Romeo and Juliet

— Сара, это глупая затея, вас поймают, — Дерек всеми силами пытался воззвать к голосу моего разума. — Мой отец — шериф. — Я знаю, кто твой отец, — огрызнулась, стараясь запихнуть в спортивную сумку как можно больше вещей, заранее понимания, что меня ждёт провал. — Мне плевать. — Сара, пожалуйста, — сводный брат перешёл на шёпот, опустив руку на моё плечо, — что ты такого в нем нашла, что готова сорваться и все бросить? Я не понимаю. — Поймёшь, когда встретишь нужного человека, — застегнув молнию на сумке, ответила я так же тихо, стряхивая ладонь Никсона, — все будет хорошо, не переживай. Я позвоню, как появится возможность. — Сара… — Нет, Дерек. Просто прикрой меня, пожалуйста. Это все, о чем я прошу, — обняв парня, я улыбнулась, чувствуя, как в груди поднимается тоска, рискующая накрыть, словно цунами, с головой. Сдерживая слезы, уверенно кивнула в ответ на немой вопрос брата и, схватив сумку, достала из-под кровати кроссовки, торопливо обуваясь. — Пока! Спасибо за все. И… береги маму. Выскользнув из комнаты, я шмыгнула носом. Это пройдёт. Нужно на время задвинуть сантименты, сосредоточившись лишь на нас с Майклом. Он ждал у соседнего дома, как и договаривались. Глаза горели в темноте ночи, отдавая в таинственный темно-зеленый, и я невольно усмехнулась, приближаясь к парню. — Что смешного, О’Нил? — Майкл нахмурился, приобнимая меня за талию. Оставив на лице любимого с десяток поцелуев, наконец ответила: — Всё время забываю, какой ты красивый. — О, я такой, да, — он улыбнулся, целуя меня в нос. — Готова, Джульетта? — Всегда готова, — словно юный скаут, я подобралась, расправляя плечи, и нервно хихикнула. — Тогда вперёд, моя Джульетта, — Тёрнер протянул руку, крепко сжав мою ладонь. — Навстречу неизвестности.

***

Мистер Никсон нашёл нас на третий день. Все это время мы провели у моей бабушки в Балтиморе, как я и обещала Майклу, но все оказалось не так просто, как виделось на первый взгляд. Ба была явно не в восторге, когда её любимая внучка появилась на пороге в обнимку с каким-то парнем, заявив, что теперь они будут жить вместе. Поэтому, понимая, что мы, скорее всего, покинули Сентфор без ведома родителей, моя драгоценная бабуля позвонила маме, выдав нас с потрохами. Та в свою очередь дала на раздумья не больше пары часов: либо мы вернёмся сами и забудем друг о друге навсегда, либо будет по-плохому. Второй вариант ни меня, ни Майкла не устраивал, поэтому, раздражённо скрипя зубами, я согласилась на условия женщины, давшей мне жизнь, отказавшись лишь расставаться с Тёрнером. Кто бы что ни говорил, я уже сказала, что не собираюсь сдаваться. Понуро опустив головы, мы вернулись в Сентфор и, словно заключённые под конвоем, разбрелись по домам под суровые взгляды родителей. Миссис Тёрнер фыркнула, отвесив Майклу оплеуху. Я дернулась было, желая защитить, но он еле заметно покачал головой, давая понять, что все будет хорошо. А будет ли? Как назло, мама попросила Джонатана снять с моего окна ручки, намертво заперев рамы, чтобы, не дай бог, Майкл не смог пробраться ко мне ночью. Он приходил, но я отрицательно мотала головой. Не сегодня, милый. Провалившись в тревожный сон, я все ещё видела, будто наяву наши счастливые три дня, проведённые в Балтиморе, и улыбалась, даже не осознавая, что плачу во сне. Утром мама, как и всегда, ворвалась в комнату, даже не удосужившись постучать. Резко вырвав меня из сновидений, которые упорно не хотелось покидать, ведь там я была действительно счастлива, она попросила перед уроками зайти в магазин. Поставщики должны были привезти новую партию дорогих удобрений, а сама мама чувствовала себя не важно, подозрительно отмалчиваясь о здоровье и истинных причинах недомогания. Перекинув через плечо сумку, я поплелась в сторону магазина, еле передвигая ногами от усталости. Небольшой фургон уже ждал у входа, поэтому, открыв двери, сразу принялась изучать накладную, пока грузчик заносил коробки внутрь помещения. Закончив с делами, я устало плюхнулась на стул, поджав колени к груди, и опустила голову, закрывая глаза. Я устала. Морально, физически. Хотелось послать все далеко и надолго и просто побыть подростком. Не участвовать в войнах женщин, борющихся за первенство в бизнесе, не терять друзей, не бояться встречаться с любимым человеком. Гулять, целоваться, есть мороженое, заниматься сексом, прогуливать уроки. Сидеть в библиотеке с Бобби, рассматривать журналы с Кэнди и смеяться с глупых шуток Дерека. Хотелось жить, а не вот это вот все. Не заметив, как задремала, я подпрыгнула, когда что-то упало в подсобке. Сердце бешено колотилось, гоняя кровь по венам со скоростью света. Схватившись за первое, что попало под руку, я подняла небольшую садовую лопатку и дрожащим голосом крикнула: — Кто здесь?! Кто-то зашуршал, видимо, пытаясь сбежать до того, как окажется застуканным. Сглотнув вязкую слюну, я положила ладонь на дверную ручку и, молясь всем известным богам, дёрнула на себя. Задняя дверь противно скрипнула, покачиваясь на петлях. Выскочив на улицу, я осмотрелась, но никого не заметила. Плотно закрыв двери, положила лопатку обратно. Нужно идти в школу, а с этим я разберусь потом и обязательно расскажу обо всем Джонатану. Майкла сегодня почему-то не было, и я уже испугалась, что парня могли запереть дома. Немного усмехнувшись такой мысли, представила как этого практически двухметрового амбала закрывают в комнате, грозясь не выпускать до конца года. Однако Дерек вовремя развеял сомнения, сказав, что мой зеленоглазый приболел, поэтому решил денёк отлежаться, о чем и поведал ему Бобби. Решив проведать Майкла после школы, я бежала вприпрыжку в сторону его дома, намереваясь попутно заглянуть в магазин, чтобы удостовериться, что там все в порядке и никакие подозрительные личности не крутятся рядом. Так как мама болела, мы с Дереком вызвались помочь и сегодня как раз была моя очередь. Все лучше, чем сидеть дома, слушая бесконечное нытье миссис Никсон о том, какие же Тёрнеры нехорошие люди. Не знаю насчёт всех, но мой личный Тёрнер просто огонь. Беззаботно напевая под нос какую-то песенку, я открыла двери, попутно включая свет. В воздухе витал странный, незнакомый запах, но, списав все на новые удобрения, решила не обращать на это внимания, занявшись пересадкой фиалок. Через полчаса мне стало совсем не по себе. Сильно кружилась голова, разнося перед глазами бледно-серые круги, и к горлу подкатила тошнота. Пошатываясь, я встала, намереваясь выйти на улицу. Но тут же рухнула на пол, теряя сознание. Слишком трудно дышать.

***

Где-то настойчиво жужжали пчелы, мешая спать. Я дёрнула головой, надеясь отпугнуть надоедливых насекомых, но они все не умолкали, лишь становясь громче. Когда звук стал совсем невыносим, резко поднялась, распахивая глаза. — Какого? — Сара, — ко мне подлетела мама, вся бледная и опухшая, как будто плакала по крайней мере неделю, — крошка, ты очнулась. Слава богу! — Мама, — непонимающе уставилась я на женщину, силясь понять, что происходит. Джонатан дремал в кресле напротив. Вид у него был такой же потрепанный, как и у супруги. Встрепенувшись, мужчина поднял покрасневшие глаза и улыбнулся. — Рад, что ты очнулась. — Что… Где я? Что происходит? — Милая, ты отравилась. Надышалась пестицидами в магазине. Мы нашли баллончик, который совершенно точно не принадлежит нам. Не знаю, кто это сделал, но я лично сверну шею этому ублю… Кхм! — она закашлялась, оборачиваясь к мужу. — Мам, утром в магазине кто-то был. Я слышала грохот, а потом кто-то выбежал через чёрный ход, — вспомнила, наблюдая, как удивлённо вытягиваются лица родителей. — Хотела сообщить об этом вечером. А он… Я… — Нет, милая, Майкл не приходил. Ты здесь уже третий день. Я думала, что уже не увижу твою улыбку, доченька, — севшим голосом сказала мама, снова принявшись рыдать. — Чёртовы гормоны. Прости. — Гормоны? Мама, ты что… — Да, — женщина кивнула, чуть заметно улыбнувшись уголком губ. — Хотела сообщить тебе позже, но, думаю, ты бы и сама догадалась. — Сара, предлагаю тебе ещё отдохнуть, — мистер Никсон встал с кресла, неловко обнимая маму за талию, — я отвезу Кэтрин домой, а после сразу в участок. Вызвоню экспертов. Никто не догадался снять отпечатки, решив, что это несчастный случай. Но теперь я практически на все сто уверен, что все подстроено. Всхлипнув, мама вырвалась из его объятий и рухнула на меня, видимо, чтобы зацеловать до смерти. Ведь под тяжестью её тела, я невольно пискнула, чувствуя, как сложно становится дышать. — Отдыхай, милая, я вернусь завтра. Майкл не приходил. Фраза крутилась в голове, как зажёванная плёнка, вновь и вновь повторяя неприятные для меня слова. Почему он не пришёл? По словам родителей, я здесь уже три дня, а он ни разу не удосужился заглянуть? Ничего не понимаю. Прикрыв веки, я надеялась провалиться в сон, все ещё ощущая тепло маминых объятий. Как давно она не обнимала меня вот так. Искренне. Похоже, чтобы все снова стало хорошо, нужно оказаться на грани смерти. Вспомнив вдруг, как Майкл называл меня Джульеттой, я хмыкнула, разрывая тревожное сновидение: — А если яд монах мне дал коварно, Чтобы убить меня, боясь бесчестья, Когда б открылось, что меня с Ромео Уж обвенчал он раньше, чем с Парисом? Боюсь, что так…*