Личная коллекция

У каждого из них есть своя фототека. Только своя. Есть и общая. Но в «своих» они хранят кадры, пойманные именно ими. И оба помнят – когда, где, почему именно так и что при этом чувствовал. Их уже тысячи, но все равно, глядя на любой из снимков, они вспоминают тот фрагмент жизни. Вот Гуки стоит на холмике и любуется пейзажем – Тэ тогда снял его со спины и младший даже не заметил, так был увлечен окружающей красотой и так красив был при этом сам. Вот Тэ сидит под деревом и глубоко задумался – и так прекрасен в своей отрешенности, что Чон делает несколько кадров, когда отмирает от восхищения. Вот… Вот… Вот… Но даже в личных альбомах есть снимки в отдельных папках. У Чонгука это руки Тэ, бесчисленное множество этих безумно-красивых пальцев, этих тонких кистей и изящных запястий. В движении, в покое, в напряжении. Украшенные перстнями, браслетами и совершенно нагие. Руки спящего Тэ. Руки Тэ уставшего. Пальцы, держащие цветок и пальцы, крошащие хлеб птицам. Руки на фотоаппарате и руки в запутавшихся волосах. Чонгук немного смущается того, что у него такой пунктик и старается это скрывать. Но Ким знает и внутренне усмехается над этой забавной страстью младшего. Сам он наслаждается мускулатурой своего крольчонка и его детской мордашкой. Ему нравится смотреть, как под тонкой медовой кожей перекатываются бугорки мышц, будто живут своей жизнью. Его просто завораживает это зрелище, поэтому он очень любит ходить в спортзал вместе с Чонгуком – там он получает это созерцательное удовольствие сполна. А личико макнэ, когда он расслаблен, обижен, удивлен или спит, настолько малышульское, что у Кима перехватывает горло. И он делает то, что про себя, смеясь, называет «расчленёнкой»: изумленно-распахнутые глаза, припухшие со сна губы, ушко с серьгой, прилипшая от пота прядка волос, родинка на нежной шее. Лицо спящего Гуки. Лицо Гуки, смотрящего мультик. Лицо Гуки обиженного. Ким понимает, откуда у него эта страсть к Гуки-малышу – он влюбился когда-то в мальчишку-Чонгука и до сих пор ловит в выросшем, мускулистом и прекрасном мужчине того подростка. Тэхену самому это кажется немного извращением, что ли. Но Чонгук прекрасно все понимает и пользуется этой слабостью Кима – то совершенно по-детски надует губки, когда ему что-то нужно от старшего, то глазки распахнет - чисто Бэмби. Так они и живут, эти два любящих человека, зная свою половинку до самых сокровенных тайничков. Зная и оберегая эту приватность. А личные коллекции все растут и множатся, запечатлевая их жизнь и их любовь. *** - Чонгука, мне нужно купить внешний накопитель, поможешь выбрать? - Вот посмотри, я себе недавно такой купил, если устроит по параметрам, то там скидка на вторую покупку. - О! Отлично! Показывай! - и две темноволосые головы почти соприкасаются. Уткнувшись в монитор компьютера, ТэГуки тихо переговариваются, обсуждая детали будущей покупки. Бантаны, прошедшие в своей карьере почти нищенский период существования, до сих пор берегут каждую копейку. И только на благотворительность не жалеют средств. Однако и тут они всегда точно знают, кому и на что отдают кровно-заработанное. И они предпочитают пафосному «благотворительность» теплое слово «помощь». И им не важно, что это будет – рис голодающим, мебель школе, ремонт старушке или миллионы в конкретные фонды. И именно поэтому они не реагируют на смешки окружающих, что «миллионеры радуются грошовым призам». Внутри они все те же мальчишки, которые постоянно хотели есть от изнуряющих тренировок и выматывающих репетиций. И которые знают цену каждой заработанной воне. - Тэхени, у тебя уже дырка на этой майке! Сколько можно ее носить?! Пора выкинуть! - Ну и что? Она мне нравится. И потом – это ты мне подарил, что значит «выкинуть»?! Чонгук заливисто хохочет: - Ты же не будешь носить ее вечно? - Она такая уютная! - Айщщ, ну хотя бы не надевай ее вне дома! - Не ругайся! И вообще! Не твое дело, что я надеваю и куда! - Воу, воу! Притормози, ТэТэ! Я понял, понял уже – эта майка неприкосновенна! – и Гук снова смеется. - На себя посмотри! Этому худи тоже давно пора на пенсию, но ты же его таскаешь?! - Эй! Это ты мне купил с первой премии! – и замолкает. Они смотрят друг на друга и начинают дружно ржать: - Мы такие дураки, да, Чонгука? – вытирая выступившие от смеха слезы, говорит Тэ. - Я так люблю тебя, ТэТэ! – отвечает младший и встает с компьютерного кресла навстречу сделавшему шаг вперед Киму. Они замирают в объятии, а потом снова садятся к монитору, сцепив руки в замок и Чонгук думает: «Хорошо, что Тэ – амбидекстер, можно держаться за руки». Пока Тэхен левой рукой делает пометки в блокноте, Гуки, правой работая мышкой, большим пальцем левой руки поглаживает запястье Тэ. Эта невинная ласка говорит им обоим больше, чем страстные поцелуи – это нежность, это тепло, это забота. *** - Медвежонок, мы не можем принять еще и этот подарок! Ты уже купил нам квартиру, теперь еще и эта дорогущая машина! Это твои деньги, малыш! И мы с отцом знаем, каким трудом они заработаны – мама Тэ стряхивает набежавшую слезинку. - Мам, это не обсуждается. Ты сама сказала – это мои деньги. И скажи отцу, что раз уж моя карточка в его ведении, то пусть тратит на вас столько, сколько считает нужным. И не отчитывается мне о каждой пустяковой покупке. - И как ты себе это представляешь? – спросил отец, входя в комнату – Ты мне дал эту карточку, чтобы ограничить себя от ненужных трат, а хочешь чтобы мы пользовались без зазрения совести?! Тэхен рассмеялся: - Вы – и «без зазрения совести»? Не смеши меня, папа! Я же вижу все отчеты. - Кстати, об отчетах, - заговорил снова старший Ким – Я там видел, что ты купил виниловую пластинку за какие-то сумасшедшие деньги. Уверен, что она тебе так уж нужна? - Отец! - всплеснула руками мама Тэ, - Как ты можешь?! - Все нормально, мам, - улыбнулся Тэхен, - именно для этого я отдал в руки отца распоряжение моими средствами. – И повернулся к отцу – Да, пап, это очень редкий диск и я не мог его упустить. Поверь, это я еще сбил цену. - Хорошо, хорошо, прости, Медвежонок, я часто забываю, что ты уже взрослый и самостоятельный. И у тебя есть свои интересы. Что хоть за диск? - О, это совершенно потрясающий джазовый исполнитель, я дам вам послушать в следующий раз! И он мне просто необходим в коллекцию! *** Они лежали в своих смешных парных пижамах «со слониками» поверх покрывала, слушали новую пластинку и наслаждались отдыхом. Чонгук что-то мониторил в сети, Тэ, перпендикулярно к Гуки и положив голову ему на бедро, читал. Время от времени они перебрасывались тихими репликами, тогда Ентани приоткрывал глаза и следил за ними, а Тэ трепал его за ушки, успокаивая. И такая это была умиротворенная картинка, что Чонгук сделал пару снимков. - В личную коллекцию? – спросил Тэхен, улыбаясь. - В семейный альбом! - усмехнулся в ответ Чонгук.