Эдельвейс

Андрей всё же снова наведался в свободное время в бордель, где снял шлюшонка и отодрал его по полной программе. Омега был смазлив, ухожен, разработан и пах леденцами. Он быстро освободился от одежды, стоило им только в номер зайти. Мальчишка возбудился от вида привлекательного альфы и его приятного запаха, поэтому залез на постель и стал крутить тощей задницей. Андрею просто хотелось секса. Дикого, безудержного. Он расстегнул брюки, даже не утруждая себя снять их и высвобождая толстый и длинный эрегированный член с яркой головкой. Завидев эдакую красотень, омега пошло причмокнул губешками от восхищения и погладил себя по дырочке. — Иди сюда, красавчик, — проворковал он, и Андрей сходу засадил на всю длину. Омега громко простонал, в удовольствии закатив глаза. — Какой он у тебя, мгхм, — сдавленно проговорил омега, довольно улыбаясь. — Ну же, подвигайся. Андрея много просить не надо, поэтому он, сразу взяв привычный для себя темп, принялся толкаться в доступное тело. Чуть изменив угол проникновения и задев родовые пути, альфа снова заставил его стонать в голос. Желая побыстрее достичь разрядки, мальчишка стал надрачивать себе. Казалось, прошла уже целая вечность, за которую шлюшонок успел кончить несколько раз, а к Павлину разрядка все шла. Только после третьего раза альфа в шоке осознал, что всё время принюхивался к шлюхе, ища знакомый аромат. К тому же, шлюшонок чем-то неуловимо напоминал Славика. Модельер застонал — видимо, задохлик гораздо глубже проник ему в голову, чем Павлин думал. Альфа представил сливочную кожу своего истинного — и тут же кончил в гостеприимную дырочку. Только вот Андрей не мог избавиться от неприятного ощущения. Ну, это словно пришел в гости и вдруг по дороге наступил на лужу кошачьей мочи. Или типа того. С чем это ощущение было связано, Андрей так и не смог понять. Шлюшка валялся весь мокрый, а ему хотелось уйти отсюда, как можно скорее. Но он сдержал себя. — Это не мое дело, конечно, — шлюшонок с любопытством смотрел на Андрея. — Но ты… почему ты не с ним??? — С кем? — не понял Андрей. — С тем, чьим именем ты меня называл. Со Славой. О, как. Называть шлюху именем белобрысой мочалки! Павлин еще никогда не был настолько унижен! — Так вышло, — уклонился он от ответа. — Я 7 лет в проституции, — шлюшонок вздохнул. — Просто люблю секс. Но я многое повидал. Можешь думать, что я тупая омежья шлюха, и ничего не понимаю. Но ты не заменишь его. Никем не заменишь. И никогда. Это будет внутри тебя и однажды лопнет. — Я совершенно не собираюсь признавать это чмо. Эту побелку. Остатки жвачки и то красивее, — зло выплюнул Андрей. Шлюшонок хмыкнул. — Признаешь, хочешь или нет. Помяни мое слово. Да не собирался он! От злости Андрей на следующие выходные позвал Мишаню в клуб потусить. Это приглашение как нельзя кстати подходило для коварных Мишаниных замыслов. — Щас замутим, — Андрей заказал виски, закусок и стал осматриваться по сторонам в поисках легкодоступных омежек. Миша наблюдал за другом, поджидая благоприятного момента. Андрей рассматривал призывно виляющего задом омежку в синих шортах, попивая вискарь. Миша потихоньку достал свой телефон и положил на стол таким образом, чтоб были видны их лица. Омежка в синих шортиках подмигнул Андрею. Он пах черемухой, и Андрей сморщил нос, не желая признавать, как сильно ему не хватает запаха до сих пор неопознанных цветов. Миша воспользовался этим, чтобы пододвинуть к другу еще один стакан с виски. Андрей выпил, не глядя. Его внимание привлек другой омега, с длинными белыми волосами, покачивающийся в такт музыке. Омега явно обратил внимание на красавца-альфу и показывал свое умение двигаться. Миша включил видеозапись и незаметно перевел дух. — Пойти что ли познакомиться с ним? — спросил Андрей, в раздумьях наблюдая за омежкой. — Пф, — Михаил рассмеялся. — Этот сам к тебе прыгнет. Таких омежек развелось как блох. А вот завоевать не такого дано не всем. Михаил всё верно рассчитал — Андрей повелся на его вызов. — Да я любого завоюю! — заявил он. — И уложу в постель! Вот! — Пхахаха! — Михаил загнулся в приступе смеха, не забывая про телефон. — Уж прям так и любого! — Назови имя! — потребовал Андрей, разгоряченный спором. — Славик! — заявил Котляров. — К-какой еще Славик? — не понял Андрей. — Твой секретарь! — Пойдет, — кивнул Павлин. — Пофиг. Славик так Славик. — Тогда месяц. — Не, — мотнул головой Андрей. — На таких, как Славик, нужно два или три. Хотя он и истинный. — До осени осталось 2 с лишним месяца, и они твои. Если до Дня Духов ты уложишь Славика в постель, я отдам тебе три ящика отцовского коллекционного виски. — А если нет? — насторожился Андрей. — Дашь мне партнерство. И место в совете директоров. — Я б и так дал, — обиженно забубнил Андрей. — Так интереснее. — Договорились, — кивнул Андрей, выпил пятый стакан виски и отрубился. А Михаил выключил камеру на телефоне и засмеялся. Он был абсолютно трезв и весьма доволен собой. Поэтому он благородно довез Андрюшу до дома, сдав на руки отцу. Юра покривился, но уложил сынулю спать. Андрюша всё-таки не каждый день выпивал, а раз в месяц или два. Миша уехал, а Павлин-старший сидел возле сына и думал. Ему не давал покоя вопрос, отчего это Андрюша так налакался. Неужели не хочет признавать Славу? Юра вдохнул — да, омега не выглядит как модель для обложки, но у него было множество плюсов, которые заметил умудренный жизнью альфа. Однако эти мысли плавно перерастали в беспокойство, потому что Юра до сих пор не знал, кто такой Слава и зачем он трется возле Андрея. Истинность многое объясняла, но неизвестность настораживала. А потому альфа решил с этим разобраться. — Чувствую себя так, будто меня через мясорубку пропустили, — признался Павлин, тупо отсыпавшийся весь второй выходной. — Что было-то в клубе? — Как это что? — Миша округлил глаза. — Ну ты даешь! Мы же с тобой поспорили, помнишь? — Не-а, — затряс Андрей головой, — не помню. На что? — На кого, — Миша подвигал бровями. — На Славика. На то, что он будет твоим к Дню Духов. — Эм…-Андрей завис. — И что мы поставили? — Я тебе три ящика отцовского коллекционного виски. А ты мне партнерство и место в совете директоров. Я так и думал, что ты забудешь! Поэтому всё записал! Чтобы ты потом не отвертелся! — Ладно-ладно, — забурчал Андрей. — Я, правда, так и не разобрался, кто он. — В каком это смысле? — не понял Миша. — Да, понимаешь, я к итальяшке ездил. Спросил у него, не киллер ли Славик. Миша быстро сложил 2+2. Винсенте видимо про Славика был прекрасно осведомлен. Котляров даже представил, как поржал зловредный итальяшка, услышав эдакое предположение. — И что же он ответил? — Что Славику по должности положено, — Андрей возмущенно фыркнул. — А когда я спросил, не мафии ли часом, почему-то очень удивился и спросил, откуда это я про мафию знаю. Типа я такой дурак и не догадаюсь, что ли? Мише очень хотелось рассказать Андрею всё, как есть, и полюбоваться на ошеломлённое лицо друга, но он сдержался. Не из-за предупреждения неизвестного, а исключительно из-за пособничества своей темной стороне. Оставив Андрея приходить в себя, Миша направился со списком тканей на склад. Пройдя мимо стола секретаря, он остановился и вытащил шоколадную конфету. Слава что-то заносил в базу данных. Миша понаблюдал за ним некоторое время, пытаясь сопоставить оба образа. Как это так Славе удалось настолько сильно измениться? Котляров был озадачен этим фактом, но решил разобраться позднее. — Я знаю, кто вы. Михаил сказал это очень тихо, настороженно посматривая на Славу. Тот одарил его недоуменным взглядом. — Секретарь вашего друга и начальника, кто же еще. — На самом деле, — Михаил покачал головой. — Мне… фото показали. Я никому не сказал. — Что вам нужно, Михаил? — Слава пристально посмотрел на него. — У меня полно работы. Слава сразу понял, кто рассказал Михаилу - Гиря, кто же ещё! Но этому человеку он доверял. У него были причины для доверия. Поначалу Слава хотел было уйти в несознанку - ничо не знаю, это был не я, но потом подумал, что это было глупо, да и Гиря рассказал не просто так. Поразмыслив, он решил пристать к Гире и расспросить того о причинах, побудивших весьма скрытного и осторожного Гирю вдруг взять и поведать Котлярову ценные сведения. Интересно, а Михаил-то почему не сказал? Неужели из-за предупреждения? А то, что человек брата оставил предупреждение, Слава не сомневался ни капли. — Зачем он вам? — невольно вырвалось у Котлярова. Слава хмыкнул. Он не желал себя выдавать, но раз Гиря рассказал, следует принять это во внимание. А ведь не расскажет и не из-за предупреждения. У Славы возникло странное ощущение. Как знаете... идёшь мимо двери в тёмный подвал, там никого нет, а всё равно неприятно и мурашки по коже и хочется скорее пройти. Но точно определить это чувство он так и не смог и отложил принятие решения до встречи с Гирей. — Я не буду это с вами обсуждать. У Вас всё? — Нет. Вы… играетесь или серьезно? Андрей мой друг, я… — Серьезно. Не переживайте. — Насколько серьезно? — уточнил Михаил. — Настолько, что согласовано с братьями. Михаил похлопал ресницами, находясь в шоке. Он никак не мог в это поверить. Но Слава кивнул. Злость снова овладела Михаилом, и он едва сдержался, чтобы не рассказать про спор. Но нельзя. Не сейчас. — Вы… можете на меня рассчитывать, — сказал Михаил. Слава скептически взглянул на него, но снова кивнул. — Если нужна будет помощь, обращайтесь, — Миша написал свой номер и положил перед Славой листок. Слава кивнул и спрятал листок в карман. А Михаил пошел на склад. Едва он это сделал, Слава отправился в сторону туалета, по дороге напевая: Во степи растет ковыль, Припасу его на дом, Наплету аж целый стол, Не успеет упасть пыль. Омега оставил дверь открытой, и не зря. Вскоре она открылась и тут же быстро закрылась. Слава сполоснул руки, не оборачиваясь. — Гиря, рад тебя видеть, — сказал он. — Зачем Михаилу сказал? — Вы запретили причинять вред близким вашего истинного, а Котляров начал под вас копать. Вот я ему и рассказал. — Ладно уж, — пробурчал Слава. — Ты знаешь про Тима и Бурана? — Что они истинные? Догадывался. Что будете делать? — Сводить их, конечно! Нафиг все эти условности! Нашли, из-за чего страдать, тоже мне! — Знатный скандалец выйдет, — Гиря невольно хихикнул. Слава улыбнулся. — Неееет, Гиречка, это всё фигняяяя. А вот когда мы с Андрюшей поженимся, скандальцем не оберешься. Будет настоящий скандалище. Только мне поровну, знаешь ли. Я не Буран с Тимой и не собираюсь страдать из-за чужого мнения. Вот еще не хватало!