Оборотни. Геноцид. Том 1.

      Я больно ударился об асфальт, и лёд мерзко захрустел подо мной. Дул сильный ветер, вдали замигал фонарь. Послышались шаги, не предвещающие ничего хорошего.       — Видишь фонарь, который только что мигал? — крепкая рука повернула голову в правую сторону. Щеку обжег холодный осколок льда. — Вот точно также сейчас светятся твои глаза.       — С-сукин с-сын… Да я тебя по стенке размажу!       — Угроза? Она звучала нелепо. Очень. Так говорят многие.       Я разглядел его лицо. Те же самые глаза, та же чёрная прядка… На нем была моя куртка.       В ту же самую секунду произошло нечто. Я выгнулся не по своей воле, футболка затрещала по швам… В глазах этого мальчика блеснул тревожный огонёк. На лицо одели что-то… Железное. Я глухо зарычал и упал на колени голый по пояс. Из-за туч вышла ярко-белая луна.       — Слушай сюда, оборотень ты эдакий, — его лицо оказалось около моего. — Меня зовут Эллай. Всё, что я сейчас скажу останется между нами. Понял?

***

      — Как думаешь, почему сейчас твоя футболка разошлась по швам и тебе стало неприятно? Почему ты выжил, упав с девятиэтажки? — Эллай дал мне куртку и сам остался в меховом свитере. Сел рядом со мной.       — Я… Чудовище? Паранормальное… Которому всё не помеха…       — Сделай рожу получше. Почему я был прозрачным?       Вопросы… Одни бесконечные вопросы.       — Ты призрак?       — О, боже, я думал что Ионна тебе всё рассказала. Что ж, ты не сразу все поймёшь. У нас, у волков происходит геноцид. Слышал, по новостям?       Я ответил угрюмым молчанием и обратился весь в слух.       — Мы вымираем. Две тысячи девятьсот особей осталось в Америке. Представляешь, что происходит в остальных странах? Каждый раз, когда кто-нибудь умирает, другой волк становится прозрачным. Я попал в это число. Браконьеры тому вина.       — И вы прибегаете к вынужденным мерам? Как меня, укусили. В плечо.       Лицо белобрысого исказилось в ужасной гримасе.       — Э-это ж-же н-незаконно… — Эллай начал зикаться. — П-подожди, я у-успокоюсь и п-приду.       Достав телефон и встав, он скрылся за углом. Неужели такие как он умеют бояться? Я оглушительно чихнул. Намордник. Чуть не завопив, я в мыслях обматерил этого человека всеми возможными словами.       — Придётся снимать. Где он эту дрянь закрепил?       Ветер утих. Часы показывали половину первого ночи. Где-то недалеко каркала ворона. На льду остались следы нечеловеческих когтей…