Свет Горизонта 3: Война, прошедшая сквозь миры

— Назад, Наруто! — воскликнул Саске. Узумаки послушался, не смея перечить приказу товарища в столь сложной ситуации. — Энтон! Великая стена черного пламени! — воскликнул Учиха, закрыв, а затем резко открыв глаза. Блондин, ожидающий, что будет, и моргнуть не успел, как перед ними с Саске вырос барьер из проклятого черного огня. Корни и лианы, попытавшиеся пробиться сквозь этот барьер, тут же вспыхивали и спустя некоторое время превращались в пепел — настолько сильна была мощь усовершенствованного чакрой Индры Аматерасу. Наруто ошеломленно глядел на извивающиеся, будто бы чувствующие боль, деревянные щупальца и коряги. Вдруг парень почувствовал возмущение чакры под землей. В следующий миг почва задрожала. "Проклятье! Древо действительно обладает разумом. Оно решило сделать подкоп!" — понял Узумаки. — Саске, назад! — теперь наступила очередь Наруто предупреждать друга об опасности. Учиха отступил, и как раз вовремя. Там, где он стоял миг назад, из земли вырвалось дерево, чьи ветви шевелились, словно руки. Когда они потянулись к Наруто, тот закрыл глаза. "Акума, твоя чакра разрушает Стихию Дерева! Пожалуйста, дай ее мне!" — попросил блондин мысленно. В следующий миг покров из фиолетовой чакры окутал его тело. По светящейся оболочке растеклись таинственные черные символы. — Одама Расенган! — воскликнул Наруто, и две лапы из чакры, выросшие из его спины, моментально создали технику, которая стерла отросток Древа без остатка. Блондин с облегчением выдохнул. Но расслабиться так и не смог, поскольку в следующий миг черная стена пламени, обеспечивающая защиту с фланга, погасла. Несколько белых язычков пламени сверкнули на ее месте, а затем послышался смешок со стороны Изуны. Учиха и Узумаки без особого труда догадались, что это проделки Второго Хокаге. — Забавно. Чакра, принадлежавшая божеству изначально, чакра, которая не могла нанести Древу никакого вреда, мутировала в людях, нечистых созданиях и превратилась в страшное оружие... — прокомментировал он потуги Саске и Наруто защититься. — Ты тоже человек, придурок! — воскликнул Узумаки, ткнув в сторону брата Мадары пальцем. — И не смей это отрицать, даттебайо! Тот ухмыльнулся. — Да, это так. Но мы с вами отличаемся. И разница между нами видна сразу! — согласился он. Саске и Наруто переглянулись. — И в чем же разница между нами и тобой? — процедил Учиха, недобро глядя на своего дальнего родственника. — Разве еще не заметили? Древо выбрало меня. Оно не пытается меня уничтожить. Моя чакра — не оружие, а способ очищения. Она может не только разрушать, но и созидать! — воскликнул Второй Хокаге. Узумаки стиснул зубы. — Не притворяйся белым и пушистым! Не мы тут злодеи, а ты! Это ты виноват в том, что происходит! — крикнул он, потеряв самообладание. — Если сейчас Древо охотится не только на нас, но и на наших товарищей, именно ты будешь виноват в их смерти! Изуна театрально закатил глаза. — Я лишь пытаюсь вернуть этому миру первозданную красоту. Как тогда, когда люди умели уважать всё священное, что существовало в природе, — промолвил он. — Разве я злодей? Нет, я — миротворец. После того, как всё закончится, и Древо вновь вдохнет в этот мир жизнь, не будет ни войн, ни кровопролитий, ни злодеяний... — Ни людей, — перебил его Саске. Земля под ногами вновь затрещала, и новая порция деревянных отростков неимоверных размеров устремилась к Наруто и Саске. Двое шиноби отпрыгнули назад. — Энтон. Меч пламени! — воскликнул Саске, занося руку, в которой появился черный клинок, увеличивающийся в размерах с каждой секундой. Когда удар обрушился на древесину, проклятый огонь сжег всё, что успело появиться за это время. Наруто устремил ненавидящий взгляд на Второго Хокаге. Изуна ответил улыбкой невинного ребенка. — Если Древо слушается тебя, и ты им управляешь, я начну с тебя, ублюдок! — прошипел парень. Он вновь зачерпнул из своего подсознания, хранилища всей поглощенной энергии, чакру Сона Гоку. Метка на руке сверкнула, и в ладони парня появилась техника, которую Узумаки уже использовал не так давно в бою с Мадарой. — Искусство Отшельника! Стихия Лавы: Расен Сюрикен! — воскликнул блондин и запустил дзюцу во врага. Множество древесных отростков появилось из земли, выстроившись в две колонны от Изуны к технике. Расен Сюрикен пролетел между ними. Острые лезвия ветра скосили несколько ветвей, попытавшихся задержать технику. Но когда дзюцу было на полпути к Изуне, ветряные лезвия пропали. Учиха сложил печати и произнес: — Стихия Лавы: Магмовое нашествие! Он выплюнул поразительное количество магмы, которое накрыло оставшийся от техники лавовый шар единым потоком. В следующий миг лава затвердела в виде материала, похожего на бетон, образовав серое пятно на земле. Изуна ухмыльнулся. — Издеваешься? Использовать против меня стихию Лавы? Я являюсь самым сильным ее пользователем. Кроме того, Древо не позволит тебе меня ранить. Узумаки сплюнул. — Мы тут с тобой не пиписьками меряемся, урод! Мне плевать, что ты о себе думаешь! Я сотру эту ухмылку с твоего лица, потому что дал обещание защитить всех, кто мне дорог! Наруто сорвался с места и ринулся к Изуне прямо по дорожке меж деревьями, которые, кстати, продолжали расти. — Наруто, стой! — воскликнул Саске, но слишком поздно. Когда ветви потянулись к Узумаки, фиолетовый покров на нем испепелил их. Блондин придумал новый план. И метка на руке, а так же чакра хвостатых, позволяющая парню использовать любую стихию, включая несколько улучшенных геномов, давали возможность воплотить в реальность все его фантазии. В руке парня, прямо над его меткой, появился расенган. — Ты так предсказуем. Знаешь что-нибудь кроме этой техники? — хмыкнул Изуна. Узумаки не обратил никакого внимания на его слова. Он был занят созданием принципиально новой техники, пуская в ход всю свою фантазию. Расенган в руке стал менять форму и в итоге стал чем-то похожим на вращающийся конус. Острым концом парень хотел пронзить врага, не давая ему пощады. Наруто зачерпнул из недр своего подсознания чакру Би и Хачиби, которую репер, возрожденный Неджи и Пейном, успел передать ему незадолго до своей смерти. Молнии засверкали вокруг руки Наруто, в которой была невиданная доселе техника. "Это должно будет поджарить его изнутри!" — подумал парень. — Искусство Отшельника! Грозовой Расенган! — воскликнул он, выудив свободной рукой нож из подсумка и метнув его в Изуну. — Сусано! — воскликнул Второй Хокаге, и серебряный призрачный воин, в котором оказался пользователь техники, защитил его от оружия. Нож на миг застрял между призрачными ребрами, когда Сусано еще не перешел в стадию абсолютной защиты. Этого хватило блондину для того, чтобы оказаться прямо перед врагом и атаковать его. По серебряной броне из чакры пошли трещины. Сусано исчез, поглотив всю силу техники. А Наруто, успев сжать ладонь в кулак, нанес удар врагу прямо в живот, заставляя того, согнувшись пополам, отлететь назад. Изуна впечатался спиной в кору Древа. Наруто пустил в нож, который он вновь схватил, материзовавшись после пространственной техники, чакру Ветра, усиливая ее энергией Шукаку, Акумы и Чомей, которые, как известно, использовали ту же стихию. В результате вместо обычной сабли из чакры в руке блондина возник голубоватый меч-махина, который и не снился Сарутоби Асуме. Он вытянулся метра на два в длину, но при этом был на вес перышка, так как лезвие состояло из энергии. — Искусство Отшельника: Карающая буря! — воскликнул Наруто, на ходу придумывая название своему новому оружию. Таким клинком он без труда разрубить что угодно пополам. И у Изуны не было ни единого шанса. Но в последний миг тот растворился в пространстве, провалившись в черную трещину реальности. Когда Учиха исчез, Наруто не смог остановить удар, и огромный клинок из чакры рассек кору Древа Жизни, оставив на нем длинную и глубокую царапину. Впрочем, не такую и большую, если... в общем... если взять в расчет размеры божества, это и царапиной назвать нельзя было. Саске пораженно смотрел на всё это. Он только и смог вымолвить: — Наруто... Это и есть истинная сила Режима Абсолютного Отшельника? Узумаки оглянулся вокруг. Врага нигде не было. Злоба, которая разбушевалась в сердце блондина, не могла найти выход. И это было очень плохо. Он терял контроль над собой. Вдруг парень осознал, что фиолетовый покров на нем пропал. На герое Скрытого Листа вновь была рваная куртка и брюки. — Что... происходит? — прошептал он, чувствуя, как во всем теле разгорается жгучая боль. Внезапно за спиной послышался треск, и когда Наруто обернулся, то увидел, что из нанесенной им царапины на Древе вырастает гигантское деревянное щупальце. Пользуясь тем, что парня больше не защищала чакра Девятихвостого Волка, уничтожающая любую древесину при касании, оно обвило Узумаки и, вырастая в длину, впечатало его в землю, попутно сдавливая как можно сильнее. Парень удивился, как только все его кости не сломались разом под воздействием такой силы. Впрочем, приступ боли, начавшийся еще до атаки божества, не дал Наруто понять, что причиняет ему большую боль, безжалостная ветвь Древа, или же что-то внутри него. Когда отросток Древа стал высасывать из Наруто чакру, тому на миг стало легче. А может, ему лишь так казалось? Может, это то самое чувство покоя и безмятежности, которое наступает, когда человек близок к своей смерти? Нет! Когда древесное щупальце сдавило блондина, он пришел в чувство. Какой покой? Какая безмятежность? Он не может так просто умереть, пока не выполнит обещание... пока не спасет мир... От смерти Узумаки спас Саске. Он выхватил Кусанаги, покоившийся в ножнах, и, пропустив по лезвию чакру Молнии, отсёк ветвь, которая разжалась и отпустила Наруто. Узумаки скорчился от боли, когда товарищ склонился над ним. — Наруто! Ты живой? — встревожено спросил он. — Такое... чувство... что меня сейчас разорвет изнутри! — выдавил Узумаки, зажмуриваясь от накатившей боли. Взгляд риннегана прошелся по блондину, и Саске кивнул. — В тебе смешалось слишком много всего. Чакра разных Биджу и джинчурики, которую ты бездумно использовал, смешивается между собой. Даже чакра Асуры, подарившая тебе Режим Отшельника, с помощью которого тебе удается творить чудеса с техниками и с легкостью управлять своей духовной энергией, не может этому помешать. Наруто выгнулся, как будто к его спине приложили раскаленное железо. — Нет! Только не это... — взмолился он. — Старик Рикудо обещал, что чакра Десятихвостого не поглотит меня! Саске вздохнул, собираясь с силами. — Лежи спокойно... Я попытаюсь сделать кое-что! — Учиха положил руку Наруто на лоб, после чего закрыл глаза. Наруто почувствовал, как внутрь него проникает странный холод, распространяющийся по всему телу и дарующий облегчение и умиротворение. Он закрыл глаза, чувствуя, что быстро приходит в норму. Изуна материзовался из новой трещины в пространстве. Он оказался на одной из ветвей Древа Жизни. Когда Второй Хокаге решил бросить взгляд вниз, то на миг зажмурился от яркой вспышки. "Что происходит там внизу?" — подумал он, устремляя взгляд в образовавшееся облако пыли. Два знакомых силуэта вышагнули из завесы, и прежде чем Изуна успел рассмотреть их четко, он догадался, что что-то в них изменилось. Саске и Наруто оба были в белоснежных плащах, развевающихся на ветру. На белой ткани прочертились разнообразные узоры, но самыми узнаваемыми из них были томоэ. Никаких ярких покровов, режущих глаз... Никаких рогов неизвестно где... Только плащи и посохи в руках шиноби Конохи могли что-то сказать об их нынешнем состоянии. "Не может быть! Как им удалось пробудить ту же силу, что и брат?" — Изуна понял всё без лишних вопросов и вынужден был признать, что не готов был к такому повороту. Изуна задумчиво посмотрел на Саске, затем на набалдашник его посоха, который имел форму полумесяца. Посох в руках Наруто был немного другим. Его навершие заканчивалось кольцом, в которое были вдеты шесть других колец, звеневших при соприкосновении друг с другом. Узумаки, видимо, еще и сам толком не понял, что произошло. Он недоуменно таращился то на посох в руке, то на белоснежный плащ, появившийся на нем. Посох в руке был одновременно твердым материальным объектом и сосудом для энергии. Узумаки сразу понял, что может преобразовать его в любой вид оружия. Теперь та же самая черная ужасная чакра, превосходящая Расширенный Геном по мощи, была доступна и Саске, и Наруто. Они стали такими же, как и Мадара, которого победили некоторое время назад. — Саске, как ты это сделал? — прошептал Узумаки. Учиха ухмыльнулся. — Мне пришлось взять у тебя некоторое количество чакры и... проще говоря, склеить всех хвостатых в твоем теле своей чакрой, но так, чтобы их можно было разъединить, — постарался объяснить он как можно проще. — В общем, чакры Десятихвостого хватило на нас двоих. Теперь твое состояние стабильно, а у нас появился еще один шанс спасти мир! Наруто посмотрел на Древо, на ветви которого стоял Изуна. — Вот он! — воскликнул блондин. — Изуна! Сдавайся, пора положить этому конец! — крикнул Саске, направляя посох в сторону своего дальнего предка. Брат Мадары на миг замер. Он не знал, как реагировать. Он понимал, что сейчас его враги сильны, как никогда. Неведомо каким образом им удалось пробудить ту же силу, что и Мадаре, когда он впитал в себя Джуби. "Нет, Древо не позволит им победить. А я не должен забывать о своем предназначении!" — подумал Изуна. — Вы думаете, что сможете напугать меня этим маскарадом? — усмехнулся Учиха. — Я не отступлюсь и буду служить Древу до самой смерти! Пусть даже сам Рикудо, его сыновья и вы, выродки, ополчитесь на меня всей толпой. Саске и Наруто переглянулись. Внезапно со стороны Древа послышался треск, и Изуна недоуменно поднял голову. Небольшой фрукт, висевший на верхней ветке, похожий на яблоко, сорвался вниз и по случайному совпадению упал прямо в руку Второму Хокаге. — Древо Жизни... Ты решило само поделиться со мной той же силой, которую украла у тебя Ооцуцуки Кагуя? — прошептал Изуна, разглядывая плод. Он помедлил, ожидая, не подаст ли божество еще каких-нибудь знаков. Но их не последовало. Тогда Учиха, улыбнувшись, откусил от яблока щедрый кусок. — Нет! — крикнул Наруто, но было слишком поздно. За первым укусом последовал второй, за вторым — третий, и вскоре от маленького плода ничего не осталось. Некоторое время ничего не происходило, а затем настала очередь Саске и Наруто зажмуриться от яркой вспышки. Они услышали крик боли, перерастающий в хохот. Когда Узумаки и Учиха осмелились вновь поднять взгляд на Древо, то увидели, что Изуна парит в воздухе. Второй Хокаге изменился до неузнаваемости. Во-первых, его волосы побелели, а так же стали длиннее, что сделало Изуну еще более похожим на своего брата. У него выросли два длинных рога, еще более длинных, чем у самого Хагоромо. В глазницах Изуны горел риннеган, а во лбу открылось третье око, расположенное вертикально. Это был красный глаз с такими же концентрическими кругами, как и у риннегана, а так же с множеством томоэ от шарингана. Во все стороны от глаза по лбу шли вздувшиеся под кожей сосуды, как будто странное додзюцу имело еще и способности бьякугана. Изуна улыбался. И безумная улыбка эта вселяла ужас. На нем был такой же белоснежный плащ, как и у Саске с Наруто. Посоха в его руке не было, но Учиха и Узумаки сразу поняли, что Второй Хокаге в нем и не нуждается. Его мощь буквально билась изнутри. И это была сила, превосходящая то, что только что обуздали Саске и Наруто. Несомненно перед ними сейчас был самый сильный человек за всю историю мира шиноби. А был ли он человеком? Может, Изуна стал настоящим богом, вкусив запретный плод?..