Тепло их сердец

Миста всегда восхищался ей. Восхищался с самого первого дня, ибо уже тогда она покорила его сердце всем своим великолепием. Глядя в ее глаза, такие яркие и живые, излучающие любовь ко всему сущему, юноша с первых минут проникся к ней доверием и уважением. Несмотря на неприязнь со стороны Аббаккио, Джорно не теряла уверенности, а напротив, то лишь делало ее сильнее. Ее непоколебимая решимость в бою вдохновляла, однако в особо опасных ситуациях Миста едва сдерживал порывы упрятать девушку, скрыть и защитить от всего мира. Он и подумать не мог, что ему удастся завладеть ее вниманием и сблизиться с ней. Честно говоря, ему казалось, что стоит лишь попробовать заговорить с Джорно, как та состроит брезгливое выражение лица и попросит держаться от нее подальше. Каково же было его удивление, когда она не только не отвергла его, но и оценила его интерес в свою сторону. Миста был сам не свой, поскольку в прошлом он легко и непринужденно общался с девушками, а в этом случае, едва завидев объект своей симпатии, тот успевал накрутить самого себя до дрожи в коленях. Неужели он влюбился? Ему было сложно в это поверить. Проводя время с членами банды, Миста заметил кое-что странное. Не просто странное, а нечто незнакомое, жгучее, неприятное и не по-хорошему клокочущее в грудной клетке, что зарождалось, когда Джорно дарила кому-нибудь из банды свой нежный взгляд, от которого так и замирало сердце. Тогда парню почудилось, что ответь ей кто-то такими же красивыми глазками на ее доброжелательность, он на нем бы и живого места не оставил. В тот момент он посчитал, что пора бы что-то с этим делать, пока златовласая красавица не увильнула прямо у него из-под носа к кому-нибудь другому. Зная, что девушка каждый день вспоминала и думала о нем, он все равно допускал подобные мысли. В тот день, когда Миста в конце концов решился на первый шаг, он чуть ли не закатил скандал в цветочной лавке из-за того, что его завалявшихся в кармане купюр хватало ровно на четыре розы. Пришлось ограничиться тремя. Он был немного разочарован, но, собравшись с силами, тот смело отправился навстречу своей судьбе. — Поверить не могу, что ты все же собрался это сделать. Знаешь, я даже рада этому. Когда ты все время ходил вокруг до около, мне хотелось схватить вас за шкирку и закрыть в одной комнате, чтоб вы наконец разъяснили отношения, — голос Триш окликнул его со спины, — Ну и ну. Шапку бы хоть снял, романтик хренов, — та окинула его взглядом с ног до головы, — Ну что же, удачи тебе, не стану больше задерживать, — она помахала парню рукой и отправилась в сторону о чем-то беседующих Наранчи и Буччеллати. Миста так и не вымолвил ни слова. Он нервно сглотнул, сжимая букет и дрожащей рукой стягивая головной убор со взъерошенных волос. Ну и дурак же он. Даже не причесался. Парень оглядел свое отражение в оконном стекле и небрежно попытался придать спутанным волосам более менее приличный вид. В его голове навязчиво всплывали мысли о том, что сперва нужно было пригласить Джорно в какое-нибудь миловидное местечко и уже там излить чувства, а не среди повседневной обстановки появляться с помятыми цветами как гром среди ясного неба. Миста ощущал себя не в своей тарелке, вспоминая как умело он флиртовал с противоположным полом совсем недавно, но что-то ему подсказывало, что его коронные пикапы в случае с Джорно стоит отложить на дальнюю полку. Смирившись со сложившимся положением, юноша осознал, что отступать уже поздно, и, если он сдастся сейчас, то вряд ли отважится предпринять вторую попытку. Искать долго девушку не пришлось. Она, как ни в чем не бывало, занималась своими делами, находясь поодаль от остальных. С чего бы ей волноваться? В отличие от него самого, растерянно держащего несчастный букет, оберточная бумага которого уже изрядно намокла из-за крепко стискивающей ее вспотевшей ладони, Джорно было не о чем беспокоиться. Парень дождался, когда та повернется к нему спиной, для того, чтобы в момент его «эффектного выхода» он остался вне ее поля зрения. — Привет, Джорно, — он старался произнести приветствие как можно увереннее. — И долго ты еще собирался там стоять? — та слегка усмехнулась, наблюдая за стремительно нарастающим замешательством на лице Гвидо. — Какая разница? — Хм... Ну, наверное, разница в том, что сегодня какой-то особенный день, раз ты сегодня аж шапку снял. — А, это, — тот почувствовал, как на его щеках постепенно проступал предательский румянец, — Тут такое дело, — Миста задумчиво почесал затылок, прежде чем вспомнил про цветы, которые всем своим видом показывали, что им осталось недолго, — Это тебе, — он наконец вручил розы, продолжая все так же смущенно улыбаться. Несмотря на скованность в движениях юноши, Джорно приняла подарок, не отрывая ласкового взгляда от бегающих глаз Мисты. — Спасибо, — та прижимала к себе помятый букет с такой теплотой, словно ничего более от сего мира ей не было нужно. Казалось, что все уже было ясно без слов, однако парень все еще избегал зрительного контакта до тех пор, пока она не сократила расстояние между ними до пары десятков сантиметров. — Джорно... — Сначала приходишь в таком «праздничном» виде, а потом ничего не объясняешь и будто хочешь быстрее уйти от меня. Обидно как-то, — она наигранно вздохнула, замечая, что его явно затронуло сказанное. — Нет, нет, я вовсе не хотел ничего такого! — тот попытался спасти ситуацию, вспоминая слова, что весь день вертелись у него на языке, — Я просто очень давно хочу сказать тебе, что я... — пальцы девушки едва коснулись холодной ладони Гвидо. Между ними возникла короткая пауза, а затем Миста продолжил: — Можно мне поцеловать тебя? — сердце юноши забилось с бешеной скоростью, когда ему удалось понять, что же он ляпнул, — Постой, я имел в виду не это, — его лицо вновь обрело неловкое выражение, что уже начинало надоедать Джорно. — Можно. Одним лишь словом она воссоздала молчание, прежде чем Миста бы начал пытаться вымолвить что-то связное, тревожно оглядываясь куда угодно, только не в глаза девушки. Она отложила цветы куда-то в сторону, а после вновь оказалась совсем близко с парнем. «Не упускай своего шанса, Миста!» — в его голове возникла фраза, которую его Sex Pistols твердили весь вчерашний вечер до такой степени, что, вспоминая ее, она буквально отдавалась у него в ушах. Тот отбросил неуверенность, чуя накаляющуюся обстановку. Он не собирался сдаваться. — Мне казалось, что тебе нравится Буччеллати, — по правде говоря, Миста вообще не предполагал такой вариант. Он сказал это лишь затем, чтобы услышать заветные слова от своей возлюбленной. — Я люблю только тебя одного, — ее дыхание стало сбивчивым, а в глазах замерцали искорки игривости. Он взял ее ладони в свои, а та не пыталась отнять. Минуту или две тот лишь мягко поглаживал ее пальцы, а Джорно, которой на протяжении всей жизни не хватало любви и ласки, чувствовала себя невообразимо защищенной и нужной, ощущая заботливые прикосновения сильных рук. Не в силах более медлить, Миста сперва поцеловал ее в щеку, а затем в губы, наслаждаясь этим тягучим нежным мгновением, но тот не стал предаваться страсти, посчитав, что их первый поцелуй должен быть легким и чистым. Отстранившись, юноша не успел вновь взглянуть во влюбленные глаза девушки, ибо та почувствовала, что настала ее очередь проявлять инициативу. Миста довольно жмурился, старательно подставляя губы под торопливые поцелуи Джорно. В ее прикосновениях чувствовалась невинность и неопытность, отчего парню становилось все более торжествующе на душе. Она гладила его темные волосы, заботливо пропуская мягкие пряди меж пальцев и испытывала нечто незнакомое, касаясь ранее до этого невиданной шевелюры. А у Мисты на уме вертелась лишь одна мысль: отчего же он, придурок, не признался ей раньше?