Я люблю тебя, папочка

Яна грызёт совесть за грязные мысли по отношению к близкому для него человеку. И к несчастью, он ничего не может с собой поделать, кроме тотального воздержания. У него уже полгода встаёт только на своего несовершеннолетнего, неродного и чертовски привлекательного «сына», который, как кажется, уже давно обо всём догадался. Пускай, что Ване недавно семнадцать исполнилось, что у них разница в возрасте почти десять лет и что он Яну даже не родной… Сейчас всё это неважно. Важно лишь то, что этот мальчишка издевается над ним, будто бы специально чаще произнося треклятое «папочка», от которого у Яна мурашки по телу пробегают, а внизу живота порой скручивает узел от желания. Ян боится сделать что-либо Ване, потому что не уверен, правильно ли понимает эти странные движения, стиль одежды, случайные касания… С каждым разом ощущение, что он не удержит себя в руках и воплотит некоторые свои фантазии в жизнь, пугает всё сильнее… ********** — Папа, ты знаешь, где моя школьная форма? — раздаётся спокойным утром на кухне. Стоило Яну повернуть голову в сторону голоса, как он чуть было не выронил чашку с кофе из рук, потому что не ожидал такого зрелища с утра. — Я-я… Убрал её в шкаф на третью полку, — говорит брюнет, мигом отвернувшись от лицезрения идеального телосложения младшего, что пришёл в одних лишь боксёрах. — Спасибо, папочка, — с улыбкой пропел младший и направился к себе в спальню, виляя бёдрами. Ян тяжко вздохнул. Всё, что смог из себя выдавить старший, было тихое «Ага», после чего он поставил чашку на стол и поправил брюки, дабы немного скрыть появляющийся стояк. В принципе, ничего нового. Подобное длится уже больше семи месяцев, но Ян никак к этому не привыкнет, ведь каждый раз Ваня умудряется вывести его из равновесия более изощрёнными методами. То заявится в спальню вечером в неподходящий момент, то обнимет неожиданно со спины, прижимаясь всем телом, то скажет что-то смущающее, от чего на его же щеках появится лёгкий румянец. И на первый взгляд ничего особенного, Ян выглядит как настоящий извращенец, и виноват в этом уж точно не Ваня, что словно ангел во плоти, весь такой милый, невинный, белый и пушистый. Вот только, кажется, он ещё больший извращенец, чем его «папа». Был однажды случай, когда Ян вернулся домой с работы раньше, и, проходя мимо комнаты младшего, он услышал тихие постанывания. Ян просто сделал вид, что его тут нет; некоторое время стоял и слушал, прикусив губу и затаив дыхание, а как услышал более громкий стон и тихое «Папочка», незамедлительно направился к входным дверям. Громко хлопнув, Ян прокричал, что уже дома, а в ответ услышал слегка дрожащий голосок блондина, приветствующего его. Весь день прошёл так, словно ничего не произошло: Ян готовил ужин, а его мальчик просил помочь ему с некоторыми школьными заданиями. В основном с английским, потому как папа знал этот язык лучше всего. В моменты близкого диалога Яну приходилось буквально не смотреть на младшего, ведь обычно он носил дома одежду, не просто «не скрывающую» его фигуру, а и вовсе подчёркивающую. Как правило, что-то обтягивающее и короткое, от чего смотреть на того было чисто физически больно. К счастью, хотя бы в школу тот одевался прилично, но… Всегда есть как минимум одно «но»… Летняя спортивная форма, включающая довольно короткие шорты с футболкой. И относительно скоро школьники снова начнут её носить, в том числе и Ваня, бёдра и ягодицы которого жуть как притягивают к себе. Как в форме, так и без неё. А младший будто нарочно стремился показать себя как можно более открыто, наклоняясь по поводу и без. И это просто сносит крышу… ********** — Доброе утро, папочка, — будто сквозь толщу воды слышит Ян, чувствуя прохладу в районе живота. Что-то тут не так… Открыв глаза, блондин увидел перед собой потолок, продолжая ощущать что-то неладное. Взглянув вниз, он просто потерял дар речи, рассматривая своего мальчика, надрачивающего ему утренний стояк… Он облизывает головку, вбирает её в рот и посасывает, пока кольцом из пальцев проводит по стволу, а Ян глазам своим не верит. Собравшись с мыслями, было желание его оттолкнуть, но он просто не мог себе позволить сделать подобное, ведь это удовольствие не сравнимо ни с чем. Ваня вбирает всё глубже, у него на глазах выступают слезинки, а чувствуя, как Ян запускает в его волосы свои ладони, начинает постанывать, пуская вибрации по члену. Не в силах более держаться, старший начинает толкаться бёдрами вперёд, а Ваня спокойно старается взять максимально глубоко. После этого брюнет, не позволив Ване отстраниться, изливается с протяжным стоном прямо в чужой горячий рот. Не брезгуя, младший с довольным видом всё сглатывает, облизывает ещё раз головку и свои пальцы, а Ян… — Чёрт… — злостно шипит, ведь чувствует, что опять кончил во сне, представляя своего мальчика. Подобные сны он видел уже не раз, но чтобы так реалистично… С трудом поднявшись с кровати, Ян взял полотенце, чистое бельё и направился в ванную, молясь не встретить Ваню по пути. К его счастью, он был либо у себя в комнате, либо на кухне, поэтому брюнет смог аккуратно пройти к ванной, продолжая размышлять о своих нездоровых фантазиях с участием подростка. С одной стороны, они даже не родственники, так что это не так страшно, плюс он ещё ничего не сделал, а только думал… Но с другой, они уже почти как родня, так как Ян знает младшего с раннего детства. ********** У родителей Вани отобрали права на опеку, когда тому было три года. Его отдали в приют из-за отсутствия близких родственников, и когда ему было пять, его усыновила семья Яна. Спустя почти пять лет, родители Яна развелись из-за измен со стороны отца. И поскольку Ян был уже совершеннолетним, его не спрашивали, с кем из родителей он хотел бы остаться, а вот Ваня попросил, чтобы те вообще не разводились. Отец вспылил и сказал, что изначально был против усыновления, а мать просто отказалась, аргументируя это тем, что надежда сохранить семью развалилась. Чуть позже выяснилось, что мама Яна хотела завести ребёнка, чтобы его отец перестал изменять, чтобы вернулся, несмотря на то, что она больше не могла иметь детей. Ян был первым и последним. И так как никто из взрослых не захотел оставить на своей шее десятилетнего ребёнка, его к себе под крыло взял девятнадцатилетний Ян, став тому папой. Хотя было бы логичнее, если бы мальчик называл Яна братом или просто по имени, но нет… Через какое-то время проживания с Яном, он стал называть его папочкой, а тот не мог ничего против сказать, ведь тогда это выглядело даже мило, а сейчас… Сейчас Ян готов кончить от представления Вани, произносящего это слово, параллельно с тем делающего что-то неимоверно грязное… До чего он докатился… ********** На дворе спокойный майский вечер, у Яна, как и у Вани, завтра выходной, можно остаться дома и отдохнуть. Но первый всё же собирался куда-нибудь свалить, лишь бы не задерживаться в одном доме с человеком, которого хочет… Лучше бы ему не думать, что он хочет с блондином сделать, а иначе вновь придётся снимать напряжение ручной работой. Хотя с другой стороны, в последний раз Ян мастурбировал на образ своего мальчика месяц назад, а в остальных случаях просто стоял под холодным душем… Так что… Путём долгих дискуссий с самим собой Ян решил, что сегодня один разочек всё же сделает себе приятно. Перед глазами всплывает яркий образ: младший в коротких шортах, обтягивающей футболке; он лежит на большой постели Яна, смущённо сдвигает ноги вместе, а на лице ярко-выраженный стыд; приподняв футболку, Ваня проводит рукой по своему животу вверх, останавливаясь на груди, пока второй рукой поглаживал своё возбуждение через ткань одежды. Эта фантазия терзает Яна очень долгое время… И начала терзать ещё чаще после случая в ванной, когда блондин не закрыл дверь, а его папочка вошёл и успел разглядеть обнажённое тело в мельчайших деталях. Хотя не только этот случай порождает новые фантазии. К примеру, ещё с детства Ян понял, что Ваня очень любит целоваться. Сейчас же этот факт не столько веселит, сколько пугает, ведь моменты, когда старший подвозит Ваню к школе заканчиваются поцелуем. Как и раньше. Но если раньше он целовал в щёку, то с недавних пор начал целовать Яна в губы почти каждый день. Это лёгкий, аккуратный, незамысловатый чмок, который дети могут подарить своим родным. Однако со взгляда блондина это выглядело как прямой намёк, мол, я уже сделал столько шагов в твою сторону, когда ты уже сделаешь хоть один? И Ян с удовольствием сделает хоть сотню шагов, но Ване до сих пор нет восемнадцати… В принципе, сейчас только это останавливает его от того, чтобы заявиться к Ване в комнату с прямым вопросом, хочет ли тот от старшего чего-то или же Яну пора сдавать в дурку. Но да ладно, хватит уже об отстранённой теме, Ян ведь помастурбировать собирался… Опустив руку на уровень паха, брюнет провёл по ткани домашних штанов сверху вниз, вспоминая то, что успел навоображать. В его голове сейчас младший выстанывает по-прежнему треклятое «Папочка», при этом активнее ёрзая на кровати, будто бы без слов моля взять его, из-за чего стояк в штанах проявлял всё больше жизненной деятельности. Прикрыв глаза, отдаваясь фантазии с головой, Ян позволил себе наконец коснуться эрегированного члена, блаженно вспоминая недавний сон. Там Ваня выглядел чересчур развратно, но Ян не может сказать, что ему это не понравилось. Внезапно слышится стук в дверь, аккуратный поворот ручки, а Ян единственное, что успел сделать, так это накрыться одеялом. Ну, хоть что-то… — Папочка, я не могу уснуть. Можно сегодня поспать с тобой? — с опечаленной мордашкой тихо произнёс Ваня, выглядывая из-за двери. Удивительно, но последний раз Ваня просился переночевать вместе почти год назад, когда посмотрел какой-то слишком кровавый ужастик и ему приснился кошмар. Он пришёл среди ночи с сильным сердцебиением, трясущимися руками, напуганным взглядом, разбудил старшего, просто забравшись к нему под одеяло и обняв. Но Ян не отчитал его за просмотр фильма, как планировал, а просто стиснул в объятьях, прижимая к сердцу, вслушиваясь в более спокойное дыхание, чем до того момента, и с радостью отметил, что очень любит его. — К-конечно, но для начала… Можешь, сделать нам чая? — в лёгкой панике молвил старший, боясь спалить свой стояк. — Ну, хорошо, — кивнув, блондин направился на кухню, пока Ян по-тихому проскользнул в ванную, дабы быстро забраться под холодный душ. Видимо, и сегодня не получится расслабиться… Когда Ян вернулся в свою спальню, Ваня, уже пригревшись, лежал под одеялом с чашкой чая в руках, параллельно наблюдая с лёгкой улыбкой за тем, как тот идёт к другому краю кровати. Отпив глоток чая, Ян молча дожидался момента, пока младший соберётся с духом и расскажет наконец, зачем попросился переночевать вместе. Потому как по пустякам он не просится, он ведь сильный мальчик. — Папа, ты любишь меня? — Ян застыл. С едва заметной паникой он обводил взглядом полутёмную комнату, боясь сказать что-то не так. — Просто в последнее время ты совсем не говоришь этого. Раньше часто говорил, а сейчас… — Конечно. Как ты мог подумать, что это не так? — Вот опять… Ты не говоришь этого слова, будто бы и не любишь совсем, — расстроенно сказал Ваня, опустив голову вниз. — Эх, малыш, посмотри мне в глаза, — спокойно произнёс брюнет, поставив чашку на прикроватную тумбочку, — Я очень сильно тебя люблю. Сильнее, чем кого-либо. Веришь мне? — Да, я тоже тебя люблю, папочка, — поставив свою чашку с чаем на другую тумбочку, младший приблизился к Ян с крепкими объятьями, завалив того на постель. Ваня уснул очень быстро, продолжая обнимать Яна поперёк груди. Выглядел он при этом очень мило, от чего все похабные мысли на его счёт как-то ушли ненадолго, потому как брюнет был уверен: завтра повторится всё то, что постоянно его провоцирует на грязные мысли, сны, фантазии и действия. Лишь самого Ваню в это желательно не впутывать, так как, если он всё-таки не делал Яну никаких намёков и тот просто поехал кукухой, то желательно оставить их отношения на том же этапе, на котором они сейчас. «Господи, дай сил не сорваться…» — мысленно взмолился Ян, у которого никак не получалось заснуть, ведь этот маленький комочек милоты постоянно ворочался. При новом повороте лицом к лицу, Ваня закинул ногу на старшего и вцепился в его футболку мёртвой хваткой. Ночка обещала быть весёлой… ********** — Доброе утро, папочка, — слышит Ян, словив эффект дежа вю, но, к счастью, теперь не чувствовал чего-то необычного. — Доброе, Ваня, — сонно ответил тот, даже глаз не открыв. — Тебе случайно не нужна помощь? — мозг только что проснувшегося человека ещё не вдуплял, с чем ему там нужна была помощь. — Ты о чём?.. — приоткрыв глаза, Ян стал пялиться в чужой темноволосый затылок. — Ну, как тебе сказать… Я проснулся раньше тебя и услышал, что ты говорил во сне… А ещё мне в спину кое-что упирается где-то полчаса, — Ваня говорил это слишком монотонным голосом, и вдруг его ладонь начала поглаживать член Яна через боксеры. — З-зачем ты?.. Прекрати!.. — в панике произнёс тот, понимая, что уже не спит. — Да брось! Как будто я не вижу, как ты на меня смотришь и о чём думаешь, когда я хожу перед тобой в открытой одежде! Я ведь тоже этого хочу, папочка, пожалуйста!.. Даже если ты не хочешь принять помощь от меня, так помоги мне!.. — как только Ваня развернулся, брюнет смог лицезреть возбуждение младшего. — Тебе ведь даже восемнадцати нет, ты школу ещё не окончил, и… — Какая разница? Мои сверстники хвастаются, сколько у них было партнёров, когда и где, а я всегда молчу на этой теме, потому что не хочу иметь ничего серьёзного с кем-то, кроме тебя, потому что люблю тебя! — наконец выговорился подросток, у которого на глаза слёзы навернулись. — Боже… Почему ты раньше этого не сказал?.. — Боялся, что ты меня отвергнешь, как сейчас… — уже чуть ли не плача, шепчет парень, внезапно почувствовал тёплые ладони на своём лице. — Я и не хотел отвергать. Когда ночью я говорил, что люблю тебя, это имелось в виду не как родственника. — Так ты всё-таки… — Да… И я уже полгода себя сдерживаю, чтобы не натворить лишнего. — Папочка… — едва не хныча произнёс Ваня, глядя в глаза напротив, — Пожалуйста, помоги мне. Вздохнув, Ян повернул младшего спиной, притянул вплотную к себе и обнял, начиная неуверенно скользить руками по телу. Он всё ещё не верит, что это реальность, но всё же делает всё очень медленно, аккуратно, проходясь ладонями по гладкой коже живота и груди. Оставив несколько невесомых поцелуев на шее и за ухом, Ян опустил одну руку вниз, к паху, кончиками пальцев ощущая чужое возбуждение, пока собственное требовало внимания. От каждого малейшего касания Ваня вздрагивал, а с его губ порой срывались тихие стоны, ведь он чувствовал, как старший нежно гладит член сквозь ткань белья. Через какой-то промежуток времени ласки стали доставлять не что иное, как дискомфорт, ведь хотелось большего, но ор боялся об этом сказать, а Ян — сделать что-то лишнее. Прикусив губу и собрав остатки смелости в кулак, Ян таки стягивает боксеры, начиная несмело надрачивать младшему. Ваня аж ноги под себя поджал из-за ощущений, что ему дарил брюнет, проходясь пальцами по головке, размазывая естественную смазку по всему стволу члена, поглаживая обнажённые участки тела, целуя в шею, шепча что-то нежное… Это всё сносило крышу, стоны вырывались всё громче, а глаза от получаемого удовольствия закатывались, ведь ор понимал, что ещё немного и он кончит. — Малыш, ты боишься продолжать? Потому что я сомневаюсь, что смогу остановиться… И либо ты уйдёшь сейчас, либо… — Я не боюсь, пожалуйста, продолжай, папочка, — ну всё… Ян парня за язык не тянул, он сам это сказал. Хватит искать новые причины не сделать то, о чём он мечтал уже очень давно, пора наконец осуществить мечты. — Тогда позволь задать тебе вопрос, — спокойно начал Ян, но приблизившись к ушной раковине, которую тот легонько прикусил, томно прошептал: — Ты растягивал себя? Сглотнув ком в горле, Ян несмело ответил «Да», а после услышал шорох за спиной. Старший поднялся и навис над Ваней, хищно глядя прямо в невинные глаза, спускаясь взглядом по телу вниз, любуясь вздымающейся от частого дыхания грудью… Какой же он прелестный, просто невозможно… Сняв с парня под собой всю одежду, Чан стянул футболку и с себя, продолжая нависать над ним, будто бы чего-то выжидая. — Папочка… Поцелуй меня, — тихо попросил Ваня, не стесняясь их позы, в которую младшего уложил Ян, усевшись между его разведённых бёдер. Молча наклонившись к лицу Вани с ухмылкой, брюнет утянул того в невинный поцелуй, постепенно углубляя его, проталкивая свой язык в чужой рот и начиная хозяйничать в нём. Через какое-то время Ваня начал требовать больше воздуха, а ещё поскорее войти в него… И как бы Яну ни затуманила мозг похоть, он всё же смог подумать о том, что нужна какая-то смазка, поэтому достал из тумбочки крем для рук с ароматом ванили и выдавил обильное количество себе на ладонь. Подставив два пальца ко входу, Бан дождался кивка от брюнета, что спустя секунду сдавленно простонал из-за проскользнувших внутрь пальцев. Было не столько больно, сколько непривычно, так что Ваня перестал думать о плохом и попросил большего. Услышав просьбу, Ян начал двигать пальцами внутри, чуть погодя добавляя третий. Ваня нетерпеливо насаживался, двигал бёдрами, моля как можно скорее проникнуть и начать двигаться, на что старший, едва контролируя свои действия, наконец вытащил пальцы, добавив ещё крема. Поставив головку своего члена к разработанному входу, Яр резко вошёл, на уровне подсознания понимая, что его теперь ничто не остановит. Он двигался быстро, резко, сильно сжимал талию и бёдра Вани, буквально насаживая его, входя с каждым толчком всё глубже. От каждого нового проникновения с уст брюнета срывались всё более похабные звуки, мотивирующие Яна двигаться более рвано. В какой-то момент Ян перевернул ход игры, поменяв положение их тел: сам лёг на спину, а Ваню усадил к себе на бёдра, позволяя тому попробовать двигаться самому. Но он двигался медленно, слегка неуверенно, из-за чего брюнет вновь схватил его за талию и, подмахивая бёдрами, стал толкаться ещё глубже. В комнате вперемешку звучали шлепки кожи о кожу, стоны, вздохи, всхлипы и до сих пор треклятое «Папочка», от которого у Яна по-прежнему крышу сносило. Когда в очередной раз младший простонал это слово, старший всё-таки кончил, даже не выходя из тела уставшего подростка. Продолжая двигаться внутри, Ян помог Ване, доведя его до пика удовольствия, и стал наблюдать за тем, как тот излился в его руку, а затем аккуратно вышел, глядя как из розовой дырочки вытекает его сперма. Довольный собой, он притянул паренька к себе за талию в объятья, нежно целуя в припухшие от укусов губы. — Я люблю тебя, папочка, — сонно произнёс Ваня, умастив свою голову на чужом плече. — Я тоже тебя люблю, — всё так же нежно ответил Ян, взяв того за руку, дабы переплести с ним пальцы.