Приставка

День начинался прекрасно, отменили тренировку из-за штормового предупреждения, на которую не хотелось идти, но Кенма потерял свою приставку. Он точно помнил, что оставлял ее в одной комнате с Куроо, а значит проблема в нем, а не в Козуме. Брюнет сидел в кресле и загадочно смотрел на дождливую погоду за окном. Он не выглядел причастным к пропаже дорогой для души вещи, но он же хитрый кот, которому опасно доверять. — Куроо, ты не видел мою приставку? — юноша проверил уже везде, где только можно, и оставался только кот, который хитро наблюдал за его движениями. — Попробуй найти, — он улыбнулся, но в этой улыбки не было ничего хорошего, как казалось, — можешь даже обыскать меня, если не можешь в комнате найти. Кенма подошёл к нему и начал обыск. Проверил карманы на кофте, похлопал по штанам на всякий, заглянул в капюшон, но все тщетно. Нигде нет. Правда оставалось ещё место, куда он мог ее запихнуть. — Только не говори, что моя приставка там. — А я и не говорю, ты сам догадался. — Ты вообще нормальный? — на что получил только короткий смешок. Козуме перебрал все маты и ругательства, которые только знал и не знал, даже придумал свои. Он чуть наклонился, ведь проказник так и не соизволил встать и начал расстёгивать черный ремень Тецуро, затем пуговицу и ширинку. Как он вообще додумался положить приставку, блондин не догадывался. Он старался не смотреть, но в памяти все равно осталась картинка его красно-черных боксеров и видный под тканью внушающих размеров достоинство. Когда приставка была уже в руках, Куроо потянул друга на себя (благодаря чему тот свалился на тушу под ним) и усадил его поудобнее. — Так не интересно, — почти прошептал блокирующий. — И что по твоему «интересно»? У Кенмы итак зашкаливал эмоции от этих поисков, особенно от того, где он нашел потерянную вещь. Так ещё и друг детства ведёт себя страннее некуда. Конечно, капитан итак любит вытворять какую-нибудь ерунду, особенно когда рядом такой же неугомонный Бокуто, но сейчас все иначе. Куроо подвинулся ближе, пропустил через пальцы нежные волосы, которым требовался особый уход после покраски, остановил руку на щеке, наблюдая за реакцией. Связующий замер на месте, боясь пошевелиться, сердце стучало настолько громко, что казалось его сейчас услышат. В комнате стало жарко, как в полдень летом, когда солнце стояло в зените, раскаляя воздух. Тецуро сейчас перед Козуме в опасной близости, поэтому он поспешил отвернутся, но его голову вернули в прежнее положение. И как только это сделали, Кенма почувствовал прохладные чужие губы на своих. Поток чувств и возбуждение нахлынули на него, как вода на борт корабля во время шторма. Руки капитана послушно лежали на спине, вычерчивая очертания позвонков, а язык изучал неизведанную территорию. Но эйфория длилась недолго, прервав поцелуй, Куроо отстранился, думая о том, как же сильно он похерил их дружбу, ожидая, что Кенма ему влепит или скажет чего плохого, но шла минута за минутой, а тишину никак не прерывали. — Ну да, согласен, это интереснее, — наконец произнес Козуме, дотронувшись до своих губ, он не верил ощущением. Они были…необычно приятными. Он потянулся вперёд, ложась на уже не совсем друге и обнимая его, — следующий раз не так быстро.