Удачное соседство

– Привет! Я твой новый сосед! Марко скосил взгляд на соседний балкон их старой многоэтажки и досадливо прикусил фильтр сигареты. Шумный мальчишка в его устаканившийся мирок уж никоим образом не вписывался. Тем более после нескольких лет жизни в одиночестве пыльный соседский балкон стал своего рода дополнением к его тихим вечерам. – Хммм, – без интереса промычал он, вновь глядя перед собой и стряхивая с кончика сигареты пепел. – Я – Эйс, будем знакомы, – ослепительно улыбнулся мальчишка. – А как зовут тебя? Марко щелчком отправил в полет окурок и, развернувшись, скрылся в комнате, аккуратно прикрыв за собой балконную дверь. – Бааака, – Эйс обиженно засопел и тоже покинул балкон – нужно было распаковать коробки, перевезенные с собой с прошлого места жительства. *** – Йо! А курить вредно для здоровья. Ты знал? Вновь ослепительно сияющий мальчишка вдребезги разрушил мирную тишину летнего утра. Марко неопределенно дернул головой и затянулся. Погода обещала быть дождливой, нужно будет обязательно прикрыть все окна, иначе не миновать ему так нелюбимой влажной уборки. – Эй! Не игнорируй меня! – раздался справа возмущенный возглас. Мужчина лениво повернул голову в сторону разбушевавшегося соседа и вопросительно выгнул бровь. – У тебя забавная фамилия, – ухмыльнулся мальчишка, счастливый, что сумел завладеть чужим вниманием. – Марко Фе-никс. – Это не фамилия, – недовольно буркнул тот, провожая взглядом полетевший с пятого этажа окурок. – Правда что ли? А что? Прозвище? Пропустив вопросы мимо ушей, он лениво потянулся, хрустнув при этом большей частью суставов, и, зевнув, скрылся в глубине квартиры, оставив обиженного мальчишку сердито сопеть. *** – Вечера! – приветливо улыбнулся Эйс вышедшему на балкон с зажженной сигаретой мужчине. – Ты тут днюешь и ночуешь что ли? – не удержался Марко от вопроса. И тут же досадливо крякнул, увидев преобразившееся лицо мальчишки. – Неа! – рассмеялся тот, от переизбытка счастья. – Просто совпадение. «Ага, совпадение, как же. Считай, что я поверил», – недовольно нахмурившись, подумал Марко, с отстраненным любопытством разглядывая соседа. Тот мечтательно улыбался, глядя на верхушки деревьев, на шее поблескивая кроваво-красными бликами висели крупные бусины. Ветер то и дело ерошил отросшие и, похоже, не знакомые с расческой волнистые лохмы. На щеках россыпь веснушек. «Вот уж на кого солнце глаз положило», – сказал бы про него Сач. – Любуешься? – нахально ухмыльнулся сосед, щуря смешливые карие глаза. Марко от досады затянулся сильнее, чем следовало, и после даже в квартире продолжал хрипло откашливаться. *** Мужчина удивленно оглядел соседский балкон, но так и не нашел там ни единого признака присутствия мальчишки. Да и звуков из-за стенки последнее время не раздавалось: будь то чересчур интенсивный вой электрической гитары, или неудачные эксперименты на кухне, когда по всему дому слышался вой обжегшегося соседа или звон выпавшей из рук кастрюли. Чаще всего вместе с содержимым, а то и мальчишкой. Марко нервно прикусил фильтр, заслышав негромкий хлопок входной двери соседа. Эйс с полчаса пошебуршал в квартире и, наконец, выглянул на балкон. – Йо. Я думал, ты уже спишь. И верно, время было далеко за полночь. Марко и сам не мог понять, с какой стати за четыре тихих, необремененных присутствием шебутного мальчишки, дня он выкурил целый блок сигарет. – Что с твоим лицом? Эйс провел по губам, пытаясь стереть запекшуюся кровь и усмехнулся. Тут же, впрочем, поморщившись от боли. – Да так, – он неопределенно махнул рукой. – Считай, просто не сошлись во мнениях с несколькими людьми. – Любопытно, – Марко затушил одну сигарету и немедленно принялся за следующую. Какая она сегодня по счету? – Кое-кто пытался добраться до отца. А я популярно объяснял, почему, используя меня, они уж точно ничего не добьются. – Почему же? Сосед безразлично пожал плечами и, бросив, что это долгая история, скрылся в своей квартирке. – Интересно. Мужчина докурил сигарету и с неспокойным сердцем отправился на боковую. *** – Утречка! Выспавшуюся веселую физиономию с бесследно испарившимися за неделю следами побоев, видеть было до противного приятно. Марко махнул рукой в знак приветствия и прикурил сигарету, не особо вслушиваясь в ставший привычным восторженный рассказ Эйса о каком-то там Луффи и его бедовой компании. Утро тоже было до противного приветливым и невыносимо солнечным. Если жарит с утра, то не миновать дождя. В груди засело свербящее чувство тревоги, от которого даже с помощью неконтролируемой болтовни соседа было трудно избавиться. А ведь сегодня первый после отпуска день работы. И кстати, с чего это Эйс встал в такую рань? Марко с явно отразившемся на его флегматичной физиономии удивлением посмотрел на мальчишку. Эйс подавился воздухом и тут же заткнулся. – Что? – Ты куда собрался в такую рань? – заметив его гладко отутюженную рубашку и причесанные лохмы, спросил мужчина. Сосед дернул себя за яркую полу не застегнутой рубашки и смущенно отвернулся, пробормотав в сторону: – Странно выглядит, да? – Да нет, – усмехнулся Марко, затягиваясь в последний раз. – Очень даже мило. Он выбросил окурок и ушел в квартиру, не заметив счастливо растянувшуюся на веснушчатом лице улыбку. *** От хлынувшего ливня пришлось прятаться под козырьком какого-то магазина. Холодные струи ожесточенно били по асфальту, на несколько метров вокруг разбрызгивая воду из луж. Прохожие в ужасе шарахались, накрыв голову, кто чем горазд, и что есть силы бежали, пытаясь спрятаться от непогоды. Марко, уже десять раз обругавший себя за рассеянность, стоял, безучастно разглядывая снующий туда-сюда народ и мысленно проклинал забытый на кухне зонт. Дождь и не думал заканчиваться, все усиливаясь и скрадывая силуэты проезжавших машин, блестящих своими отполированными боками в свете зажегшихся от близящихся сумерек фонарей. Мимо, медленно переставляя ноги, брел невысокий паренек, полностью вымокший, с занавешенным волнистой челкой лицом, в одной рубашке и шортах. – Что за самоубийца? Ливень хлестал его по лицу, не позволяя ни на метр впереди себя разглядеть тротуар. Да и, похоже, что мальчишке было откровенно плевать, куда идти. Марко помялся несколько секунд, но узнав по яркой рубашке, которую только сегодня утром сам же одобрил, и темной макушке своего соседа, тут же рванул к нему, выскакивая из-под козырька. – Переохлаждение заработать хочешь? Он вцепился в острый локоть и силком потащил несопротивляющееся тело под облюбованный козырек. – А ну и к черту, – невпопад ответил Эйс, отворачиваясь так, чтоб Марко не смог случайно заметить свежие ссадины на лице. – Опять? – мужчину, за плечами которого довольно-таки трудное детство, не так-то просто было обмануть. – И что с того? – с вызовом заглянул в серые глаза парень, еле сдерживая выступившие от злости слезы. – Эйс, – устало протянул тот, прижимая к себе промокшее и дрожащее от холода тело. – Что ты?.. – запрокинул голову сосед, вглядываясь в мокрое лицо напротив. – Хватит сражаться в одиночку, Эйс, – Марко зарылся пальцами во влажные волосы, сильнее откидывая голову, и со странной смесью из злости на обидчиков и еле заметной, почти эфемерной нежности рассматривал кровавые ссадины. – Марко. Эйс поднял руку, стирая со щетинистого подбородка прыткие капли дождя, неуверенно провел ладонью по щеке и пальцами огладил дрогнувшие в полуулыбке губы. Марко наклонился ниже, грея замерзшую кожу мальчишки теплым дыханием и, встретив решительный взгляд карих глаз, прикоснулся к губам. Закинув руки мужчине на шею, Эйс сделал единственно правильный, как подсказывало ему сердце, выбор. Он углубил поцелуй, прижимаясь теснее к крепкому телу соседа и судорожно вздохнул, чувствуя чужую обжигающую страсть. – Дождь кончился, – оторвавшись от потрескавшихся в каплях подсыхающей крови губ, пробормотал Марко. – Надеюсь, сегодня, вместо пустословного трепа, я услышу то, что ты должен был рассказать мне еще неделю назад? Эйс удивленно вскинул брови и недоверчиво вгляделся в чужие глаза, в которых теплым серебром плескалась забота и что-то еще неуловимое. Марко взъерошил влажные пряди и тепло улыбнулся. – Ты больше не останешься один. Никогда.