Bad timing, this time for real

— И вот мы здесь, одни. Опять. Ирония. — Здесь нет никакой иронии, просто ты решил спасти меня в итоге. — Потому что как я могу бросить тебя, Клауд? После всего, что было? — Бр-р-р. Ты говоришь это так, будто это было что-то хорошее. Но… — Но? — Это было захватывающе. — Хах. — Ха.

ЛАВИНА жили неплохо после произошедшего в здании корпорации ШинРа — Тифа могла подтвердить это новым зданием бара, радостными членами и зажившими ранами. Она тоже была вполне счастлива. Клауд поначалу тоже казался расслабившимся, будто он наконец-то распрощался с прошлым, но потом… что-то изменилось. *** — Клауд? — окликнула друга Тифа на улице. Он сосредоточенно кормил кошек и не обращал на прохожих никакого внимания. Страйф напоминал ей нахохлившегося чокобо, который обиделся на что-то. Клауд ожесточённо гладил какого-то кота, приговаривая: — Ты тоже чёрный весь такой, а голова белая. И сволочь такая же, царапаешься тоже… не пяль свои зелёные глаза, я знаю, что я облажался! «Это не имеет значения», сказал я. Что не имеет значения? Что?! Гайя, я уверен, что он подумал, что я подросток в пубертатном периоде… Он приложился лбом о ближайшую стену, застонав. Кот согласно мяукнул, а Тифа недоумённо моргнула. Тут Страйф заметил её и принял привычное «ровное» выражение лица, отпустив кота. Он выглядел так спокойно, что Тифа задумалась, не привидилась ли ей эта сцена. — Тифа, ты что-то хотела? — спросил Клауд мягко. — Нет, просто поговорить, — мотнула головой она с улыбкой. В конце концов, может, ей правда послышалось. *** Баррет считал Клауда хорошим другом. Сначала он показался Уоллесу подозрительным, в основном из-за прошлого в рядах отряда СОЛДАТ, но Страйф исправно помогал ЛАВИНЕ, устраивал диверсии и был не настолько безэмоциональным. Были пара вещей, которые его смущали — навроде внезапно объявившегося героя Вутайской войны, Сефирота, который явно был заинтересован в Клауде, и не был похож на самого себя. Но на этом список претензий заканчивался. До этого дня. — Я ненавижу Дженову, — услышал он как-то из-за бара. Слова повторились. Баррет заглянул за угол и застыл. Клауд самозабвенно избивал манекены в труху странными ударами и выглядел ужасно злым. Он отряхнулся, скинув опилки и пыль, и продолжил свою тренировку. — Я ненавижу Дженову, ненавижу Ходжо, ненавижу ШинРа, ненавижу Сефирота… — он остановился на секунду, помотал головой и пробормотал достаточно громко, — Нет, не это. Уоллес уже был достаточно удивлён, но на словах «В задницу к ифриту ёбанную вселенную!» он потерял окончательный смысл происходящего. И предпочёл просто… оставить Клауда наедине с его мыслями. Кажется, ему это было необходимо. *** Ред считал Клауда подозрительным, потому что он видел, как его глаза отблёскивали зелёным рядом с Сефиротом из всех людей, поэтому приглядывал за ним после знаменательного побега из здания ШинРа. Сначала он даже засомневался в правильности своих выводов, потому что Страйф вёл себя даже нормальнее, чем во время операции, но потом Нанаки начал замечать странности. Ред ХIII разложил их в три категории. Первая — «несостыковки в поведении». Вторая — «странная сила». И третья, его ненавистная — «ошибка 404, сервер не отвечает». В первую он заносил всё, что видел и слышал странного от Клауда, бесчетно пытаясь сложить их воедино, но ничего не получалось — кусочки паззла не состыковались. Например, случай за обедом. — Я не буду это есть, — приподнял бровь Клауд. — Клянусь, несмотря на то, как это выглядит, это карри обойдётся вам всем как минимум несварением желудка. Это был обычный заказ из их любимого ресторанчика выносной еды, которую Страйф всегда с удовольствием ел, но в этот раз почему-то заупрямился. Тифа только фыркнула и засунула ложку, полную риса, в рот. И покраснела, в панике замахав руками. Ред перевёл взгляд с убежавшей в туалет Тифы на Клауда, который — он мог поклясться — улыбался, еле приподняв кончики губ. Нанаки услышал его бурчание своим звериным слухом: — Чёрт подери, ему нужно придумать что-то получше, если он хочет отпраздновать годовщину своего возвращения. Это второй раз на моей памяти… — он спрятал чуть покрасневшее лицо за руками. Ред XIII поймал себя на мысли, что ничего не понял. Вещи из второго разряда было разглядеть легче, потому что пехотинцы ШинРа приходили к их «штаб-квартире» практически каждый день. Клауд дрался отлично, на уровне СОЛДАТОВ первого класса, как он и говорил. Но было что-то… когда Страйф забывался, его руки соскальзывали по мечу, и движения становились еле различимыми глазу. Эти моменты не длились недолго, Клауд быстро спохватывался. Скорость его движений в такие моменты — и сила, если на то пошло — ужасно походила на бывшего Генерала. Но, к сожалению для Реда, это была не худшая часть происходящего с Клаудом. — Кстати, — спросила как-то Тифа задумчиво. — А что это было за существо в колбе в здании ШинРа? У нас не было времени выяснить, но интересно, жуть… — Дженова, — фыркнул Клауд, перелистнув страницу книги. — Это инопланетное тело, которая обрела сознание, и теперь является матерью Сефирота, — и, подумав, добавил, — Технической. — Это был определённо… — Локхарт замялась. — Исчерпывающий ответ. Клауд, кажется, ещё не закончил, поэтому выглядел оскорблённым. Но продолжил: — И моя. Технически. Ред почувствовал, как цепочка событий, которую он хоть как-то смог построить, разрушилась у него на глазах. И, как бы Страйфа не допрашивали в тот вечер, он отмалчивался, прикрыв издевательскую улыбку книгой. *** Аэрит не могла понять, что происходит в Лайфстриме, прошлом и настоящем. Сначала это были маленькие звоночки, вроде незначительных дублирующихся событий, потом стали происходить отклонения от оригинального прошлого, а затем она стала видеть условное будущее! Нет, Аэрит была в полнейшей растерянности из-за этого, правда. Все её предки тоже носились в панике, не понимали, что им делать и как с этим справляться. Даже Гайя, которая должна была знать всё, в ужасе посылала на землю полчища шёпота, отлавливающие все аномалии. Почему-то они охотились и за самой Аэрит, но она действительно не знала, почему. И вот, она встретила Клауда Страйфа. Вокруг него кружились ураганы шёпота, они проходили сквозь него, пытаясь забрать душу, но почему-то просто проскальзывали сквозь него, как будто он не был материален. Это было похоже на сердце бури. Сердце Аэрит дрогнуло в узнавании. Клауд Страйф — о нём ей рассказывал Зак. Возможно ли, что он и есть причина волнений Лайфстрима? Это не имело никакого смысла, потому что человек, который смотрел на неё, не имел малейшего понятия о шёпоте. Аэрит решила, что она проигнорирует его. … В следующий раз она встретила его в своей церкви, в цветах. Клауд удивительно спокойно реагировал на всё, кроме дружеских поддразниваний, и Аэрит, против своей воли, расслабилась. Ощущение ложной безопасности рядом с ним немного развеялось, когда от него в Лайфстриме в голове пронеслись картинки печали, потери и несвершившегося. Это были картинки будущей смерти, а значит… Клауд каким-то образом видел будущее. Грейнсбороу не хотела думать, что искренний Страйф мог её обманывать. … Последние сомнения отпадают в момент, когда Клауд ворвался в лабораторию, тяжело-дышащий и немного дрожащий от напряжения. Он дал ей пять после того, как она вышла из камеры, и в его случае — это высшая степень доверия. Даже если Клауд виновен во вмешательстве, это не меняет факта, что он друг. … Сефирот пугал до мурашек. Но Аэрит испугалась не тысячи шёпота, потому что привыкла к ним за время, проведённое с Клаудом, а взгляда, который разделили Вутайский демон и Страйф. Клауд, кажется, забыл, как дышать на минуту, а потом его глаза загорелись неестественным мако-синим от оглушительной ярости. Он не слышал ни Тифу, ни Баррета, ни её саму, прыгнув через пропасть к Сефироту. В причастности ко временным парадоксам Сефирота Аэрит не сомневалась ни секунды. В один момент Клауд и Сефирот встали рядом, замерев в безоружных позах, и Грейнсбороу поразилась тому, как правильно они смотрелись на одной стороне. После этого она задумалась, мог ли Сефирот когда-либо оказаться на стороне ЛАВИНЫ. И это было не так уж невозможно, что удивительно. … Она должна была умереть. Осознание этого пришло к Аэрит на третий день после последней битвы, потому что события башни окончательно отложились, как «прошлое». Каким-то образом действия и Клауда, и Сефирота спасли её от неминуемого. Сефирот сам остановил метеорит — зачем? Клауд был на уровне будущего-прошлого себя — почему? Она сидела, обхватив голову руками, стараясь успокоить мысли. Сбоку подошёл Страйф и успокаивающе положил руку на плечо. — Ты жива, и это главное, — сказал он, и Аэрит поняла.

——————————

Дневник Клауда Страйфа 1 стр.

Я проснулся в прошлом неделю назад и это неправильное прошлое! Я не могу сказать, что оно мне не нравится, потому что Аэрит жива, битва в здании ШинРа прошла без серьёзных потерь, а во время обрушения большинство жителей даже успели эвакуироваться. Но я почти уверен, что это всё из-за Сефирота, потому что из воспоминаний меня-до-вселения я понял, что он что-то знал. Потому что… он остановил МЕТЕОРИТ! Ради которого в прошлый раз он убил Аэрит! В любом случае… он действительно помог. ЛАВИНА не поймёт этой «помощи», но для человека — меня — который провёл в схватках с ним большую часть своей жизни, прогресс очевиден. А теперь… думаю, мне стоит рассказать, как я оказался в прошлом, и почему я не удивлён, что Сефирот тоже тут. Чёрт, я поблагодарил Сефирота. Если он когда-нибудь вновь залезет в мои мозги, то я убью его в четвёртый (пятый?) раз!

2 стр.

После последней битвы с Сефиротом, он исчез надолго, по сравнению с предыдущими разами. На целых десять лет! Никогда бы не подумал, что спустя шесть лет заскучаю по нему, но факт. Не по Дженове и битве с тем пернатым чудищем. Но по Сефироту — по постоянному присутствию, слушателю, по подначкам и секретам, которые он хранил от меня… я скучал по нашим битвам. Поэтому его возвращение в мой тридцать седьмой день рождения я воспринял нейтрально. В отличие от Тифы и всех остальных, которые сразу стали строить теории, ради чего он вернулся. Я спросил его прямо. «Потому что я никогда не буду только воспоминанием». Честно, я помнил эти слова на протяжении всех тех лет, и ответ не очень удивил. Спустя ещё три года мирной жизни начались странности. Звёзды падали сотнями за ночь, Сефирот признался, что его гены откликались на что-то, и мы все понимали – «что-то грядёт».

3 стр.

Этим «что-то» был второе рождение вселенной. Никто не выжил в нём, кроме нас с Сефиротом. И то, я бы не смог, если бы Сефирот не прикрыл меня своим крылом. Мы жили на остатках Гайи пару месяцев, пока я не стал чувствовать, что умираю. Всё-таки я не божество, как Сефирот, поэтому мой срок был определён. Но с нами связалась умирающая Вселенная, умоляя спасти её. Мы согласились — а что ещё? Я бы умер через несколько недель, а Сефероту вечность существовать на останках планет? Следующее, что я помню — я очнулся здесь, в абсолютно другой реальности. И разобрался со всем, что ты, ублюдок, натворил своими вмешательствами!