Моя личная горничная

Немного сухо с непривычки. Заранее прошу прощения и постараюсь исправиться, но не гарантирую насколько скоро. На больничном, поэтому и взялся за продолжение. С ув. Aleksandr Yakovlev Учиха Саске открыл глаза лишь на рассвете. Солнце непривычно ослепило его. Парень совершенно не понимал, где он находиться, что это за помещение? Он словно дезориентировался в пространстве. Холодный принц аккуратно приподнялся на своих локтях, силясь удержать равновесие и вновь не свалиться. - Саске-кун, лежи, тебе еще нельзя вставать, - бледно-розовый силуэт плыл перед глазами. Прохладная, тоненькая рука девушки едва касалась лба Учихи. Брюнет в очередной раз провалился в сон… *** - Ками-сама! Хината, что произошло? – розоволосая паникерша взвыла при виде Хьюго, несущей на своих хрупких плечах Учиху младшего. - Ано…он…вдруг..упал..и..я.. – обладательница бьякугана то и дело мямлила, но отнюдь не из-за стеснения, скорее из-за тяжести своего, так называемого, «груза». - Что здесь проис…Хината, в чем дело? – песчаный картинно изогнул свою тонкую красную бровь, прямо-таки под высеченным иероглифом. Держа в руках какие-то доисторические свитки, с которых так и сыпался песок (как символично), демон деревни Песка, кажется, ждал объяснений. В отличие от Гаары, Узумаки отнюдь не волновала ситуация. Блондин резво подхватил брюнета на руки, избавив девушку от ноши. - Сакура! Я несу его в твою комнату, посмотришь, что с ним! – Прокричал лисеныш, вихрем проносясь верх по лестнице. - В…м-мою комнату?! П-погоди! – Харуно порозовела в тон своим волосам и понеслась вслед за своим сокомандником, вверх по лестнице. Каждый из них уже позабыл про хрупкую обладательницу бьякугана, донесшую юношу на собственных плечах, но не Собаку но. Для него это был довольно-таки неплохой шанс. Подойдя к брюнетке, он силой, надавив на ее плечи, усадил в кресло. - Так что же произошло? – красноволосый сел напротив. Взбудораженный вид девушки казался ему нехорошим знаком. *** Мы не будем выслушивать всю историю Хьюго. То, как она восхищалась цветами в оранжерее, а затем Учихе стало плохо – этого вполне достаточно, чтобы дорогим читателям вспомнить ситуацию. *** Казекаге деревни Песка мирно сидел в кресле напротив брюнетки и тепло улыбался, ведя с ней размеренную и плавную беседу. Прошло около полутора часа с тех пор, как эта хрупкая девушка принесла на своих плечах тушу юного Учихи. Собаку но налил Хинате чаю с особыми, успокаивающими травами, выросшими в его родной деревне. Хьюго неторопливо пила напиток, то смущенно улыбаясь, то кивая, а иногда даже, что-то отвечая парню. Но их беседе не было суждено долго продлиться. - Фух…я уж думал кранты, - послышался облегченный вздох Узумаки, а затем гулкий пинок и покат с лестницы, - итт-тай! Сакура-тян, ну зачем же так грубо?! – блондин сел в позу лотоса подле лестницы и обиженно сложил губы трубочкой. - А-ха-ха~ - Хьюго тихо посмеялась, прикрыв глаза и закрыв рот ладошкой, что вызвало теплые улыбки на лицах присутствующих. Розоволосый медик спустилась в общую гостиную, со вздохом рухнув на диване, - он просто перенервничал, денек отлежится и все должно пройти. Вот только…как такое произошло? - девушка сдвинула к переносице свои бровки, приложив палец к губам. - Ано…Саске-кун был со мной в оранжерее, там было очень душно… - Точно! Это могло стать последней каплей! Но…я не видела, чтобы он сильно перетруждался. Его что-нибудь волновало в последнее время? Или кто-нибудь?! – вопросы розоволосой наслаивались один на другой. Малахитовые глаза так и бегали по всем присутствующим, словно вычисляя «преступника». - Сакура, ну что за глупости? - Гаара закатил глаза, - ты же прекрасно знаешь, что скорее он нас «волнует», нежели мы его. Узумаки залился звонким хохотом, - это точно, ты ведь знаешь какой он перфекционист. Все продумает. До каждой мельчайшей детали. Любому мозги...кхм... - блондин как-то совсем по лисьи фыркнул, широко улыбаясь своим друзьям. - Ну, не могло же это просто взять и проявиться именно сейчас, - теперь уже пришла очередь Харуно надувать губки. Девушка дулась, словно перезрелая на солнышке дынька. Она скрестила свои тоненькие ручки на не существующей груди (злой автор :D). - Это моя вина, - брюнетка опустила голову, потупив взгляд. - С чего ты взяла Хина? – блондин подполз на четвереньках к креслу, на котором сидела Хьюго, и положил ладонь на ее плечо. - Мне не стоит попадаться ему на глаза после… - брюнетка осеклась. Единственное, что она зареклась никогда не вспоминать, так это ту ночь с Учихой, - после…того, как я разбила вазу его матери! – выпалила Хьюго, тысячу раз повторяя про себя слова извинения за обман. - Вазу? – Собаку но Гаара в который раз картинно изогнул бровь, чуть склонив голову на бок, пытаясь заглянуть в глаза девушки. Та лишь коротко кивнула. - Ту…это…которая такая с цветочками? – поддержал Узумаки, хлопая своими огромными, голубыми глазенками. Хината поднялась с места, поправив свою кофту, - ано...Сакура-тян, присмотри за Саске, пожалуйста! – брюнетка склонилась перед Харуно, от чего той стало неловко и она тут же вмиг поднялась. - Хи-Хина, ну что ты, не надо, конечно, я присмотрю. Я же все-таки медик, - Сакура смущенно улыбнулась, резко выпрямив Хьюго и отводя ее в сторону, - иди, отдохни, ты тоже бледная. Оставив юношей в непонятках, обе девушки удалились верх по лестнице в противоположные стороны коридора. *** *Утро* «Он бредил всю ночь. Температура спала, но его состояние может сопровождаться осложнениями. Продолжает нести бред». Харуно Сакура поставила жирную точку в своем розовом блокнотике и отложила его на край тумбы, вновь смочив небольшое полотенчико и аккуратно приложив его ко лбу Учихи. Саске был бледен, впрочем, как и всегда. Его обсохшие губы медленно то открывались, то закрывались, словно старались вновь и вновь что-то произнести, но розоволосая и так уже прекрасно знала, что так усердно, в бреду, пыталась произнести ее безответная любовь. «Хьюго», - единственное, что произносил, кого звал Учиха на протяжении всей ночи, которую провела рядом с ним Харуно. Малахитовые глаза устало бродили по лицу парня, всматриваясь в каждую черточку. Девушка ласково улыбалась, снова прикладывая прохладное полотенце ко лбу брюнета. Во взгляде не читалась обида или же скрытая ненависть, лишь нежность и какая-то, скорее, материнская любовь. Когда парень в очередной раз поднялся, Сакуры уже рядом не было. Лишь солнце вновь ослепило его ониксовые омуты, которые так не привыкли к столь яркому свету. Парень скрючился в три погибели, сжав в ладонях свои виски. Голова зверски гудела. Лоб был едва влажный от многочисленных компрессов, от чего угольно-черные прядки противно прилипали к лицу. Саске поднялся, слегка пошатнувшись, он оперся о подоконник и резко распахнул окно, сделав пару глотков свежего воздуха. Разум постепенно возвращался к нему. Всплывали редкие обрывки воспоминаний о том, как он наблюдал за Хьюго в оранжерее своей матери, о том, как боролся со своим соблазном, а далее ничего…пусто. - Мхм, - Саске облокотился спиной о ребро подоконника, достав из заднего кармана помятую пачку сигарет, он закурил. Противный дым наполнил его легкие, и Учиха с облегчением выдохнул, слегка ежась и осматриваясь по сторонам. На этот раз он точно узнал комнату. - Харуно, ты здесь? – позвал младший Учиха, но, так и не дождавшись ответа, докурил свою сигарету, выбросив бычок, по обыкновению, в окошко. Парень схватил со спинки кресла свой влажный от пота свитер и просто-напросто удалился из комнаты. *** Хьюго мирно дремала. Единственное на что у нее вчера остались силы, так это доплестись до комнаты и упасть в кресло. Иссиня – черные волосы плавно струились с задней спинки кресла, темные реснички слегка подрагивали на солнышке. Было видно, что девушка упорно боролась со своим сном. Жмурясь, крутясь, словно маленький ребенок, который никак не хочет просыпаться, Хината прятала свое личико от противных лучей солнца. - Хьюго, ты забыла для чего ты здесь?! - послышался металлический, хриплый голос. Девушка резко подскочила, свалившись с теплого, удобного кресла. Она сонно терла глаза пытаясь сосредоточиться и понять: «А не показалось ли?» Если бы. Показалось? Ага, как же. В дверях собственной персоной стоял Саске Учиха. Облокотившись в проеме, брюнет прожигал девушку змеиным взглядом. - Ано…Саске-кун? – Хьюго поднялась с пола, отряхнувшись и не смея поднять взгляда на парня, тихо спросила, - тебе уже лучше? - Что вчера произошло? – проигнорировав ее вопрос, металлическим тоном парировал Учиха. - Т-ты вдруг неожиданно упал, и я принесла тебя.. - Ты принесла? – парня больше повергло в шок, что именно эта особа дотащила его тушу до особняка. - Хай… - тихо ответила брюнетка, так и не поднимая головы. - Пф…пхахахаахаха!!! – Учиха взорвался диким, хриплым хохотом. Держась за живот, брюнет никак не мог поверить в то, что говорила обладательница бьякугана. Но выглядело это настолько заразительно, что брюнетка также засмеялась. Тихо, смущенно вторя звонкому смеху холодного принца. Младший Учиха застыл, подняв взгляд на брюнетку. Он восхищенно смотрел на нее, не мог оторвать взгляда от этой искренней улыбки, приподнявшихся к груди тоненьких ручек, струящихся по хрупким плечам темных волос. Закрыв дверь, Саске подошел к Хьюго, скользнув прохладной ладонью по ее лицу, очерчивая линию от виска, вдоль щеки прямо к губам. Брюнетка не могла и пошевелиться. Замерев на месте, она подняла свои огромные глаза, цвета только что расцветшей сирени, на Учиху. Парень медленно очертил большим пальцем контур, таких желанных и манящих губ, брюнетки. - Сас.. - Молчи, - отрезал Учиха, не отрывая взгляда от губ обладательницы бьякугана. Указательный палец брюнета скользнул по нижней губе темноволосой, чуть оттягивая ее и приоткрывая рот. Девушка почувствовала волну мурашек, следующую ровно за прикосновением брюнета, а после накатившее удушающее чувство жара, сопровождающее действия подобного рода. Коленки задрожали, ноги подкосились. Брюнетке становилось тяжело даже просто стоять. Страх неизведанного вперемешку с любопытством полностью захватил ее. Саске ловко прижал ее к себе за талию свободной рукой, скользя прохладной ладонью под тонкой тканью легкой рубашки. - Не двигайся, - прошептал брюнет, так и не отводя руки от лица Хьюго. Девушка только кивнула и, стараясь унять колотящееся сердце, частое "тук-тук" которого отдавалось уже в ушах, тяжело выдохнула. Непонятно от чего, но Учиха старался быть нежным, не столь требовательным как обычно. Он аккуратно нагнулся к губам темноволосой, горячо выдыхая на них. Хьюго прикрыла глаза, довольно-таки сильно зажмурившись. Маленькие ладошки сжались в кулачки до такой степени, что побелели костяшки пальцев. Капелька пота покатилась по ее виску, но ни страха, ни отвращения она не чувствовала. Лишь скорее томительное, непривычное ожидание. Очередная тоненькая капелька мигом скатилась по бледной коже. Девушка, отведя взгляд, с "интересом" рассматривала стену. Ухмыльнувшись, Учиха облизнулся и влажными губами коснулся губ Хьюго. Поцелуй медленно, но верно перерастал во что-то более серьезное. Хината ослабла в хватке парня, ее губы никак не могли отторгать настолько нежный, ласковый и требовательный поцелуй. Она отвечала. Со всей, неожиданно для себя, присущей прыткостью. Отстранившись, после длительного поцелуя, парень в очередной раз горячо выдохнул на губы брюнетки, ехидно усмехнувшись. Хината резко покраснела, словно перезрелый помидор. Глаза широко распахнулись, мозг наконец-то осознал все произошедшее с ней, а тело само по себе понеслось прочь от брюнета. Рухнув на кровать, темноволосая закрыла ладошками, налившиеся свинцом щеки. «Что я наделала? Что я наделала?...» - лихорадочно повторяла про себя брюнетка. Всхлипывая и обняв себя за плечи, девушка слушала, четко отдававшееся, «тук-тук» своего сердца.