гениальный идиот

      Изящные пальцы в перчатках из белого кружева с нежным узором цветов искусно держат дымящийся мундштук. Дымок красивой полупрозрачной лентой струится вверх, касаясь высокой причёски - белого парика, подобного того, который носила королева Мария-Антуанетта в свои годы. Среди закрученных прядей вставлены бабочки, сложенные из металлических треугольников. На женских плечах шёлковый бежевый халат, о пояс которого запинаются визажисты, наносящие на лицо своего начальника макияж. Составление ещё одного бесподобного образа в самом разгаре. Девушке, стоящей у самой двери просторного кабинета, непривычно видеть всё это за все шестнадцать лет проживания здесь. Обычно женщина, над лицом и причёской которой сейчас работают три пары рук, выглядит сногсшибательно даже перед ней, собственной дочерью. — Венера! — восклицает Куратор, разглядев в отражении зеркала за своей спиной девушку. — А ты быстро, я рада, — она по-свойски улыбается. Венера, разглядев это, понимает: её ждёт что-то очень серьёзное. — Постойте за дверью, я позову вас, — свободной от сигареты рукой она отмахивается от визажистов, которые беспрекословно слушаются и спешно уходят. — Снова уходишь, чтобы найти работничка? — интересуется девушка, позволив себе подойти к рабочему столу матери и сесть на стул для гостей. — О, ты про наряд? — искренне удивляется Куратор, на каблуках направляясь к своему стулу. — Нет, просто для себя балуюсь. Я, как высокопоставленный член Комиссии, должна постоянно выглядеть безупречно! — она, довольно улыбаясь, садится за стол, напротив своей гостьи. — Замечательно, что ты это понимаешь и тоже стараешься выглядеть соответственно статусу мамочки, — подмигивает женщина, указывая на чёрное платье Венеры с длинными рукавами и строгим воротничком, обрамляющим тонкую белую шею, на которой заживает след от верёвки. Девушка мысленно закатывает глаза, думая, что в словах тут явно преувеличивают. В ней шикарны только лишь две длинные блондинистые, практические белые, косы, которые касаются середины бедра. А так, ничего, как считает сама Венера, особенного. У неё не такой выразительный взгляд, как у Куратора, потому что глаза с прямыми ресничками и скучным карим цветом, нос неаккуратный, с горбинкой, когда у матери он сам изящество, а губы вовсе не аристократичные, поскольку пухлые. Груди нет, на руках выразительные и натренированные мышцы. В общем и целом женственность в Венере выражается только лишь через платья. — Мам, ты всегда выглядишь просто чудесно, — улыбается практически во все зубы девушка, но, судя по прищуренным глазам собеседницы, поверить в её слова трудно. Естественно, она так не считает, поскольку думает, что со своими образами её мама явно перебарщивает. — Именно поэтому я тебя позвала, родная, — заявляет Куратор, делая затяжку. — Никто, кроме меня, не может определить: лжёшь ты или нет. Ты прекрасно работаешь под прикрытием будучи киллером, можешь выдать любую эмоцию, расположить к себе человека, а потом - бац! - и нет этого человечка. Чудесно, правда? — она смотрит так, будто хочет, чтобы Венера сама догадалась, что от неё хотят. — Новое задание? Но, мама, я только что вернулась из тридцатых годов двадцатого века! Разве мне не положен выходной? — устало вздыхает Венера, миссия которой длилась две недели, сопровождаясь ночлегами сначала под крышей гостиничного дома, а затем в сараях и на деревьях из-за того, что цель пошла в небольшое путешествие. — Венера, я тебе полностью доверяю, ведь ни одного из тридцати восьми заданий ты не провалила! Ты всегда могла уложиться в срок, проделывала убийства без каких-либо проблем и из драк выходила победителем. Всё это - итог тренировок, — размахивая мундштуком, Куратор встаёт со своего места и медленно движется за спину Венеры. — Эта миссия повышенной сложности. Доверила её выполнение я нашей огнестрельной группировке, но что-то мне с трудом верится в её успешное окончание без твоего вмешательства, — голос меняется на такой тон, словно девушку заманивают нарушить какое-то правило. — Что же за задание такое? — проявляет заинтересованность девушка. — Почему группа из десяти человек и с огнестрельным оружием не справится с одним человеком? Мафия какая-нибудь? — Кое-кто гораздо интересней, милая, — с усмешкой на красных губах выдыхает сигаретный дым Куратор. — Насколько мне известно, ты не была знакома с Пятым лично и друг друга вы не видели. — Пятый? Это тот, которого ты из апокалипсиса сюда притащила, а он сделался лучшим киллером? — едва закатывает глаза Венера, незаметно для матери впиваясь аккуратными ноготками руки в подлокотник предоставленного ей стула. Какое счастье, что Пятый соизволил исчезнуть, потому что по поводу его успехов мать не могла умолкнуть. — Но сейчас лучший киллер среди детей именно ты, — указывает в её сторону Куратор. — С твоей актёрской игрой и сверхспособностью у тебя больше шансов, чем у парней с пукалками в руках против этого... — теперь она выдыхает воздух через белые зубы, едва сдерживая себя от грязных ругательств. — Гадёныша. — Зачем нам убивать его? Обиделась? — Что? — нервно усмехается председатель Комиссии, у которой от таких слов и взлетевших вверх бровей все морщинки выскакивают. — Нет, он всего-то хочет остановить апокалипсис, — хихикает, отмахиваясь, мол, ничего тут страшного нет, хотя и сама осознаёт серьёзность сей ситуации. — А ты знаешь, что такое масштабное изменение в хронологии ни к чему хорошему не приведёт. Поэтому, Венера, ты убьёшь его. Желательно медленно и мучительно, потому что этот засранец позволил себе нарушить наши условия, — дама в перчатках сильнее сжимает мундштук, профессионально сдерживая раздражение и продолжая улыбаться. — А на это тебе даётся восемь дней. Вот в этой папке, — она указывает на несколько листков в непрозрачной жёлтой обложке, лежащей на краю стола и демонстрирующей на первой странице фотографию цели. Венера берёт папку, раскрывая. Известно его прозвище, настоящий возраст, способность и его успехи на работе у Комиссии. Этот пожилой человек всегда с успехом заканчивал все свои миссии и демонстрировал успехи на тренировках. — Пятьдесят с лишним лет, ни реального имени, ни адреса, ни родственников... Что за кошмар такой? — бормочет девушка, перелистывая страничку. Указана краткая характеристика его поведения с многочисленными знаками вопроса - нет уверенности, что он действительно так себя ведёт, внушительный список оружия, которым он может владеть. В рукопашном бою проставлено, что цель владеет им просто прекрасно. Не удивительно, что Пятый считался лучшим агентом, думает Венера. — Он был скрытным мальчиком, пусть мы и следили за ним очень долго. Но, милая, как и у тебя, у него имеется чип, так что его путь на данный момент нам известен. К сожалению, активировали его слишком поздно, так что домашний адрес всё ещё не известен, — объясняет Куратор. — Давай, родная, у тебя есть шанс выспаться, а затем сразу на задание. С историей ты, думаю, симпровизируешь прекрасно. Главное, сделай так, чтобы ты ему действительно была необходима. Просто так Пятый не позволит рядом с собой ходить. Или же действуй на расстоянии и выжидай момент. Как хочешь, только, — она делает паузу, раскрывая портсигар, доставая сигарету и резко его захлопывая. — Убей его.       Венера сразу кивает. — Отлично. Изучи всю информацию, завтра получаешь чемодан и приступаешь. Удачи, дорогая.       Венера встаёт со стула, парой слов прощается с матерью, а затем с папкой, прижатой к груди, выходит из кабинета, предварительно пропустив визажистов, смирно выжидающих в коридоре разрешения войти.       Пусть в Комиссии и работает сотни людей, а помещения для работников и не очень-то и просторные, но здесь придерживаются строго расписания, поэтому Венера думает, что никого по пути в свою комнату не встретит. Но стоит ей спустится на этаж ниже, поздороваться с заведующим библиотекой - мистером Пиклзом, и пройти в очередной коридор из камня и в узорах, как комнату для тренировок по рукопашному бою покидает знакомое юношеское лицо. Венера, завидев его, набирает побольше в лёгкие воздуха, непроизвольно вздёргивая воротник, который, несмотря на несчастные попытки, всё равно не скрывает царапины и синяки, обручем уродующих девичью шею. Её взгляд устремляется вперёд, а шаг ускоряется, поскольку нет ни малейшего желания пересекаться с Робби. Но парень оказывается внимательным и сразу замечает девушку в чёрном платье. — Венера, добрый день! — его голос мягок и располагает к себе, как и ослепительная улыбка со сверкающими чем-то магическим и добрым глазами - всё это полная противоположность его другому состоянию. В последнюю их встречу Венера прекрасно помнит, как она, полностью потерявшая какие-либо силы, чувствовала затягивающуюся на шее верёвку, пыталась сфокусироваться на его безумных глазах и слушала, как из юношеской груди вырываются тайные желания убить дочь Куратора. — Если ты думаешь, что я очень уставшая после задания и не способная выбить глаз, то будь уверен, что это не так, — гордо заявляет Венера, встав и разворачиваясь на балетках к Робби. Тот выглядит чрезвычайно спокойным. — Только попробуй прикоснуться ко мне - с потрохами сожру, — чуть ли не срывается её голос на рык. На всё это парень в спортивной форме усмехается. — В этом я не сомневаюсь. Но сама знаешь, что отец найдёт моего убийцу в два счёта. И тогда конец титулу твоей мамашки, — пожимает Робби плечами. У Венеры зубы скрипят, потому что он прав. Его отец - председатель Совета директоров, так что расправиться с Робби невозможно из-за высокого риска разрушения всей карьеры матери. — Я просто тебя предупредил, что стоит сбавить обороты и уступить мне место лучшего несовершеннолетнего агента. А сейчас я напоминаю, потому что ты, погляжу, готовишься к новому заданию, — взглядом указывает на папку в руках Венеры. — Чёрта с два я тебе позволю обогнать меня, — фыркает девушка. — Будь уверен, что после этого задания моё фото не то, что следующий месяц, а полгода будет висеть на доске почёта, — она, довольствуясь своей победой в этой словесной перепалке, разворачивается обратно и продолжает свой путь.

ххх

      Венера стоит, облокотившись на фонарный столб, свет которого отражают небольшие лужи недавно прошедшего дождя. Она разглядывает панорамные окна пончиковой, что своими неоновыми вывесками радует внимательные глаза девушки, уставившейся в помещение кафе. Отсюда, через дорогу, Венера видит три фигуры. Официантка, которая ведёт запись заказа в блокноте, крупный мужчина в гражданской одежде и какой-то мальчишка. Все трое находятся у рабочего места женщины. Судя по рабочим часам на цепочке, подстраивающимися под местное время, уже достаточно поздно, чтобы пончиковая обзавелась большим количеством посетителей.       Предварительно вдохнув влажный воздух, Венера перебегает дорогу, ощупывая на себе минут десять назад украденную одежду на наличие бирок. Тёмная джинсовка, джинсы в обтяжку, водолазка с высоким воротом и ботинки с тяжёлой подошвой - наряд подобран подстать современной тут моде, чемодан времени спрятан в ближайших густых кустах, оружие на всякий случай с собой не взято. Поэтому Венера с уверенностью толкает дверь из стекла, оглядывая спину мужчины, восседающего на высоком стуле. Неужели Пятый успел так располнеть? Странно. Но сигнал чипа раздаётся именно отсюда, так что сомнений быть не должно. — ...В девстве я бегал сюда с братьями и сёстрами. Мы объедались пончиками и едва могли встать... Было время, да? — В девстве? Тебе что, тридцать? — Венера не может не прокомментировать высказывания мальчишки в школьной форме. Он будто только что сбежал с уроков элитной школы: идеально уложены чёрные волосы, без каких-либо пятен на плечах лежит синий пиджак с гербом какой-то школы, худобу ног демонстрируют шортики и высокие чёрные гольфы. — На двери висит табличка: «Скидка девочкам с поганым характером»? — изображает удивление паренёк, пока рядом с мужчиной садится девушка, которая, как думает официантка, снова взявшаяся за блокнот для заказов, является парню ровесницей. Женщина выжидающе и при этом слегка удивлённо смотрит на посетительницу, не ожидав, что станет свидетелем перепалки незнакомых ей детей, которые, кажется, пытаются друг друга скорее задеть, чем подколоть. — Судя по твоим колготкам, тебе сейчас эту самую скидку и предоставят, — отвечает Венера новоиспечённому собеседнику, улыбаясь всеми зубами и нарочито часто хлопая глазами. Не желая выслушивать от него что-либо, она сразу после своих слов обращается к официантке с, кажется, наимилейшей улыбкой: — Добрый вечер, мисс! Я хочу выпить зелёного чая и съесть шоколадный пончик, — её карие глаза жадно смотрят на полки с мучным. Пока выполняется её заказ, а мальчишка нервно пьёт свой кофе, Венера поглядывает на профиль мужчины. Тот смотрит в свой помятый сборник с кроссвордами и, судя по бегающим глазам, чувствует себя не комфортно в компании бестактных подростков. Или же каким-то образом понял, что рядом сидящая девочка - его киллер? Но тогда бы он не в кроссворд смотрел, а, вероятно, изучал пространство вокруг в поисках путей отступления и потенциальных орудий самозащиты. — Пожалуйста, — проговаривает скромно работница кафе, ставя перед Венерой стаканчик с чаем и пончик на тарелке. Она получает довольно-таки крупную купюру для оплаты, шарит в единственном кармане своего передника на наличие сдачи, но поиски не приносят успеха. — Я могу расплатиться картой, — предлагает Венера, до этого разорвав пакетик с сахаром в стаканчик. — Терминал у нас не работает, но в кабинете есть наличка. Я буквально на одну минутку, — предупреждает женщина, не спеша и явно устало добираясь до двери, табличка которой гласит, что вход только для персонала. Венера снова кидает взгляд на мужчину, вписывающего в кроссворд слово. На вид ему лет сорок, но никак не пятьдесят. И лицо совершенно не то, что на фото в личном и не очень информативном деле Пятого.       Девушка спрыгивает с высокого стула и быстро направляется в туалет, по пути оглядывая кафе и больше никого не обнаруживая. Она толкает дверь, сразу морщась от приторности освежителя воздуха, что смешался с вонью общественного туалета. Зажимая свой чувствительный нос и едва сдерживая подступившие слёзы, Венера свободной рукой залезает в карман джинсовки, выуживая прибор, на экранчике которого видно, что чип её цели находится буквально в паре шагов. — Но где он? — задаётся вопросом Венера. Она, начиная подозревать, что прибор, возможно, подводит её, выключает и включает его обратно нажатием чёрной кнопки. Проходит загрузка, но не успевает экран снова показать сигнал чипа, как вдруг раздаётся автоматная очередь. И, судя по шуму, это явно за стенкой, где находятся предполагаемая цель и мальчик. — Идиоты, смотрите, куда стреляете! — слышится яростный голос незнакомого Венере мужчины. Она, предварительно убедившись, что сигнал чипа действительно исходит из этого кафе, прячет выслеживающий прибор обратно в карман, а после приоткрывает дверь. Девушка только лишь успевает высунуть лицо, чтобы оценить обстановку, как ей тут же приходится присесть. Она едва ли не ловит несколько шальных пулей. — Что, чёрт возьми, происходит? — ругается себе под нос молодой киллер, встав на колени и за пару секунд добравшись до рабочего места официанток, сейчас предлагаемому девушке услугу укрытия. Тем временем она улавливает ушами, как за раз падает пара тяжёлых тел. Венера выглядывает из-за стойки и сразу утыкается глазами в спину мужчины с автоматом. Сам стрелок разодет в форму спецназа Комиссии. Венера уже думает, что зря вышла на это задание, потому что наверняка с её целью справится десять мужчин с огнестрельным оружием, как вдруг перед её глазами, за плечами того самого представителя спецназа, в голубом свечении и с хлопком появляется парень в школьной форме. Он, не колеблясь, с завидным стремлением втыкает вилку прямиком в артерию противника. Мужчина падает, захлёбываясь в собственной крови и медленно умирая, пока парень исчезает в голубом свечении тут же появляясь на столе, на котором разваливается и самоуверенно смотрит на остальных противников, коих осталось уже шесть.       Венера искренне удивляется положению нынешних дел, не сразу осознавая, что её целью оказался этот паренёк с противным характером и, оказывается, отличными силовыми показателями. Но по документам, размышляет киллер, пряча голову от очередной автоматной очереди, ему идёт шестой десяток лет. Сейчас не время размышлять над этим, потому что будь хоть он в теле в младенца, Венера всё равно должна его прикончить. И судя по звуку очередного упавшего тела и явно не мальчишеского, ей действительно предстоит сделать всё самой. Но вмешиваться сейчас - слишком опасно. Она может попасть под удар спецназа, который может не знать её в лицо и пустить в голову немного свинца. И Пятый может выйти из этого боя победителем, а потом уже и за неё приняться. Венера вряд ли сможет одержать преимущество с учётом его многолетнего опыта.       Приходится позволить Пятому перебить спецназ, который, судя по их глупым действиям, явно далёк до идеала профессиональной группировки. Венера только начинает размышлять над вариантами своей истории, но перед ней в голубом свете возникают ноги в уже знакомых чёрных гольфах. Пятый хватает один из ножей, а после опускает взгляд. Он вскидывает бровь, одними лишь своими светлыми выразительными глазами говоря Венере, что она здесь лишняя. Парень вовремя приседает, потому что в его сторону снова стреляют. Венера моментально задирает свою джинсовку, накрывая голову от осколков разбивающейся посуды. — Хочешь жить - сиди смирно, — советует Пятый, явно не настаивая на том, чтобы его слов придерживались. Его, очевидно, беспокоит только лишь собственная шкура. Венера уже ответить хочет, но паренёк телепортируется. Слышится звон посуды. Проявив интерес, девушка снова выглядывает и видит, как мужчина с автоматом в руках падает на пол, теряя сознание из-за тарелки, прилетевшей ему в голову. Пятый, прочувствовав, что товарищ только что упавшего спецназовца подкрадывается к нему со спины, телепортируется, меняя их положениями: теперь парень позади своего противника. Он прыгает на мужскую спину, обхватывая мощное тело ногами и обвязывая собственный галстук вокруг чужой шеи. Мужчина роняет оружие, стараясь сбить Пятого локтями и параллельно задыхаясь. — Давай же! — Венера сжимает кулачки за киллера, которого пытались вырубить ударом стула. Тот замечает, как его товарища медленно убивают, поэтому встаёт с пола, хватает автомат и направляет дрожащими руками на мальчишескую голову. Пятый, очевидно, прекрасно это замечает и дёргает галстук будто лошадиные поводья, разворачивая в сторону того, кто секунду назад держал его на прицеле. Спецназовец не успевает сориентироваться и попадает в висок, даря мгновенному смерть до этого задыхающемуся коллеге. Пятый успевает телепортироваться до того, чем труп с галстуком на шее и пулей в голове свалиться на пол. Парень оказывается прямо перед мужчиной, которого трясёт сильнее, чем до этого. Его круглые глаза смотрят на убитого им же товарища, и в один из этих глаз Пятый вонзает нож. Жертва только вскрикнуть успевает и валится на диванчик у столика.       Венера, ощущая некое волнение, медленно встаёт на ноги, оглядывая помещение, в котором мигают подстреленные светильники и валяются трупы всего спецотряда. Он буквально один смог уложить десять мужиков. Девушка с мыслей о том, что настолько опасную цель ещё не встречала, сразу переключается на вид трупа с ножом во рту. В нос ударяет запах крови. Венера моментально прикрывает рот, ощущая, как во рту скапливается огромное количество слюны и начинают ныть зубы. Она сдерживает свою сущность, пока Пятый замечает, как хрипит тот мужчина, поймавший своей головой тарелку. Парень становится коленом на его спину и быстрым движением рук сворачивает шею с характерным хрустом. Теперь точно все мертвы.       Пятый встаёт на ноги и расслабленной походкой движется в сторону ещё одного трупа, с шеи которого снимает галстук. Он надевает вещицу обратно, поворачивая голову и видя Венеру, выходящую из-за рабочего места с официантки с перепуганным выражением лица. — Ты всё ещё здесь? — без интереса в голосе интересуется Пятый, направляясь, казалось, в её сторону, но на самом деле к ножу, лежащему у кассы. Венера не может ответить из-за рта, полного слюны, поэтому просто кивает, оглядываясь на дверь кабинета. В любой момент может выйти официантка, так что убивать Пятого именно сейчас не вариант. Пусть даже сейчас он, сосредоточенный на лезвии ножа, кажется легкодоступным. Тем временем парень без колебаний проникает ножом под кожу своей руки, делая глубокий порез. Нож откладывается, а пальцы проникают в сам разрез, пачкаясь в вытекающей крови. Пятый вытаскивает чип, поднося его к лицу и разглядывая маленькую мигающую лампочку с неким презрением в глазах.       Пока Венера пытается совладать с собой, Пятый закрывает рану рукавами рубашки и жилетки, а после, деловито направляясь к выходу, поправляет свой костюм и удовлетворённой улыбкой на лице. Его киллер приходит в себя лишь тогда, когда слышит хлопок двери. Венера срывается с места, перепрыгивая через трупы. Она хватается за ручку двери, сплёвывает огромное количество слюны, а после уже и выбегает на улицу с криком: — Стой! — нагоняя его, садящегося в машину, Венера предварительно облизывает палец и хватается этой же рукой за рукав формы Пятого. Девушка выше его сантиметров так на десять, но всё равно не чувствует своего превосходства, потому что будущая жертва оборачивается с хмурыми бровями и глазами, которые вмиг будто потемнели и теперь недовольно смотрят на незнакомку. — У тебя есть сверхспособности, да? — Стоит ли мне отвечать на вопрос, если ты и так всё видела? — фыркает Пятый, дёргая рукой и тем самым избавляясь от хватки девушки, которую внимательно оглядывает с ног до головы. Венера едва сдерживает ответное раздражение и желание треснуть его по голове. Но стоит придерживаться роли перепуганной девочки. — Они охотятся за такими, как ты, верно? Просто... Просто я тоже обладаю сверхспособностью, — нарочито запинается Венера, перебирая пальцами рук, которыми с радостью бы схватилась за его шею. — Нам угрожает опас... — Тебе что, тридцать?       Венера, не ожидав, что её начнут перебивать таким образом, искренне удивляется, пока Пятый явно не добродушно улыбается и при этом с неверием смотрит ей в глаза. — Что? — спрашивает девушка, пока Пятый, цокая, открывает дверь своей машины и садится за руль. — Те, у кого есть сверхспособности, не могут быть шестнадцатилетками, так что отвали по-хорошему, — парень подмигивает, заводя машину и сразу нажимая на газ. Венера снова не успевает ему что-либо сказать, как он просто исчезает с её поля зрения. — Вот же сукин сын, — рычит девушка, раздосадованно топая ногой, а после выдыхая, дабы успокоиться и прислушаться к запаху своей же слюны, капелькой впитавшейся в пиджак Пятого. Она прослеживает взглядом собственный шлейф, убеждается в его чёткости и движется к кустам, где запрятан её чемоданчик. Венере предстоит следовать за Пятым и продумать то, как втереться к нему в компанию.