Пояс Ориона

Я заебался. Этой фразой можно описать всё: начиная от моего состояния и заканчивая тем, что происходит вокруг. Нужно выговориться. Писать легче, чем слышать собственный голос. Мне надоело терять людей. Мне надоело терять тех, кто мне важен. Убивать собственными же руками. В голове – непонятная каша. Не знаю, с чего начинать и с чего заканчивать. Только там, в этой мясорубке, на поле боя – у меня хоть как-то проясняются мысли. Мне порой кажется, что я ещё больший синтетик, чем геты. Скорее понимаю, что должен чувствовать, чем... могу вообще? Не помню, когда последний раз не держал это всё под строгим контролем. Отбивает всё к чертям собачьим. Мне страшно от того, что я… ничего толком и не чувствую после потери. Не понимаю, что должен испытывать. Подобного дерьма было так много. Слишком часто. Кажется, я до сих пор не осознал, что случилось. Наверное, да. Не осознал. Но на руках ощущается кровь, а почти от всего несёт этой гадкой металлической вонью. Думал, что такое только в каких-нибудь романчиках дешёвых бывает. Эй, кто там?! Хватит писать мне такой ебанутый сюжет. Меня успокаивают на корабле. Порой складывается подобное ощущение. Все эти взгляды, попытки толкнуть какую-то умную речь, поддержать меня и отвлечь. Мне не нужно ни сочувствие, ни понимание. Я сам выдавил из себя сухую, нелепую хрень. Про долг, про жертву. Про то, что нужно гордиться такими людьми и всякое такое. Бредовое. Пафосное. Бездушное. Как о совершенно незнакомом мне человеке. От этого ещё хуже. Понимаю, что должен был сказать что-то другое. Только не знаю, что именно. Я, блять, ничего не знаю. ... всё ещё не верю. Пишу это и не могу себя убедить. Я сам видел, как он погиб. Держал у себя на руках. Слушал врачей, кивал и говорил, что всё понимаю. Похороны (окей, пародию на это) в этой адской гонке тоже были на мне. А я смотрел на это всё как через толстое стекло. И ни на миллиметр не приблизился к той самой черте, когда понял бы, что именно произошло. Мне не горько. Не хочется рвать, крушить или бросаться мстить, проламывать головы или кричать, срывая голос. Изображать из себя разящий меч, который дотянется до любого, кто повинен в смерти. Это... сухой факт. Неприятная, досадная данность. Случилось. Многое поменялось, да. Это причиняет мне какую-то долю дискомфорта, не более. Или я сам себя обманываю?.. Покажу потом это корабельному психологу – кажется, у меня крыша на фоне всего этого дерьма съехала. Джон Шепард. Хрен знает, какое сегодня число. Я и в датах потерялся.