Лучший подарок

      Сегодня мне явно не везло. Причём с самого утра. Всё началось с того, что днём ранее я лёг спать очень поздно, так как пришлось подтягивать хвосты, которых к слову накопилось немало. В итоге я не услышал будильник, проспал, но так и не выспался. Решив сделать себе кофе, я облил себе руку кипятком, автобус, на котором я планировал доехать до института, попал в пробку. Однако при этом я каким-то чудом умудрился опоздать на занятия всего на каких-то 17 минут, потому особенно ничего важного не пропустил.

***

 — Хей, Перси! — окликнул меня Гроувер, когда мы направлялись в другую аудиторию.  — А? Что? А, привет! — ответил я, выйдя из состояния прострации, в котором завис на несколько секунд. Со мной иногда такое случается, я будто выпадаю из реальности.  — А ты помнишь, что сегодня за день? — с хитрой ухмылкой поинтересовался он у меня. Вот же гад! Знает же, что у меня плохая память на даты, поэтому я всегда впадал в немилость преподавателей истории.  — Вроде пятница, а что? Я опять забыл про встречу? Извини, но я не понимаю твоих намёков.  — Ууууу… Мой друг, я тебе не завидую… Но ладно, если тебе это чем-то поможет, то сегодня День Рождения Аннабет. По-хорошему ты должен об этом помнить как никто другой.       Вот чёрт! Мало того, что день начался неудачно, какой-то недоумок вышвырнул мою тетрадь с конспектами в окно, причём маловероятно, что она там найдётся, так ещё и это!  — Ну всё… Я точно влип… — проговорил я, хватаясь за голову. Подарок я вряд ли бы успел подготовить, так как начало торжества было в шесть часов, через полтора часа после окончания пар в институте. Однако я решил не терять голову и подождать немного, дабы окончательно определиться с решением.       После занятий я медленно брёл по улицам, поглядывая на витрины магазинов. В голове роились десятки мыслей, и не было возможности ухватить хотя бы одну из них.       Остановился я лишь тогда, когда в поле моего зрения попала вывеска ювелирного магазина. В эту секунду меня, будто молния, пронзила одна мысль.       Честно говоря, в моей жизни всё всегда шло настолько наперекосяк, что ни в чём заранее нельзя было быть уверенным. Кроме одного — я был более чем уверен в том, что свою жизнь хочу провести лишь с одним человеком — с Аннабет. Той девушкой, что ещё в средней школе украла моё сердце.       Я много раз думал об этом, и уже за тот промежуток времени, как я начал всерьёз об этом размышлять, я успел все уши прожужжать родителям об этом. Хоть они и считали, что до свадьбы рановато, но целиком и полностью были согласны со мной в том, что если всё-таки я не передумаю — то это будет моим самым правильным решением.       С этими мыслями я, твёрдо уверенный в своём решении, направился в ювелирный магазин.

***

      Зная Аннабет, я мог с уверенностью сказать, что вместо шумной вечеринки она решит по такому случаю устроить пикник, пригласив туда самых близких для неё людей.

***

      Несмотря на то, что день продолжал длиннеть, до заката оставалось не так уж и много времени, а до тех пор мне предстояло лишь терпеливо выжидать, веселясь со всеми. Сама виновница торжества, несмотря на то, что была одета весьма скромно и как-то повседневно, выглядела даже лучше всегда такой элегантно-утончённой Пайпер. Честно говоря, я никогда не понимал и вряд ли когда-нибудь пойму, как девушки, почти не прилагая усилий, могут выглядеть столь очаровательно.       Наконец настала очередь вручать подарки. Когда очередь дошла до меня, я запаниковал, и едва не стушевался оттуда, как последний трус.  — Знаешь, Аннабет… — начал я. Голос предательски подрагивал, выдавая моё влонение с головой, — Прямо сейчас я не могу вручить тебе свой подарок.  — С чего бы это? — поинтересовалась она. — Или ты просто забыл?  — Я?! Забыл?! Нет! То есть… — я прочистил горло, попытался выровнить дыхание и успокоиться, чтобы наконец перестать слышать бешеный стук сердца у себя в ушах. — Конечно я не забыл. Просто мне хотелось бы вручить его тебе потом. Наедине. — на последнем слове я понизил голос, как бы говоря, что не следует лезть ко мне с расспросами. Гроувер удивлённо вскинул брови, но так ничего и не сказал.       Вскоре все начали расходиться. День близился к концу, а, по-видимому, у некоторых на вечер были свои планы, так что не прошло и получаса, как мы с Аннабет остались наедине. Она подхватила корзинку для пикника с остатками «пиршества», и направилась к выходу из парка. Я спокойно поплёлся за ней, намереваясь проводить до дома.  — Может я понесу? — поинтересовался я у неё, указывая взглядом на корзинку в её руке. Она тихо хмыкнула.  — Просто у тебя же День Рождения… Так что с тобой сегодня следует обращаться как с принцессой… — протянул я, забирая у неё из рук корзинку, и запечатлев лёгкий поцелуй у неё на щеке.  — Перси, ты неисправим. — с наигранным удручением в голосе ответила она.       Некоторое время мы шли молча, но эта тишина меня ничуть не угнетала. На душе было спокойно, хоть и пальцы у меня подрагивали.       Вскоре солнце начало заходить. Мы проходили мимо Тертл-Понда, невольно остановившись полюбоваться бликами находящего солнца на водной глади. Поставив корзинку около себя, я слегка обнял Аннабет за плечи. Её серые глаза, казалось, остекленели за наблюдением этой картины.  — Скажи, — поинтересовалась она у меня, — разве это не прекраснейшее зрелище?  — Нет. — коротко ответил я, даже не поворачивая головы. — Оно, конечно, выглядит потрясающе, но с тобой точно не сравнится. Кстати… Аннабет, я давно думал и решил, что… Мне в голову пришла мысль… В общем, я давно хотел спросить…       Она удивлённо посмотрела на меня. Я опустился на одно колено и достал из кармана маленькую коробочку.  — Аннабет, ты самая прекрасная девушка из тех, кого мне доводилось знать, и… За свою жизнь я понял, что ни в чём нельзя быть абсолютно уверенным. Ты и мои чувства к тебе — единственное, в чём я могу быть уверенным. Аннабет, ты выйдешь за меня?       В уголках её глаз скопились капли слёз, ладони сами собой прикрыли нижнюю часть лица, а щёки покрыл лёгкий румянец.  — Да! — ответила она срывающимся голосом и бросилась мне на шею. Мы оба свалились на землю, тут же покрывшись слоем пыли, но нам до этого не было никакого дела.       Подняв с земли выпавшую из рук во время падения коробочку, я достал оттуда кольцо и надел его Аннабет на палец. Простое, серебряное с аметистом, изящное, но обычное — едва я заметил его на витрине ювелирного магазина, как сразу подумал об Аннабет. Это кольцо напомнило мне её — простое, не особо дорогое, не слишком замысловатое, но по-своему прекрасное, особенное и уникальное — как и она сама. Конечно, потом придётся подыскать золотое, что будет труднее, но это не важно. Эта игра определённо стоит свечей, в этом я уверен так же, как и в своей личной жизни и в том, что она будет наполнена счастьем.  — Я люблю тебя. — прошептал я в губы Аннабет, накрывая их в медленном, тягучем, будто карамель, поцелуе. Последние лучи заходящего солнца слегка слепили даже свозь закрытые веки, и я чувствовал на себе странные взгляды прохожих, косившихся на двух целующихся и валяющихся в обнимку в пыли молодых людей, но меня это мало волновало. Весь мир будто отошёл на второй план, все окружающие и столь привычные звуки казались плодом воображения, белым шумом в ушах, галлюцинацией от недосыпа — чем угодно, но не реальностью. Для нас существовали в этот момент лишь мы, наши мечты, планы и надежды, и ничто больше не могло испортить настроение от этого дня.

***

      Домой я вернулся поздно, и, едва добравшись до своей кровати, я сразу же рухнул без сил, уставший, как цепная собака, но счастливый.       Определённо, это был лучший день в моей жизни.