You not my prince

Нет ничего более живучего, чем безнадежная любовь. Взаимная любовь может наскучить. Любовь страстная перейти в дружбу или ненависть. Но любовь неразделенная окончательно никогда не покинет сердце, так прочно ее цементриует обида.

В очередной раз толкнув старого друга локтем медик с улыбкой устремил свой взгляд в бумаги, просматривая всё тот-же список пациентов и время их прибытия. Брюнет улыбнувшись, смотрел на медика, не отводя взгляд, заставляя рыжика перевести взгляд на него. -Ты долго на меня так пялиться будешь? — спросил недовольной глав.врач, скрещивая руки на груди. -А что? Нельзя разве? — ответил вопросом на вопрос Прайм приподняв свои брови в изумлении. Фыркнув врач убрал одну руку себе на талии, а в другой всё ещё держал те же бумаги, остановившись, смотря тем же недовольным взглядом на друга, который в свою очередь в удивление убрал свою улыбку, опустив брови. Простояв так пару секунд Рэтчет недовольно пробубнил. -Если ты попытаешься меня так соблазнить, можешь убрать эту идею сразу. Ты знаешь, что у меня есть любовник. Тем более прекрасно знаешь это. Так что давай не будем портить нашу дружбу, Оптимус. Прайм в ещё большем удивлении нахмурил брови проговорил. -Я не пытаюсь тебя соблазнить, старый друг. Просто смотрю на сколько ты изменился за все те года. — после Оптимус улыбнулся, отворячиваясь, и продолжил. -У тебя видна седина. — после сказанного тот рассмеялся, после чего ойкнул, когда его ударили по спине. -Только посмей сказать на меня «старикан» и я тебе пропишу болезненную терапию, которая будет включать в себя много ударов по твоим самым уязвимым местам, дружище. -Я и не думал тебя так называть! -Да уж! — прошипел рыжий возобновив свой шаг в сторону палаты своего возлюбленного, сжимая руки в кулаки. -Да ладно тебе, Рэтчет. Не обижайся, я же любя. — проговорил голубоглазый брюнет идя рядом со своим другом, после чего спросил. — Куда так целеустремлённо направляешься, м? -Если тебе так интересно, то к Уилджеку. Пойдёшь со мной, или пойдёшь искать свою суженную? — мужчина улыбнулся заметив краем глаза покраснение на лице Прайма, после чего услышал фразу «С тобой пойду, если не возражаешь. Может Нокаут будет у него в палате и я смогу с ним поговорить.», закатил глаза и ухмыльчиво произнёс. — Как знаешь, Оптимус. Стоп, с чего ты взял что он может быть именно у Джеки в палате?.. -Я не взял, я вижу, что он там. — Оптимус указал указательным пальцем в сторону широко открытой двери в палату, к которой они уже успели подойти, просматривая своим безэмоциональным взглядом одну сцену, которую на данный момент видел Прайм. Похлопав несколько раз глазами Рэтчет повернул голову в сторону палаты, после чего его рука онемела, как и всё его тело, выпустив листы из неё. Глаза расширились, наполняясь такой ненужной на данный момент пеленой. В горле стал ком. Ноги, из последних сил державшие уже казалось тяжёлое тело медика, тряслись в коленях. Рука, раньше уронившая бумаги на пол, упала, сравнявшись в пальцах с другой рукой, начиная слегка трястись. Зубы начинают сжиматься, ком в горле начинает расти, трудно дышать. Сердце, наполненная болью, начинает сильнее биться, из-за чего становиться ещё больнее, чем от кома в горле. Пелена в глазах рассеивается, уже который раз слёзы катятся по щекам, оставляя после себя еле видные мокрые дорожки. И всё это из-за одной сцены которую он уже видел ранее, но она более утонченная, чем была. Почему-же так? Спросите вы. А потому что, вот что происходит на этот раз, такое знакомое, но в другой позе действие для Рэтчета, которое теперь не только он видит, но и его друг Прайм, пытающийся сдержать своё самообладание из-за гнева. Нокаут снова целовал Уилджека, но уже чуть-ли не лёжа на нём. Вы спросите как такое может быть, у Джеки ведь повреждены ноги. Верно, они повреждены, но Нокаут можно сказать парирует над ним, аккуратно, чтобы не задеть его бедные ноги, слегка раздвинув свои. Руками-же поддерживая себя по обе стороны от голову Уилджека, тот в свою очередь поместил свои руки на талию красноволосого. Наконец-то не выдержав, Рэтчет ударил по плечу Оптимуса, из-за чего тот ойкнул, тем самым выдавая своё присутствие. Резко оторвавшись от Уилджека, Нокаут повернул голову в сторону двух незваных гостей. -Ой, Опти! Я не думал что ты тут будешь так рано! И хэ-эй Док! Как неловко вышло, правда?.. — проговорил красноглазый, уже как давно ставший с белобрысого, который в свою очередь снова поднялся на локтях смотря то на Рэтчета, то на Оптимуса, слегка не понимая что тот делает рядом с его солнышком. -Я вижу. — Нокаут вздрогнул под звучанием голоса старшего медика, который в свою очередь прошёл к ним, смотря Уилджеку в глаза своими. Слёзы продолжали течь, а на лице была грустная улыбка, которая слегка дёргалась. — Тебе. нравятся по моложе тебя, да? Так вот почему моё сердце, при приближении к твоей палате, стучало быстрее чем раньше. Я тебе уже к чёрту не нужен да, Уилджек? — Оптимус подошёл к Нокауту, смотря на происходящее между его другом и Джеком. Нокаут-же в свою очередь быстро спрятался за спину Прайму, тоже наблюдая за всем. — Тебе нравятся намного моложе. Я тебя уже не привлекаю. Из-за чего? Скажи из-за чего такое отношение ко мне?! — Рэтчет резко ударил по кровати кулаком, рядом с головой голубоглазого возлюбленного. Слёзы текут быстрее, голос начинает дрожать по мере его повышения. — Что мне изменить в себе чтобы ты перестал смотреть на других?! Что мне сделать чтобы ты снова начал любить меня как раньше?! -Солнышко, я… — хотел было найти оправдание поступку парень, как его перебили. -Нет! Не хочу больше ничего слышать от твоего идиотского рта! Не хочу тебя вообще больше видеть! Всё Уилджек! Это была последняя капля, я больше не хочу иметь с тобой ничего общего! Между нами всё кончено, Уилджек! — после этих слов парень направился прочь из палаты, оставив шокированных таким поведением Уилджека, Нокаута и Оптимуса.