Часть 1
19 августа 2020 г., 18:00
Это всё началось настолько давно, что Дайске не сразу даже во всём разобрался. Он точно уверен, что поступление в совмет было связано только с его личными требованиями. Были у него кое-какие пунктики, из-за которых Камбэ кровь из носу, но нужно было попасть именно в этот отдел, куда отправляли самых проблемных полицейских. Однако тогда ему и в голову не могло прийти, что среди этих «проблемных полицейских» он сможет найти огромную проблему на свои голову и сердце.
Дайске понимал, что новичку в отделе будет точно не легко, но его это волновало точно так же, как слона волнует трава. Он был готов ко всему: взяточным копам — кстати, данный расклад его устраивал больше всего, так как деньги для Камбэ были одним из лучших и лёгких способов решения любой проблемы, — халатности, неуспеваемости, наглости, да к чему угодно, но только не к Хару Като. Только не к этому гиперисполнительному, честному и справедливому до мозга костей полицейскому.
Лишь встретившись с этим взъерошенным светловолосым недоразумением, чьи образ и характер никак не сочетались, Дайске тут же решил копнуть под него. Нужно было узнать всё про этого идеального парнишку. Нужно было понять все его слабые места, где брал взятки, когда пользовался служебным положением, с кем встречался, козыряя жетоном копа.
Однако Хару оказался слишком правильным и каким-то идеальным. Он занимался спортом, правильно питался, никогда не брал взятки, не пользовался служебным положением, да даже в школе у него была идеальная репутация, ни одного привода к директору или хотя бы замечания в дневник. Просто чёртов идеал. О таких только в книжках фантастических пишут. Ни Судзуэ, ни дворецкий ИИ не смогли накопать что-то против Като. Всё, что удалось нарыть, — инцидент, произошедший несколько лет назад в банке. Хару убил девушку, направившую на него пистолет. И как бы можно было бы придраться к этому: превышение служебных полномочий и прочее, но нет! У Като был полный карт-бланш, капитан первого отдела Катсуширо Такей дал разрешение на стрельбу на поражение. Хару был полностью чист, но это только формально. Сам же он не смог справиться с посттравматическим синдромом и паническими атаками. После того случая у Като появлялся тремор каждый раз, когда он брал в руки оружие. Сложившаяся ситуация и общественное мнение вынудили капитана перевести парня в отдел полегче, где не нужно стрелять и бросаться под пули, однако Хару и без этого умудрялся находить себе приключения.
Вот и сейчас они сидят в новой машине Камбэ и следят за бандой наркодилеров, которые опустились до того, что стали толкать колёса в школах и гимназиях. Под раздачу попали даже частные школы. Точнее, именно оттуда пришёл первый звоночек, а уж потом Хару и Камбэ вышли на всю эту белую цепочку.
— Додумались же совать это детям! Уроды чёртовы! — процедил Хару, не отрывая глаз от одного из подозреваемых.
— Какая разница — дети или взрослые? Они стали распространять это, а то статья, — спокойно ответил Камбэ, смотря в сторону кучки собравшихся мужчин. Вдруг он повернул голову в сторону напарника, чтобы задать ему какой-то вопрос, как тут же застыл. Как же Хару красив в профиль: острые скулы, выраженный подбородок, вытянутые лисьи глаза, широкие, густые брови, прямой, аккуратный нос и этот проницательный взгляд, полный вызова. Дайске любил это выражение лица своего напарника. Точно такой же взгляд карих глаз встретил его в их первое знакомство там, на мосту. Камбэ так был поражён этой непокорностью и вызовом, что даже ничего не смог сделать, хотя, откровенно говоря, он и ничего не собирался предпринимать. Ему хотелось просто увидеть, что будет делать этот уверенный в себе полицейский. Однако тот просто упал в воду с моста. Представление закончилось ничем. Зато потом было весело. Дайске перечислил деньги всем пострадавшим в двойном размере, в тот список попал и Хару, но стоило деньгам только упасть на его карту, как парень полностью преобразился. Он выволок Камбэ на крышу и стал отчитывать как маленького ребёнка. Чем больше Хару распинался о трудовой этике, долге полицейского и о том, «что нельзя купить всё за деньги», тем холоднее становилось лицо Дайске, но тем же больше распалялся сам парень.
Раньше Камбэ никогда не замечал за собой интерес к своему полу, но почему-то этот полицейский поменял его предпочтения. У Дайске всегда было достаточно поклонниц, но все они были одинаковыми и скучными. Всем нужны деньги, престиж и статус. Сначала, в бурный подростковый возраст, парня это забавляло, но чем старше он становился, тем больше терялся интерес ко всем плотским утехам. Однако после встречи с Хару мир буквально стал приобретать новые краски. Камбэ впервые не чувствовал похоти, но желание добиться, овладеть и завоевать усиливалось с каждым днём.
Сначала Дайске думал, что у него давно не было сексуальной разрядки, но после двух походов по элитным клубам он понял, что секс его вообще не интересует. Как минимум сейчас и как минимум с девушками. Тогда следователь решил зайти в гей-бар, но это посещение тоже не увенчалось успехом. Таким образом Камбэ понял несколько вещей сразу. Во-первых, ему не нравятся парни. Точнее, не так: ему нравится только один парень, значит, он не гей. Во-вторых, у него нет большого сексуального влечения. В-третьих, Хару бесят клубы и бары, потому что, когда он узнал о том, что его напарник весело проводил выходные, то прочитал огромную лекцию о целомудренности и служебной этике.
— Офигеть, — протянул Хару, откидываясь на сиденье автомобиля.
— Что тебя так удивило? — вышел из какого-то транса Дайске, смотря в сторону очередной драг-компании.
— Ты совсем слепой? Это же Мая Аяме! Дочка той женщины из элитной школы. Ну, этой, с каре, — тряс руками около шеи Хару, пытаясь изобразить причёску женщины. — Это же она заявление подала. Хьюск, найди всё на Маю Аяме, — приложив руку к очкам, скомандовал Хару.
— Как скажете, — спокойно ответил электронный голос. Через секунду перед глазами Дайске было целое досье насчёт подозреваемой девушки.
— Она, видимо, является главарём этой банды. Какой кошмар, — схватился за голову Хару.
— Нет. Она всего лишь поставщик. Сама подсела полгода назад. Влезла в долги. Мать отказалась всё это оплачивать. Девчонка стала поставщиком. Всё слишком обычно, — отрапортовал Дайске.
— И чего этим зажравшимся детишкам не хватает? — поджал губы Хару, сверля взглядом девушку. — Денег море, учатся в лучших школах, летают на отдых за границу, а ещё и жрут и распространяют весь этот ужас.
— Скука, — безучастно ответил Камбэ, разворачивая машину в сторону полицейского участка. — Я отправлю рапорт в первый отдел, облава — не наше дело, — меланхолично добавил парень, рисуя в воздухе странные узоры и оформляя электронный рапорт.
***
— Хару, как подкатить к девушке? — неожиданно задал вопрос Камбэ, когда они ехали по дороге в участок. От такого странного и неуместного вопроса Като подавился купленным кофе и выплюнул часть изо рта на улицу, благо, было открыто окно, а то кожаному салону машины не поздоровилось бы. — Почему ты задаёшь этот вопрос мне? — откашливаясь, выдавил из себя Като. — Прости. Забыл, что у тебя совсем нет опыта в общении с девушками. Тридцатилетний девственник, — холодно и отстранённо сказал Камбэ, резко поворачивая на светофоре. Эта его дурацкая привычка резкого вождения вечно выбешивала Хару. — Это ещё у кого не было?! — как малолетний школьник встрепенулся Като. — Были у меня девушки. Просто я разборчив в связях, в отличие от некоторых. И вообще, мне не тридцать! Ещё не тридцать, — отвернулся в сторону окна он, пытаясь скрыть румянец на щеках. — Да и странно, что ты у меня такое спрашиваешь. У тебя друзей вообще нет? С ними поговори. — Друзья? А они у кого-то есть? — поднял левую бровь Дайске, не отрывая своего взгляда от дороги. — Конечно, есть! У каждого они должны быть! Хотя бы один! — возмущённо начал Хару. Он всегда был таким гиперэмоциональным, когда их убеждения или мысли на какой-то счёт расходились. — Вот Камей мой друг. Он… — Если ему заплатить хорошую сумму, то он перестанет быть твоим другом, — перебил напарника Камбэ. — У всего в нашем мире есть цена: деньги, дорогие украшения, цветы, помощь. — Не у всего есть цена! Знаешь, с такими мыслями, что ты у меня спрашиваешь про свою девушку? Купи ей цацки дорогие, конфеток, цветов и всё! — Като взбесился, ударяя рукой по коленке. В своей машине он всегда бил по сиденью или по двери в те моменты, когда не мог справиться с эмоциями, но после того, как стал ездить в машине Дайске, решил, что дешевле будет собирать себе на лечение, чем на починку дорогой машины. — Если бы так всё легко было, то я бы тебя и не спрашивал. Ей не нужны деньги, — спокойно ответил парень, даже не обращая внимания на эмоциональный взрыв напарника. — Она богатая, как и ты? — удивлённо посмотрел на парня Хару. — Нет. Сказал бы даже, что она полная противоположность мне, — меланхолично ответил он, снова резко входя в поворот, от чего Като схватился из-за всех сил в дверную ручку. Как же Дайске любил это испуганное и раздражённое выражение лица. Даже силясь, он не мог скрыть полуулыбку. — Если будешь так водить, то девушки у тебя точно не будет! — крикнул Хару, ещё сильнее сжимая пальцы на ручке двери. — Хорошо, — отвечает Дайске, на что его напарник лишь закатывает глаза. — И всё же, что можешь посоветовать? — Ничего. Если она твоя противоположность, — вы просто не подходите друг другу. И вообще, если твои деньги не помогают к ней подкатить, значит, не лезь к ней. Нечего хорошего человека портить, — фыркнул Като. — А как же фразы о том, что «противоположности притягиваются»? — усмехнулся брюнет. — Вас всё равно что-то должно сближать. А если вы полные противоположности, то как вы вообще сможете общаться? — удивился Като, изумлённо посмотрев на Дайске. — Ну, мы же с тобой как-то общаемся, — поддел напарника Камбэ, вдавливая педаль газа в пол, от чего Хару ещё сильнее вжался в сиденье, из последних сил сжимая ручку двери. — Это другое! — крикнул парень то ли от страха, то ли от возмущения. — Ладно, и всё же, что мне сделать? — не унимался Дайске. — Какой же ты приставучий. Не знаю! Вообще, девушки любят, когда за ними ухаживают, любят внимание. Любой человек любит внимание. Открой ей дверь, пропусти вперёд, предложи сходить в кино или кафе, только не это твоё кафе с белыми накрахмаленными салфеточками и мясом в цену зарплаты, подари ей цветы. Выслушай её, узнай лучше, — Камбэ резко остановил машину, припарковавшись. Хару с облегчением выдохнул. Ещё одна поездка с этим Шумахером прошла без происшествий. Он смог выжить! Можно ещё раз помолиться всем Богам на всякий случай. — А вообще, если девушка хорошая и ответит тебе «нет», то отстань от неё! — с этими словами Като вышел и резко хлопнул дверью, надеясь на то, что та не деформируется. Однако через пару секунд послышался звук опускающегося окна. Парень принялся молиться о том, чтобы машина осталась без повреждений. — А цветы какие? — спросил с интересом Дайске, смотря на напарника поверх очков. — Я-то почём знаю? Розы. Девушки их любят, — тяжело вздохнул Хару, закатив глаза. Этот назойливый богатей уже начинал испытывать его и так расшатанные нервы.***
Утро следующего дня для Като началось не с будильника и даже не с включённого телевизора, а со звонка от Дайске. — Тебе двадцать минут хватит? — послышался снова этот меланхоличный голос с другого конца провода. — У меня выходной, будь добр, отвали, — закатил глаза Хару, вставая с кровати, проводя рукой по взъерошенным волосам. — Я нашёл кое-что насчет тех ребят из «ЛМТ». Ты со мной? Хару тут же пришёл в себя и, ответив что-то неразборчивое, но отдалённо напоминавшее согласие, быстро стал приводить себя в порядок. Меньше чем через пятнадцать минут он был готов. Выбежав из дома, он собирался вызвать такси, чтобы доехать до работы, но стоило ему выйти за калитку, как его взору предстал Дайске в чёрном, точно свадебном костюме и на своей излюбленной дорогой машине. — С каких пор ты решил заезжать за мной? — удивлённо спросил Хару, садясь в машину и пристёгиваясь ремнём безопасности, которым его напарник вечно пренебрегал. — Это экономит время, — небрежно бросил он и ударил по газам. Като в сотый раз пообещал себе, что больше не сядет в эту адову колесницу. — Отлично! И что мы здесь забыли?! — возмущённо оглядываясь по сторонам, проворчал Хару. — Тут должна быть встреча с одним важным человеком, — безразлично ответил Дайске. — С кем? С клоуном?! — рявкнул Като, кружа руками в воздухе и обводя ими весь парк аттракционов, в который они приехали. — Тут много народу. Не выследят, — объяснил Камбэ. После этих слов он двинулся вглубь парка, Хару пришлось следовать за ним. — Ты голоден? Не завтракал же? — задал вопрос или даже констатировал факт Дайске. — Тебе-то какая разница? Быстрее давай свяжемся с твоим «важным человеком», и тогда я пойду поем, — проворчал блондин. Камбэ ничего не ответил, а, лишь пройдя несколько метров, сел за один из столиков в открытом кафе. Здесь подавали очень вкусные десерты и выпечку, запахи свежего испечённого хлеба и карамели были слышны даже на улице. Нетяжело представить, какой вкуснейший аромат витал в самом кафе. — Нам некуда спешить. Мой информатор приедет к полудню, — ответил Камбэ, раскрывая и читая меню. — Так на кой чёрт ты меня в девять утра поднял? — рыкнул Хару, плюхаясь на неудобный плетёный стул. — Ты долго собираешься, — парировал холодно Дайске, подкладывая под руки напарника второе меню. Като недолго дулся, да и как вообще можно дуться, когда в меню такая красота и сладость: круассаны, торты, булочки, пирожные. У парня просто разбегались глаза. Хотелось заказать и то, и это, а живот подмывал заказать столько еды, чтобы было просто не съесть и за три присеста. Вот почему нельзя ходить в магазины и кафе на голодный желудок. — Вы готовы сделать заказ? — отрапортовал дежурную фразу милый молодой официантик. Дайске кивком показал, чтобы Хару заказывал первый. — Мне, пожалуйста, штрудель и чай Эрл Грей, — с лёгкой полуулыбкой сказал Като. — Простите, но штрудель ещё не готов. У нас проблемы с поставщиком вишни для него. Приносим свои извинения. Могу порекомендовать круассаны. Они только испечённые. Очень вкусные и ароматные, — указал ручкой на разворот с круассанами официант. Хару разочарованно выдохнул, но всё же заказал два: с малиной и шоколадом. Дайске пожелал только чёрный чай. — Ты же любишь сладкое, так почему не заказал больше? — непринуждённо спросил миллионер, оглядываясь по сторонам. — К тому же это любимая сеть твоих кондитерских. — Меня иногда бесит твой дворецкий и то, что ты знаешь слишком много того, что не надо! Ты в курсе, что некоторые люди после таких заявлений могут посчитать тебя сталкером?! — возмущённо встрепенулся Хару, складывая руки на груди. Ответа не последовало, от чего он разозлился ещё больше. Заглушить его гнев смогли только два чудесных круассана. Они были очень лёгкими, ароматными и сытными. — Пойдём на русских горках прокатимся, — легко предложил Камбэ. Дожёвывая остаток круассана и поворачивая голову в сторону большой, высокой, с пятнадцать этажей горки с двумя мёртвыми петлями под названием «Дракон», Хару чуть не подавился остатками пищи. И вот на эту махину этого придурочного миллиардера понесло? Ему что, экстрима не хватает в жизни? Он каждый день на работе с преступниками встречается, а иногда они вооружены и очень опасны. Неугомонный психопат. — Ты же не боишься? — легко улыбнувшись, подначил напарника Дайске. Като был уверен на сто процентов, что этот засранец знал про его страх высоты и точно уж догадывался, что он не переносил высокие скорости. Однако Хару понимал, что отказаться он не имел права. Он не мог выставить себя трусом. Правильно. Ведь только трусы отказываются перебарывать свои страхи, а смелые личности орут на протяжении всей длинной русской горки, вцепившись руками в перила как в спасательный круг, а потом выходят на трясущихся ногах, с потным лбом, севшим голосом и выемками на ладонях, которые остались от ногтей. — Неплохо, но «Шамбала» в Бразилии лучше, — сюрпнув из трубочки молочный коктейль, без особого интереса сказал Дайске. — Вот бы и ехал в свою Бразилию, — кряхтя и трясясь всем телом, Хару сел на лавочку. Ему казалось, что его душа просто вылетела изо рта в момент одного из мёртвых колец. Хотелось просто лечь сейчас на землю и растечься какой-то бесформенной лужицей. — Тут, кстати, в центре парка кинотеатр открыли. Пойдём, — уже даже не спрашивая, а больше констатируя их дальнейшие действия, произнёс Дайске. — Ага. Сейчас. Чуточку подышу и пойдем, — тяжело дыша, выдавил из себя хоть какие-то членораздельные фразы спокойным и почти не дрожащим голосом Хару. Като даже и не представлял, что его напарник любитель ужасов. Так громко Хару ещё никогда не орал. Его гланды вот-вот готовы были вылететь. Парень проклинал это чёртово утро, чёртов день и чёртового Дайске Камбэ, который затащил его в этот проклятый парк. — Хороший фильм был, кстати, — меланхолично произнёс Камбэ, доедая попкорн. — Жаль, что какой-то бедолага орал весь фильм. Почти мне на ухо. Из-за этого я люблю снимать полный зал. — Ушлёпок хренов, — шипел весь белый как больничная стена Като, на дрожащих ногах передвигаясь и держась руками то за фонарный столб, то за лавочку. — Пойдём, — снова позвал за собой Дайске. Хару уже даже не стал спрашивать, куда. Сил просто не было. — Мой информатор ждёт нас в сувенирной лавке. Като не поверил своим ушам. Его молитвы были услышаны. Этот ужасный день с Камбэ подходит к концу. Сейчас они узнают информацию у этого человека, и он поедет домой. Ура! Хару уже стал прокручивать в голове всевозможные способы приведения себя в норму: ванна с пеной, любимое мороженое, комедийный фильм. От своих мечтаний парень даже стал улыбаться как настоящий идиот и не заметил, что они дошли до нужного места. — Старших вперёд, — открыл дверь перед напарником Камбэ. Хару лишь легко улыбнулся на это. Встреча с информатором произошла слишком стремительно. Невысокий полный мужчина просто прошёл мимо Дайске и что-то всунул ему в руку. Хару даже не успел рассмотреть, что это: бумажка, карточка, флешка или что-то ещё. — Сможешь подбросить меня до метро? — облегчённо выдохнул Като, садясь в машину, пристегиваясь и вытягивая блаженно ноги. — Нам нужно ехать в участок. Информация очень важная и её незамедлительно нужно обработать, — равнодушно произнёс Дайске, снова вжимая педаль газа в пол. Пронесясь пару кварталов, несколько поворотов и шоссе, парни приехали в место назначения. Хару чувствовал себя настолько измождённым только за это утро, что уже не мог дождаться вечера, а это всего лишь выходной. Он был настолько уставшим и вымотанным, что не обратил внимание на то, что Камбэ пропускал его везде вперёд. Хотя почему его это должно было волновать? Он же старший коллега. — О, Хару, ты приехал? А мы уже переживали, что эта красота пропадёт! — радостно воскликнул Камэй, завидев друга на пороге в отдел. — Саеки уже хотел съесть его, но я запретил, хотя он так манит своим запахом. Кстати, цветы мы поставили в вазу, боялись, что завянут. Като не сразу понял, о чём идёт речь, но, подойдя к своему столу, всё прояснилось. На нём стоял вкусный, горячий, аппетитный штрудель с сахарной вишней, а рядом большой букет кустистой чайной розы. Хару в шоке хлопал глазами, не понимая, откуда всё это счастье ему привалило. Мало понять откуда, от кого? Кто-то решил его поздравить с чем-то? Или это розыгрыш? Като аккуратно наклонился над цветами и принюхался. Нет. Цветы были настоящими, причём пахли очень приятно и вкусно. После проверки цветов, он аккуратно отломил кусочек штруделя. Настоящий. Вкусный. Из его любимой кондитерской — только они так гармонично умели совмещать тесто и начинку, но с утра же там штруделя не было. Вдруг у Хару всё в голове стало складываться частичка за частичкой, фигурка за фигуркой, пазлик за пазлом. — Дайске, — низким басом, но почти без каких-либо эмоций произнёс Като, натягивая на лицо дежурную улыбочку, которая с каждой секундой начинала пугать окружающих. — Пойдём. Поговорим, — отрывисто сказал он, акцентируя внимание на каждой букве. Хару вихрем взобрался по лестнице, едва ли не срывая с петель дверь, ведущую на крышу. Он метался по ней, как ужаленный пёс из стороны в сторону. Дайске же спокойно наблюдал за всем происходящим, закурив дорогую сигару, привезённую из Индии. — Ты вообще поехал? Ты думаешь, что твои деньги реально могут решить всё? Ты совсем придурочный?! — орал во всё горло Хару. Было видно, что он пытался сдерживать себя, но ничего не получалось. Эмоции брали верх. — Ты меня принял за девушку? Ты совсем тупой? А что ты ещё самолет не заказал, который в воздухе напишет какую-нибудь милую белиберду? В этот момент Хару пожалел о своих словах. Высоко в воздухе послышался звук двигателя. Он поднял голову и чуть не плюхнулся на свою пятую точку. Красный самолёт пролетал в воздухе, вырисовывая разного вида фигуры, складывая дым в одно большое послание: «давай встречаться!» — Ты сумасшедший, — с дёргающимся глазом выдавил из себя Хару. Резко сорвавшись с места, парень схватил напарника за грудки и прижал его к стене. — Я не гей! Я не буду встречаться с тобой! — Я тоже не гей, но ты мне нравишься, — смотря точно в карие глаза напротив, легко выдохнул клуб пара Дайске. — Прими мои ухаживания или ответь «нет», — с этими словами Камбэ в ответном жесте схватил напарника за грудки и поцеловал, в следующую секунду углубляя поцелуй. Хару возмущённо замычал, но позже перестал сопротивляться и даже стал отвечать на поцелуй. — Пошёл ты в жопу! — прошипел, буквально выплюнув последнее слово, Хару, резко отстраняясь. — Если только в твою, — усмехнулся Камбэ, облизывая языком верхнюю губу. — Да пошёл ты, придурочный! — завопил Като, резко спускаясь по лестнице, ведущей прочь с крыши. — Ты не сказал «нет», — вдогонку крикнул Дайске. — Завались! — послышался громкий ответ. Камбэ лишь усмехнулся, выпуская очередной клуб обволакивающего дыма. Этот парень ещё интереснее и милее, чем казался на первый взгляд. — Хьюск, отправь белый чай, коробку из кондитерской со всеми сладостями и билет с запиской на адрес Като Хару, — командным тоном произнёс Дайске. — Будет сделано. Баланс: анлимитит, — роботизированным голосом ответил ИИ.
