Бумажный самолётик

Он сидел на скамейке, съежившись, держа руки в карманах серого пальто. Ветер гнал сухие разноцветные листья, заставляя жмуриться. Осень напоминала о былых временах, когда он мог спокойно гулять с ним, держаться за руки, и не о чем не думать. Всё, что было таким простым и легким, обратилось в неизлечимую сложную боль. Холод пробирал тело с головы до пят, заставляя содрогнуться. В висках неприятно гудело из-за вчерашних «нескольких» стаканчиков Соджу, как и сам мозг. Парень хотел еще здесь посидеть, задержаться ненадолго… немного…чуть чуть, самую малость…навсегда. Прирасти к этой скамейке крепкими корнями и не вставать. Даже моргать не хотелось, ведь так слезы точно покатятся по худым белоснежным щекам. Глаза блестели, как и губы, искусанные и обветренные. Хонджун провел тыльной стороной своей маленькой ладошки по глазам, шмыгая. Люди неторопливо проходили мимо, шли своей дорогой, смотря в будущее, а не в прошлое. Не как он… — Подумал Ким, всё еще пытаясь унять наступившие слезы на уголках глаз. Мерзкое чувство подавалось наружу, из самых глубоких недр души, пока сердце скалывалось на мелкие кусочки, неподвластные ему самому. Глубокие вздохи заполнили уши, создавая ощущение ваты. Хонджун дрожащими руками оттолкнулся от скамьи, вставая на такие же трясущиеся ноги. Он прошел пару шагов и остановился, прикрывая лицо ладонями и тяжко всхлипывая. Какие руки обнимали его всё это время? Чьи губы целовали его так нежно и желанно, прижимая к себе? Кто каждый раз так счастливо улыбался, встречая после работы, и потом обнимал крепко крепко? Кто ломал и собирал его каждый раз заново? Кто дарил ему любовь? Чьи глаза так ярко сверкали в его жизни? О да, они всегда сверкали самыми разными огнями. Будь то похоть, страх или радость. Всё отображалось в этих глазах. Он каждый раз тонул в них, падая на такую глубину, сложно представить. Они всегда смотрели так мягко и преданно. И он никогда не предавал. Даже когда Хонджун от него отказался, бросил и предал, он всё равно простил. Простил и принял его. Так же целуя и обнимая. С ним он чувствовал себя желанным. Он давал ему шанс жить честно и правильно, прощая всё. Он был ангелом, своим ангелом-хранителем. Был рядом когда нужно было и просто так, никогда не уходил. Всегда. Он всегда был рядом. И сейчас. Пусть не материально, но Хонджун чувствовал его. Как он шептал ему. — Хонджун-и, не плачь пожалуйста… Это я виноват?.. Прости… — призрачный голос в голове обволакивал сознание и парень уже перестал сдерживаться, плача навздрыв. — Прости меня, пожалуйста… Не плачь, хорошо? Прости, я не должен был садиться в этот автобус… Но я очень хотел к тебе… Тебе тогда было так одиноко… Если бы я только знал, я бы подождал… Слышишь?.. Прости меня… Извинения заполняли разум и Ким не мог перестать их слышать. По щекам текли соленные дорожки слез, обжигая кожу. Всхлипы и стоны накатывали с каждым разом всё сильнее. Он пошатнулся и сделал шаг, еще один… еще, переходя на бег. Ноги сами несли парня туда. Он бежал и всхлипывал, боясь остановиться. Парковые деревья сменились магазинами, те, высокими зданиями, а позже полем, с ограждениями и забором. Красивые цветы и венки украшали вход, такие яркие… но искусственные, ненастоящие. Хонджун открыл калитку и прошел внутрь. Кресты и камни чередовались между собой, с которых глядели счастливые лица, еще не понимающие, что их ждет. Детские и старческие, взрослые. Парень зацепился взглядом за одну из таких. На него смотрел молодой парнишка, ярко улыбающийся. Он щурился из-за улыбки и челка падала на глаза-полумесяцы. Рядом не было никаких цветов и венков. Просто — могила. Маленький черный забор служил единственным украшением. Хонджун остановился, после без прерывного бега ноги крупно дрожали и подкашивались. Парень не выдержал и упал на колени, ударяясь лбом об холодную плитку. — Прости… Прости меня…

송민기 99.08.09 **.**.** 나는 너와 함께 죽고 싶다 넌 내게 전부 였어 보고 싶어 사랑해