Настоящий Тёмный Властелин

Что такое везение? Выжить, когда злой волшебник хочет тебя убить, а ты годовалый ребёнок? Вытерпеть издавательства от родственников и при этом остаться вменяемым? Встретить своего лучшего друга прямо у станции и не остаться одному в Хогвартсе? Возможно, конечно. Но когда тебя принимают на работу рядом с домом, обещая хоть какую-то, но зарплату. Без всяких "мы вам перезвоним" и так далее, ты понимаешь, что это действительно удача. Теперь Мальчик-который-выжил великий и прекрасный почтальон на Тисовой улице. Как и говорил бывший работник, а теперь и один из начальников, рабочий день начался сразу после небольшой беседы с другим руководителем. От формы, сшитой на заказ, Гарри отказался. Не хотелось, чтобы из и так небольшой зарплаты вычитали стоимость костюма. Поттеру вручили большую и тяжёлую сумку с газетами и письмами, а также бланки, где написано, что кому доставить. — Удачи! — брюнет уж собирался уходить из здания, как услышал голос бывшего почтальона. Тот словно светился от радости с самого утра. Повышение, наверное, всегда вызывает такую радость. Но Гарри не знал. Его не ставили выше других за какие-то заслуги, не было ступеней карьерного роста. Хотя с квиддичем Поттеру повезло. Интересно, его удаче есть конец? А если да, то как скоро он умрёт без неё? Вопросы, кругом одни вопросы. Первый день прошёл гладко. Со стороны казалось, что ему приветливо улыбались (на самом деле во взгляде была видна жалость, тётя Петунья рассказывала про мальчика такое, что страшно представить), а кто-то даже здоровался. Вернулся волшебник где-то к обеду и договорился, что ему будут платить за каждый день, а не общую сумму за месяц в один день. Счастливый парень решил сегодня же добраться до Лондона и навестить крёстного, обговорить всё лично, а не по старому зеркалу.

***

— Сириус! — Гарри! Как же долго они ждали этой встречи, этих объятий. Родня всё же всегда остаётся чем-то особенным. Даже если у тебя есть самые лучшие друзья, нужен кто-то ещё, знающий тебя с пелёнок. Смысла в жизни Поттера с момента встречи с Блэком стало больше. И он не хотел терять то, что было. — Как ты? Дурсли меньше выносят мозг? — анимаг провёл крестника на кухню, где они и расположились. Сейчас здесь было пусто. Абсолютно другие ощущения, будто вся жизнь пропала без шумного Отряда, а особенно без семьи Уизли. — Нет. Я же решил сам себе зарабатывать, на почту устроился. Но это временно. Сегодня думаю написать письму Рону и Гермионе. Добби же сможет переместиться от меня в Хогвартс? — Он сможет, не сомневайся. Но Гарри, зачем такие сложности? Ты можешь перевести магические деньги на маггловские. Или ты можешь попросить помощи у меня. Одна брошь матушки может обеспечить тебе жильё. Я готов помочь тебе всем, чем смогу, — в глазах Сириуса читалось беспокойство. Бывшего гриффиндорца смутило то, как крёстный легко мог отдать ему семейную реликвию. Вспомнился момент из детства, когда за случайно разбитую рамку с фотографией его на неделю оставили без еды в чулане. Парень поёжился и помотал головой. — Нет. Я хочу наконец стать самостоятельным. Спасибо за предложение. — Кстати. Я пересилил себя и написал Северусу. Он как всегда выпендривался, но согласился вновь помогать тебе с защитой разума. А также я хотел предложить тебе заниматься магией у меня. Я вроде упоминал, что здесь Министерство не зафиксирует нарушение, ведь дом скрыт абсолютно ото всех. А Волан-де-Морт не посмотрит на то, что тебя исключили с пятого курса, из-за чего ты не знаешь некоторых важных вещей, — Блэк озвучил всё так, будто репетировал перед зеркалом. — И ты можешь не тратиться на проезд. Просто зови Кричера, он перенесёт тебя сюда, но советую купить беруши, а то от ворчания уши отсохнут. — Было бы здорово! Спасибо, я и не ожидал такой поддержки! А профессору обязательно учить меня этому? Почему не ты или Дамблдор? Про него хоть что-то известно? — Гарри оценил стремление крёстного разбавить серьёзную беседу шуткой. Но почему-то в голову постоянно лезли всякие нюансы и проблемы. Где его беспечность, с которой он когда-то открывал Тайную Комнату и убивал Василиска? Взрослеет, что ли... — Про Дамблдора ничего не известно. А я, стыдно признать, не такой профессионал в окклюменции, как Снейп. Эти сны необычные. Если он полностью овладеет твоим сознанием, то страшно представить, что случится. Будь осторожным, крестник. Тебе может казаться, что всё под твоим контролем, что эта история обязательно должна закончиться хорошо, но не всегда всё так, понимаешь? Лучше быть в безопасности, — Блэк похлопал Гарри по плечу. Казалось, жизнь налаживается.

***

      Гарри провёл в гостях у Сириуса весь остальной день. За это время парень успел написать письмо на имя Рона и отправить его через Добби (тот, конечно, рад был помочь). Ответ пришёл довольно быстро. На одном пергаменте сочетались ровный почерк Грейнджер и кривой от Уизли. Читали Блэк и Поттер вместе. Оказалось, у Хагрида был брат! Он держал его в Запретном лесу, вдали ото всех. А ещё Министерство ущемляет права кентавров. Вероятно, война приближается. Опять эти проблемы волшебного мира. Гарри бы с самим собой разбираться, а не об этом думать. Тем не менее ушёл парень в хорошем настроении. Точнее, его перенёс домовик. Завтра был сложный день, ведь теперь по средам и воскресеньям Гарри ждали занятия.

***

      После рабочего дня Поттер сразу перенёсся на Гриммо 12 под ворчание Кричера. Сегодня его ожидал только "урок" с Сириусом. Мужчина встретил Гарри в приподнятом настроении и сразу повёл в дуэльный зал рода. — Невербальные заклинания! Ты слышал что-то об этом? — начал свою речь крёстный. Герой смущённо покачал головой. Было стыдно признавать, что он не знает. Эх, была бы здесь Миона... — Нет? Я расскажу. Это программа шестого курса, но тебе пригодится и сейчас. Отличие в том, что ты произносишь заклинания мысленно. Из этого вытекает преимущество — противник не знает, какое заклинание на него накладывают. Должен предупредить, что это довольно сложно, но время у нас пока есть. Чтобы всё получилось, тебе нужно про себя чётко поговорить заклинание, представить результат, а затем взмахнуть палочкой. Всё как обычно, но в тишине. Посмотри, как это работает, — Блэк взмахнул палочкой, и Поттер оказался в воздухе, перевёрнутый вверх ногами. — Либеракорпус, — уже вслух сказал парень и кое-как взмахнул палочкой. Слава богу, высота была небольшая, а то сломаный нос был бы обеспечен. — Я понял. — Будем тренироваться сначала на простейших заклинаниях, а потом опробуем более сложные. А, и ещё. Авада, Круцио и Империо не поддаются невербальной магии. Надеюсь, эта информация тебе не понадобится. Начнём с открытия замков, — Блэк указал на запертую дверь. И тогда, словно вновь оказавшись на первом курсе, Гарри вспомнил, каким чудом может показаться обычная Алохомора.

***

      Тогда Герой занимался два часа. Спустя много безуспешных попыток, но честного труда, замок всё же открылся. В воскресенье удалось повторить успех, но впереди было занятие со Снейпом. Гарри давно должен был привыкнуть к этим урокам, но каждый раз, когда профессор лез к нему в голову, ощущения были не из приятных. — Здравствуйте, мистер Поттер, — в своей обычной манере произнёс зельевар. — Будь аккуратнее, а не как обычно, — съязвил Сириус, собираясь выйти. — Поверь, моих умений достаточно, чтобы превратить его мозг в желе. И я бы с радостью сделал это, если бы от него не зависело судьба магического мира, — спокойно ответил Снейп. Не дав Блэку время, чтобы возразить дверь в комнату закрылась. — И вам не хворать, — пробубнил — точно Кричер! — Гарри. — Если вас исключили из Хогвартса, это не значит, что я буду терпеть хамство. Легилеменс! Письма. Дурсли. Дадли с поросячьим хвостиком. Филосовский камень. Василиск. Дементоры. Клювокрыл. Бледное лицо Рона на дне Чёрного озера. Смерть Седрика... — НЕТ! — Поттер схватился двумя руками за голову и прижался к коленям. Контакт был разорван. На лице Северуса на секунду отразилось удивление. — Похвально. Хоть какие-то результаты есть, поздравляю, вы не безнадёжны, — на крик крестника прибежал Сириус. Оценив ситуацию, он едва сдержался, чтобы не врезать Снейпу прямо с порога. — Что с ним? — прорычал Блэк, всё-таки направляя палочку на профессора. — Ты как курица над яйцом носишься. Он жив и здоров, — мужчина повернулся к бывшему ученику. — Продолжим через пятнадцать минут.