Здравый смысл для Тумана.

       Тсуна был... Он не мог сказать, что разозлён, скорее сильно разочарован. Отцом, что даже не поинтересовался, чем грозит его сыну запечатывание Пламени. На Тимотео, что плохо (да что там, погано) обошёлся с приёмным сыном. Не сообщить подростку, что ещё Третьим боссом Вонголы был подписан договор: если Вария становится независимой семьёй, то замок, территория, что была отдана в её пользование возвращается Королевской семье. Отряд лишался эмблемы, заказов... Наверняка Тимотео воспользовался бы случаем и ополчил против Варии все остальные семьи. Потому-то Занзас поднял бунт, понимая, что в ином случае житья им не будет. Потому-то так старался выиграть. Чтобы уйти. Чтобы на его семью меньше сыпалось самых самоубийственных заданий. И это ещё, не говоря о Конфликте...       Тсуна вздохнул, отложил ручку, которой подписывал очередной документ, на взгляд Урагана, с улыбкой отрицательно мотнул головой. Хаято снова уткнулся в ноутбук, а Небо откинул голову на спинку кресла и на лице появилась мечтательная улыбка. Но есть за что сказать спасибо. За Истинных Хранителей, что они помогли собрать, за репетитора (хотя порой ему жутко хочется, чтобы его присутствие было только ночным кошмаром), за Варию, за Каваллоне...       Есть у Тсунаеши и то, что он очень хотел бы изменить... Хотелось вернуться на несколько лет назад, найти учёных Эстранео, вытащить Мукуро, Кена, Чикусу, Есю и остальных детей... Хотелось сказать прошлому себе через лень, через не хочу, заняться спортом.       Но... Раз в прошлое не вернуться (базука много времени не даёт, да и только в будущее отправляет), то сейчас Небо сделает всё, чтобы те, кто ему дорог были в безопасности. От всех. Даже от нынешней Вонголы.       Встать, потянуться и на вопросительный взор Гокудеры спросить:       — Еся-кун всё ещё в комнате? Не вышла?       Ураган отрицательно мотнул головой.       —Хах... И Такеши в печали, да?       — Не понимаю... Что этот бейсбольный придурок тянет?! Признался бы в симпатии уже! Смотреть тошно...       — Погоди, ты влюбишься, так же вести себя будешь! Помяни моё слово!       — Да никогда!       Тсуна выглянул в окно. Там как раз шёл предмет его дум и беспокойства. Такеши. С неизменной улыбкой, но Небо чётко знал: тот в печали от того, что девушка, которая ему нравится не показывается вне своей комнаты. Послышались шаги и к Тсуне присоединился Хаято.       — Джудайме, как думаешь... Девушки правду сказали?       — Ты про то, что Есения-кун симпатизирует Такеши?       Ураган только кивнул. Тсуна с улыбкой произнёс:       — Да, думаю, что они правы. Про любовь — не знаю, но симпатия есть. Не переживай так за Ямамото.       — Да кто сказал, что я переживаю за этого бейсбольного придурка?!       Пока Ураган возмущался, Тсунаеши снова перевёл взгляд на Дождь, которого постарались отвлечь Мелисса и Хару. Хаято замолчал. Посмотрел на развернувшуюся перед окном картину, как из особняка быстрым шагом приближается к компании Киоко и, наконец, взорвался.       — Как же меня это бесит!!       Быстрым шагом подошёл к выходу с грохотом открыл, а после закрыл за собой дверь кабинета. Тсуна, чуть прислушавшись к интуиции, с широкой лыбой от уха до уха чуть ли не в припрыжку и с трудом подавив желание насвистывать, отправился за злым и обеспокоенным судьбой друзей Ураганом.        Видя, как сотрудники с недоумением смотрят на Гокудеру, Тсуна всячески сигналил им не мешать и, не дай Бог останавливать его Правую руку с расспросами. Просто боялся, что запал друга пропадёт и вся семья снова будет беспокоиться за Есю и Такеши. Сейчас хоть есть шанс, что к сильно обеспокоенному Урагану прислушаются, ведь у Неба не вышло достучаться до друзей.       Но Тсуна не ожидал увидеть почти выбитую дверь в комнату и услышать, как Правая рука почти рычит:       — Женщина! Меня достали ваши с Дождём закидоны! Бледная, как поганка! Вон из особняка!! И чтобы я вас с бейсбольным придурком как минимум два часа на горизонте не видел!!        Тсуна отпрянул, шикнул на подчинённых и отослал первого попавшегося за Дождём. Пусть тот готовится к прогулке... Хаято всё же из семьи оказался одним из самых убедительных людей. Так что, прогулке быть!