«Полюбить,ценою в жизнь»

Милли открыла комод, и достала оттуда зарядное устройство и наушники. –Я думаю, тебе пора спать, –она поставила смартфон на зарядку, и воткнула провод наушников, –добрых снов. –Прости, и, спокойной ночи. Завтра жду тебя в 9,–Лайя вышла из гостевой, и пошла к себе. Дойдя до своих покоев, она открыла дверную ручку, и зашла внутрь. На пороге её ждало письмо. –Что за.? –брови девушки сдвинулись к переносице, и глаза забегали по белоснежной бумаге. Текст гласил: «Дорогая Лайя, надеюсь, что ты прочитаешь письмо до конца, Антон должен был передать его тебе. Мне жаль, что ваше с Милли мнение обо мне ухудшилось, правда. Я был не прав, и признаю это, за подозрения насчёт Влада извини меня, да и вообще за всё. Пускай твоя сестра летит завтра без меня, обо мне не беспокойтесь, со мной всё нормально. Надеюсь, у вас тоже. Не пишите и не звоните мне, не тоскуйте.Удачи, Лео. В голове начали крутиться мысли о том, как Милли будет рыдать ночами, и как впадёт в депрессию. Всей душой, ей хотелось найти рыжика, и задать ему трёпку, но так же желание не навредить состоянию сестры было куда больше. С самого начала, парень казался ей странным, и цель посещения страны таким же. Для чего человеку вести из Калифорнии в Румынию кота? Для знакомства с его предками? Бред. Пустая трата денег и времени. Но если этих два пункта, хоть отбавляй, то пожалуйста, Лайя не вправе хотя бы за это его осуждать. С этими мыслями, девушка приняла душ, переоделась и легла спать. Следующее утро обещало быть трудным… Показать Милли письмо Лео, и защититься от её брани, и в придачу отправить ту на самолёт в Сан-Диего. Сон отменился. На часах показывало 3 часа ночи, и до подъёма оставалось 6. Голова была полна мыслей об уходе Лео, о письме, и об инциденте в лесу. Связано ли это как-то с предательством парня, или на то есть причина? И Влад… Говорит ли он правду, или врёт? Для чего она ему нужна, если для снятия проклятия нужна взаимная любовь? Этот монолог в голове сморил её, и Царство Морфея забрало ту к себе. Лайя проснулась спустя пятьдесят минут от кошмара. Казалось, она выспалась лучше, чем за целых восемь часов, и готова прямо сейчас сворачивать горы и строить Рим. За окном темно, и вот-вот можно увидеть, как выходит солнце изо горизонта. И, сон, словно рукой сняло. Чтобы хоть чуточку снять последствие ночи, она накинула на плечи халат, и прямо в пижаме вышла в коридор. Снова эти стены… Снова палочки с огнём… Ковёр, расстилающийся по мрамору… Надоело. До слуха девушки дошла речь из комнаты Дракулы. –Сделал всё как надо? –Когда рейс? –Угу… –Угу… –Молодец –Завтра, Григорий, завтра. –До встречи. По всей видимости, он разговаривал по телефону, и убедившись, что он не выйдет из комнаты, пошла бесшумно дальше. Девушка дошла до огромной, массивной двери, толкнула её рукой, и прохладный воздух дунул в лицо. –Ух…–она поправила подол халата, направляясь к скамейке, –я поспала час, и вместо сна, сижу тут… Под светом фонаря. Из окна на втором этаже приоткрылась штора. За ней можно было увидеть лицо Влада, который наблюдал за Лайей. Бёрнелл в свою очередь думала о том, как же она удосужилась свернуть не туда в своей жизни… Ещё месяц назад она реставрировала очередную картину немецкого художника Курта Шеттерса, а сегодня… Живёт в замке Дракулы, с которым она уже успела переспать, и плачет по ночам, как ребёнок из-за своей беспомощности.