Возвращение в бездну

— Детка, нам надо поговорить. Это важно, ты понимаешь? Ты должна сказать, что с тобой. Я уже не могу терпеть твое вечное молчание, ты игнорируешь меня! — На последней фразе тон голоса моей матери стал громче. Ее черные, непослушные, мелкие кудри взъерошились. Эмоциональная, вспыльчивая женщина, которая ненавидит, когда чего-то не понимает. Преданная своим принципам. Она всегда знала обо мне абсолютно все, вплоть до мелочей, которые порой стыдно признать самой себе. Все, кроме Тейта. О его существовании и моем помешательстве не было известно никому, даже личному дневнику. Я записывала туда сплошные мелочи, порой то, чего даже не происходило. Знала, что мать читает, — сочиняла для нее историю. Она думала, полный контроль — это правильно, и так она убережёт меня от плохих компаний и необдуманных поступков. Это работало до определенного момента. — Пожалуйста, скажи хоть слово… Скажи, что ты меня слышишь. — Опустившись на колени, она взяла мои ладони в свои руки, крепко сжав: — Прошу тебя, Ева… — Он мёртв? — Это было первое, что я произнесла за несколько недель молчания и погружения в свои мысли. — Полицейские убили Тейта? Услышав мой голос впервые за долгое время, она с открытым ртом смотрела на меня, прекратив дышать. — Конечно, конечно… Этот убийца наказан, тебе ничего не грозит, можно уже не бояться. Прижавшись к ее груди и запутывая маленькие пальчики в волосах, я рыдала. Боль съедала изнутри, я ведь его больше никогда не увижу. — Они бежали от предрассудков и осуждения. — Синяки под глазами и исхудавшее лицо выдавали горе, произошедшее в семье этой женщины. В моих руках рамка, с фотографией ее дочери. Тут она улыбается, примружив глаза. Жива ли ты? Спросила я про себя, проведя пальцами по глянцевой поверхности. — Аманда показывала мне этот проклятый дом, я не одобряла. Нутром чувствовала, это дурное решение. Вы же в курсе, что там творилось? Сколько душ забрал тот дом...— она зажала между тонких губ сигарету. — Да, мы в курсе. — Фин внимательно слушал, что-то записывая в свой блокнот. В своем черном брючный костюме, он выглядел презентабельно. Очки в элегантной оправе придавали ему харизмы. Худощавый, стройный, с тонкими чертами лица и гладкой кожей. Вряд ли когда-нибудь забуду наши июльские ночи. Уверена, Фин тоже их помнит. Жаль, что я не люблю его. — В ее окружении был кто-то, кто казался вам подозрительным? — Фин вел себя как типичный полицейский. Безэмоционально, четко задавая вопросы. — Аманда все время проводила с Натали. Это все ее окружение, больше она ни с кем не хотела близко общаться. — Даже с вами? — Вмешалась я, положив рамку на журнальный столик, и взяв в руки чашку чая, приготовленного, как только мы зашли в ее дом. Уже холодный. — Натали хорошая, но… — Сомкнув тонкие губы, Сандра налила себе стакан виски. — Не понимаю я таких отношений. Аманда знала, к чему приведет ее выбор. Домик в Сан-Диего уже ждал нашего приезда. Низкий, ничем непримечательный и всего лишь с двумя комнатами внутри. После громкого убийства в школе Вестфилда, было немного желающих переехать в тот район и перевести свое чадо в адскую школу. Мы продали наше жилище за копейки, и эти старые стены — все, что нам оставалось. Мать с отцом умело изображали радость, но мне было не до веселья. Меня ждала рутинная жизнь с разбитым сердцем внутри. — Думаешь, есть смысл подозревать Сандру? Вряд ли она смогла бы причинить хоть какой-нибудь вред своей дочери. — Поговорив с матерью одной из пропавших девушек, мы направлялись в место, где когда-то умерла часть меня. Я так хотела увидеть дом, и одновременно боялась сойти с ума от одного лишь взгляда в его сторону. — Натали она точно не любила. — В чем-то Фин был прав, то, как Сандра говорила об отношениях своей дочери не позволяло полностью убрать с нее подозрения. Из-за крон деревьев виднелась крыша дома с демонами. Кажется, я прослушала, что говорил мой верный спутник дальше. Дыхание участилось, словно вчера я пробегала по этому тротуару. Вот магазинчик, в котором старушка Джейс продавала антиквариат. А это окна Кэндис. Одной из тех девчонок, которые рассказывали небылицы о доме, к которому я приближаюсь с каждым шагом. Ближе и ближе. От раздумий и предвкушения меня отвлекла кровь. — Боже, там человек! — в голове запищало, я подбежала поближе. В луже крови, на асфальте лежал молодой парень, с переломанными конечностями. Он ещё дышал. Я слышала, как бьётся мое собственное сердце. — Фин, положи блокнот, звони 911! — Кричала я, зажимая рану своим шарфом, пытаясь остановить кровотечение. Мой внимательный напарник успел записать номер черной машины, но мы теряли слишком ценные секунды. Руки по локоть в крови, начинало тошнить, кружилась голова. За время работы я видела немало мертвых, но спасать кого-то на грани смерти ещё не приходилось. Изломанные конечности внушали ужас, страшно представить, какую боль он испытывал. — Держись, ещё совсем немного! Пожалуйста, не уходи! Смотри на меня, ладно? Смотри в мои глаза, — все время держа его за руку, я пыталась говорить с ним, — еще чуть-чуть. — В дом... мне нужно в дом... — хрипел он, изнемогая. Его глаза постепенно мутнели, я чувствовала, как жизнь покидает его. Но нет, только не сейчас, он должен выжить! — Я не хочу умирать, мне страшно... — Потерпи немножко, уже слышны сирены, — Вдалеке виднелся мигающий синий свет. — не бойся, я с тобой. Тебе помогут, все будет хорошо, я обещаю. — Убрав окровавленную прядь волос с его лица, я смотрела в светлые глаза, сохраняя последние капли надежды.