Приветствие
8 августа 2020 г., 22:19
За обшивкой корабля – бесконечность. Безразличная. Пугающая. Манящая.
Он тянет к ней руку, хочет коснуться пальцами. Она, кажется, взывает к нему. Обнимает – почти сжимает в удушающих тисках – и пробирает до костей холодом. Сковывает, подчиняет и напоминает, кто именно тут хозяин.
Из глубин бесконечности на него взирают тысячи глаз.
Такие же безразличные. Идут по пятам, задерживаются в обречённых мирах – в ту секунду, когда на небосводе вырисовываются их силуэты, все попытки сопротивления становятся вызовом законам здравого смысла. Кто-то даже скажет, что потуги жалкие и бесполезные. Лучше бежать, бросив тех, кого за собой не потащишь.
Шепард считает иначе.
Пока они воюют за каждый метр земли, за каждую жизнь, не теряют боевой дух, надежду и веру – у них остаётся шанс. Да, один на… тысячу? Но остаётся же. Даже один на миллион имеет значение – убедился в этом на собственной шкуре.
Он роняет поднятую руку себе на грудь. Тянется до хруста в переломанных далеко не раз костях и разбитых суставах, морщится и резко садится. Пара минут отдыха, которые он так великодушно выделяет себе же, имеют свойство заканчиваться.
На полу, на столе и ступеньках – всюду мелькающие графиками в полумраке планшеты. Бесконечный поток цифр, отчётов, данных. То, что не в состоянии обработать одна единица человеческого мозга.
Если, конечно, это не тот упертый болван с фамилией Шепард.
Вокруг него, за обшивкой корабля – бесконечность. Его это давно не беспокоит. Здесь он чувствует себя в разы уютнее, нежели за пределами «Нормандии». Это его дом, экипаж – в какой-то мере семья, если закрыть глаза на десятки «но».
Шепард встаёт с кровати, подбирает отложенные стопкой планшеты. Бросает быстрый взгляд и вздыхает – информации за время короткого отдыха поступило раза в два больше, чем он до этого разобрал.
Он садится за стол, отпивает до тошноты приторный холодный кофе из грязноватой кружки и погружается в данные с головой.
Следующий перерыв его ждёт нескоро.
Под привычный гул ему работается легко и почти что непринуждённо. Пока в поток мыслей не вклинивается осознание, зачем все эти данные или пока он не вспоминает о том, что через пару часов его ждёт очередная политическая клоунада с попытками примирить и угодить всем сторонам сразу.
В такие моменты он откладывает планшеты, разрешает себе отвлечься, не позволяя эмоциям брать верх. Это ни к чему и только мешает, но он всё ещё человек.
И бесконечность за обшивкой корабля – единственное, что обманчиво неизменно, её метаморфозы незаметны для глаз. Она становится для него той самой тихой гаванью. Тем, что его успокаивает.
Шепард порой ловит себя на мысли, что с ней он намного ближе, чем с кем-то ещё.
Жаль лишь, что глубины бесконечности не помогут решить все его (и заодно всего цикла) проблемы.
