Золотой полумесяц - ранним утром

…Рассветные лучи скользнули в комнату, через окно с незадёрнутыми лёгкими шторами. Робкий весенний ветерок, принося сладкие ароматы цветов и выпечки, шевелил тонкие светлые полотна ткани с рисунком в мелкий цветок, почти выцветшим. Даже немного жаль, что нельзя возобновить яркость. Впрочем, с другой стороны в этой затертости, в шершавости ниток было что-то уютное и мягкое. Свет утра становился все ярче и заливал комнату, наполненную множеством вещей. Падал на стол, заваленный листами бумаги, чистыми и разрисованными. Если на половине виднелись наброски фигур и зданий, раскадровки комиксов, то еще половина являла собой рисунки луны, полумесяцев. …Натаниэль сквозь дремоту чувствует тычок в левый бок, потом еще. Но потом шевеления и прикосновения кончились. Однако Куртцберг все же проснулся, моргнув несколько раз и пытаясь сфокусироваться на окружающей среде. Рядом слышалось что-то неровное дыхание и шуршание. Рыжий юноша не спешил подниматься и садиться на постели, а лишь повернул немного голову. Так близко было лицо еще одного человека, который еще не проснулся, но, похоже, мучился от кошмаров. На закрытые глаза спадали всклокоченные, но такие мягкие тёмные волосы, среди которых местами торчали крошечные пёрышки, выбравшиеся из подушки. Нат все же немного перевернулся – на бок – чтобы лучше рассмотреть своего гостя, который беспокойно копошился во сне и что-то лепетал. Осторожно, очень медленно убрав пару прядей с его щеки, Натаниэль увидел рисунок в виде тонкого золотистого серпа полумесяца. Марк остался на ночёвку, чтобы поработать над комиксом, но уснул раньше: он слишком устал. Он так много времени сил уделяет учёбе, что в последнее время его мало на что еще хватает. Нату напротив не спалось: с одной стороны, очень хотелось, но с другой – его друг спал слишком беспокойно, и это тревожило. В какой-то момент Нату удалось его успокоить, а затем он решил, что будет забавным на рисовать на его лице что-то маленькое и милое. Полумесяц – как буквы «c» в его имени и фамилии. Как нечто тонкое и немного закруглённое. Как сам Марк, что словно юный месяц – бледен на медленно темнеющем небе вечерами. Ведь он так стеснителен. Они оба уснули на нерасправленной кровати, в одежде, как попало. Нат лишь додумался снять ботинки с них обоих. Сейчас Ансьель немного дрожал, словно от сквозняка. Так что Куртцберг посмотрел на часы, хмыкнул, а затем отключил все будильники, накрыл бережно мальчика покрывалом и снова лег спать рядом со своим "золотым" полумесяцем, спрятанным под лёгким «облаком». Ему пора как следует отдохнуть, тем более теперь, когда так умиротворенно затих: видимо, кошмары отступили от него. Нат не удержался и осторожно прижал его к себе, сонно моргая. Золотой полумесяц этим утром – пробудил странное, но такое тёплое новое чувство в груди. Что это такое?.. Прежде, чем он успел бы догадаться, его глаза снова закрылись, позволяя окунуться в невесомое состояние покоя и уюта.