Три ошибки Уена

      У Уена проблемы.

13.01.2020

- Думаешь, они догадываются? – Сонхва лениво поглаживает спину младшего, периодически подцепляя ногтями петли Уенова свитера. Они лежат на узкой односпальной кровати, голова брюнета, как и он сам, буквально, находятся на теле Сонхва, отчего каждый вздох и биение чужого сердца подобны раскатам грома, но обоих это более чем устраивает. - Даже если это так, они слишком умны, чтобы спрашивать… - едва заметно пожимает плечами Чон, не видя, но зная, что старший сейчас закатил глаза на его равнодушие. - Хонджун точно знает. И Сан тоже… - Хонджун слишком занят работой, как и всегда… Не уверен, что он в действительности видит что-то не относящееся к ней… А Сан… - Уен на секунду замолкает, пытаясь подобрать правильные слова, - Он не осудит. И никому не скажет. - Конечно, не скажет, он же так печется о тебе… - брюнету показалось или в голосе Пака действительно снова скользнула ревность? - Мы лучшие друзья, конечно, он печется обо мне… - словно маленькому ребенку поясняет Уен, чувствуя в своих волосах чужие пальцы и чуть расслабляясь от этой ласки, - Кроме того, Сан такой со всеми… - Ага, со всеми… - едва слышно повторяет Сонхва, чуть оттягивая чужие волосы назад, чтобы младший посмотрел ему в лицо, но Чону, очевидно, слишком лень двигать даже пальцем, так что он только фырчит и теснее прижимается к Паковой груди. - Не ревнуй. Мы с Саном просто друзья, ни о чем большем и речи идти не может… И вот отсюда начинаются проблемы, потому что Чон безбожно врет своему хену. Врет непреднамеренно, даже неосознанно, но разве это меняет суть? То, что происходит между ним и Саном и в самом деле нельзя назвать «чем-то большим», но и просто дружбой окрестить не получается. Уен осознает это не сразу, открытие поражает его своей неожиданностью, а потому не пугает, а только интригует. Это и является его ошибкой. Одной из, на самом деле, потому что если подходить к ситуации комплексно, то ошибок он совершил всего три… 1. Fake Love

30.07.2018

- Думаешь, ставить Fake Love вдвоем – хорошая идея? – неуверенно тянет Сан, по привычке растянувшись прямо на полу танцевального зала и подпирая руками голову. – Такую динамику сложно передать в таком маленьком составе… - Мы ставим не весь танец, да и упор все равно идет не на динамику, а на энергетику… - пожимает плечами Уен, разглядывая свою шею в зеркале. Засос Сонхва немного выглядывает из-под рубашки, когда он наклоняется, но это не настолько плохо, насколько было пару месяцев назад… - Ты выбрал кусок Чигуков? – со вздохом интересуется Чхве, поднимаясь на локтях и принимая сидячее положение. Спорить с Уеном все равно бесполезно, его бесконечную любовь к BTS не сломить ничем… - Нет, я думаю, намного удачнее использовать первый припев, не находишь? – все еще разглядывая себя в зеркало отвечает Чон, а подмечая затянувшееся молчание и вопросительно приподнятую бровь в отражение, разворачивается к нему лицом, подходя чуть ближе и усаживаясь рядом, поясняет, - Вигуки – наша модель поведения в рамках фансервиса, по-моему, намного удачнее будет провести параллель с ними, да, и фанатам должно понравиться… - А не слишком очевидная параллель? – все еще с толикой несогласия в голосе, уточняет Чхве, - Фанаты ведь не глупы, могут заметить очевидное копирование… - Не беспокойся об этом, хореография будет немного видоизменена, да и к тому же, этот пейринг очень популярный, такие параллели только разожгут интерес к нам и дебюту… - беспечно машет рукой Уен, - А вообще, пусть подозревают, так даже лучше. Пусть находятся в неведение о том, что между нами происходит… - загадочно улыбается блондин, вызывающе глядя прямо Сану в глаза. - Хорошо, как скажешь, - немного ниже, чем до этого, отзывается Чхве, глядя в глаза Уену в ответ. В его лице не меняется абсолютно ничего, но сжавшиеся в кулаки руки выдают, что Сан немного нервничает. Уен, замечая это, только ухмыляется уголками губ, размышляя о том, что парень себе не изменяет и реагирует так на флирт в его сторону буквально каждый раз. Какая беспечность! Если бы Уен хоть на секунду задумался о таких вот мелких жестах, оттенках голоса или задумчивых взглядах Сана, направленных на него, он бы сейчас не оказался по уши в проблемах. Но нет же, зачем думать о подобном, они ведь такие хорошие друзья, делающие великолепный фансервис и только! Ага, как же иначе?! Нет, по началу, идея поставить танцы с Саном и правда выглядит удачной, Baby don't stop и Energetic заходят на ура, но с Fake Love возникают некоторые проблемы, как и предсказывал Чхве… - Отвратительно! – устало валится на пол Сан, перекатываясь на бок и оказываясь к Уену лицом, - Все просто ужасно! - Нам просто не хватает огня, ничего смертельного в этом нет… - слабо протестует Чон, в действительности полностью разделяя позицию русоволосого, - Нужно добавить пару элементов для атмосферы, и все будет в порядке… - Каких, например? – фыркает Сан, кривя губы, - Учитывая ту атмосферу, какую ты хочешь добиться, мы можем только поцеловаться в конце… - Неплохая идея, кстати, - тут же кивает Уен, подаваясь вперед и почти сталкиваясь с Саном носами, - Поцелуешь меня, Санни~? - Ага, чтобы потом поцеловаться с кулаком Сонхва? Нет уж, увольте! – не отстраняясь ни на миллиметр, усмехается он, с чрезмерной заинтересованностью наблюдая за тем, как на лице Чона расползается грустная мина. - А как же жертва во имя искусства? – с толикой веселья в голосе интересуется блондин, не отстраняясь от Чхве, а напротив, пододвигаясь еще ближе и игриво потеревшись носом о его нос, отчего у последнего на секунду спирает дыхание. - Я уже жертвую себя искусству, так как танцую с тобой, - немного севшим голосом отмечает Чхве, одну долгую секунду глядя прямо в глаза немного отстранившемуся блондину уничтожающим взглядом, а затем резко садясь, - Но, знаешь, у меня есть идея… Идея Сана оказывается отличной, Чон нарадоваться не может результату, ведь «гляделки» вначале припева выглядят очень горячо, так, что даже через камеру чувствуется напряжение, повисшее между ними, но совершенно забывает, что такой явный флирт обязательно имеет последствия… - Ты не будешь этого делать… - качает головой Сонхва после первого же кадра. - Это всего лишь часть хореографии! Многие так делают, это популярно сейчас! - Ага, многие пусть и делают, а вы не будете, - ровным тоном продолжает Сонхва, расслабленно сидя в кресле и скрестив руки на груди. Весь его внешний вид говорит о доминировании и осознание собственного превосходства, пусть и не физического. На благо обоих в комнате находятся только они вдвоем, так что никаких вопросов этот разговор не вызывает. Ну, кроме тех, что вертятся у Уена на языке… – Это абсолютно необязательный элемент танца, его можно заменить на что-то еще… - Не нужно его заменять, хен, как ты не понимаешь?! – не собирается отступать младший, пусть и чувствуя неодобрение, но прекрасно осознавая, что все равно сделает по-своему, если придется. Разрешение Сонхва – формальность, которую он решил соблюсти, чтобы не ругаться. И только. – Все выглядит идеально, менять что-то – значит перекраивать все хореографию… - Ага, но она длительностью всего минуту, - равнодушно кивает Пак, отчего щеки младшего вспыхивают яростью. - Всего минуту? Ты шутишь сейчас? – едва ли не вскрикивает Уен от напряжения тогда. - Нет. Хореографию, по итогу, не меняют. Сонхва с горем пополам соглашается, а потому совесть Уена не мучает совершенно, и в день съемок он едва ли не летит на площадку, ожидая продуктивный, наполненный красками день… Относительного последнего, к слову, так и получается…

02.09.2018

- Стоп, снято! – кричит режиссер, наверное, уже раз в восьмой, - Поправьте Уену грим! Девушка, отвечающая за это, тут же подлетает к парню, обмакивая проступивший пот и нанося очередной слой тональной пудры на покрасневшие щеки. К Сану также подходят, но из правок вносят только небольшую корректировку прически. - Уен, можно тебя? – зовет его режиссер, и Чон, вздохнув, послушно плетется к нему на зов, ловя сочувствующий взгляд Сана и отворачиваясь. Он не должен делать этого. Между прочим, только по вине Сана Уен идет сейчас получать… - Да, сонбеним? - Уен, что происходит? - очевидно, стараясь звучать озабоченно, спрашивает режиссер, - Я тебя не узнаю… Мы уже в восьмой раз записываем, но не можем сдвинуться с середины из-за твоих ошибок… Что-то не так? Ты плохо себя чувствуешь? - Нет, сонбеним, я чувствую себя хорошо. - Тогда, может дело в стаффе? Что-то идёт не по плану? Возможно, есть накладки, о которых я не знаю? - Нет, всё идёт как и запланировано. - Вы поругались с Саном? - не сдается режиссер. - Нет. - Тогда в чём дело? Уен, это не шутки, в съемках задействано много людей, и такие вот накладки недопустимы… - Простите, сонбеним, я возьму себя в руки. - У тебя точно все в порядке? - кивнув на последнюю реплику, уточняет он. В этот раз голос звучит уже не так недовольно, мужчина, очевидно, самую малость млеет от покорности Чона и его виноватого лица. - Да, все в полном порядке. Ничего не в порядке! Абсолютно ничего! И в первую очередь сам Уен! Планы о продуктивности и скором освобождении рушатся едва ли не в ту же секунду, когда в гримёрку заходит Сан. Сан, уже накрашенный и одетый, готовый к съемкам на все двести. В черной короткой рубашке, задирающейся, буквально, от любого движения парня. В обтягивающих накаченные ноги черных брюках. С до безобразия идеально растрепанными волосами, ставшими ещё ярче накануне съёмок. И с этим блядским красным чокером на шее. Просто невыносимо! Уен бы никогда не подумал, что такое может быть. Искренне. Сан с самого знакомства был для Уена исключительно хорошим другом, с которым было весело дурачиться, смотреть фильмы, играть… Да, периодически он флиртовал с ним, глупо скрывать, но такова уж натура Уена, это происходит естественно и со всеми. Конечно, так же был фансервис, но, во-первых, он всё ещё был на уровне планов, так как группа ещё не успела дебютировать; а во-вторых, Уен всегда считал, что фансервис – атрибут поведения «на камеру», воспринимать его всерьез, все равно что воспринимать реплики персонажей в кино, как их истинные мысли… Так что парень явно не был готов к провалившемуся в пятки сердцу, когда Сан шепнул ему на ухо, что волнуется по поводу будущей съёмки. И уж совсем не ожидал того, что когда эти злосчастные съёмки начнутся, то его руки и ноги перестанут слушаться, едва Сан посмотрит на него своими пронзительными лисьими глазами, находясь, буквально, в паре десятков сантиметров. Хуже всего, что первые "стоп, снято" сопровождаются ещё и румянцем на щеках Чона, отчего грим поправляют каждые две минуты, и только дурак не поймет почему… Просто Сан завораживает сегодня. Осознание этого путает и так раздрызганные чувства Уена, который только сейчас начинает понимать, что, вероятно, чувствует сам Чхве, когда Уен с ним заигрывает… Невыносимое ощущение дрожи в руках, только от чужого взгляда на себе, не оставляет ни на секунду, отчего съемки останавливают уже восемь раз подряд… На ватных ногах и с полной кашей в голове Уен возвращается обратно в кадр, приближаясь к Сану и уже издалека улавливая его взволнованный взгляд. - Все нормально? – как только блондин подходит достаточно близко уточняет он, коснувшись чужого плеча. Уен не может не проследить за его рукой, а когда Сан касается, внутри что-то на секунду снова падает вниз. Видимо рассудок Уена окончательно сдается. - Да, я просто… Не знаю, не могу сосредоточится… - откашлявшись, говорит он изо всех сил стараясь не добавить: «потому что ты смотришь на меня ТАК». Сан, по сути, просто выполняет свою работу, винить его в этом глупо. Уен сам хотел сексуальную атмосферу, так что… Получите, распишитесь, как говорят. - Я могу как-то помочь? «Да! Одень нормальную одежду и перестань смотреть на меня так откровенно!», - хочется крикнуть Чону, но в действительности он лишь качает головой, опуская глаза и занимая исходную позицию. Съемки удается закончить только на двенадцатом дубле, но Уен искренне гордится собой, потому что не понимает, как вообще смог целых три раза выдержать взгляд Чхве. Более того, парень выдерживает не только двенадцать дублей, но еще и ядовитый комментарий Сана, сказанный ближе к концу, и звучащий вроде: «Может, это я так волную тебя, Уени~?». Уен даже успешно молчит на это, иначе бы Сан точно все понял… Только ночью, оказавшись в постели у Сонхва и лениво рассказывая о съемках, парень осознает, что думать так о своем друге немного ненормально… И хорошо, если бы этим все и заканчивалось… Но Уен ведь не такой, он и сам прекрасно знает за собой эту черту. Все не заканчивается, а начинает медленно расползаться внутри тысячей мыслей и взглядов. Он просто не может взглянуть на Сана по-другому теперь. С того дня парень замечает за собой, что постоянно мысленно оценивает внешний вид друга, сравнивая с днем съемок Fake love и выставляя оценку от одного – полностью безопасно, до десяти – режим «вали и трахай». И если изначально оценки «десять» заслуживает образ Чхве в Fake love, то к эре Wonderland все распределение двигается на пару баллов назад… 2. Wonderland.

12.08.2019

- В этом камбеке все эйтини просто умрут… - качает головой Юнхо, не без восхищения во взгляде наблюдая за тем, как Сонхва поправляют макияж. Работа в самом разгаре, сейчас время индивидуальных съемок, а потому все, кто не участвуют, отдыхают в гримерке, готовясь к своей части. - Да, стилисты постарались на славу, мы все выглядим невыносимо горячо! – кивает Уен, растянувшись на мягком диване и лениво постукивая Ёсана по бедру, - Что скажешь, хен? - Я бы сказал, что образы Хонджуна и Минги особенно удачны в этом камбеке, - соглашается Сонхва, ловя отражение немного напряженной улыбки Минги на его слова, - Хотя, все очень хороши, спорить глупо… - А мне очень нравится образ Уена, - подает голос Хонджун, не отрывая взгляда от листка со сценарием, - Эти цепи и кандалы выглядят атмосферно и многозначительно… - И горячо! – фыркает Ёсан, усмехаясь, когда Чон ударяет его по ноге. – Но не горячее, чем Сан в цветах… - Сан в цветах выглядит мило и эстетично! – тут же протестует Минги, - Просто у тебя, Ёсан, чертовы кинки на цветы! В прошлый раз было также, когда… На пару минут Уен выпадает из разговора, вспоминая только что закончившиеся индивидуальные съемки Чхве, о которых говорит Кан. Сан выглядит горячо, отрицать очевидное бессмысленно. Он красив как бог сидя в цветах, с флагом в руках, почти полностью в черном, с растрепанными волнистыми волосами и добрым десятком подвесок на шее… Уен не уверен, насколько цветы являются кинками Ёсана, но вот красивые шеи явно являются кинками Уена… И в особенности одна конкретная, и, к сожалению, не принадлежащая его парню, пусть у того и самого с этим проблем не было… Просто шея Чхве Сана слишком идеальна в глазах Уена. Слишком красиво, слишком близко, но в тоже время непостижимо далеко… - Минги, твоя очередь, все подготовили, - в комнату заходит Сан, лениво оглядывая помещение и неспешно подходя к дивану, на котором лежит Уен, немного грубо толкая парня вбок, чтобы он дал сесть. Уен хмурится, но ноги поднимает, позволяя Чхве сесть. Затем, правда, бесстыже укладывает их на чужие колени, чтобы было удобнее. Сан и не против, он уже расслабленно откинул голову на спинку дивана, и даже успел прикрыть глаза. - Устал? – негромко интересуется Уен, пытаясь не зависнуть на дурманяще красивом лице напротив. - Немного, - не открывая глаз, отвечает Сан, опуская руки на ноги друга и неспешно поглаживая от колен до щиколоток. На какое-то время оба они выпадают из разговора остальных, так как после ухода Минги в Хонджуне просыпается нечеловеческая любовь к своему коллеге-рэперу, отчего он, не замолкая ни на секунду, нахваливает его харизму и подачу. Как всегда. Уен, последовав примеру брюнета, также прикрывает глаза, чувствуя чужие поглаживания и медленно погружаясь в состояние транса. Когда он не видит Сана, и как следствие, не ловит на него сотый по счету краш, с ним становится безумно комфортно. Рядом с Саном любой чувствует себя в безопасности, этот парень ладит со всеми и знает, как создать и поддержать эту атмосферу комфорта вокруг себя. Это всегда восхищало Уена. Пока он не понял, что кроме комфорта, вокруг Сана царит также другая, уже не такая невинная атмосфера, будоражащая кровь… - Ёсан, нам пора в «нору», - откуда-то издалека слышится голос Сонхва. Уен чувствует шевеление, и в следующую секунду Кан мягко толкает его голову со своих колен. Недовольно фырча, блондин приподнимается, открывая глаза. - Удачи на съемках! – улыбается он Сонхва и Ёсану, уже направляющимся к выходу. - А ты с нами не пойдешь? – приподнимает бровь брюнет, кидая взгляд из-за плеча и немного замедляясь. Руки Сана, поглаживающие Уена, на секунду напрягаются, движения замедляются, словно он чувствует волнение сейчас. - Нет, ноги сильно гудят, я полежу еще немного… - качает головой Уен, освобождаясь от рук Сана и принимая сидячее положение, а затем снова укладываясь, но уже головой на колени Чхве. Лица друга Чон видеть предсказуемо не может, но даже с закрытыми глазами знает, что губ брюнета коснулась улыбка сейчас. Ему нравится чувствовать себя важным. Особенным. Всегда нравилось, он даже не удосуживался это скрывать. Руки Чхве снова касаются Уена, теперь поглаживая уже голову, играясь с прядками и мягко пропуская их сквозь длинные пальцы, отчего Чона ведет не по-детски. - Ладно, - задумчиво глядя на своего парня, говорит Сонхва с толикой раздражения в голосе, но в следующую секунду Ёсан тянет его за руку, и они оба скрываются в дверном проеме. Уену немного стыдно за это. Сонхва недоволен по делу, ведь Чон не пропустил ни одной его личной съемки до этого, как и сам Пак, приходящий даже на индивидуальные репетиции младшего, но идти куда-то сейчас он правда не хочет… Более того, говоря совсем откровенно, не хочется не «идти», а именно уходить. Ему нравится лежать на коленях Сана, нравится чувствовать его пальцы в своих волосах, и нравится странное чувство покоя, расползающееся в груди рядом с ним. Неправильно расставлять приоритеты подобным образом, но так хочется сейчас… Особенно, когда и сам Сан, пусть и косвенно, но дает знать о том, что хочет быть в приоритете… Особо ярко это стремление к покою в их отношениях Уен чувствует сейчас, спустя девять месяцев со съемок Wonderland. Кажется, это был последний раз, когда ему удавалось чувствовать себя настолько спокойно и расслабленно рядом с брюнетом. И, безусловно, в этом снова его вина, так как именно он испортил все окончательно… 3. Boy with Luv

15.02.2020

- Тебе пора прекратить так делать! – недовольно бурчит Чхве, толкая блондина в плечо и недовольно дуя губы. - И не подумаю! – беспечно фыркает в ответ Уен, продолжая яростно нажимать на джойстик. Это случается почти через полгода с момента последнего камбека с Wonderland, в один из тех вечеров, когда общежитие значительно пустеет. Большая часть мемберов разъезжается по домам в рамках крохотного и более чем заслуженного отпуска. В общежитии остаются только Ёсан, Уен и Сан. Остаются всего на пару дней, чтобы разрешить последние проблемы и также отправиться на родину, встретиться со старыми друзьями и семьей. Этот вечер размыт в памяти Уена, вероятно, и половины происходящего тогда он не сможет вспомнить наверняка. Оно и неудивительно, учитывая то, как они втроем тогда напились… - Ёсан, ты сейчас снесешь головой люстру, слезь со стола! – не переставая смеяться, умоляет Уен, полу сидя - полу лежа в кресле рядом и изо всех сил стараясь перекричать очередной хит одной из его любимых групп BTS – Boy with luv. Он включил альбом едва за остальными закрылась дверь, так как он и Ёсан были стажерами в Бигхите и очень любили и уважали своих сонбе, а у Сана не было ни сил, ни желания отказывать своим друзьям. - Нет, ты еще не показал нам Сонхва! – со стоном в голосе протестует Сан, пытаясь отдышаться от приступа смеха. – Пожалуйста, Ёсан, не останавливайся! Это звучит даже немного пошло, если не знать контекста, а потому плечи Уена на секунду вздрагивают, по губам пробегает напряжение с первыми отголосками ревности. Это неправильно, но когда что-то творящееся в голове Уена относительно Сана было правильным? Он ревнует, и все чаще не может скрыть этого, прекрасно понимая, что это еще одна ступень к его провалу… - Сонхва? – переспрашивает Ёсан, на пару секунд закатывая глаза в раздумьях, а затем, с усмешкой на губах садится на колени и изображает ползущего по трубе старшего из его индивидуальной съемки в Wonderland. Блондин, в самом деле, очень точно копирует движения, не забывая с вызовом глядеть на друзей и, излюбленно Паком, облизывать губы, отчего у Уена непроизвольно закатываются глаза. Почему все считают его парня таким развратным? Ах, да, потому что Сонхва хочет, чтобы его считали сексуальным… - 가자!* - с нотками Паковой манеры в голосе произносит Ёсан, подмигивая Сану и заливаясь смехом от того, что Чхве взрывается смехом и в смущении опускает глаза. Уену это не нравится, улыбка медленно сползает с лица, а руки так и чешутся отодвинуть Кана от брюнета. - Пора еще выпить! – стараясь быть безмятежным, оглашает он, протягивая руку к очередной бутылке соджу. - Еще немного, и мне станет плохо… - стонет Ёсан, спускаясь со стола и усаживаясь на стул рядом. «И отлично!», - думает Чон, хоть и осознает, что думать так о своем друге нехорошо. Просто он не может контролировать этого собственнического чертенка внутри, который ненавидит, когда его друзья взаимодействуют без него. - Да, Уен, пора остановиться… - кивает Сан, с напряженной улыбкой наблюдая за тем, как блондин по новой наполняет рюмки. - Ничего не пора! Мы молоды, и будем веселиться! – нетерпящим возражений голосом отвечает тот, толкая наполненную рюмку Ёсану, и поворачиваясь к Сану лицом, - Или ты хочешь расстроить меня сейчас? Уен и хотел бы не говорить так игриво, но контролировать свою от природы развратную натуру под градусом практически невозможно. Особенно, когда рядом сидит Сан. Растрепанный и немного покрасневший от смеха Сан, который отпустил уже не менее десятка двусмысленных комплиментов в их с Ёсаном сторону. - А ты сильно расстроишься? – не без издевки в голосе спрашивает Сан, принимая рюмку из рук блондина. - Я не просто расстроюсь, я буду в ярости… - поводит бровью Уен, все еще придерживая чужую рюмку пальцами и с вызовом глядя в глаза Сана, когда их руки соприкасаются. От развернувшейся сцены буквально несет двусмысленностью, чего притихший Ёсан не может не заметить, а потому сейчас невзначай задевает ногой ножку стола, отчего вибрация проходит по всей поверхности и достигает руки Сана. Тот моргает, словно выходя из транса, и отворачивается от Уена, попутно ругая Кана за невнимательность. Чону бы поблагодарить Ёсана за услугу, но тот только злиться начинает, буквально через минуту по новой наполняя рюмки и двигая одну к блондину. - Так, я пас, ребята, - качает головой он, поднимаясь из-за стола. - Я вообще-то спать собирался, так что… - Всего по одной еще, Ёсани~, - канючит Уен, прекрасно понимая, что Кан, раз отказавшись, уже не передумает. - Неа, мне завтра ехать в агентство, не хочу получить от менеджера за «неподобающий внешний вид»… - с оттенками поучительного тона Хонджуна в голосе, цитирует Ёсан, отчего Сан заливается смехом и с неподдельным восхищением смотрит на блондина, улыбающегося в ответ. - Тогда ладно… - кивает Уен, снова больно уколовшись о расположенность Сана к Кану, - Спокойной ночи, Ёсани~! - Вы тоже долго не задерживайтесь, парни… - улыбается Кан, маша рукой и скрываясь в коридоре, отчего Уен едва ли не выдыхает от облегчения. Удивительно, как оказывается его напрягало присутствие друга… - Может, и нам пора на боковую? – поворачивается к блондину Сан, - Ты хочешь спать? - Неет, спать я точно не хочу…- теряя остатки скромности в голосе, отвечает Уен, прикусывая губу и с искорками в глазах глядя на Чхве, - И я даже знаю, чем нам заняться вдвоем… Вот так они и оказываются за приставкой в два часа ночи. В комнате Сана достаточно тепло и просторно, а потому парни сидят прямо на полу, пихаясь и вскрикивая от злости, так как комната Уена и Ёсана находится в другой части общежития, и переживать за сохранность его покоя не приходится. Сан безбожно проигрывает, и во многом потому, что Чон играет нечестно, толкаясь, щипая брюнета, и вообще всячески шельмуя, на что Чхве может только бурчать. Просто он слишком любит такого Уена – живого, пышущего энергией и азартом. И тот знает об этом, а потому сполна пользуется ситуацией. - Я сдаюсь, ты снова выиграл! – откидывает джойстик Сан после очередного раунда, укладывая голову на стоящую позади кровать и прикрывая глаза. Уен торжествующе посмеивается, кидая косой взгляд на друга и чуть не поперхнувшись собственной слюной. Сан выглядит… Боже, Уен не знает слов, которыми можно описать это. Просто не знает, да и если бы знал, все равно бы забыл. Голова Сана откинута назад, открывая умопомрачительный вид на длинную шею и линию острого подбородка, отчего у Уена потеют ладони, и начинает завязываться тугой узел в районе живота. Его личный фетиш, о котором Чхве, может, и не подозревает, но использует на практике, без следа стирая привкус триумфа на губах. Теперь Уен может думать только о том, какова на вкус кожа Чхве, и как его губы будут смотреться на этой шее. Сознание мутится настолько, что рука Уена сама собой тянется к чужому лицу, очерчивая скулы, линию подбородка и по шее опускаясь к виднеющимся из-под свободной майки ключицам. Сан вздрагивает на прикосновение блондина, но не отстраняется. Даже глаз не открывает, лишь на доли миллиметров поднимая уголки губ вверх. Этого Уену хватает, чтобы прийти в себя и мысленно отпрянуть, но на деле лишь провести по чужой шее чуть настойчивее. Это кажется безумием, но губы Уена начинают, буквально, гореть от того, как сильно ему хочется поцеловать эту шею. Картинка в голове стоит настолько ярко, что Чон, не в силах и дальше сопротивляться, всем корпусом поворачивается к брюнету, одну долгую секунду сомневаясь, а затем перекидывая свою ногу через ноги Чхве, и в следующее мгновение сидит уже непосредственно на самом Сане. Может быть дело в алкоголе, но Уен даже через слой одежды чувствует жар, исходящий от чужого тела, от которого в голове начинает немного кружиться. Сан остается все также неподвижен, а потому Чон смелеет окончательно, опускаясь к чужой шее и на секунду замедляясь, когда его губы уже чувствуют близость чужой кожи. Непередаваемое чувство покалывания во всем теле накрывает с головой, Уен, буквально, ощущает, как барьер дружбы между ними трещит по швам, разваливаясь на тысячи осколков. Одновременно с этим в висках пульсирует осознание того, что сейчас случится то, чего Уен ждал уже около года. Уже почти год Чон мечтал прикоснуться к Сану ТАК и сейчас он сделает это. Прикоснется не урывком, маскируя под случайность, или не в рамках фансервиса, чтобы где-то на третьем ряду раздался громкий визг фанатки, а осознанно, желая и будучи желанным в ответ. То, что Сан хочет этого становится очевидно только по его рваному дыханию сейчас. Эта долгая секунда отпечатывается в памяти Уена, кажется, навсегда. Из всего того вечера, он четко помнит только эту эмоцию, только эту секунду предвкушения, от воспоминания о которой до сих пор тянет низ живота. Уен целует мягко и коротко, но часто и везде. Он выцеловывает всю шею от основания до линии ключиц, не оставляет ни миллиметра чужой кожи без внимания, и буквально глохнет от громкого блаженного выдоха Сана, чувствуя чужие руки на своих бедрах. Узел в животе крутит не по-детски, возбуждение только усиливается, когда Уен притягивает талию Сана ближе, заставляя того прогнуться в спине, и тихо простонать, когда язык Чона очерчивает дернувшийся кадык. Некой толики сумасшествия добавляет еще и исходящий от Сана запах Уенова геля для душа, который тот подарил ему на днях. Чужая податливость, тихие стоны и собственный запах на чужом теле играют с Уеном злую шутку, он начинает возбуждаться, и намного быстрее, чем хотелось бы. Сан не уступает ему в этом безумии, руками вцепившись в чужие бедра и притягивая настолько близко, насколько вообще возможно, отчего его наливающийся кровью член уже вполне ощутимо чувствуется не только им самим, но и Уеном. Глаза остаются по-прежнему закрытыми, но это и хорошо, вряд ли бы парень смог увидеть что-то кроме пляшущих под веками цветных кругов. Атмосфера накаляется с каждой секундой, поцелуи Уена становятся значительно ощутимее, жарче. С Саном хочется и нежно и страстно одновременно, парень теряется в желаниях, не зная, за какое ухватиться. Сдерживать себя становится все сложнее, зубы все чаще впиваются в чужую кожу, отчего Чхве коротко стонет, буквально, вжимаясь разгоряченной плотью в пах Уена, отчего и тот не может сдержать тихих стонов. В какой-то момент Чон понимает, что шеи ему чертовски мало, и с силой ухватывается за подбородок Сана, заставляя его опустить голову и поравняться с Уеном, едва ли не сталкиваясь носами. - Открой глаза. - сипло приказывает Уен, чувствуя, как брюнет вздрагивает от его доминантного тона, на секунду замирая и затем медленно приподнимая веки. Теперь приходит очередь Уена вздрогнуть, потому что он ожидал увидеть многое, но не это… Радужку Сановых глаз затопила небывалая до этого момента чернота, какая-то ненасытная и немного злая, агрессивная. Взгляд направлен прямо Уену в глаза, отчего все внутри дрожит от напряжения. Блондин не уверен до конца, что Сан с ним этим взглядом делает – имеет или убивает. Его лицо отточено красивое сейчас, даже какое-то нереальное в освещении тусклой луны из-за окна, так что из груди Уена невольно рвется восхищенный вздох. Когда его друг стал таким красивым? Как Уен мог упустить этот момент, если все время находился рядом? Под этим взглядом становится даже как-то боязно, Уен невольно поводит плечами, но глаз не отводит, словно завороженный приближаясь ближе и касаясь чужих губ своими. На удивление, Чхве не рычит, не отталкивает, и вообще не делает ничего такого, что мог бы означать этот его взгляд, напротив, снова замирает на несколько мгновений, позволяя Уену целовать себя и словно оттягивая момент, когда нужно ответить. А Уен не торопит. Ему доставляет какое-то мазохистское удовольствие такое поведение Чхве, разгорающийся внутри азарт обжигает своим ненасытным огнем. Сан отвечает, буквально, через пару секунд. Отвечает также осторожно и мягко, касаясь чужих губ своими и нежно посасывая их, приоткрывая рот, когда Уен толкается в него языком. Это разрывает Уена на части, он словно под ледяным душем сейчас. Нежные поцелуи Сана, помноженные на совсем не нежно мнущие его ягодицы руки, вкупе с рвущимся из штанов членом, упирающимся в его собственный, бросают Уена то в жар, то в холод. Он, кажется, еще никогда не чувствовал нечто подобное просто от поцелуя с кем-то. В Сане хочется утонуть, и это даже пугает Уена в какой-то момент. Приблизительно тогда, когда руки брюнета скользят под его майку, оглаживая бока и мучительно приятно скрутив соски. По телу Уена словно электрический разряд проходит. У него еще не было партнера, который бы раскусил его так быстро… Сонхва только на второй месяц отношений заметил, что Уена ведет, когда старший прикасается к соскам во время секса. Это и неудивительно, многие, почему-то считают, что если у мужчин нет большой груди, то и чувствительность в этом месте существовать перестала… А Сан понимает сразу. У Уена от этого внутри что-то надламливается. Физическое удовольствие мешается с ментальным, Чхве словно захватывает все существо Уена сейчас, формируя зависимость от себя. От своих прикосновений, от своих губ и от этого переполняющего внутренности тепла, разливающегося, когда руки парня замедляются и почти невесомо ласкают спину блондина, словно пересчитывая чужие позвонки. Каждое прикосновение Сана попадает в точку. Каждый вздох или стон звучит музыкой в ушах. Это пугает. Он словно знает о нем все, словно всю жизнь изучает Уена. Словно Уен создан, чтобы целоваться с Саном, чтобы прикасаться к нему. Чтобы принадлежать ему. Это не укладывается в голове, но продолжает набатом стучать в висках, отчего Уену становится натурально страшно. Он не может себя контролировать сейчас. Не может остановиться. Ни физически, ни ментально, даже если бы и захотел. Именно поэтому даже немного радуется, когда Чхве сам клонит голову в сторону, разрывая поцелуй и убирая руки из-под Уеновой майки. - Так, стоп… - указательный палец брюнета ложится на тянущиеся к нему губы Уена, создавая некий барьер между ними. – Остановись. - Что такое? – и до того осипший голос Уена сейчас звучит едва ли не как скрип дверных петель, так что все последующее он решает шептать, чтобы не напрягать связки, - Я сделал что-то не так? - Твою мать, Уен… - на выдохе материться Чхве. Тон Уена, его рассеянный взгляд и эти нотки сожаления и возбуждения в голосе, как пушечные залпы в грудь Сана. Сдерживаться и сдерживать льнущего к нему Уена практически невозможно, Чхве буквально танцует на грани, и прекрасно осознает это. – Прекрати. Мы должны прекратить. - Что? Почему? – не своим от переполняющих эмоций голосом спрашивает Чон, все еще часто дыша и не переставая тянуться к Сану губами. - Потому что так нельзя. Слезь. – из последних сил толкает в грудь Уена Сан, готовый уже в следующую секунду сдаться и снова притянуть блондина к себе, но тот, на удивление, слушается, покорно слезая с чужих бедер и уваливаясь на пол рядом, откидывая голову на диван за спиной. Его грудь часто вздымается, поволока возбуждения в глазах еще не пропадает до конца, а руки немного подрагивают от сковавшего тело неудовлетворения, но реальность медленно проступает в голове. - Не делай этого сейчас… - голос Сана звучит как-то издалека, словно он не сидит в паре десятков сантиметров от самого Уена. – Слышишь? Уен поднимает затуманенные глаза и словно видит друга впервые. - Не думай об этом сейчас, ладно? Нам нужно протрезветь и остыть, хорошо? – тихо просит Чхве, заглядывая блондину в глаза и заставляя кивнуть. – Ничего страшного не произошло, не вздумай сейчас начать винить себя за что-то… Сан читает Уена словно раскрытую книгу, но теперь осознание этого больно бьет куда-то под ребра, не согревая, а разливаясь отголосками боли там, где Чхве его касался. - Я думаю, тебе лучше остаться здесь сегодня, хорошо? Можешь лечь на моей кровати… - с какой-то рассеянностью в голосе, говорит Сан, поднимаясь на ноги. Его немного покачивает, но стоит он достаточно устойчиво. И идет тоже. - Куда ты идешь? – севшим голосом окликает Уен Сана, когда брюнет уже стоит в дверном проеме. - Мне нужно немного освежиться. Я лягу на диване в гостиной, так что не жди и ложись спать без меня. - Хорошо, - не собирается спорить Уен. Его веки, плечи, да и все тело в принципе сковывает какая-то нечеловеческая усталость, он переползает на постель Сана, едва за ним закрывается дверь. Тело ломит от желания и усталости, парень скорее на автомате, чем осознанно, доводит себя до разрядки, и уже через пару минут проваливается в сон… А на утро мечтает, чтобы это был сон. И одновременно с этим боится, что это и был сон. Вообще, чувство амбивалентности так и не отпускает парня с той ночи, причем вплоть до сегодняшнего дня, семь месяцев спустя. Он не знает, что происходит с ним теперь. Не знает, что чувствует, не знает, что говорит, и абсолютно не знает, что делает. Все было бы проще, если бы Чхве как-то помог ему разобраться, как он делал всегда, но Сан делает одновременно лучшую и худшую вещь на утро того дня – он освобождает Уена от ответственности. - Я думаю, что мы можем просто считать это небольшим недоразумением, - с равнодушным лицом говорит Чхве, упаковывая остатки своих вещей в чемодан, - Алкоголь, стресс, недотрах из-за того, что мы постоянно работаем… Все просто навалилось разом, неудивительно, что так получилось. Да и вообще, мы же остановились… Уен сидит на кровати Сана, все еще растрепанный после событий ночи и с дичайшей головной болью, бьющей по вискам, и пытается найти в словах Сана какой-то смысл. Получается плохо, но оба они понимают, что главное найти не смысл, а решение. И у Сана это решение есть. - Я думаю, надо просто сделать вид, что ничего не было. Я не хочу терять нашу дружбу из-за одного недоразумения, и я надеюсь, что ты тоже… - на пару секунд Чхве останавливается, причем и в своем монологе и в пространстве, поворачиваясь к Уену лицом и глядя с толикой неуверенности, - Я не хочу тебя терять, Уен… - Я тоже не хочу, - одними губами шепчет Чон, прикусывая щеку изнутри от того, как его бьет этими словами по щекам. Он не хочет терять Сана, это правда, но так же прекрасно понимает, что откатить до этого «ДО» не получится. Они слишком далеко зашли, никакой алкоголь или стресс не могут служить оправданием этому. Не могут на деле, но на словах… - Я согласен, давай просто сделаем вид, что ничего не было. - Хорошо, - кивает Сан, криво улыбаясь и снова отворачиваясь к своему чемодану, - Выходные до двадцатого числа, так что раньше чем через неделю я вряд ли вернусь, да и ты можешь задержаться, так что держи меня в курсе, хорошо? Отпишись, как доберешься домой и, вообще, не смей забывать обо мне в отпуске, Чон Уен! – шуточно грозит пальцем Чхве, захлопывая чемодан и подходя к Уену ближе. – Если что-то понадобится, пиши… - Да, конечно… - отсутствующе кивает блондин, все еще прокручивая в голове чужие слова. - Эй, посмотри на меня, - мягко просит Сан, присаживаясь рядом и толкая друга в плечо, - Не грузись ненужными проблемами, и тем более не смей закрываться от меня! Правда, Уен, я не прощу тебе этого… Уен усмехается на это, поворачиваясь к Чхве лицом и одобряюще кивая. - Ты тоже пиши мне, я буду скучать… Парень тянется к брюнету и приобнимает его за плечи, чувствуя не привычный комфорт, а душащую атмосферу обмана и недосказанности, повисшей между ними. Сан обнимает в ответ, но в каждом его движении чувствуется осторожность, словно они не дружат последние пару лет, а познакомились вчера. Словно они чужие люди теперь… Это и беспокоит Уена по первой. Он, как и просил Сан, старается не думать о произошедшем слишком много, не терроризирует себя мыслями о собственной никчемности, непостоянстве и распущенности, даже вида не показывает что что-то не так, но все же внутренне содрагается, когда видит Сана после отпуска. Он все такой же открытый и веселый, каким был прежде, все также улыбается и смеется. И он совсем не избегает Уена, более того, он действительно, кажется, забывает о случившемся и возвращается в это состояние «ДО». Не шарахается от прикосновений, не скупиться на комплименты или двусмысленные шуточки, даже поднимает скил в фансервисе, все чаще проявляя инициативу, но… Уен просто не чувствует того, что раньше. Не может выкинуть из головы касания Чхве, не может забыть его поцелуи. Это становится проклятьем, которое накрывает Уена с головой. Он отстраняется сам, хоть обещал и не делать этого. Это происходит не явно, а постепенно, так что со стороны может даже быть незаметным. Он просто больше не проводит с Саном свое свободное время, сторонится за пределами камер, ссылаясь на занятость и усталость. Подготовка к камбеку начинается как никогда, кстати, а последовавший за ней период самоизоляции и вовсе позволяет Уену зарыться в отношения с Сонхва, откидывая мысли о Сане в дальний угол сознания. И здесь возникает новая проблема, потому что все меняется в отношениях не только Уена и Сана, но так же и в отношениях Уена и Сонхва. Нет, это было предсказуемо, спорить с этим глупо, и Чон это прекрасно понимает. После всей той бури эмоций и чувств к Сану, которая накрыла Уена с головой, глупо было надеяться, что у них с Сонхва все останется как было. Перемены были и достаточно ощутимые, причем в большей степени это касалось даже не самого Уена, а Пака, которого разрывало от непонимания и подозрений.

06.04.2020

- Уен, посмотрим сегодня фильм? - Ага, сразу после тренировки я приду к тебе… - кивает Уен, не отрывая глаз от телефона, в котором смотрит один из своих фанкамов. - Но я думал сегодня вы с Саном и Ёсаном хотели поиграть… - уточняет Сонхва, не отрывая глаз от лица младшего. - Ага, но я не особо хочу играть, да и ты мне важнее… - все также не поднимая головы говорит Чон. - Правда? – не то не веря, не то не желая верить, спрашивает Сонхва, чуть поджимая губы. Уен отрывается от экрана и поднимает на старшего глаза. - Конечно, как же иначе… - он бросает телефон на кровать за собой и подходит ближе, обнимая парня за талию и мягко касаясь губами его носа в коротком поцелуе. От этого нежного жеста Пак совсем теряется в подозрениях, не сумев вспомнить и раза, когда Уен был так невыносимо мил и слащав вне камер. - У тебя все в порядке? Вы поругались? – стараясь звучать не подозрительно, уточняет блондин, запуская пальцы в отросшие черные волосы. - Нет, конечно, мы никогда не ругаемся… - усмехается Чон, подставляя голову под ласку и прикрывая глаза. - Но ты избегаешь Сана и Ёсана в последнее время… Это как-то связано с тем, что вы оставались тут втроем? Может, вы тут групповуху устроили? – со смехом в голосе уточняет Пак, чувствуя, как младший за секунду напрягается. - Хен, хватит ревновать, - голос Уена звучит серьезно, и даже немного гневно. Глаза распахиваются, едва Сонхва успевает договорить и впиваются в него колючим взглядом, - Я уже тысячу раз говорил, что мы все просто друзья, это даже не смешно уже… - Да я и не… - пытается было перевести тему Сонхва, чувствуя, как атмосфера накаляется. - Я понимаю, что это вероятно может прозвучать недостаточно убедительно, так как и мы с тобой вначале тоже только дружили, но серьезно, эти подколы мне уже надоели… - Хорошо, прости… – тут же идет на попятную Сонхва, не желая продолжать бессмысленный конфликт. – Я просто пошутил, зачем так остро реагировать? Я просто волнуюсь о том, что ты перестал общаться со своими друзьями, вот и все… - Я… - на секунду Уену становится стыдно за свои слова. За свои до ужаса лицемерные слова, и за то, что Сонхва извиняется, хотя извиняться должен он… - Я знаю, что ты не всерьез сейчас… Я просто хочу, чтобы ты знал, что я говорю серьезно, и что если в твоей голове когда-то возникнут эти глупые мысли, ты уже будешь знать ответ на них… - Хорошо, Уени~, я тебя понял… - кивает Сонхва, подбадривающе улыбаясь и притягивая младшего к себе, отчего Чону становится тошно. Ему становится тошно еще не раз, и не два, он чувствует это удушающее чувство постоянно, особенно в первые месяцы. Со временем становится лучше, приходит некое смирение, и Уену даже кажется, что все может быть как раньше, вот только едва Сонхва касается его чуть интимнее, целует в губы или ласкает оголенные бока, в голове тут же возникает яркая картинка, от которой Уен уже устал бежать. Он не может не сравнивать, не может не представлять. Парень четко понимает, что многое из того что он помнит – лишь иллюзия, созданная алкоголем и воображением, что руки Чхве Сана в действительности не так горячи, а губы не настольно мягки и сладки, но… Именно он в голове Уена, когда тот закрывает глаза, позволяя Сонхва делать с собой всякие непотребства, именно его имя комом застревает в горле, когда становится слишком хорошо. Это неправильно. Это пагубно. Это нечестно. Это ничем не отличается от измены, и Уен понимает это. Понимает, но не перестает. Со стороны может показаться, что Чон слишком зарывается в это, слишком глубоко копает. Это не так. И за это, кстати, он винит себя чаще всего. Просто с той злосчастной ночи слова Сана не выходят из головы. Это ведь выход, да? Просто не думать о проблеме, и тогда она разрешится сама собой, правильно? По словам Сана правильно, и ему, очевидно, это удается. Удается успешно и быстро, так словно он и усилий к этому не прикладывает. Уен так не может. Он старается вести себя также, и ведет. Даже чуть больше этого, он становится еще более неугомонным в фансервисе, почти не отлипает от Сана, и не скупится на ревнивые взгляды, когда это уместно. Это ведь должно помочь, да? Он погружает себя в прежнюю атмосферу, ведет себя как раньше, и чисто в теории, должен и чувствовать что раньше, да? Для Сана, видимо, да. Для Уена – нет. Он старается изо всех сил, но чувствует, что от этого только быстрее тонет…