Выше облаков мы начнём с тобой сначала

Умеют ли демоны любить? Умеют ли эти создания тьмы заводить себе партнёров и ухаживать за ними? На эти вопросы сложно ответить, особенно, когда дело касается таких демонов, со своими тараканами в голове, как Клод Фаустус и Ханна Анафелоуз. Он — не имеющий эмоций и чувств, способный продумать план на тысячу ходов вперёд и не знающий преград и проигрышей демон. Она — хитрая, умная, местами жестокая, изящная, полюбившая человека демонесса. Такие разные на первый взгляд, но так похожи если разобраться в них. У обоих есть маска, которую они снимают в нужный для них момент. Не дай Бог увидеть этих тварей без своих масок! Что ж, а теперь поговорим о любви... ~~~ — Ты подалась в суккубы? — Клод с ухмылкой (дадада, именно с ухмылкой!) наблюдал за демонессой, что забиралась на его кровать в шёлковом сиреневом пеньюаре. Она, подобно дикой кошке, кралась к своему нынешнему возлюбленному, лежащего в полу расстёгнутой рубашке на постели. Сейчас она очень походила на демона любви, что с помощью волшебного обаяния заманивали к себе мужчин. — Иногда стоит примерить на себя новые роли, — Ханна с нежной улыбкой потянулась к его лицу и сняла очки, сложив с осторожностью положив на прикроватный комод. Она тянулась через мужчину, изящно прогнувшись в спинке, — не так ли, Клодик? Доля секунды и женщина оказалась поваленной на спину. Клод оглядел демонессу сверху, проводя правой рукой по её талии. Подняв взгляд на её личико, он наклонился. Между их лицами не было и двух сантиметров. — Я же просил не называть меня так, Ханна... — Мужской шёпот, а после него и поцелуй в губы, заставил женщину чуть вздрогнуть. Это был их не первый поцелуй, но их был так мало, что вполне стоило радоваться каждому. Она запустила свою ладонь в его тёмные, шелковистые волосы, чуть сжав их пальчиками. У них не было долгих прелюдий в виде оральных ласк и прочего. Обычно Клод, во время их поцелуя силой раздвигал ноги женщины, и удобно устраивался между ними. Оторвавшись от поцелуя, он разобрался с ремнём и ширинкой. А вот с рубашкой возиться нравилось Ханне. Длинными и тоненькими пальчиками, она неторопливо расстегнула оставшиеся пуговицы, но не снимая элемент одежды, стала проводить кончиками пальцев от его ключицы до торса. Клод лишь самодовольно смотрел на эту картину. Рассматривая женщину, он заинтересовался красивыми, тоненькими лямочками, что были украшены кружевом. Прервав демонессу, он наклонился к её плечам и поддев пальцем лямку, нежно спустил её, оголяя плечико. — Клод....ах~... — С женских губ сорвался тихий стон от ощущения чужих, мертвенно-холодных губ на своей коже. Он покрывал её кожу нежными поцелуями, тихонько причмокивая и рыча, подобно голодному зверю. Его острые клыки бережно касались до женской кожи, едва царапая ту. Атмосфера между демонами накалялась. Но, ах, как неожиданно, в лучшую сторону. — Что же ты делаешь со мной, женщина... — Шептал он, будучи не в силах отстраниться от её тела. Его руки гуляли по изгибам демонессы, сжимая сильными пальцами мягкие бёдра и ягодицы. Он словно чувствовал себя скульптором, пытаясь размять непослушную глину пальцами, сделать податливее, подчинить материал себе. Поглаживая бедро, одна его рука скользнула под пеньюар, заставив Ханну сделать глубокий вдох и согнув ножку в колене, — кто бы мог подумать, что ты окажешься такой послушной в одной постели со мной... Клод усмехался, проводя ладонью по женской талии приятно щекоча кожу пальцами. Эти незначительные ласки кружили женщине голову, путали мысли, доставляли удовольствие. Только вот, это не было пиком. Когда ты не одну сотню лет существуешь в этом мире, испробовал все позы, игрушки и места, было очень сложно получить оргазм. Но сейчас, всё было по другому. На её памяти не одна тысяча половых актов и практически все они были нужны ради получения информации, или же в качестве своеобразной наживки. Туман похоти и разврата заполонил комнату, не давая свободно вздохнуть. От его поцелуев сносило крышу. Демонесса гладила его торс холодной ладонью, поднимаясь всё выше. Тут, она схватила Дворецкого за шею, сжимая. — Что ты творишь, развратница...~ Собираешься удушить своего любовника? — Спрашивал он, уже давно отстранившись от женской шеи и ключиц. Она же приподнялась на одной руке и продолжая держать мужчину за шею, поцеловала его в губы, усиливая хватку. Они часто, чуть ли не дрались за право доминировать в постели, однако, поваленной на лопатки обычно оставалась Ханна. Но не в этот раз! — Ого...хм~ не ожидал...~ Женщина уже уселась на нём, убрав ненадолго руку от его шеи и оторвавшись от его губ. Ловким движением, она сняла с мужчины ремень и затянула его у него на шее. Демону было сложно уследить за движениями партнёрши, так как те были ну очень быстрыми. Человеческому зрению не дано даже уловить этого. Сейчас, кожаный ремень, который уберегал всех от случайного стриптиза, выполнял роль ошейника с поводком. — И не вздумай сопротивляться, — она наклонилась к его лицу и вновь поцеловала, сильнее потянув за ремень, начиная душить дворецкого, — сегодня я буду главной! Клоду нравилось стремление женщины быть главной. За всю свою жизнь, ему в основно приходилось соблазнять робких и стеснительных девиц, что кричали и молили об остановке процесса. Конечно же встречался и тип женщин, которых он называл - "паучиха во время спаривания". Да, именно так! Этот тип конечно и возбуждал в какой-то мере, но таких "паучих" становится всё больше, которые готовы даже на улице задрать своё вульгарное платье и подставить грязную задницу, крича при этом пошлые фразочки. Большая удача встретить такую, чтобы фигура была привлекательной и цветущего возраста, а то, старые вешалки с обвисшим пузом и грудью до колен, тошнотворным запахом из старинных духов, мочи и дешёвого спиртного не очень возбуждают, а лишь вызывают отвращение. — Ты волшебна...~ Почему так мало женщин, похожих на тебя? — А что? Я так тебе нравлюсь? — Пусть Ханна и знала точный ответ на этот вопрос, но хотелось услышать его вновь. — Мм... А как же? Я насмотреться на тебя не могу... Ты как картина великого художника. Вокруг тебя столько тайн... каждый желает забрать тебя к себе, и только для того, чтобы смотреть и восхищаться... Афродита... Нет... Фрейя?... Нет, ты в сотни раз прекрасней всех богинь из разных мифологий и легенд. Вот чьей красоте нужно посвящать поэмы и стихи. Да что там! Пусть за красивых дам дерутся на светских вечерах и балах. А за тебя будут вестись столетние войны, и когда в конце-концов, когда битвы будут окончены, от твоего холодного "нет" выигравший убьёт самого себя и в итоге победой будешь наслаждаться только ты, ходя по горам из трупов своими замечательными ножками... Ханна чуть приоткрыла рот, слушая его. Да, было много мужчин, что восхищались и до сих пор это делают. Было сказано множество слов в её сторону. Но, такие слова от него... Не будь она демоном, расплакалась бы. Она опустила взгляд, улыбнувшись уголками губ. — Так вот что ты обо мне думаешь... Или же это всё пустые слова, дабы развести меня на чувства? — Воспринимай это как хочешь~ Но насчёт замечательных ножек, чистая правда... — Его сильная рука дотронулась до женского бедра, поглаживая и чуть сжимая пальцами мягкую плоть. Из ниоткуда женщина достала плеть и нагло усевшись на пах демона, стала наносить удары за ударом, оставляя красные полосы на бледной коже, а затем и тонкие раны, из которых будет сочиться его мёртвая кровь. Она слижет эту кровь, смотря ему в глаза и водя кончиком язычка из стороны в стороны, зализывая раны, которые сама и нанесла ему. Клод первое время держался стойко, даже ни одна мышца на его лице не дрогнула. Он лишь со строгостью смотрел на Ханну, что улыбалась в этот момент. Когда удары стали в разы сильнее, он вскрикнул. Женщина мечтала услышать его крик от боли, увидеть его искажённое лицо и покрасневшее лицо стыда. Издевательства на одних шлепках не заканчивались. Демонесса потуже затянула ремень, да так, что демону было тяжело дышать. — Как забавно... Нам не нужен воздух для существования, но без него мы и слова сказать не можем... Так ведь? — Она с улыбкой на него смотрела, чуть прищурившись. Паук же молчал, как она и задумывала, лишь сверлил золотым взглядом. — Замечательно~ Она хотела доставить ему боль, пусть он и демон и для это всё сравнимо с порезом от бритвы, но, как женщина могла заметить, он ни разу не получал от хозяина, не дрался, а значит давно не испытывал боль. Взяв подсвечник, по второму уже стекал раскалённый воск, она поставила его так, чтобы свечи были в горизонтальном положении и горячий воск стал капать на грудь и торс демона. Нет, он изначально не был привязан, а значит был большой риск, что он мог сорваться и наброситься на Ханну, сделав с ней всё то же самое. Но Клод даже не пытался скидывать Ханну с себя, издавая тихие стоны от боли и закусывая губы до крови, от воска, что почти сразу застывал на его холодной коже, оставляя покраснения и мелкие ожоги. Так продолжалось около пяти минут. Женщина издевалась над ним, начиная тереться промежностью о его пах, чувствуя как в неё упирается что-то твёрдое, стараясь преодолеть плотную ткань брюк. Она сняла с его шеи ремень, ожидая, когда он что-нибудь скажет. — Ханна... Я же сейчас сорвусь и тебе не поздоровится...~ — Тогда почему ты до сих пор этого не сделал? Неужели тебе нравится? — Она всё же поставила подсвечник обратно на тумбочку, рассматривая его тело, проводя пальчиками по ранам и ожогам на бледной коже. Ухмыляясь, Ханна стала смахивать с его тела остатки воска, наблюдая за тем, как он стал вновь лапать её, поднимая вверх пеньюар. Клод глянул на её промежность, что была прикрыта тонкой тканью трусиков. Через нижнее бельё, он стал поглаживать половые губы демонессы, наблюдая за тем, как та вздрогнула и тяжело вдохнула. — Я не могу больше терпеть. Достаточно с тебя~ Теперь я буду сверху. — С этими словами, Клод снова повалил её на спину, разорвав на ней кружевной пеньюар и трусики. Он знал как её это злило, -— ты такая милая, когда злишься...~ Каждый день бы злил тебя... — Говорил он, расстёгивая ширинку. Если Ханна уже была полностью обнажённая, то Клоду больше нравилось быть в расстёгнутой рубашке и штанах. Он широко раздвинул её ноги, забрасывая одну на своё плечо и поворачивая демонессу на бок. Бархатный стон разрушил тишину в комнате. — Милая, сдерживай стоны, нас могут услышать... Нельзя этого допустить...~ *** Рассвет. Два демона лежали на одной кровати, прикрытые тонким одеялом. На теле женщины были синяки, садины и укусы. Впрочем, у Клода была такая же ситуация. Дворецкий во время их соития, пока она была сверху, расплёл её косу, высвобождая длинные светлые волосы от ленты. Сейчас её причёска, больше напоминала птичье гнездо. На макушке, волосы очень спутались от того, как Клод наматывал их себе на кулак и тянул её голову назад, дабы та оголяла шею. Ещё он использовал её локоны в качестве поводка, сильно тянув на себя, дабы та не убегала. — Что ты сделал с моими волосами?...— Спросила Ханна, взяв в руки спутанную прядь, что лежала на её груди, — можно было и помягче с ними обходится. Клод же промолчал, усмехнувшись. Он лежал в расслабленной позе. Приподнявшись, он принял сидячее положение и достал из тумбочки сигарету. Ханна наблюдала за его действиями, изогнув одну бровь в недоумении. Демон зажал сигарету губами, и поднёс к кончику сигареты зажжённую спичку, втянул воздух, прикуривая сигарету. Сделав несколько хороших затяжек, дабы табак начал тлеть, он затушил спичку, положив её в пепельницу, которую тоже достал из тумбочки. — Не думала, что ты куришь... — А что? Запах не нравится? — Спросил он, глянув на неё, спуская дым в сторону и стряхивая лишний пепел. — Нет, просто... Какого чёрта это так возбуждает? — В момент, когда он вытащил сигарету, она приподнялась и поцеловала его в губы, запуская руку в его волосы. Он охотно ответил на поцелуй, сбрасывая с женщины одеяло. Но, отстранился первым. Ханну это озадачило. — Что-то не так? — Уже рассвет, скоро пора будить господина, а ты... — Он положил одну руку ей на грудь, погладив и заглянув в голубые глаза партнёрши. — Пойдёшь готовить ему завтрак. Также тебя сегодня ждёт уборка в саду после вчерашнего ветра. — Клод, ты невыносим...