Не страдай, Кроули

***

      После того, как родители Кроули вернулись домой, она сказала им, что завтра будет гость.       — Вельз на ужин зайдет, ладно? Завтра.       — Вельзевул? Та твоя подруга с черными волосами? — спросила Анафема.       — Да, она.       — В таком случае, нужно взять вина.       — Зачем это?       — Ну, встреча семьи с девушкой дочери. Нужно как-то отпраздновать.       — Мам, давай ты перестанешь следить за мной? И мы не встречаемся.       — Встречаетесь, я знаю. И я не слежу, я карты читаю.       — О Сатана, за что?       — Он тут вообще ни при чем, между прочим, — ответила мать девушки.

***

      Воскресные дни обычно проходили довольно одинаково. Куча домашнего задания не доставляла радости от слова совсем. Кроули каждый выходной день проводила максимально скучно, по меркам ее родителей, а ее все вполне устраивало, ведь целый день смотреть какой-то сериал из девяностых было просто ужасно спокойно, и к тому же не нужно было напрягать мозг какими-то вещами. Этого девушка и хотела. Но сегодня к ним на ужин придет Вельзевул. Родители все же взяли вина, как бы Кроули не пыталась их переубедить. Но девушки и правда были вместе, чего уж отнекиваться? Смирившись с тем, что сегодня вечером, с вероятностью тысяча процентов, Анафема предложит Вельзевул посмотреть, чего же ей там карты говорят, а та не сможет отказать, девушка стала прибирать беспорядок в своей комнате. Кровать сегодня пострадала еще больше из-за полуночных размышлений хозяйки о разных вещах, в том числе и о том легком поцелуе в щеку. Да, тут было о чем подумать.       Отмахнувшись от повторяющихся фраз в голове, девушка выбросила весь мусор и привела комнату в надлежащий вид. Чем же можно будет занять Вельз, когда уже нужно будет показать ей свою комнату? На компьютере не было чего-то интересного, а настольные игры забрала мать и отдала их каким-то местным детям. Девочка из той компании как-то презрительно тогда посмотрела на женщину, но игру забрала. Под потолком у Кроули висела миниатюрная модель Солнечной системы, а на полках стояли объемные книги о космосе. «Покажу ей энциклопедии, может, выйдет не слишком глупо» — подумала девушка, предполагая, что, наверняка, мало кто в ее возрасте читает энциклопедии и подвешивает пластиковые планеты над кроватью. Ей с самого детства нравились планеты и звездные системы. Как-то она с родителями ехала в другой город и поездка выпала на ночь. Маленькая Кроули отчего-то не могла уснуть, а ночь была теплой и Ньютон решил, что, возможно, небольшая прогулка поможет малышке уснуть. Как только Кроули подняла глаза на ночное небо, которое было абсолютно чистым, надежды родителей на ее сон пропали окончательно. Звезды, что сияли в эту ночь очень ярко, отражались в ее маленьких золотисто-карих глазах. За линией города, особенно, если отъехать подальше, можно было увидеть млечный путь, найти много созвездий, которые восхищенная в ту ночь Кроули знает наизусть до сих пор. Изучая созвездия южного полушария, она мечтала побывать за экватором, чтобы хорошенько их самой рассмотреть, запечатлеть эти совершенно прекрасные творения своими глазами.       Время на часах уже близилось к семи часам, что означало, что кролик уже совсем скоро будет готов, а Вельз придет знакомиться с Пульциферами старшими. Кроули решила пойти посмотреть, нужно ли помочь родителям с приготовлением ужина, или, может, нужно расставить посуду.       — Нужна помощь? — спросила девушка, заходя на кухню.       — Можешь помочь отцу, — ответила Анафема, нарезая овощи для салата.       — Окей, — Кроули пошла искать, где же был Ньютон. — Пап?       — Я в кладовой, — услышала девушка, звук был приглушенным.       — И что там?       — Черная посуда, — сказал отец, пытаясь не чихать от большого количества пыли на вещах в кладовой комнате. — Мама решила, что она лежит просто так и нужно начинать ее использовать хоть когда-нибудь. Вот и начинаем.       — Давай сюда, — сказала девушка и взяла стопку плоских тарелок, верхняя из которых была почти белой. Да, нужно будет помыть их хорошо.       — Здесь еще стаканы есть, их тоже доставать, да? — спросил он, надеясь, что можно оставить их на своем месте.       — Думаю, да, — ответила Кроули. — Пап, не делай такое жалобное лицо, ты же не будешь их мыть.       — И отлично, что не буду, а то моя аллергия не даст мне нормально поужинать сегодня.       Кроули приняла еще стаканы и бокалы для вина, кое-как сгребла это все в охапку, чтобы ничего не упало и не разбилось, и понесла мыть. Четыре тарелки, четыре стакана, четыре бокала, еще чего-то по четыре штуки и можно ставить все это на стол. В чистом виде посуда и приборы в цвет ей выглядели очень минималистично и стильно, как считала сама Кроули. Анафема в это время уже поставила чашу с салатом и остальную еду на стол, кроме еще допекающегося кролика.       Пытаясь не слишком волноваться перед приходом Вельзевул, Кроули пошла снова проверить, все ли она убрала в комнате. Все лежало на своих местах, кровать была аккуратно заправлена, кучи кружек не было. Все было нормально, но девушка все равно переживала, что Вельз может что-нибудь не понравиться, или Кроули станет неловко из-за чего-то. Пытаясь вытереть чистый стол, девушка услышала звонок в дверь и вышла из комнаты, чтобы открыть, вероятно, Вельз.       — Привет, Вельзевул, — услышала Кроули — дверь открыла Анафема. — Проходи.       — Здравствуй, — вышел Ньютон с красным носом — все-таки пыль его одолела.       Кроули успела вовремя подойти, быстро поздороваться и увести свою девушку мыть руки, потому что Вельз замешкалась отчего-то.       — Надо помыть руки, сейчас вернемся, — сказала она родителям. Зайдя в ванную Кроули поняла, что ее так нервировало — это была прядь волос, торчащая ровно вверх. Пока она пыталась устранить этот маленький беспредел, Вельзевул смотрела на нее с удивленным видом.       — Что? — сказала Кроули, заметив это.       — У тебя очень молодые родители, — ответила та. — Я думала им около сорока.       — Через четыре года будет, они одного года рождения.       — А выглядят на тридцать максимум, — продолжила Вельзевул.       — Хочешь выглядеть в их возрасте так же — не становись окончательно взрослой, — сказала Кроули. — Давай, мой руки и пойдем.       — Ну, окей.       Анафема и Ньютон в это время уже сели за стол и ждали «парочку».       — Ты уверена, что они вместе? — спросил Ньют жену.       — Без сомнений, — ответила та, пока девушки еще не пришли. — Кроули редко зовет кого-то на ужин. Если точнее — никогда.       — Точно, да, — согласился с ней муж.       Кролик в это время уже стоял на столе и пахло просто великолепно. Кроули и Вельзевул, наконец, пришли в гостиную и сели за стол. Первой Заговорил Ньютон, что весьма удивило его жену и дочь.       — Давай я положу тебе кролика? — спросил он.       — Д-да, конечно, — Вельзевул протянула ему свою тарелку, случайно задев бокал с вином, чуть не опрокинув его. — Ой, извините.       — Ничего страшного не случилось, все нормально — ответила Анафема.       — Какой салат хочешь? — спросила Кроули. — Оливковый или с яблоками?       — Да даже не знаю, пусть будет яблочный, — ответила девушка, снова растерявшись.       Ньютон в это время уже поставил ее тарелку на место и стал помогать жене. Анафема принесла штопор, чтобы открыть бутылку вина.       — Спасибо, — поблагодарила брюнетка. Кроули положила ей немного салата.       — Пьешь вино, Вельзевул? — вдруг спросила Анафема и девушке стало совсем не по себе. — Не бойся, я не ругаюсь. Все равно ведь налью.       Когда все тарелки были заполнены едой, а вино было в бокалах, Вельз решила поинтересоваться у Анафемы о ее хобби.       — Я слышала, вы на картах Таро гадаете.       — Да, весьма точно получается, как я считаю, — сказала она и посмотрела на дочь, которая сидела, закатив глаза. — Вот видишь, Кроули, ей интересны Таро.       — Просто я как-то видела в магазине упаковку и стало интересно, как с ними нужно управляться, — сказала она.       — Я с радостью тебя научу, если ты хочешь, — Анафеме точно понравилась гостья.       — Ого, круто, — она, наконец, улыбнулась, а Кроули от этой улыбки стало полегче.       Они еще немного поговорили о гадании и еще немного о том, какой вкусный получился этот «бедный, несчастный кролик», как сказала бы соседка.       — Спасибо, было очень вкусно, — сказала гостья, когда все выходили из-за стола, чтобы прибраться и помыть посуду.       — Можешь приходить, когда захочешь, дорогая, — сказала Анафема и Ньютон весьма активно ее поддержал. — Нам бывает немного скучно ужинать только втроем.       Вельзевул, кажется, никогда не слышала, чтобы ее так называли. Ужин прошел прекрасно, Кроули была очень рада, что все складывается вот так.       — Мы сами помоем посуду, — сказал Ньютон, когда Кроули стала собирать тарелки.       — Ну, как хотите, — ответила она и потащила девушку в свои владения.       — Я облажалась, да? — вдруг спросила Вельз, когда они уже были в комнате. — Как обычно.       — Ты сейчас что сказала? — возмутилась Кроули, искренне не понимая, о чем идет речь. — Да это был лучший ужин в моей жизни!       Гостья стояла посреди комнаты, смотря в пол. Кажется она сейчас была полна ненависти к себе и своему существованию. Такое не должно происходить.       — Эй? Что случилось? — Кроули подошла к ней и тронула за плечо. — Ты не испортила ничего.       Никто никогда не видел, как плакала Вельзевул. Да никто, наверное, и не думал о том, что эта девушка тоже умеет плакать. Но сейчас слезы не катились по ее лицу, они просто падали каплями на пол, потому что девушка, пытаясь спрятаться, сжалась и наклонила голову. Кроули будто почувствовала все эмоции Вельз физически и обняла ее. Обхватила руками и прижала к себе. Ей очень хотелось, чтобы девушка всегда была в безопасности.       — Слышишь меня? — Вельзевул мелко дрожала и временами были слышны ее всхлипы. — Все хорошо, я не уйду.       Вельз молчала, только обняла, как смогла, в ответ и закрыв глаза, уткнулась в грудь Кроули лицом. Ей всегда хотелось вырвать себе сердце, лишь бы не чувствовать эту затягивающую боль, но сейчас с ней был рядом кто-то, кто не будет смеяться или усиливать эту боль. Да, Кроули никогда особо не отличалась способностью к поддержке, но уровень ее эмпатии сейчас будто бы бил через край. Она еще сильнее прижала Вельз к себе и решила, что не хочет, чтобы брюнетке было так больно еще хоть когда-то. Она плакала минут двадцать, а Кроули все это время была с ней, без намека на то, что она может отпустить ее. Вельзевул поверила ей. Не до конца понимая, что она доверяет себя целиком, и как это вообще произошло она тоже не особо успела уловить. Девушка просто почувствовала, что можно не бояться в этот раз.       — Хочешь остаться? Уже поздно, — предложила Кроули. — Если хочешь, конечно. Девушка просто кивнула в ответ, не прекращая обнимать.       — Пойдем, умоемся? — хозяйка комнаты и не знала, что может разговаривать так мягко.       Они пошли в ванную, по пути их увидела Анафема, но не сказала ничего. Вода не сильно помогла смыть растекшуюся тушь, но стало чуть легче. Увидев черные последствия макияжа, Кроули помогла смыть его мицеллярной водой, аккуратно протирая глаза Вельз ватным диском.       Пока она смачивала очередной диск средством, брюнетка стояла с закрытыми глазами и ждала. Она в этот момент выглядела так, будто рассказала абсолютно все о себе и ей уже нечего скрывать. Кроули не удержалась и снова обняла ее, поцеловав в лоб.       — Хочешь есть?       — Мы же только что ели, — сказала Вельзевул.       — Ну и что? В холодильнике, кажется, было что-то сладкое и с кремом.       — Ну, если ты хочешь.       — Тогда, я пошла, скоро вернусь.       Вельзевул решила пойти в комнату Кроули и посидеть где-нибудь на кровати. Зайдя в комнату, она только сейчас увидела большую модель Солнечной системы под самым потолком. Каждая планета была очень хорошо прорисована и подписана красивым шрифтом и чернилами. На потолке была россыпь из пластиковых светящихся в темноте звезд, и, кажется, были составлены созвездия. Девушка узнала только Большую Медведицу, потому что из астрономии она знала только названия планет и это самое созвездие.       — Ни разу не видела ее с книгами, а тут целая полка заставлена. И такие большие, — размышляла про себя девушка.       Ей уже стало получше, чему поспособствовала рыжеволосая хозяйка комнаты. Кроули же в этот момент вытаскивала половину торта из холодильника и ждала, пока заварится чай.       — Что случилось? — девушка подскочила, испугавшись внезапного появления матери.       — Мама! Ты что так пугаешь?       — Не кричи. Так что?       — Да так, разберемся, — сказала она, понимая, что Вельз вряд ли хотела бы, чтобы кто-то еще знал о ее проблемах.       — Надеюсь, — сказала она с сочувствием в голосе. — Я все еще хочу научить ее гадать.       — Научишь, — заверила девушка и поставила чай и торт на поднос и направилась в свою комнату.