Мехмед для феминистки

Перед глазами Алисы стояла девушка в платье с желтыми полосками, а идеально чистые каштановые волосы были немного заколоты назад. — Что смотришь? — спросила девушка, резко оказавшаяся прямо возле лица Алисы. — Прямо голову держим. Алиса немного замешкалась, но подняла голову, чтобы лучше смотреть на девушку. Это была Нигяр Калфа. Она быстро отошла в сторону, как только к длинной линии девушек подошла Дайе Хатун. Женщина, опираясь на тросточку, быстро подходила к каждой из девушек, поднимала ее лицо за подбородок, говорила открыть рот и кого-то отправляла в сторону, а кого-то оставляла на месте. — Шайтан тебя раздери! — резко послышался мужской голос. В залу ворвался невысокий, слегка манерный и смешной мужчина. Он просеменил к Дайе Хатун и начал оправдывать свое опоздание, но Дайе лишь пренебрежительно махнула тростью и продолжила осмотр девушек. — А ну-ка, там, тихо, — мужчина погрозил пальцем на девушек на балконе. — Не мешайте, красавицы! Девушки еще громче засмеялись и, мило заулыбавшись, куда-то убежали. — Сюмбюль, распорядись, чтобы вот этих уже отправили на осмотр. Те, кого оставила, посмотрим завтра, сейчас всех досмотрю и еще отдам парочку, наверное, — медленно проговорила Дайе Хатун, все ближе подходя к Алисе. Их разделяло две девушки и вот, женщина подошла к блондинке около Алисы. Девчонка сразу заулыбалась, открыла ротик, начала показывать зубы и всем своим видом говорить, что готова она, собственно, на все. Алиса, смотря на это, только закатила глаза и покачала головой. Дайе внимательно смотрелась в блондинку и подтолкнула ее в сторону Сюмбюля, уже окружившего вновь прибывших наложниц своим забавным поведением. Очередь дошла до Алисы. — На меня смотри, — сказала Дайе, Алиса подняла голову и посмотрела прямо в глаза женщине, та на секунду замерла, но, взяв ее за подбородок, проделала все то же самое, что и с другими девушками. Кивнув, Дайе Хатун отправила Алису в сторону отобранных девушек и продолжила осмотр. Алиса медленно подошла к Сюмбюлю, что-то воодушевленно рассказывающему Нигяр, но стоя так близко к девушкам, что те тоже, как и Калфа, еле сдерживали все. Появление Алисы вызвало негодование у всех, но никто, кроме блондинки, которая была готова покончить девушку, не высказал свое недовольство. — Так и просидишь в Джарийе, а я госпожой буду, — сказала она. На эти слова сразу же отреагировали тихим смехом только что замолчавшие Сюмбюль с Нигяр. — А что смешного? — возмутилась блондинка, но ее уже никто не слушал. Сюмбюль отправил девушек за дверь, где их ждали несколько служанки и лекарька. Отобранных девушек вели в ванную комнату, где они должны были принять душ и пройти гениколога из самой дешевой больницы Сараево. Как только Алиса зашла в комнату, отделанную нежно-голубой плиткой и поняла, что сейчас ей придется раздеться при всех, стало страшно. Мало того, что незнакомые ей люди будут созерцать Алису в полотенце и совсем голой, так еще и обходятся с новыми наложницами, как с мусором. Последнее просто выводило Алису из себя, она даже не знала, как ей реагировать на все происходящее. Пройдя в комнату, девушки, сопровождавшие лекаря, указали на душ. Все, кто только что вошел с Алисой, быстро пошли мыться, но девушка не торопилась. — А что вы будете с нами делать? — спросила она, немного проходя вперед, тем самым приближаясь к лекарке. — Мы проверим Вашу невинность и возможность деторождения, — ответила немного смущенная девушка, открывая что-то наподобие сумки и доставая из нее предметы для осмотра. — Но я ведь не давала своего согласия. И девочки тоже не соглашались, — неуверенно произнесла Алиса, оглядываясь уже на принимающих душ наложниц. — Мойся и становись в очередь, не задавая вопросов, — резко сказала Нигяр Калфа, внезапно появившаяся за спиной Алисы. — Но, — девушка хотела возразить, но не смогла. Странная обстановка на удивление давила на её состояние и Алиса не могла доказывать свою правоту, хотя в «прошлой» жизни делала это на раз два, не обращая внимания на обстоятельства. Подойдя к одному из свободных душевых полу кабинок, Алиса начала снимать платье, предварительно кое-как закрепив растрепавшиеся волосы. Рядом стояла измученная черноволосая красавица. Она явно не оправилась после дороги и ей нужен был отдых, но в этом дворце Алиса не заметила какого-то сострадания к вновь прибывшему товару. Душ принимали такие же замучанные, как и эта брюнетка, девушки. Разного возраста, разной внешности, разных целей в жизни. Никто не был счастлив и каждая понимала, что её ждет в гареме — бедность и унижения. Лишь блондинка, ранее заявившая, что станет госпожой, ходила обнаженной, едва прикрыв себя полотенцем, между девушек и оставляла колкие комментарии по поводу их фигур и внешности. Не оставила она без внимания и Алису. — Эй ты, — крикнула блондинка. — Что, отрастила бока и теперь боишься, что не понравишься султану? А может, у тебя уже кто-то был? Тебя точно на рынке продадут. Кому такая страшная и, наверное, тупая нужна. Алиса не знала, что ответить, но через секунду улыбнулась и сказала: — Не вымещай свое волнение и злость на всех окружающих. Тебе бы тоже было неприятно, как и нам, соседствовать с такой токсичной девушкой, как ты, правда? И Алиса начала поливать себя водой, отвернувшись от блондинки. Она не видела, как та пришла в состояние шока и открыла рот, но знала, что именно такой эффект и дали не слова. Приняв душ, все девушки обматались полотенцами и по приказу Нигяр Калфы встали в один ряд, неуверенно глядя друг на друга. Лекарька подзывала каждую к себе и проверяла их невинность, совершенно не аккуратно обращаясь и так с испуганными девушками. — Эй, можете поаккуратнее, — немного повысила голос Алиса, как только очередная девушка вскрикнула от прикосновения проводившей осмотр. — Так даже с животными обращаться нельзя. — Самая умная нашлась? — захотела воскликнуть блондинка, садясь перед лекаркой. Но как только та докоснулась до нее, блондинка вскрикнула и сказала быть с ней нежнее. Алиса закатила глаза и поняла, что умом та не блещет. Пришла ее очередь. Девушка подошла к докторке и, сев перед ней, посмотрела прямо ей в глаза. Ей показалось, что девушка поняла, какая просьба была в глазах Алисы (она продолжала настаивать на аккуратном осмотре), но ошиблась. С ней обошлись так же неприятно и неаккуратно, как и со всеми девушками до и после Алисы. После окончания осмотра из 20 отобранных девушек, осталось всего девять, включая Алису и блондинку, радостно говорившую всем будущие имена шехзаде, которых она родит султану. — Поумерь пыл, — уже не выдержала одна из девушек, когда все они сидели в какой-то темной комнате на полу на подушках и обрывках одеял. Новым наложницам должны были принести платья и отправить их ко всем остальным. Алиса не слушала, как ругались ее новые знакомые. Сидя на одном из одеял, она смотрела в маленькое окошко, почти ни о чем не думая. Алиса не размышляла о своем будущем в гареме, не думала, повысят ли ее по статусу, будет ли она подвержена, как и многие, жестокости со стороны мужчин. Девушка вспоминала о своей подруге Нике и не понимала, как могло произойти такое, что их разорвали. Девочки дружили с начальной школы и были не разлей вода, везде гуляли вместе и делились всеми переживаниями и радостями. А сейчас Алиса осталась одна, один на один со своими проблемами. — Девушки-красавицы, — воскликнул Сюмбюль-ага, без стука ворвавшийся в дверь и манерно сжимавший кулачок около двери. — Подходим, не стесняемся, ровно девять платьев для девяти потрясающих дам. Все девушки засмеялась, подбежала к слугам, дершавшим платья и начали выбирать, что же они наденут. Алиса тоже встала и подошла поближе к толпе.