испачкал чистенькую одежду и плюхнулся лицом прямо в картошку. В-третьих, банка с десятком кровью и потом отловленных вредителей полетела из рук, и все пленники стеклянной тюрьмы дали деру. — Если Всемирный Красавчик нас заметит, нам трындец! — едва слышно шипит Чон, прикрывая их с Тэ картофельной ботвой, и чуть ослабляет хватку, когда Ким начинает недовольно мычать. — Кто такой Всемирный Красавчик и почему мы должны его бояться? — шепчет младший, заглядывая в полные ужаса глаза еще минуту назад бесстрашного огородника. — Дай господь тебе не узнать! Свист на манер мелодии «Катюши» становится все громче и громче. Хосок весь колотится, одними губами беззвучно перебирает всевозможные ругательства и крепко зажимает тэхенов рот. Троица на огороде по команде ЧимЧима тоже спряталась: Куки нырнул в большие листья кабачка, Юнги согнулся в три погибели и прошмыгнул в крошечный парник, по пути сломав два перца, а сам Чимин притаился за высокими желтыми бархатцами, которыми окружена грядка капусты. Вот только смысла нет с Всемирным Красавчиком в прятки играть. Из-за деревянного забора показалась сначала взъерошенная русая челка, а следом и пара хитрющих черных глаз. Тогда Хосок неосознанно ругнулся уже вслух. Устрашающе гыгыкнув, мужчина ловко сиганул через забор и, вальяжной походкой обхаживая чужое поле, растягивает пухлые губы в гадкой улыбочке, демонстрирующей отсутствие одного зуба, да приговаривает: — Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать! Кто не спрятался, я не виноват! В одночасье Тэ лицезреет всю красоту Всемирного Красавчика прямо перед своим носом: мужчина присаживается на корточки перед горе-партизанами и заходится смехом, напоминающем звуки мытья окон, который переходит в хрюканье. Смысла лежать пузом на земле больше нет. Парни нерешительно встают, отряхиваются. Ким наконец-то может как следует разглядеть, что этот «красавчик» собой представляет. Дылда лет тридцати азиатской внешности с широченными плечами, в застиранных трениках с вытянутыми коленками, кирзовых сапогах, растянутой красной футболке с изображением золотого двуглавого орла и огромном дедовском пиджаке с орденами. На лицо даже был бы симпатичным, если бы проспался как следует. — Даже не проси, самогона не дам! — Хосок горделиво расправляет плечи и сжимает кулаки, зачем-то закрывая собой Тэхена. — Обижаешь, соседушка! Я к тебе со всей душой, а ты меня в алкаши подзаборные записал, — мужик дует губки да головой покачивает, а сам все Хосоку за плечо заглядывает. — Я, может, просто пообщаться хотел. А ты, я гляжу, времени зря не теряешь. Нашел себе какую-то Мальвину да с ней развлекаешься, совсем забыл старину Сокджина! Эх, а раньше мы с тобой и на рыбалку гоняли, и за грибами, и на твоем мотоблоке по селам колесили! — Ты кого Мальвиной назвал, Буратино неотесанный? — Ким выступает вперед, подходит к наглецу вплотную. Грудь колесом, в глазах злоба, ноздри раздуваются. А Сокджину хоть бы хны! Только еще больше выпрямляется, возвышаясь над парнем, да ухмыляется едко. — А Мальвина-то маде ин Чина! И чего вас узкоглазых так сюда тянет? Медом чтоль намазано? Россия для русских! — Я не китаец, а кореец, чепушила ты необразованный! — Ты на моего братана батон не кроши! — вступается за Тэ Хосок, сгребая парня в охапку. — Тебе от бухла не только печень, но и память отшибло? Ты ж сам кореец! — Наполовину! — озлобленно визжит Джин. — И что, что глаза у меня узкие? Зато душа широкая! Русская! Разве ж виноват я, что кореец матушку мою охмурил и в Сеул к себе заманил? Я любовь к России с молоком матери впитал! Она мне вместо колыбельной «Владимирский централ» пела, я на русских сказках, стихах Пушкина и мультиках от «Союзмультфильма» вырос! Никогда не был на маминой родине до совершеннолетия, а все равно по ней тосковал! Мне ж во снах березовые рощи виделись, так и тянуло сюда, к родным просторам! Русский я, русский, слышите? — Ага, «там русский дух, там Русью пахнет», — заливается звонким смехом Хосок, а Тэхен ведет носом, принюхиваясь. Перегар вперемешку с потом и тройным одеколоном — это и есть истинный запах Руси? «Русский» в ответ на насмешки снимает пиджак, аккуратно вешает на забор и пафосно срывает с себя футболку, демонстрируя жилистое тело, покрытое татуировками, большая часть которых — портаки, набитые самодельной машинкой друзьями-алкашами: под ключицами надпись «Слава России», грудь расписана под хохлому, на животе изображен медведь в ушанке с балалайкой в лапах, на плечах набиты тату, посвященные двум самым дорогим людям — на левом портрет Путина с нимбом и подписью «Спаси и сохрани», а на правом небольшая матрешка в рамке-сердечке и украшенное завитушками имя Ленка. Судя по наличию обручального кольца, принадлежит жене. Сокджин прочищает горло и, гордо задрав нос, начинает декламировать Есенина на всю округу, стуча кулаком себе в грудак: — Гой ты, Русь, моя родная, Хаты — в ризах образа… Не видать конца и края — Только синь сосет глаза. — Погоди, я не понял, а почему ты его называешь Всемирным Красавчиком? — шепчет Тэ на ушко Хосоку, пока Джин продолжает рвать глотку. — Мужик как мужик, ничего особенного. С приветом только, — Тэхен не может упустить возможность ненавязчиво сделать комплимент своему огороднику, поэтому наклоняется еще ближе, обжигая кожу горячим шепотом и почти касаясь губами: — Тебе это прозвище подошло бы куда больше. — Сейчас все узнаешь, — усмехается шатен, игнорируя лестные слова в свой адрес. — Если крикнет рать святая: «Кинь ты Русь, живи в раю!» Я скажу: «Не надо рая, Дайте родину мою». Сокджин заканчивает стих, вкладывая в последние строки максимум эмоций. Аж голос задрожал и скупая мужская слеза по щеке покатилась. Даже дети в ладошки захлопали, между делом покинув свои укрытия, а вот Юнги вылезать из парника не торопится. Еще одного узкоглазого широкая русская душа не выдержит. — Ну ты, Сокджинни, красавчик! Повезло ж твоей Ленке такого мужика отхватить! — наигранно начинает расхваливать соседа Хосок. — Телом богатырь, лицом царевич, голоском соловей, а в постели наверняка тот еще разбойник! Настоящий русский мужик! — Да, я такой, — Сокджин в ответ на похвалу расцветает аки майская роза, манерно приглаживает русую гриву да все мышцы напрягает, чтоб еще краше смотреться. — Я этот… как его… Как там моя Ленуся говорит? Вайворлд хундсом… Ворвайлд хэйсом… — Ворлдвайд хэндсом, — поправляет его появившаяся по ту сторону забора жена. — Только был ты красавчиком, пока бухать не начал по-черному! Опять небось самогон клянчишь у Чона, псина ты сутулая? — Хэллоу, аньен, здравствуйте! — кричит Чимин, приветственно махая молодой женщине рукой, а та в ответ дружелюбно улыбается и просит мальчишку закрыть ушки. Здорово, когда твоя учительница английского еще и твоя соседка. Одноклассники от смеха со стульев валятся, когда Чим им рассказывает о похождениях самой строгой училки за пределами школы. — Ну ты что, солнышко мое ясное? Я ж не пью уже три дня! — сахарным голосочком воркует Джин, натягивая на себя футболку задом наперед. — А кто весь корвалол, настойку боярышника и медицинский спирт выдул? Домовой? — рявкает на мужа брюнетка. — Так я ж в медицинских целях! Ты на работу в эту свою чертову школу уйдешь, а мне тут хоть помирай! Знаю я, что этот старый хрыч трудовик к тебе клинья подбивает, как подумаю об этом, сердечко от боли сжимается. Женщина, устав от баек мужа, неуклюже переваливается через забор, зацепившись цветастой юбкой за доску и чуть не порвав ее. Супруга Сокджина на вид младше него года на 3-4, очень симпатичная. Круглолицая, чернобровая, огромные зеленые глазищи, губки-вишенки, длинная темная коса. Фигура что надо, есть за что взяться. И как такая красавица умудрилась связаться с этим неадекватом? Ленка испепеляет мужа грозным взглядом, намекая, что кое-кому сегодня не поздоровится. Тот трусливо дает заднюю, но женщина не унимается и бросается за ним по соседской картошке, осыпая ругательствами. — Ах ты ж пиздушкин чепчик! Пиздаболье отродье! Только попадись мне, гандон штопанный, так отмудохаю, что дружки твои синюги не узнают! Да будь проклят тот день, когда я за тебя, козлину узкоглазую, замуж вышла! Ладно я, тупая девка, что выбрала, то имею, но дитенок мой-то за что страдать будет с отцом-спиртоглотом? — Да какой еще дитенок? Бухаю я, а крыша у тебя поехала что ли? Нет же у нас детей! — А ты подожди еще 7 месяцев, — кричит Ленка на мужа и, наконец догнав его, бьет платком по опухшей небритой морде. — Если от алкоголизма не окочуришься, сына увидишь. Ну или дочку, я не знаю пока. — Ленка, — Сокджин таращится на жену глазами-блюдцами, с трудом дыша, и крепко сжимает миниатюрную женскую ручку. — Ты что, того? — Того, — широко улыбается брюнетка, и Джин с воплями счастья подхватывает жену на руки, кружит, пока та не начинает пищать и просить поставить ее на землю. — Пацаны, у меня малой будет! — орет Сокджин, тряся то Хосока, то «Мальвину» за плечи, а следом срывает несколько сиреневых цветков чужой картошки и с этим «букетом» снова бросается к жене, становится на колени и прижимается ухом к животу, еще и близко не намекающем о беременности, осторожно поглаживает его ладонью. — Рано еще, идиот, — смеется женщина, ероша сокджинову челку. — Если там что-то и толкается, то скорее всего вареники, которыми мы завтракали. Тэхен не особо понимает, к чему такие радости. Маленькие дети — это же ор 24/7, пеленки-распашонки, испытание в виде смены подгузников, бессонные ночи, расшатанная психика… Сам он никогда своих детей не хотел, по крайней мере, не собирался променять свет софитов на тихую семейную жизнь и прелести отцовства. Да и отношений с девушками у него не было уже очень давно за исключением пары случайных перепихонов, которые ему даже не понравились, как-то все сильнее на парней тянет. А тут уж шансы обзавестись бейбиком равны нулю. Зато Хосок наблюдает за нежностями этих двоих, даже не пытаясь сдерживать стекающие по щекам слезы, до того это его растрогало. Он был свидетелем их ежедневных драм с первого дня проживания в деревне, и вот, такое радостное событие в их семье. Сокджин на самом деле прикольный мужик, хоть и со своими тараканами с бело-сине-красными флагами в лапках, а если пить бросит, то и папой будет замечательным. И семья у них будет нормальная. Не придется Джину одному как белка в колесе вертеться, пытаясь и детей воспитывать, и деньги зарабатывать, и хозяйство вести. И по ночам он не подушку обнимать будет, а любимую женщину. Получив поздравления от Хосока и его гостя, Сокджин с Ленкой в обнимку поплелись домой. Благо через чонов двор, а не через забор, который от их постоянных вторжений от греха подальше все-таки надо бы поменять на металлический и повыше. Платком от женушки Джин все-таки получил еще и не раз, но она исключительно любя. Ну и еще потому, что ее супруг конченный придурок. Взял и испоганил ее любимую песню, да еще и так собой гордится, что на все село ее горланит: — Ты так красива Невыносимо Рядом с тобой быть Сутулою псиной! — Блин, мы же так и не спасли картоху от жуков, — с досадой констатирует Тэ, как следует прооравшись с песни Джина и его впечатляющих вокальных данных. — Их все равно для ручной сборки слишком много, я обработаю ее опрыскивателем вечером, так будет эффективнее, — успокаивает Чон, мило улыбаясь Тэхену. — А что, так можно было? И не надо было ловить их руками? — Можно было, — признается шатен, готовясь к порции психов младшего. — Но я же должен был показать тебе сельский экстрим. Да и ты теперь жуков не боишься, это же здорово. Да, жуков Тэхен и правда больше не боится. Когда Чон в качестве проверки бросает в него полосатого братишку, он даже не начинает орать. Только тихонько цедит сквозь зубы: — Ну все, пиздарики тебе. Тэ гоняется за Хосоком по полю, совсем как пару минут назад Ленка за Джином. Снял перчатки и пытается ими отшлепать старшего по заднице. Спотыкается в этих дурацких галошах и периодически здоровается с русской земелькой своей корейской жопонькой, но поднимается и продолжает погоню. — Это что, передается воздушно-капельным путем? —хмыкает Юнги, наблюдая за двумя великовозрастными детишками. — Хорошо, что мужики не беременеют, а то после таких забегов с твоим голубым дружком дядя бы точно с пузом ходил, — Чимин впервые вступает в разговор с гостем. Пока они вместе гнули спины на огороде, Мин ему показался вполне неплохим парнем. Как минимум потому, что не имеет видов на Хосока и ведет себя попроще чем Тэхен. — Да успокойся, Тэ полный придурок, какой адекватный мужик в его сторону посмотрит? Знакомьтесь, вымирающий вид — Чон Хосок обыкновенный. Они добежали до самого конца поля, за которым следует лужайка и небольшая рощица. Тэхен запыхался и без сил повалился в траву. Так и не смог Хоби отшлепать, но уже как-то все равно. Он прикрывает ладонью глаза от ослепляющих солнечных лучей, жмурится, вдыхает приятный медовый аромат трав и просто расслабляется под тихий шелест листвы. Даже не сразу замечает, что Хосок ложится совсем рядом и, приподнявшись на локте, без зазрения совести разглядывает его, пожевывая травинку. Он не может удержаться и аккуратно поправляет пальчиками небрежно торчащие голубые пряди, а следом дополняет прическу младшего белым картофельным соцветием. — Не боишься, что такую красоту похитят белорусы? — Тэ слишком поздно вспоминает, что до красоты ему как до Москвы раком, и щек его тут же касается яркий румянец. — Неа, — заливается смехом шатен. — Объезжу весь Бульбалэнд, но найду тебя и домой верну. У меня еще на тебя планы имеются… Вишню и смородину собрать, огород прополоть, в палисаднике порядок навести… Тэхен надеялся на немного другие планы. Внезапно Ким чувствует, как по его лицу что-то ползет. Все-таки ложиться в траву было не лучшей идеей. Он уже готовится заорать, вскочить и стряхнуть с себя эту тварь с крошечными лапками, но Хосок его опережает: мягко проводит шершавой ладонью по его щеке, и на его руке остается малюсенькая божья коровка, которую он тут же сдувает в траву. Шатен продолжает пристально смотреть на лицо младшего, и Тэ это уже начинает пугать. В его взгляде вроде как не чувствуется отвращения, он достаточно нежен, но в то же время все равно как-то не по себе. Когда Тэхен обладал идеальной внешностью, он бы прекрасно понял такое поведение, но сейчас… — У тебя усики забавные, — будто прочитав мысли Кима, поясняет Хоби. — И щетина колючая. С тобой неудобно будет целоваться. После такого заявления Тэхен не знает, чего хочет больше: доказать Хосоку обратное или провалиться сквозь землю. — С чего ты вообще взял, что кто-то захочет со мной целоваться? — Уж поверь мне, кто-нибудь обязательно клюнет на сеульского красавчика, — Хосок подмигивает младшему, растягивая губы в хитрой улыбке, а Тэ все никак понять не может: у него хуевый вкус, он долбится в глаза, или у него просто такой уровень недотраха, что ему абсолютно любая особь мужского пола кажется привлекательной? И снова слишком много вопросов, на которые не суждено получить ответы. Хосок поднимается, потягивается, изящно прогибаясь в спине и обнажая узкую полоску стройного тела между поясом шорт и рубашкой, куда тут же неконтролируемо устремился взгляд младшего, и за руку тащит Тэ обратно на огород, где тройка работяг заканчивает выполнение заданий. Чимин кое-как привел в порядок ненавистные кабачки, а у Юнги с Гуком уже битком набитый огромный тазик душистой зелени. Мин порядком устал от компании мелкого, а тот все кружится вокруг него, гыгыкает и делится с заморским гостем чисто русским рецептом плова из старого как мир видео с ютуба: — Белем сначала уклопу, Потом кошачью жопу, 25 калтошек, 17 мандавошек, Ведло воды И хуй туды, Охапку длов И плов готов! — Божечки, Куки, где ты такого нахватался? — ошарашенный отец поднимает малыша на руки, и маленький предатель с гаденькой улыбочкой указывает пальчиком на Чимина. Кажется, конфискация гаджетов затянется до конца лета.***
После огорода Чимин предложил Юнги поиграть в бадминтон, потому что уже помирал со скуки. Все его друзья укатили с родителями отдыхать: кто в Болгарию, кто в Турцию, кто в Египет, кто в Анапу, на худой конец. Один он как лох остался в селе, да еще и без игр и интернета. Хосок тем временем готовил на обед борщ, Тэхен мелко нарезал укроп, упаковывал в пакеты и складывал в морозилку, а Куки просто мешался под ногами и спорил с Тэ, кто из Черепашек-ниндзя самый крутой. Тэхен так яро отстаивал свою точку зрения, между делом отвлекаясь от основного занятия и бурно жестикулируя, что резанул острым лезвием по указательному пальцу, оставив достаточно глубокую ранку, из которой тут же засочилась кровь. Услышав жалобный скулеж, Хосок вмиг бросился на помощь, помог промыть, обработал и заклеил порез пластырем. В аптечке был и обычный пластырь, и детский с разными мультяшками, но Чон выбрал именно с изображением смурфика. Подъеб засчитан. — А поцеловать? — недовольно хмурит бровки Чонгуки, пристально глядя на отца, когда тот, оказав помощь пострадавшему, возвращается к своему борщу. — Ты всегда целуешь, когда я лазбиваю коленки, так не болит и быстлее заживает. — Оу, точно, как я мог забыть, — Хоби бросает виноватый взгляд на сына и аккуратно притягивает к себе руку Тэ, подмигивает покрасневшему от смущения парню и невесомо касается губами закрытой пластырем ранки. — Больше не болит? У ТэТэ от такого простого жеста внутри все заколотилось и дыхание перехватило. Он понимает, что должен подыграть, но почему бы немного не схитрить? — Уже не так сильно, но еще чуть-чуть побаливает. Шатен в ответ игриво закусывает губу, с нежностью поглаживает чужую ладонь и возвращается к искалеченному пальчику, оставляет несколько обжигающих поцелуев по всей длине, не разрывая с Тэ зрительного контакта. В самой глубине чарующих глаз будто черти устроили вечеринку, от этого взгляда кожа Тэхена предательски покрывается мурашками, а Хосок, почувствовав это, прекращает целовать, и на лице его расцветает загадочная ухмылка. Ким на все сто уверен, что если бы они были наедине, старший не упустил бы возможность страстно засосать его в губы. Но сейчас он, чтобы подразнить, лишь быстро мажет кончиком горячего языка по мягкой подушечке, выбивая из Тэ едва слышный вздох. — Теперь совсем-совсем не болит, — тихо шепчет парень, пытаясь сдержать глупую улыбку. Он был прав, губы у Хосока очень мягкие, их до дрожи приятно чувствовать на себе, хоть и убедился в этом Тэ немного не в том контексте. Возможно, только что произошел тотальный пиздец. С одной стороны, это круто, что Хосок намекнул, что тоже хочет Тэ. Но с другой — у Хосока дети, а это значительно усложняет ситуацию. Тэхену бы просто развлечься с привлекательным парнем, закрутить короткий роман, а потом вернуться в Корею и забыть свои приключения в русской глуши как страшный сон с элементами порно. А вот что нужно Хосоку? Вдруг они переспят один разок, а он тут же примет его в семью с распростертыми объятиями и повесит на него бытовуху и двух спиногрызов? Может, он вообще, как те три девицы, на мужиков без разбору вешается, чтобы хоть с кем-нибудь замутить? Все-таки в русском селе вряд ли большой выбор парней с нетрадиционной ориентацией, а парней, готовых принять чужих детей, тем более. Вот и пробует Хосок все варианты. Да, именно так и есть. Но не будет Ким Тэхен Ким Тэхеном, если не получит то, чего хочет. А хочет он этого гребанного милашку-огородника, и пофиг, что знакомы они только второй день. Бывает у него иногда такое, что одного взгляда достаточно, чтобы если не влюбиться, то как минимум до хаоса в голове и дрожи в коленках возжелать кого-то. Вот и сейчас увидел Хосока и помешался на этом сельском красавце. Даже ни разу не вспомнил про своего футболиста, который его на днях бросил, хотя тот был и мускулистее, и ухоженнее, и богаче, и никакой мелочи пузатой с ним в комплекте не шло. Подавайте Тэхену огородника с двумя детьми, и все тут! А с последствиями он как-нибудь разберется. Вот только есть еще одна проблемка. Тэ даже раздеться перед ним не сможет, до того непривлекательным себя считает. Как представит, как его жирок на животе в постели трястись будет, словно холодец, аж тошнота к горлу подступает. А эта противная растительность на теле, брр! Если Хосок уже четко дал понять, что предпочитает гладкость на лице, то вряд ли ему будет приятно спать со снежным человеком. А значит, прежде чем продолжать заигрывания с Хоби, нужно вернуть себе более-менее симпатичный облик. Начать решил Тэхен в тот же день, как раз и отличная возможность подвернулась. После обеда Хосоку нужно было уединиться на пару часов, чтобы поработать. Чимин проводил время с Чонгуком, учил брата рисовать. Демон так объелся борща, что еле дышал, поэтому решил вздремнуть, чтобы обед как следует улегся перед вечерними приключениями. Тэ предупредил Хоби, что сходит прогуляться по деревне один, и, выслушав целый инструктаж по технике безопасности на улицах Парижа, направился в церковь, которая ему приглянулась еще вчера. Если демон отнял у него красоту за грехи, то что будет, если их замолить? Бог ведь все прощает, а нет грехов — нет причин издеваться над несчастным. Пафосное величественное здание с золотыми куполами встретило грешника таинственным полумраком, разбавленным проходящими сквозь цветные витражные окна солнечными лучами, обилием фресок и золота во внутренней отделке и бьющим в нос запахом свечей. — Святой Отец, я согрешил, — Тэхен смотрит на батюшку влажными щенячьими глазками, сложив руки на груди, и готовится поведать о своих проступках, но пузатый бородатый мужичок в черной рясе до пят, странном головном уборе и с огромным золотым крестом на толстенной длинной цепи лишь молча кивает на ящик для пожертвований, к которому на скотч прикреплен прайс-лист, где указано, сколько за какой грех нужно пожертвовать. Пробежав глазами по списку грехов, в котором значились клевета, воровство, измена, мужеложество, избиение, изнасилование, богохульство, аборт, убийство и другие ужасные вещи, Тэ так и не понял, сколько нужно заплатить, если ты просто бесчувственный самовлюбленный мудак. Да и не судьба ему замолить грехи — терминала в церкви нет, Святой Отец только наличку принимает, которой у Тэ, разумеется, не оказалось. Так и вышел Ким из храма ни с чем. Точнее, с все так же давящим на его плечи грузом грехов. Возле церкви он наткнулся на молоденькую девушку явно не высоких моральных принципов — излюбленный здешними дамами цыплячий блонд, брови-ниточки, толстые стрелки чуть ли не до ушей, хищный взгляд, щедро намазанные красным блеском силиконовые губы, не менее силиконовая грудь, выпадающая из открытого кружевного топика, едва прикрывающие задницу кожаные шортики, розовые босоножки на высоченных шпильках. Странно, что нигде ценник не приклеен. — Взгляд самца, усы убийцы и осанка гордой птицы — это точно про тебя, сладкий, — девушка кокетливо накручивает на пальчик сожженный осветлителем локон, тянет топ вниз, еще больше открывая свои силиконовые прелести, лопает пузырь из жвачки и стреляет в Тэ подчеркнутыми перламутровыми зелеными тенями глазками. Тэхен от такого заявления без лишних разговоров уносит ноги от барышни. Не хватало ему еще с местными путанами связываться. Девушка на такую реакцию не обижается, все равно в церковь не за прекрасным незнакомцем пришла. На всякий случай притаившись за кустом гортензии неподалеку, Тэ видит, как девица, что-то увлеченно щебеча и хихикая, дефилирует рядышком с батюшкой к его припаркованному у церкви черному внедорожнику. Священник смачно шлепает девушку по попе и похотливо улыбается, демонстрируя несколько сияющих на солнце золотых зубов. Ветер развевает черные одеяния и длинную седую бороду, шея сгибается под тяжестью драгоценного металла, глаза скрывают дорогие очки-авиаторы с зеркальными желтыми стеклами. Такое чувство, что он только-что выпустил лучший хип-хоп альбом десятилетия под псевдонимом Лил Поп. Раз уж искать помощи у церкви оказалось бессмысленно, решил ТэТэ опробовать еще один вариант. Так как его нынешний облик — дело рук демона, то если демон отправится обратно в Преисподнюю, есть хоть и маленькая, но вероятность, что его чары развеются. А о том, как это дело провернуть, решил Ким поинтересоваться у той самой бабки, о которой Хосок утром говорил. Если она привороты делает, то наверняка и в экзорцизме шарит. Где найти эту бабу Нину пришлось спросить у местных. А заодно выслушать теорию о том, что сам Путин перед каждыми выборами к бабке приезжает вечной власти просить, иначе на чьи деньги слепая старушка, проживающая с внучкой-школьницей, отгрохала себе двухэтажную домину и баню? Жилище ясновидящей, расположенное на краю села прямо возле леса, представляет собой внушительных размеров фахверковый дом с красной черепичной крышей и небольшими окнами. Никаких цветочков на территории не наблюдается, только молоденькие сосны, голубые ели, туи, кусты можжевельника и фруктовые деревья, а одна стена дома полностью оплетена плющом, даже окон не видно. Примерно в таких домах наверняка жили ведьмы из сказок Братьев Гримм. Тэхену аж не по себе стало. Он уже хотел было бросить свою затею и вернуться домой, но на то бабуля и ясновидящая, чтобы почувствовать чужака на своей территории и выйти на разборки. — З-здрасте, — нерешительно мямлит Тэ, разглядывая совсем не излучающую дружелюбие невысокую сгорбленную фигуру в вышитом льняном платье и с покрытыми платком луивиттоновской расцветки седыми волосами. — Хорош пялиться, говори давай, чего тебя черти ко мне принесли, — холодным тоном произносит бабка, жестом приглашая клиента в дом. Надо же, почувствовала, что на нее глазеют, будучи слепой, точно силу имеет! Старуха привела Тэхена в богато обставленную гостиную и предложила присесть в белое кожаное кресло. Кроме них в комнате еще внучка бабы Нины, на первый взгляд ничем не примечательная старшеклассница, сидит себе на ковре по-турецки, что-то смотрит на своем макбуке, никому не мешает. Вот только бабушка хоть и незрячая, а все видит. — Анька, хватит порнуху смотреть! — рявкает старуха, и девчонка тут же, покраснев до самых кончиков ушей, достает наушники и хлопает крышкой компьютера. — Мне это… демона нужно отправить в Ад. Чтобы раз и навсегда, — озвучивает просьбу Тэ. — Дай свою левую руку, — командует ясновидящая, и парень послушно протягивает ладонь, очень надеясь, что бабушка не увидит смурфика на пластыре. Та водит по линиям на его ладони своим старым морщинистым пальцем, с нахмуренным видом приговаривая что-то себе под нос. — Со мной что-то не так? — обеспокоенно шепчет Ким, чувствуя неприятные мурашки по телу. — Демон, которого ты чистым злом считаешь и в своих несчастьях винишь, на самом деле друг твой верный, коих тебе среди смертных вовек не сыскать. Настоящие демоны у тебя вот тут прячутся, — старуха тычет пальцем в лоб парня, и тот от ужаса аж в кресло вжимается. — И в борьбе с этими демонами никакая магия не поможет. Ты сам их победить должен. Тогда будет тебе счастье. Вижу рядом с тобой человека хорошего. Не все у вас будет гладко, много слез прольете, но если сможете преодолеть все испытания, любовь у вас будет страстная, а семья крепкая, до гроба душа в душу проживете. — Бабуль, да кто ж меня по-настоящему полюбит, урода такого? — хнычет Тэ, недовольный словами бабки. — Я и сам-то себя не люблю. Мне бы просто демона убрать да красоту вернуть, а там с делами сердечными я как-нибудь разберусь. — Эх, не слушаешь ты меня совсем! Ты не симпатичной мордашкой того человека завоевать должен. Ему надежный мужчина рядом нужен, а не красивая оболочка с ветром в голове. — Ну вот пусть ищет этого надежного мужчину в другом месте, — упрямо гнет свою линию Ким. — Бабушка, расскажите, как демона изгнать, а моя личная жизнь пусть таковой и останется! Старуха недовольно цокает, качает головой, но все же просит внучку принести соль и под ее диктовку написать клиенту заклинание. Наконец-то получив желанную инструкцию по экзорцизму, распихав реквизит по карманам и поблагодарив ясновидящую, окрыленный радостью Тэхен помчался восвояси, чтобы как можно скорее приступить к обряду. — Ба, ты зачем ему вместо заговоренной дала обычную соль, а вместо нормального заклинания — названия таблеток от поноса? — интересуется внучка, проводив клиента. — Да так, поржать, — пожимает плечами бабка-наебщица. — Все равно этот бурят не поймет ничерта.***
Возможность исполнить коварный замысел у Тэ появилась во время приготовления ужина. Они с Юнги снова помогали хозяину, на этот раз Чон Тэхену нож не доверил (а жаль, Тэ очень даже не против снова порезаться), а попросил всего лишь лепить котлетки из приготовленного им фарша, а они с Юнги тем временем занимались картошкой для пюрешки. И вот вдруг из детской раздался голосок Куки, зовущий папу, и начинающий экзорцист понял: час икс настал. Пока Хосок разбирался, что там у сына, Тэ, отойдя подальше от Юнги и делая вид, что что-то ищет в кухонном шкафчике, достал из мешочка в своем кармане большую щепотку соли, незаметно бросил под ноги напевающему что-то себе под нос демону, как и говорила бабка, и с серьезным видом стал едва слышно нашептывать: — Лоперамид эрсефурил сульгин фталазол! — Лекарства от диареи ищешь? — внезапно сзади раздается голос незаметно подкравшегося Хоби, и Тэ аж подпрыгивает на месте. — Блин, вот я идиот, так и знал, что не надо было тебя, городского, домашним молоком поить! Юнги быстро сообразил, в чем тут дело. Как-то раз его изгоняли заклинанием из «Сверхъестественного», а одна барышня вообще пыталась переселить его душу в козла и зарезать его, но этот придурок повеселил его еще больше. Мин зловеще ухмыляется, зыркая на Тэ демоническим взглядом, и парень понимает, что влип по самое не хочу. Демону даже наказание придумывать не пришлось, горе-экзорцист сам подсказочку дал. Обосрешься ты, Тэхен, а не победишь нечистую силу! Приятный вечер превратился в бесконечные забеги от ненавистного дивана с торчащими пружинами до белого трона. Пока все остальные за обе щеки уплетали ужин, Тэхен лежал, скорчившись от боли в животе и стараясь игнорировать доносящиеся с кухни запахи еды, от которых только тошнота подкатывала. Хосок снова был гиперзаботливым. С одной стороны, это Тэхена умиляло, но с другой — он мог бы просто принести лекарства и оставить больного в покое, а не сидеть над ним, как над ребенком. Тэ и так не в лучшей форме, а тут еще морда перекошенная и кожа наверняка приобрела серо-зеленый оттенок. Красота неземная, самое то для соблазнения сногсшибательных огородников. Но Хосока это нисколько не отталкивало, судя по тому, что он мягко поглаживал несчастный животик и отвлекал от боли бессмысленными разговорами о том о сем. Раз уж вчера выпить с Юнги за знакомство не вышло, Хосок решил наверстать упущенное. Тэхен был не против компании, поэтому поздним вечером, когда Чон переделал домашние дела и уложил Куки, все втроем устроились в гостевой. ТэТэ все еще чувствовал себя отвратительно, поэтому просто валялся на диване полулежа и пытался иногда принимать участие в беседе, а к алкоголю и закускам не притрагивался. Ему показался достаточно говорящим тот факт, что Мина Хосок угощал не вином из красивых бокалов, а самогоном из простеньких граненых стопок, закусывали они бутербродами со шпротами и оставшимися с ужина котлетами, а вместо того красивого халата Чон был уже в обычной серой футболке и пижамных шортах. Да и с Юнги он не откровенничал особо, они просто шутили и болтали о всякой ерунде вроде политики и футбола. Тут-то Ким и решил зачем-то ляпнуть, что недавно расстался с футболистом, а если точнее, то с успешным вратарем. Чон в ответ поднял тост за то, чтобы это недоразумение проебывало голы точно так же, как хороших парней. С «хорошего парня» демон, конечно, проорался как следует. Зато, когда ему пришлось сочинять байки, что он работает администратором в солярии, пришла очередь Тэхена угорать. Хоби то и дело отвлекался от разговора и интересовался самочувствием Тэ, тепло улыбался ему и иногда ласково гладил по голове, а тот все никак не мог понять, почему он ему не противен. Голос Хосока был таким умиротворяющим, а прикосновения такими трепетными, что ТэТэ даже не заметил, как устроил голову на плече старшего и с едва заметной улыбкой на лице отправился в царство Морфея, перед этим дав себе клятву расправиться с демоном и во что бы то ни стало заполучить этого потрясающего мужчину.
Примечания:
На всякий случай напоминаю, что не стоит воспринимать этот фик всерьез. А еще я назвала женушку Сокджина в честь себя и мне ни капли не стыдно.
Кстати, кто нашел отсылочку к одному русскому сериалу, тот молодец😉
