Снимая маски

             — Привет, Джейк.       Парень мило улыбается в ответ, садясь рядом с Дино. Тот тоже старается держать на лице приветливую улыбку, точнее «особую» улыбку, чтобы направить мысли парня в нужную сторону. Ангел его знал, они вместе учились, но первый быстро пошёл по программе, и они стали меньше видеться. Джейк был самым по себе воплощением милого: кудрявые, каштановые волосы, блестящие каким-то особым светом, радостью и жизнелюбием что ли, аквамариновые глаза, пухлые розовые губы и с маленькой горбинкой нос, усыпанный веснушками. Такое совершенство, естественно, является ангелом, так что за безопасность дальнейшего разговора Дино не переживал. Пожалуй, стоит сказать ещё факт про Джейка: он гей и причём свободный на данный момент. Так что шансов на победу становилось всё больше и больше.       Тем более Дино уже ощущал его приближающуюся к внутреннему дворику школы энергию. Его и его свиты точнее.       — Как Китти? — интересуется ангел, на что лицо парня снова озаряется лучистой улыбкой.       — Идёт на повышение. Учителя расхваливают её успехи и говорят, что мою сестру ждёт большое будущее. Да благословит её Шепфа!       Дино искренне радуется вместе с Джейком, улыбается, да поглядывает на вход во дворик в ожидании. И уже хочет что-то сказать, как парень его перебивает, уже серьёзно и чуть тише прежнего спросив:       — А как Лилу? Я слышал вы расстались.        «Неожиданно, конечно. Хотя наше с ней расставание было достаточно громким, чтобы об этом узнала вся школа. Ещё и этот придурок устроил ей весёлую жизнь на долгие две недели… Хорошо, что я смог уговорить его отказаться от этого.»       Дино в одно мгновение меняет радость и беззаботность на серьезность и некоторую задумчивость. Перестаёт улыбаться и опускает взгляд, поджав губы, кивает головой, пока руки сами собой сцепляются в замок. Джейк чувствует укол вины, что вообще поднял эту тему, но его легкомыслие не даёт ему дать заднюю и, сказав базовые слова поддержки, как-то перевести тему. А Дино только этому и рад, план в его голове немного преобразовался и теперь похож на что-то дельное и действительно работающее. Во всяком случае этот разговор можно будет оценить как дружеский и никто ничего не заподозрит. Это в случае неудачи, конечно.        «Главное не переиграть, а то подумает, что я скучаю по ней и, не допусти такого Шепфа, у меня остались к ней чувства.»       — Да, это правда. Уже как месяц.       — Мне очень жаль, Дино. Вы были прекрасной парой, — с сожалением говорит Джейк, положив руку на плечо ангелу.        «Да, актерская игра и у меня, и Лилу на высшем уровне.»       — Знаешь, первые дни мне было сложно, — начинает с толикой грусти в голосе Дино, сохраняя на лице суровое спокойствие, — Я… Я не до конца понимал, что ли. Мне казалось, мы просто поссорились и вот-вот помиримся, — он опускает голову, кивает ею, будто каким-то своим мыслям.       Дино, как бы невзначай, кладёт свою руку на руку парня, всё ещё лежавшую на его плече, слегка похлопывая по ней.       — Я не могу представить какую боль ты пережил, хотя знаю, как тяжело расставаться с тем, кого считал родным, — ласково говорит Джейк, чуть наклонившись к ангелу, — И знаешь, каждое такое расставание оставляет след на душе, и только время может сделать этот след менее видимым и болючим, поэтому нужно идти дальше, слышишь? Оставаясь на месте и продолжая загоняться из-за этого, себе не поможешь, даже хуже сделаешь. Так что нужно идти вперёд и понимать, что эта потеря как ещё один этап твоей жизни, как испытание для твоего характера, а может… — парень чуть замялся, облизнув губы, что-то решая в своей кудрявой головушке, однако продолжил, — И подумать, а вдруг тебе нужна она, и сделать новую попытку.       Дино действительно понравились слова ангела, кроме последних. Их суть до него не дошла. Зато дошло осознание, что он теряет хватку и должен сейчас что-то предпринять. Он поворачивает голову в сторону Джейка, пару секунд смотрит безотрывно в его глаза, будто о чем-то думал, а после сжимает его руку и убирает с плеча, держа её теперь перед собой.       — Спасибо, — тихо благодарит он, смотря на руку парня в своей.       Джейк что-то отвечает, пока Дино прислушивается и понимает, что вот-вот и во дворик зайдут демоны.        «Пора.»       И снова ангел решает что-то сказать, как парень, возможности которого, видимо, он недооценил, говорит следующее:       — Главное, чтобы рядом оказались те, на кого ты бы мог положиться и кто бы мог тебя поддержать.       В его таких невинных и чистых глазах мелькает неестественный им блеск, а на губах тянется странная улыбка, похожая на усмешку. Дино чуть тушуется, но виду не подаёт, а сам, неосознанно пялиться на губы Джейка, которые с каждой секундой всё больше и больше превращаются в усмешку, отчего лицо его принимает некий окрас лукавства.        «Да он заигрывает со мной! Вот уж неожиданно. Это может привести к не очень хорошим последствиям… Но мне нужен только флирт, а не намёки на «поддержку» без обязательств.»       Дино теряется, но большим пальцем руки всё же поглаживает мягкую кожу парня и тоже улыбается, а сам краем глаза замечает, что демонская свита здесь и главарь их тут как тут. Осталось разыграть спектакль для одного зрителя. И этот зритель знает о присутствии ангела здесь и знал ещё на подходе к дворику.       — Да… Мне действительно не помешала бы поддержка, — тихо говорит Дино; демон, идя в сторону дерева, под которым он с его свитой всегда стоят, на одно мгновение задерживает на них взгляд, но, отвернувшись, идёт как ни в чем не бывало, — И ты прав, рядом должны быть люди, которые могли бы её оказать, — Джейк улыбается, а Люцифер прислоняется спиной к дереву так, что они оказались прямо перед его внимательным взором (от онного у бедного ангела буквально дыхание перехватило).       — Но… Такие уже имеются.       Лукавство сходит с лица парня, и он понимающе кивает, но продолжает улыбаться, не теряя своего веселого настроения. Дино кладёт руку парня в другую, и после недолгого пожатия ангел быстро уходит с дворика, пока демоны не обратили на него внимания и не спровоцировали конфликт. Ему хватает внимания и одного демона, которым он, к счастью, не обделён.       Может быть спектакль получился не таким убедительным как хотелось бы, но играть на чувствах Люцифера опасно даже для ангела. Однако не отомстить после того, как он увидел Люция в компании другого демона, у которого энергия имела нотки игривости и на лице у него была явно не приветливая улыбка, Дино не мог. Они стояли в пустом коридоре, одни и как прикажете тут ангелу не заревновать или даже в чём-то кое-кого не заподозрить. Дино не настолько глуп чтобы говорить что-то вроде:"Это же демон, тем более наследник адского престола, разве он будет останавливаться на одном ангеле, хоть и равного ему по силе, но являвшегося сыном простого учителя? Да ты для него просто трофей! Он ослабит тебя морально, пустит пыль в глаза, а потом предаст и прощай сила, которую ты чуть ли не по своей воле ему отдашь.», однако сомнения терзали его. Их отношения не простые — каждому понятно, — и они сами по себе совершенно разные, но это не помешало судьбе, как бы это глупо или смешно не звучало, свести их, а после каждому вносить вклад в укрепление их связи, что каждому из них говорило о многом. Они не сошлись по одному щелчку пальцев, но когда ангел и демон стали хоть на йоту ближе друг другу, когда чуть приоткрыли друг другу свою сущность, то пламя между ними зажглось в одно мгновение. Дино, впрочем как и демон, долго не мог принять тот факт, что его враг может оказаться ему самым близким и родным. Их отношения странные, я повторюсь, но это так: если один, чувствуя в душе умиротворение, будет непривычно для себя разговорчивым, то другой будет наслаждаться и хотеть простого молчания в присутствии ангела. То, что они в компании друг друга были абсолютно другими нежели на публике, подливало в их пламя хорошего горючего. Но быстро и в полной мере довериться друг другу ангел и демон не могли. Да, их отношения резко стали развиваться, но доверию нужно время. А тут ещё и ревность.       Дино, готовившийся к повороту влево, уже шёл по пустому коридору школы, наслаждаясь тишиной, и старался не думать была ли ошибкой его разговор с Джейком, который со стороны мог показать весьма не просто дружеским, хотя по сути так и являлось. Но никто же об этом не знает. Главное видение, которого ангел добивался, а всё остальное… Он об этом не думал. Дино вообще не о чём не думал и шёл в каком-то весёлом настроении. Даже улыбался.       — Ах, вот ты где!       Дино вздрагивает и быстро оборачивается, первым делом пытаясь понять, как он мог не почувствовать его энергию? Тем более, когда демон в гневе, его энергию не почувствовать надо ещё постараться.        — Люций?       — Нет. Милый ангелок, с которым ты сейчас разговаривал!       Люцифер стремительно направлялся к нему, расправив крылья и уже с такого расстояния прожигая его алым взглядом. Дино снова тушуется: в его планы не входило, что демон сразу пойдёт за ним. Он был почти уверен, что тот покажет свою ревность, злость, гнев иным способом. Ну или хотя бы чуть позже, но не сразу!       — Что, не узнал меня?       «Ладно, раз уж так вышло… Нужно взять себя в руки. Как же глупо получилось… Не умеешь добиваться ревности так не берись. Так, спокойно. Как говорится, взял так доведи дело до конца.»       — Ты о чём, Люций? — недоуменно спрашивает ангел, а сам, не осознанно или даже инстинктивно, делает пару шагов назад и крыльями чувствует приближение стены — тупик.       — А я про милого ангела. Ты так ему улыбался, так пя-ялился на него! — наигранно говорил демон, еле сдерживая себя чтобы не заорать на всю школу, пока приближался к парню, накаливая воздух своим гневом, — Ух, как мило всё это выглядело! Мило и сладко… Нет-нет, постой, даже приторно. Как ты любишь.       Демон улыбается, одной из той улыбок, которую когда увидел стоит бежать и как можно быстрее. Но Дино не сдавался и сохранял на лице спокойствие, ещё надеясь на хороший исход их разговора. Люцифер, широко шагая, наконец настигает ангела и встаёт прямо перед ним, скрещивая руки на груди и обжигая того своим жаром. Дино приходится поднимать голову в таком положении, их разница в росте не так велика, но сейчас он ощущал её как никогда. А ещё ему было жарко, как и от природного жара демона, так и от его ревности.       Дино заглядывает ему в глаза, такие алые и близкие ему, горели они сейчас гневом адским. И этот гнев вот-вот ангел почувствует на себе.       — Люцифер, пожалуйста, успокойся, — тихо просит парень. Как огню сказать потухнуть.       — Я спрошу прямо, — игнорирует демон, говоря металлическим голосом холодно, громко и чётко, — Что.ты.творишь?       Дино вглядывается в его глаза, замечая какой-то странный оттенок в них, то есть говорил демон холодно, а вот в глазах было что-то иное этому, что-то иное его бешеному состоянию, противоположное что-то. Ангел на миг опускает голову, старается собраться с мыслями и с самообладанием, ведь для него это была игра и глупо было рассчитывать на какое-то другое восприятие этого спектакля. Дино думал, что они окажутся в их тайном месте и кричать вообще-то хотел именно он, сделав виноватым демона. По сути он как таковым и является. Но сегодня явно не его день, ведь любой из его планов в итоге провален.       — Я просто разговаривал со своим бывшим…       — Ага, так он твой бывший. А что ты тогда Лилу не пригласил?       Всё что связано с ней — больная тема для демона. Дино не раз слышал её имя в его речах, когда у него был новый всплеск злости, вызванный скорее недоверием и нежеланием потерять ангела, чем желанием потрепать тому нервы.       — Люцифер, не говори глупостей. Он мой бывший сокурсник. Я стал быстрее продвигаться по программе, и наше общение прекратилось. А тут у нас появилась свободная минутка, и я решил вспомнить старое.       Демон наклоняется к нему ближе, уперев руки в стену по сторонам от него, и всматривается в его лицо, глаза, которые Дино прячет, не в силах взглянуть в его. Встретить его злой взгляд было мукой для него. Теперь совершив ошибку, ангелу стало стыдно и больно от осознания того, что своей глупостью нанёс рану дорогому демону. Он даже понятия не имел как всё исправить.       — Не ври мне, — раздаётся всё тот же стальной голос, который ангел ощущает буквально физически.       Дино поднимает взгляд, сразу встречаясь с демонским, и смотрит так же прямо и так же безотрывно как и он. Будь что будет, если Люцифер поймёт, что он врёт, то так будет легче для ангела, даже если тот возненавидит его.       — Я ненавижу ложь, Дино, — медленно, тихим голосом с лёгкой хрипотцой проговорил демон, — И ты это знаешь.       Он сказал это так, будто на мгновение совладал со своей злостью, так, будто хотел уберечь ангела от своего же бешенства, чувствуя, как эмоции обжигающей и текучей лавой подступают к самому сердцу, заполняя его. Ну, а если заполнят… Люцифер никогда не доходил до такой грани и сам не знает чего от себя ожидать. Хотя отчасти догадывался.        «И что же мне тебе сказать? Правду, говоришь. Хорошо. Я флиртовал с этим самым милым ангелом (хоть и вышло чуть иначе, но всё же), знал, что ты придешь во дворик именно в этот момент, потому хотел вывести тебя на ревность, так как сам страшно ревную тебя к одному блондину-демону, который по какой-то причине удостоился чести говорить с тобой наедине, а посему хотел в удобное время устроить скандал, сделать виноватым тебя, а свой поступок обратить в шутку или вообще никогда не возвращаться к этой теме! Вот вся правда, милый друг! На, жуй.»       Иными словами Дино был чуть ли не зол, но всеми силами подавлял эту эмоцию в себе, пытался дышать ровно. Ведь скрывать то ему «нечего».       Всё действие происходило, надо отметь, достаточно скоротечно, а не как может показаться. Так что сразу после демонских слов Дино, сделав глубокий вдох (как спасительный был для него этот глоток воздуха, ей богу), расслаблено откинул голову назад, чуть стукнувшись о стену, и спокойным, ровным голосом ответил:       — Я не собираюсь и не хочу портить с тобой отношения из-за того, что какой-то ангел, с которым я вижусь раз в несколько недель, а говорю и того реже, просто пофлиртовал со мной, полагая, что у меня никого нет и мне нужна, — он поднял два пальца на одной руке вверх и в известный момент показал не менее известный жест, — «поддержка».       Люцифер, поглощенный его словами, внимательно слушал и всматривался в него, а под конец лишь молчал, обдумывая. Хотя, верно, он ждал и желал дальнейшего от ангела. От интереса и важности момента демон даже чуть наклонился к нему, дабы не одно слова не пропустить мимо.       — Вот вся правда, Люцифер, — так же спокойно заключил Дино, поджав губы, выжидал он теперь приговора, ждал, как вполне естественное и разумное в данной ситуации, своего разоблачения, дальнейшего гнева демона и потери его, так скоро ставшего близким и нужным, верно, уж навсегда.       Люцифер смотрел какое-то время в глаза ангелу, но заключительные слова его подействовали как стимул к действию. Однако вместо ожидаемых Дино слов, вообще любых, демон положил ладонь на его шею и, самолично поддавшись вперёд, притянул к себе и его.       «О, Шепфа!»       Дино вздрогнул от неожиданности, но также быстро и размяк в объятиях (ой каких нежданных, но ой каких нужных) демона. Его губы мягко легли на ангельские, и пусть поцелуй вышел кривым, своего очарования он не потерял. И успешно очаровал ангела, выбив из его головы все посторонние мысли. Дино буквально таял, чуть сжато отвечая на томный поцелуй Люцифера, но вторая мужская рука, уже державшая его за талию и прижимавшая к себе, не давала бедному упасть на колени.       «Как?! Как я могу ревновать его, когда он так целует?!»       Но злой голос внутри твердил, что это уловка, отвлекающий манёвр. Хотя может ли зло торжествовать тогда, когда двумя правит любовь?       Воздух закончился. Люцифер, причмокнув, оторвался от ангела и, сближая их лбы, смотрел на него чему-то радуясь и отчего-то светясь изнутри. Дино же хотелось выть.       «Шепфа, прошу тебя, не дай ему знать о моих страданиях. И уж тем более о их причине.»       Дино встретился с его взглядом и, боже мой, именно сейчас как никогда раньше эти глаза смотрели на него с такой нежностью и с таким… Доверием. Он поверил ему! Всей душой поверил! И теперь, поглаживая большим пальцем щетину на мужской челюсти, прижимал ангела к себе так мягко, но в тоже время сильно и крепко, плюя на правила.       По сути и по известным причинам их эти самые правила затронуть не должны, но, узнай кто из учителей, непременно об этом узнает и Фенцио, а это… Черевато последствиями в общем; узнай кто из учеников — два врага и самые известные парни в школе встречаются! Такая сплетня разлетится с невиданной скоростью. А там уже недалеко и Сатане узнать об этом. От такой мысли каждый раз демона передёргивало, потому их места были всегда отдаленными и безлюдными. Это сокращало их встречи, порой они не виделись несколько недель, но оба понимали важность их укрывания ото всех. Однако именно этот момент показался исключением демону, тем более они не виделись уже чуть больше земных пяти дней (для него это уже предел!).       Дино боролся с самим собой, его мысли кружили одна за одной в ангельской голове, и хотелось вернуться в то же небытие, в то же спокойствие, к тем же губам. Он потянулся к демону, дабы подарить ему свой горький поцелуй, но чувственный до дрожи в кончиках пальцев. Однако горечь перелилась и Люциферу. Хоть факт, что ангел сам потянулся к нему, когда обычно именно демон является инициатором поцелуев и более тесных обнимашек голышом, сводил его с ума, но эту самую горечь он всё же почувствовал и теперь негодовал, чтобы это могло значить? Неужели за душой у ангела есть обман или предательство ему, Люциферу?       «Нет, этого не может быть. Он бы не сделал такого… Это всё чушь собачья! У него просто проблемы с папашей-недосадистом, вот и мучается. Может даже хочет разделить со мной, именно со мной (!) эту муку. О, Шепфа…»       Всё же, отвечая не менее чувственно на поцелуй, Люций взял постепенно доминирующую роль на себя и теперь углублял его, разжигался внутри как спичка, но горел он как пламя. Демон прижал Дино лопатками к стене, продолжая обнимать его одной рукой, тогда как другой потянулся к волосам ангела. Вспомнив отца парня, Люцифер вспомнил и про осторожность поэтому, оторвавшись буквально на секунду, прислушался и сквозь частое и сильное биение сердца своего услышал лишь приветственную тишину, которой впервые в жизни был рад. Дино перевёл дыхание, а резинка на его голове под натиском демонских пальцев лопнула, не распутавшись, хоть Люцифер и старался. Русые волосы мягко упали в его ладонь. Дино, несмотря на все внутренние муки, улыбнулся этому и теперь наблюдал, сложив руки на его плечах, за демоном, который увлечённо рассматривал, казалось, каждый волос и каждый дюйм его. Пальцы медленно перебирали мягкие локоны, ласково касаясь кожи головы и приближаясь к ней ближе. Люцифер потянулся к ним и медленно вдохнул, зарывшись в них носом.       — Хорошо, что так всё разрешилось.       На это Дино смог ответить лишь тихое:       — Да.       Люцифер уткнулся носом в шею ангела и спустился чуть ниже, обжигая её горячим дыханием, но, достигнув ворота рубашки, вновь поддался вверх, жарко обжигая теперь мочку уха ангела. Сердце того больно сжалось. Дино от нахлынувших ощущений уткнулся демону в плечо, так же медленно вдохнув его родной запах. Легонько укусив мочку, Люцифер стал нежными поцелуями спускаться ниже, преждевременно свободной рукой расстегнув первую пуговицу рубашки и отвернув ворот в сторону. Тяжело выдохнув, ангел обнял его за плечи и снова откинул назад голову, теперь же открывая демону больше мест для ласковых поцелуев. Ему кружили голову, кружил и сам демон, кружили и его поцелуи, и звуки этих самых поцелуев, и его объятие и настойчивость, равнодушие к тому, что временно пустой коридор не самое лучшее место для нежностей. Но ангел вдруг вспомнил про свое преступление, и всю сказку сняло как рукой.       Ему и хотелось кричать на себя, ругать, обзывать самыми последними словами, хотелось ненавидеть, хотелось наказать. Его душа никогда так не разрывалась. Ему не хотелось покидать объятия демона, не хотелось останавливать его поцелуи — оттого это стало для него самым лучшим наказанием. И чуть ли не с протестующим против этого стоном он отрывает от себя Люцифера. Сердце стремительно ухнуло вниз.       — Что такое? — заботливо спросил демон, когда как Дино всеми силами старался придать своему взгляду привычную серьёзность, а не мученический блеск.       — Это не лучшее место… Встретимся позже.       И он ушёл. Ушёл, оставив демона в неведении, и унёс на себе его запах, вкус его губ на своих и разгорячённую кожу шеи. А также с тяжёлым сердцем в груди и с виной на душе. Это был первый раз, когда ангел ему соврал. После Дино иногда старался утешить себя мыслью, что Люцифер был первым, но понимал что вообще-то ещё ничего не доказано и ответственности за содеянное с него не снимает.       И долго ещё мучился бедный ангел, но нам, к сожалению, придётся оставить его один на один со своей проблемой. Тогда как мы побудем пока с демоном.       Бастиан (а вы подумали про Люцифера?) ещё раз взглянул в большое зеркало, пригладил блондинистые локоны, поправил темную футболку поло, к которой такого же оттенка были подобраны джинсы и кроссовки, и — обаятельный, дерзкий новоиспеченный ученик школы ангелов и демонов готов! Парень в последний раз взглянул на своё отражение, сверкнув самому себе серебристыми глазами, и вышел из передней, кабинета администрации школы. Настроение его было как никогда хорошим и весёлым.       Демон вышел из башни, и яркие лучи приветливого солнца блеснули ему в глаза, приветствуя в новом мире, месте и жизни. Свершилось невозможное, и теперь Басти знал, что он от этой возможности не отступиться никогда, будет держаться за неё крепко-крепко и не подведёт отца… Ну, не будем о серьёзном.       — Я приветствую вас, нового ученика школы ангелов и демонов Бастиан, в этом прекрасном месте и спешу вам сообщить, что совет учителей принял решение взвесить груз ответственности на меня, а именно: поручить мне, как вашему хорошему знакомому, провести вам экскурсию по самой школе и прилегающим ей зданиям.       Басти закатил глаза и не удержался от радостной улыбки на лице.       — Люцифер, прекращай. Мне этих речей с головой хватило в кабинете повыше.       Демон лишь ухмыльнулся его словам своей привычною ухмылкой, сверкая при этом глазами.       — Если серьёзно, то я не против, чтобы ты мне показал, где моя комната и классы, а всё остальное я уж сам увижу.       Люцифер согласился, и они пошли в сторону жилых комнат. Бастиан, конечно, не мог оторвать взгляда от красоты небесной природы и архитектуры, но куда больше сейчас его заинтересовало кое-что другое. Он знал, что не был тем, кто бы заставил демона так светиться изнутри, оттого юношеское любопытство толкало его наконец задать вопрос, но внутренний страх, который, скорее всего, ему никогда и ни при каких обстоятельствах не удастся побороть сковывал его по рукам и ногам. Этот страх может и стал меньше с недавних пор, но уходить не собирался.       — Спрашивай уже, — вдруг говорит демон, не глядя на него, а куда-то в сторону, будто ждал от него быстрого ответа из-за внутренней борьбы с самим собой и вместе с тем риска резко передумать.       Бастиан молчит, старается придумать вопрос более тактичный, но психует и спрашивает прямо, весёлым голосом дабы разбавить атмосферу:       — Чего такой радостный?       — А что, сильно заметно? — в ответ интересуется демон, прищурившись смотря теперь на него. Не понравился Басти этот прищур, но тушеваться не стал, а взял себя в руки довести дело до конца.       — Ты светишься как лампочка.       Почему-то его слова сильно рассмешили Люцифера, и он, улыбаясь во все идеальные тридцать два, утвердительно качает головой, одобряя сказанное. Какое-то привычное волнение, даже едкая тревога, в миг охватывает сердце парня, сжимает все внутренности и заставляет покорно улыбнуться в такт демону. Однако смех того был бархатным, таким естественным и открытым — это расслабило Бастиана, его напряжённые плечи медленно опустились вниз. А на лице заблестела привычная для красивого лица парня стеснительная улыбка.       «Нужно привыкать к такому нормальному обращению со мной и держать себя достойно иначе демоны сожрут меня с потрохами. Всё, Бастиан, начинается новая жизнь и новый ты!»       — Ты и сам знаешь причину, Басти.       — Ладно. Хорошо… Я старался придерживаться такта, но раз он не нужен… — он лукаво взглянул на демона, уголки губ которого чуть исказились в скрытой, но одобрительной улыбке, — Хочется узнать подробностей, но хватит ли для этого моего звания «сына верного прислуги в замке Сатаны»?       Поддавшись порыву опасной смеси лукавости и дерзости, Бастиан решил рискнуть, чтобы раз и навсегда расставить все точки над «и». Люцифер, прищурившись, внимательно посмотрел на него, когда как сам парень продолжал беззаботно улыбаться и смотреть куда угодно, но не в его сторону. Демон ответил лишь тогда, когда они вошли в здание школы.       — Ты отработал долг своего отца перед Сатаной и теперь получил законное право находиться здесь, в этой школе, — серьёзно проговорил Люцифер, резко сворачивая в коридор, шедший параллельно этому, дабы скрыться от ненужной в данный момент толпы демонов, при этом добавив, — Теперь только от тебя зависит какие отношения ты хочешь завести с прочими учениками и как себя поставить в их глазах.       Басти медленно кивнул, заворожённо глядя на него, понимая намёк и пытаясь рассчитать, скажем так, по «новым» законам эти слова, а не в рамках отношений «хозяин к подчинённому».       — Я понял тебя.       — А что касается подробностей, — свободно начал демон, при этом глядя вперёд и удерживая какую-то странную для взора Бастиана, непривычную и мечтательную (?) улыбку, — Мой ангелок пытался вывести меня на ревность и, надо сказать, у него это получилось, — дальше последовал краткий пересказ о том, что было чуть больше суток назад, без упоминания нежностей конечно, кои были просто названы: «Мы всё решили и мирно разошлись», — Знал бы ты, какую злость я почувствовал, когда увидел их вместе, как этот смазливый сопляк дотрагивался до моего ангела. Я и не подозревал, что способен так разозлиться за несколько жалких секунд.        « «Моего…». Ах ты собственник.»       — А ты уверен в верности ан… Дино?       Люцифер резко обернулся к нему, не по-доброму сверкнув глазами, и на лице выражая полную уверенность. Он сухо ответил:       — Да.       Басти прикусил язык, тушуясь перед опасным блеском в алых глазах. Он примирительно поднял руки и спокойно сказал:       — Я с ним не знаком, потому спросил.       Люцифер покачал головой каким-то своим мыслям и, только когда замелькал ряд дверей крыла общежития, он заговорил:       — Вот твоя дверь, — остановившись, махнул на одну из бесконечного ряда остальных, и сразу небрежно бросил, — Твой сосед по комнате покажет тебе, где находятся классы.       И быстро разворачивается, стремительно уходя прочь. Бастиан тушуется окончательно, смущение и привычного рода страх сковывает его, а сердце больно стучит о грудную клетку. Ему хочется взяться за голову и отчаянно закричать: он и часа здесь не пробыл, а уже умудрился подпортить отношения с единственным бессмертным которого здесь знал и окончательно запутаться в правилах местного социума.       «Дурак ты, Басти, вот ты кто.»       — Люцифер, — практически сразу зовёт он, демон оборачивается, уже надев свою обычную маску презрения ко всем вокруг, а Бастиан ничего путного не придумав, выпаливает жалкое, — Не зайдёшь?       Губы демона растягиваются в такой же презрительной улыбке.       — У меня дела.       Он был в пару метрах от Бастиан, который, не захотев оставаться без единственного знакомого, быстро нагнал его и пошёл рядом, кротко и с явным смущением на лице опустив голову.       — Извини, — для чего-то буркнул себе под нос Басти после недолгого молчания. В ответ лишь смешок.       «Издевается… Знает, что покорный до мозга и костей — и всё-таки издевается.»       Но вдруг, будто вспомнив что-то важное, демонёнок хмурит брови и, не отрывая взгляда от точки впереди себя — а вдруг мысль уйдёт! — продолжает ещё не забытый и далеко не оконченный диалог:       — А Дино часто так делает?       — Делает, что?       — Играет.       Игра — многозначительное слово. Но демон понял, что ему хотели сказать этим: часто ли ангел разыгрывает сцены? Насколько Люцифер его знал, этот святоша честный от мозга и костей. Может он и скрывает иногда правду, но уж точно не врёт. Хотя если вспомнить Лилу…       Сомнения едко кольнули его в сердце. На одну секунду всего лишь, но этого хватило демону, чтобы допустить одну коварную мысль и тут же её опровергнуть.       — Нет, он не любитель устраивать спектакли, — нарочито твёрдым и даже слишком уж уверенно сказал Люцифер, за что получил в свою сторону подозрительный взгляд Басти, и, почуяв его, добавил всё же больше для своего спокойствия чем для убеждения собеседника, — Ангел знает, что я ненавижу ложь.       Бастиан активно закивал, поджав губы, но потом его природное лукавство озарило юношеское лицо и, чтобы разбавить атмосферу, демон бодрым голосом проговорил:       — Ну и хорошо! А то я думал, что он захочет отомстить тебе за то, что застукал нас наедине пару дней назад. И у меня ещё, как ты сам тогда заметил, была игривая энергия после общения с той милой Непризнанной. Вот было бы неловко!       Люцифер резко остановился.       Бастиан ещё сделал пару шагов, беззаботный и веселый от своей выдумки, а после обернулся и недоуменно посмотрел на откровенно шокированного демона. Овладеваемый сомнением, Люцифер принял шутку за абсолютную правду. И теперь лишь мутным взором бесполезно оглядывал и пол, и стены, и потолок коридора, не видя ничего перед собой. Басти напрягся.       — Люцифер, ты чего?.. Это же шутка!       Демон нахмурился и медленно поднял алый взгляд на парня. Решительность, абсолютная серьёзность и зарождающаяся злость блеснули в его глазах. Бастиана передёрнуло от страха, такими огненными они были. На своей памяти ему, простому помощнику главного повара, довелось увидеть лишь раз в жизни. Такой же страшный блеск отразился и в глазах Сатаны, а потом, пару часов спустя, случилась большая ссора в замке Князя…       «Он его сын… Демон в конце концов. Это должно было когда-то случиться. Но не при таких обстоятельствах!»       — Я глупо пошутил, Люцифер, не принимать же это за чистую монету?       Демон, стоявший до этого отстранённый от реальности, снова взглянул на него и глубоким голосом с хрипотцой, за которой скрывался зарождающийся рык, сказал:       — В каждой шутке есть только доля шутки, Басти.       И он, чуть взмахнув могучими крыльями, стрелой полет по длинному коридору, раскаляя воздух, раскаляясь сам и злясь глубоко внутри. Сейчас не было ангела рядом, чтобы успокоить его, не было никого и никакой причины останавливаться. Процесс уже пошёл.       

***

             После долгой недели, наполненной тревогами, муками совести и избегания небезызвестного демона, наконец для ангела наступает решающий момент.       Сегодня был душный день и такая же ночь перед ним. Вряд ли это было погодным явлением: на небесах всегда стабильно прохладная погода; мучила совесть бедного ангела. Не буду описывать детально как, из-за чего и почему — читатель в курсе, — но скажу, что под конец тяжёлых суток он понял, что виноват и нужно идти сдаваться с поличным. Ему было страшно и больно от одной только мысли о предстоящем разговоре. Но иного пути у ангела не было.       Хорошо, что сегодня был выходной вперемешку с каким-то обязательным мероприятием для Непризнанных. Его отец был там, потому ангелу никто и ничто не мешало «отдыхать».       Была уже ночь. Звёзды приветливо мерцали на тёмном полотне неба, а ночная прохлада лёгким ветерком влетела в комнату через настежь открытую дверь на балкон. Дино, сидя в глубоком кресле, наблюдал, как вечер сменился темнотой ночи, и все его переживания ушли вместе с солнцем. Ему стало легче дышать, и думать, и вообще жить. Отчего-то, оказавшись в привычном холоде, Дино поверил в мысль, показавшуюся ещё двумя часами ранее сумасшедшей мечтой. Она стала надеждой, а потому — и маяком, способный спасти их с Люцифером. Это мысль была о понимании и прощении со стороны демона. Да, сначала они поссорятся — это естественно и без этого никак, иначе их связь бы не выжила. Но потом, Дино и сам не знал как, но начал бы с не то что нуля, а с огромного минуса восстанавливать и завоёвывать доверие Люцифера. Может быть, хотя не «может быть», а точно ангел бы подвергся бы некоторым издевательствам со стороны демона, но… И это он бы вытерпел.       «Всё будет хорошо. Мы справимся…»       В одно мгновение что-то изменилось вокруг ангела. Но что? Вот его комната, вот напротив его кресла старинный шкаф, рядом большое зеркало, а перед ним идеально убранная кровать. Здесь было только самое важное и чистота. Если бы кому-нибудь довелось побывать у ангела в комнате — он бы даже и не понял, что комната жилая: ничего в ней не говорило о проживании кого-либо здесь.       Но что-то здесь всё-таки изменилось.       Ангельский взгляд случайно упал на невесомую, белоснежную тюль, качавшуюся от дуновения ветра. Вот только сейчас она спокойно висела и даже-даже не шевелилась. Дино поднялся с места. Даже мысль, что на небесах просто успокоился ветер — тупа, как пробка. Тут что-то другое. Ангел медленно и аккуратно сделал шаг вперёд, не отрывая тревожного взгляда от тюли, будто пошуми он хоть на йоту громче — спугнёт её.       В комнате воцарилась тишина. Она была настолько оглушительна, что ангел не мог услышать биение своего сердца, не слышал своего дыхания. Ему казалось — воздух стал сухим, им было тяжело дышать. И казалось, что всё это затишье перед бурей. Он сделал ещё шаг.       Удар! Что-то большое и сильное влетело в него со всей силы со стороны окна. Дино даже сообразить ничего не успел, лишь инстинктивно зажмурился и укрывал себя руками, насколько позволяла стальная хватка. В следующую же секунду, по инерции, они врезались в шкаф. Удар пришёлся на левое плечо ангела, голову уже успел прикрыть. Дверца жалобно скрипнула, открывшись, пока в комнате раздавались только звуки тяжёлых шагов самого её хозяина и незваного гостя. После удара Дино уже взял себя в руки, собрал всю силу в себе и с её помощью пошёл в наступление: враг тянул его в сторону кровати, ангел же напротив толкал его опять в сторону шкафа — самого старого, но, как ни странно, самого крепкого из всего, что здесь было. Но занесло их чуть дальше.       С каждым шагом сопротивление врага быстро подавлялось, и ангел стремительно набирал ход, дабы удар был более увесистым. Они прошагали мимо шкафа, задев дверцу, отчего та с таким же скрипом закрылась, и уже со всей ангельской силой врезались в зеркало. Враг был сильным и равным по силе ангелу, который давно уже понял кто он. Вот только его гневная энергия ни на шутку тревожила его, потому пока они тут всё не разрушат — демон не успокоиться. Как Дино это будет восстанавливать обратно — дело второе по важности. Сейчас было главным успокоить Люцифера.       Дино оторвал от зеркала демона, который теперь защищался руками, а ангел его держал. С бордовых крыльев посыпались осколки, но всё же большие куски оставались на месте в виде кривых треугольников. В них отражались близкие друг другу души, почему-то отчаянно боровшиеся теперь друг с другом. Не успели они сделать и шага, как Люцифер резким толчком рук выбивается из крепкой хватки ангела. Тот по инерции делает пару шагов и… Нет, он не падает в кресло — такое положение равносильно проигрышу, — Дино прижимается к стене, каким-то образом попав в свободное между креслом и кроватью. Когда-то здесь стояла тумба, и, слава Шепфе! , по каким-то причинам её Фенцио решил убрать, посчитав ненужной. Хоть что-то действительно пошло ему во благо из строгих правил отца. Однако теперь ангел в тупике. Но он хотя бы может защищаться!       А нужно ли?       — Люцифер, остановись! Что ты творишь?! — в отчаянии кричит Дино, в упор глядя на демона. Тот Застывает в шаге от него.       — ОН с тобой флиртовал, говоришь… Бедняжка… Свою руку на его положить тоже сопляк заставил?!.. Кабель.       «Он знает!»       — Люцифер, давай успокоимся и поговорим. Я всё тебе объясню! — чуть ли не умоляя, просил его ангел, но демон равнодушно пропускал его слова мимо ушей. Лишь глядел, безотрывным и ненавистным взглядом, на какие только способны алые глаза.       — «Я не собираюсь и не хочу портить с тобой отношения…» — не твои слова, ангелок?..       Планы на будущее примирение ударились и потрескались также, как и стена после удара по ней демонской руки. Осталась внушительная вмятина, прямо рядом с лицом ангела.       — Ты соврал мне!       Люцифер не сдерживал себя, его злость разрослась и теперь превратилась в настоящее бешенство вспыльчивого сердца. Он сорвался на громкий и оглушительный крик, что-то крича про ложь и его ненависть к ней. Его слова эхом ударялись о серые стены комнаты возвращаясь обратно, к их невольному слушателю, который ощущал их как удары. И эти самые удары приходились по его совести и сердцу, всем своим существом желающее успокоить дорого демона. Ангелу хотелось забрать себе ту боль, что овладела Люцифером, что заставляла кричать его до хрипоты, а его глаза — гореть всеми огнями ада, самыми тёмными и самыми уничтожающими. Алые радужки темнели каждую секунду, от каждого произнесённого демоном слова — пока в конце концов не превратились в кровавую смесь со вспышками огня из бездонно-чёрного зрачка.       Чуть ли не физически Дино ощущал, что с демоном происходит что-то странное, помимо бешенства, что-то ещё злее и яростнее.       Ангел неподвижно стоял, прижимаясь к стене, но как только у Люцифера окончательно закончилось терпение и гневные слова в сторону белокрылого, он крепко схватил его за рубашку, встряхнул, не дав опомниться бедному, и кинул на кровать. Приземлившись на мягкую поверхность (раздался прощальный треск досок под матрасом), Дино перекатился в бок, упав на пол, но тем самым избежав молниеносного кулака демона, удар которого наверняка пробил всё что только возможно было пробить.       — Люцифер, ещё раз прошу тебя: давай спокойно поговорим, а потом ты также спокойно сделаешь со мной, что душе угодно. Только прошу, дай мне объясниться!       Сердце ангела разрывалось, да и сам он весь дрожал от страха и волнения. Неужели всё так и закончиться: они подерутся и Дино навсегда потеряет демона? Неужели его один единственный проступок станет точкой в их и без того хрупких отношениях? Этого просто не могло быть, это всё сон!       Люцифер на секунду остановился и спокойным, — низким и рычащим голосом, — насколько ему позволяла ситуация, ответил:       — Спокойно поговорить?! О чём же ты собираешься говорить? Как разыграл спектакль с давалкой, местного уровня, а потом стоял и нагло врал мне в лицо? — он медленно обошёл кровать ангела, приближаясь к нему и снова загоняя в угол.       На этот раз Дино этого ему не позволит.       — Об этом, милый, ты хочешь поговорить? — он остановился, пройдясь по его лицу до боли проницательным взглядом, а после продолжив, снова срываясь на крик, — Ты солгал мне, Дино! Ты был единственным кому я мог довериться, — и доверился же дурак! — единственным кому я сам верил и доверял, и что же в итоге? Ты, святоша сранный, не хуже своих циничных собратьев и — поздравляю, — не хуже даже некоторых демонов!       Люцифер делает резкий шаг вперёд, пока могучие крылья за спиной медленно и во всю длину расправлялись. Дино же пытался осмыслить: как, по сути, такая мелочь могла вывести из себя демона?       — Ты такая же тварь, как и они!       Демон делает резкий выпад к ангелу, но тот уворачивается в бок, слишком сильно, отчего стукнулся во всю ту же дверцу шкафа. Хочет бежать вперёд, но бордовые крылья с силой отбрасывают его к стене. Удар выбил весь воздух из лёгких — Дино шумно выдохнул, с опущенной головой прикрывает глаза, прислушиваясь к стуку взволнованного сердца. Люцифер подходит к нему вплотную — ангел ощущает это всем телом, — и медленно, чётко и рыча говорит:       — Не сбежишь.        «Голос будто не его…»       Дино решает, что драться с демоном в таком состоянии убийственно для них двоих и для его комнаты в придачу. Ещё и отец придёт с минуты на минуту, застукай он их вместе — объясниться, что-то придумать и как-то прикрыть демона практически невозможно, тем более тот в бешенстве и мало вероятно, что подыграет. Ведь тогда опять придётся врать. Остаётся одно.       — Прости меня, Люцифер…       Тяжёлое дыхание демона замирает, и почему-то Дино на несколько нескончаемых секунд всем телом почувствовал адский жар, обжигающий кожу. Он что-то продолжал бормотать про свою глупость, снова просил прощения, не открывая до сих пор глаз, и что-то твердил не внятное про то, что поймёт, если демон захочет порвать с ним и забыть, как страшный сон. Как вдруг через плотно сомкнутые веки ангел увидел оранжевый свет и тогда, забыв про страх прямого взгляда Люция, он поднимает голову и открывает глаза, вспомнив, что демон не говорил и даже не старался как-то прокомментировать слова ангела. Он даже не ощущал его дыхание на себе, хотя они стояли почти вплотную друг к другу.       Дино открывает глаза и видит демона…       Вместо кожи — кровавые мышцы с чёрными, почти гнилыми жилами и сосудами; на голове вместо вороних волос ряд небольших, но острых на вид рогов от висков и до затылка, обугленные на кончиках. За спиной же демона с ещё догоравшими последними бордовыми перьями были огромные крылья, туго обтянутые тонкой, из-за чего виднелись кости и мышцы, но прочной кожей. Они были расправлены, нависая над ангелом так, что комнату он свою практически не видел. С них ещё шёл дым необычайно чёрный, но не имеющий запаха.       Дино взглянул на лицо демона. Оно было такое же, как и всё тело, только на щеках у самых уголков губ (если то, что было сейчас на их месте, можно так назвать) мышечная ткань была настолько гнилой — виднелись острые желтоватые клыки. Само лицо стало в два раза худее, отчего скулы сильно выпирали и на них ярко выступали тёмно-кровавые сосуды, в которых то и дело виднелось оранжевый отблеск, протекающего по ним огня; а глаза впали. Глаза… Они налились кровью, а мелкие капилляры сверкали жёлтым светом, сами радужки слились со зрачком — такие же чёрные и бездонные они были. Его гневный взгляд вселял страх в высшей степени, самый дикий и сковывающий по рукам и ногам.       На лице ангела проступил ужас, инстинктивно он плотнее прижался к стене, будто надеялся, что такой жест может спасти его от этого. Его рот открылся в немом крике, а слова застряли глубоко внутри, еще не успев зародиться. Дино стоял в страшном шоке и не знал что ему делать, что говорить и как быть. Он ничего не знал и не думал: в голове лишь образ, стоящий в такой опасной до безумия близости, демона.       — Слова закочились?.. — Люцифер дёрнулся, будто сам испугавшись своего голоса.       Он внимательно посмотрел на выражения ужаса на лице ангела, не смел больше произнести ни слова и, уже относительно успокоившись, сделал пару шагов назад. Непонимающе глядя на Дино, он хмурился и пытался понять, что случилось? Из-за своего бешенства он и сам не почувствовал ничего необычного, но когда поравнялся с разбитым зеркалом и когда неосознанно повернул в его сторону голову, то правда жестоко ударила его всей своей сущностью.       С сотен осколков на него глядел истинный демон, истинный сын Сатаны и наследник адского престола. С зеркала проницательно и зло усмехающееся на Люцифера смотрело его истинное лицо.       — Дино…       Демон прикусил язык, имя ангела вылетело само собой, когда он снова посмотрел на него. Дино стоял всё в том же положении, еле дыша. Люцифер хотел было сделать к нему шаг, хотел успокоить ангела, но, пошевелившись, в его сторону была протянута рука, закрывающая родного бессмертного.       — Не подходи ко мне.       Люцифер открыл было рот, чтобы возразить, но вовремя отдёрнул себя. Однако, находясь в каком-то исступлении, всё же сделал шаг в сторону ангела.       — Я сказал: не подходи ко мне!       Его голос дрожал, но с каждым словом становился крепче, твёрже и громче. Дино сделал предостерегающий жест рукой, нахмурившись, не отрывая тревожного взгляда с демона, пока его грудь тяжело вздымалась и также быстро опускалась обратно. Ангел дышал через рот, громко и сбивчиво, когда как его крылья, действовавшие инстинктивно, расправились и оберегающе чуть прикрыли хозяина.       На горизонте, где-то в коридорах школы, замелькала до боли знакомая энергия, которую Дино чуть ли не чудом почувствовал, находясь в таком состоянии. Он собрался, чтобы голос его звучал как можно громче и убедительнее для демона.       — Уходи!       Люцифер отчаянно замотал головой, не желая в такой момент оставлять ангела одного, хотя сам не до конца понимал, как ему сейчас действовать. Но маленький шаг назад всё же сделал.       — Нет, Дино, я не могу оставить тебя…       — Уходи, Люцифер, уходи прочь! — громко приказывал ангел, судорожно соображая как скрыть разруху в комнате, но демон упрямился, не хотел слушаться его, и тогда ангелу пришлось пойти в контрнаступление, тихим голосом, вымученно проговорив, — Уходи, я не хочу тебя видеть… таким.       Последние слова сильно ударили демона, который всё ещё не верил в слова дорогого ангела, непонимающе смотрел на него, но когда смысл последних слов дошли до него в полной своей красе, то не стал медлить быстро развернулся и ушёл через балкон.       «Шепфа, прошу тебя, лишь бы Фенцио не почувствовал его энергию!»       Люцифер ещё раз обернулся на Дино, который беззвучно, одними губами, сказал: «Уходи, «; и взмахнул огромными крыльями, улетая в тёмный горизонт ночи. И вовремя, дверь в комнату ангела резко открылась…       

***

             Демон вернулся в замок лишь под утро и, только потому что истинное лицо всё не пропадало, не превращалось обратно, хоть он и окончательно успокоился. Подданные, все без исключения, заворожённо смотрели на него с ярким блеском уважения в глазах. Кто-то даже кланялся ему в след. Для всех жителей замка пробуждение истинного облика демона было праздником, даже Сатана вышел к нему навстречу, сказав что-то вроде: «Наконец-то, а то я устал ждать!». Все были рады, насколько могли радоваться запуганные низшие демоны, все глядели на него, не отрывая взгляда. И даже, когда Люцифер спрятался ото всех в своей комнате, он продолжал некоторое время чувствовать на себе эти слишком любопытные взгляды.       Но когда остался один, то захотел вернуться обратно.       Он лёг на прохладную поверхность своей огромной кровати, чувствуя, как все мышцы в теле начали расслабляться, он закрыл глаза. И тут-то его атаковали рой мыслей. Они были о Дино: их многочисленные встречи, как они жили до сближения и после, как придумывали различного рода конспирации, чтобы ни одна душа не догадалась об их истинных отношений. Вспомнилось, как демон не сдерживался от долгих взглядов на ангела. Но больше было как ни странно хороших моментов, поистине светлых. Губы Люцифера блаженно растянулись в улыбке. И свет его чувств, вызванных этими воспоминаниями, озарил его сердце, растёкся приятной теплотой по груди и подарил истинное спокойствие его душе. В голове одна за одной мелькали острые фразы, брошенные демоном в сторону ангела, который в долгу не оставался и отвечал той же монетой, мелькали все их близкие разговоры в пару фраз, но значительных до масштабных размеров, также вспоминались и простые приступы молчания в компании друг друга. Вспомнились и те самые обнимашки голышом, которые нормальному уму показались бы грязными и чуть ли не дикими, но Люциферу они были самыми дорогими моментами, когда во всех смыслах этой фразы они становились единым целым.       Однако вспомнились и последние события, на которые, к слову, демон уже не знал как реагировать. Они противоречили друг друга: сначала ангел устраивает спектакль с Джейком, потом эта вина в глазах и мука в лице, после Басти наталкивает на мысль, что Дино мог отомстить за вызванную им ревность. Но между Люцифером и демонёнком ничего не было? Ведь правда?       Демон садится в кровати, кладя руки на колени. Взгляд алых глаз цепляется за чёрные линии, аккуратно нарисованные на его сильных руках. Стоп, татуировки?.. Люцифер быстро встаёт, направляется к ванной, в его комнате, и быстро заглядывает в большое зеркало: всё на своих местах, всё тот же демон. Только голый, но это мелочи.       Он быстро умывается холодной водой и снова смотрит в зеркало, уперевши руки в края мраморной, викторианской эпохи раковины, и всматривается в свои глаза долго и внимательно, будто в них он сможет найти ответ на вопрос: а что же ты собираешь делать, а? Вариант оставить всё как есть, само пройдёт — даже не рассматривается. Люцифер чувствует всей своей тёмной, прогнившей насквозь душой, что не может оставить ангела одного, должен ему помочь. Демон медленно отстраняется от зеркала, чувствуя, как что-то радостное снова ярким светом заполняет его душу, не торопясь выпрямляется и ухмыляется, уже повеселевшим голосом проговорив:       — Для начала оденусь.       

***

             Болезненно разжав глаза, Дино оглядел свою комнату, идеально чистую, безликую и теперь ещё и без кресла, в котором было так удобно читать. Уснуть снова не получиться: яркое и такое противное солнце своими белыми лучами освещало комнату, не оставляя ни одного шанса темноте запрятаться в каком-нибудь углу, в том числе оно светило и ангелу прямо в глаза. Он тяжело вздохнул полной грудью, сразу же каждой клеточкой своего тела ощущая все ссадины, гематомы и возможно даже лёгкие переломы. К тому же, ужасно болела шея от неудобной позы сна на животе, она стала будто деревянной: еле поворачивалась и скрипела. Была бы воля ангела он бы, не взирая на боль, спал спокойно бы и на спине, но вот переломанные крылья ему этого не позволят.       Дино попробовал приподняться — уставшие мышцы сразу дали о себе знать, а голова, болевшая из-за шеи, загудела с новой силой от сна без отдыха. Всё было как раз направлено против ангела: отец устроил ему каждодневные наказания, он же наложил заклятие на его регенерацию, замедлив его действие в три раза. Зачем? «Чтобы не расслаблялся, «: таков был краткий ответ родителя года. Дино зажмурил глаза. Возможно, это наказание за драку с Люцифером в комнате ангела помогло ему отвлечься от мыслей о демоне. Так себе метод, но действенный — к счастью Дино. Однако от переживаний насчёт всё того же Люцифера это не спасло — Фенцио гневно поклялся, брюзжа слюной и яростно дёргая руками, что донесёт об этом Сатане, и тогда у демона, действительно, начнётся «сладкая» жизнь. Как будто до этого было по-другому. Вот теперь идут вторые… или третьи?.. сутки, как ангел сходит с ума от переживаний за Люция: один раз отец ушёл на пару часов, чего до этого за ним не было, он всегда был рядом с сыном и либо изощрённо наказывал его, либо читал нотации не менее изощрённые — тогда Дино и решил, что тот выполнил обещанное. И это слишком было похоже на правду.       Кстати, надо заметить, что ангел уже как час лежит в пустой комнате, прислушавшись, он понимает — Фенцио нет поблизости на радиусе нескольких километров. Это к лучшему. Нужно было как-то подняться, но судорога боли сводила мышцы ангела каждый раз, как он, ставя руки по бокам от груди, упирался на них и старался подняться. Ничего не выходило, каждый раз становилось тяжелее и каждый раз силы покидали его со стремительной скоростью. Снова начало клонить в сон, Дино лёг, даже не пытаясь поменять положения шеи, на прохладную подушку весь в поту, стараясь не закрывать глаза и не сдаваться, смотря на мир прищурившись. Виднелось лишь окно, залитое светом слишком яркого солнца. Он снова вспомнил демона, вспомнил все их встречи, разговоры, поцелуи… Среди тьмы и боли последних дней был лишь один действительно нужный и тёплый луч света — как ни странно, это был демон. Никогда бы Дино и представить бы не мог, что сам дьявол может стать ему надеждой, причиной открывать глаза по утрам и самым близким бессмертным. Ему хотелось извиниться перед ним, даже не надеясь на прощение. Просто извиниться за себя, дурака, и услышать, как он будет материть его с головы до ног, а после оборвёт их связь, как что-то не нужное. Хотя какова возможность, что и сейчас их ещё что-то связывает. Тайна их отношений? Их личные тайны, рассказанные друг другу? Всё.       «Нет, мне нужно… я обязан извиниться.»       Но сил, милый ангел, у тебя нет. Ты лежишь, не смея даже вздохнуть из-за всё той же боли, и стараешься уснуть, пропасть во тьме — единственном забытие для тебя. Ты так часто вспоминал демона, что тебе теперь видеться в окне его тёмный силуэт, со спины освящённые солнцем. Хотя, подождите…       — Дино? — медленно шагая, демон вошёл в комнату. Всё через тот же балкон.       Ангел дёргается, действительно поверив, что это лишь сон. Но знакомый голос был реальнее всего на свете. Дино раскрыл глаза, позабыв о сне.       — Люций? — хрипло спрашивает ангел, тот подходит ближе.       Теперь он чётко видел его лицо, как всегда непроницательное, но глаза горели совершенно иным огнём, а в глубине их сквозила тревога. Люцифер не был тем, кто славился жалостью к кому-либо, особенно к мужчине, но сейчас он сел на край кровати, рядом с ангелом, и аккуратно положил руку между лопаток. Дино еле заметно вздрогнул, стараясь ничем не выражать свою боль и усталость.       — За что? — ровно, но жёстким, будто безжизненным голосом спросил Люцифер.       Ангел понимал, про что спросил его демон, но не мог и слова сказать, рассматривая его. Именно сейчас, после всего дерьма, что случилось за этот месяц, он был красив в своём шикарном чёрном смокинге и в белой (!) шелковой рубашке, а волосы были как и всегда идеально уложены, казались такими мягкими. Были бы силы, ангел бы дотронулся до них рукой, было бы здоровье — уткнулся носом.       — Просто так, — спокойно отвечает он, на что Люцифер хмурит брови, — За нашу драку здесь.       Демон болезненно сморщился. Прекрасно зная причину наказания, он терзался мыслями о возможном более благоприятном исходе для ангела, но теперь, видя его в ужасном состоянии после этого самого наказания и услышав об этом, полностью осознал свою вину. Не сдержался, сорвался он, а огрёб за это Дино.       Люцифер отводит взгляд и сразу осматривает ангела.       — А что с регенерацией? Заклятие?       — Почти. То есть, это амулет, замедляющий восстановление.       — Ну да, амулеты по части ворчуна Фенцио, — тихо проговорил демон, быстро взглянув на Дино, который тот в свою очередь усмехнулся его словам, — Значит можно спокойно убрать. Где он, знаешь?       — Где-то в крыльях.       Люцифер перевёл взгляд на поломанные, вывернутые в неестественные стороны крылья, что доселе не замечал. Взглянув на них, демону стало больно чуть ли не физически. Но, сглотнув, Люций встал на кровать коленями, повернувшись к ангелу, и начал аккуратно перебирать белоснежные крылья. Сейчас они были жесткими, слипшимися от засохшей крови и держались из последних сил. Дино в этот момент сжал челюсти и уткнулся в подушку, чтобы заглушить вырывавшиеся наружу ругательства.       Проверив кончики, Люцифер спустился к самому их началу и там, где было больше всего крови и крылья были в странном положении, нашёлся амулет на длинной верёвке, которой, собственно, и были связанны крылья.       — Нашёл, — демон осмотрел верёвку по всей длине, думая разделаться с ней простым развязыванием, — Почему нельзя было просто повесить его тебе на шею?       Ангел хмыкнул куда-то в подушку, вспоминая момент завязывания, что теперь казался глупостью. После повернул голову в сторону демона.       — Так слишком просто, а, как ты и сам должен знать, у лучшего ученика школы не бывает ничего простого. Тем более так я амулет и при всём желании не достану.       Люцифер психует: верёвка не поддаётся ловким пальцам, а если применять силу, то тогда доламывать крылья ангелу до конца. Придётся жечь.       — Я-то знаю, как лучший ученик школы, а ты откуда? — Дино хочет ударить его по бедру, но болит рука со спиной, тогда хочет повернуться к нему и сказать что-то колкое, однако не варит голова, остаётся бедному ангелу глубоко вздохнуть и гулко закричать в подушку от своей же безпомощности; Люций ухмыляется, тихо смеясь реакции ангела, а после, успокоившись, ласково говорит, — Потерпи, сейчас будет больно.       Дино хочет что-то ответить из ряда: «Да мне не привыкать, » или «Удивил!», но ничего из этого не успевает сделать, забыв про золотое правило демона: сказал — сделал. По велению какого-то немудрёного жеста и тихой фразы на латинском маленький огонёк полыхает на верёвке по обоим сторонам амулета, теперь крепко зажатого в мужской руке, и быстро распространяется дальше, оставляя после себя практически незаметный глазу пепел. В пару секунд он добрался и туда, где были обвязаны крылья, и тогда Дино прикусил язык, ощущая жгучее пламя на свежих ранах.       Но яснее этого он ощутил тёплые пальцы демона, сжимавшие его.       Огонёк горел совсем недолго, но боль оставил после себя немалую. Люцифер садиться обратно — одну ногу свесив, а другую положив на кровать, — и разжал кулак, рассматривая фиолетовый с переливающимся розоватым оттенком амулет. Выглядело красиво, но, зная какой ужас он несёт и какой, по сути, доставил ангелу, демон уже стремился собрать все силы, в прямом смысле слова, в кулак и «раздавить к х*** собачим эту хрень», как, уже неожиданно поднявшийся, Дино его остановил:       — Не нужно, Люций. Я просто спрячу его и пускай ищет.       Ангел потянулся к амулету, лежащему на раскрытой ладони демона, и как только его пальцы коснулись его, то сразу же были схвачены в плен демонскими. Учитывая, что вторую руку он так до сих пор и не отпустил.       — Тебе помочь? Спрячешь в аду, а я покажу куда.       Это выглядело странно: дьявол (теперь уже в полном смысле этого слова), вальяжно сидевший в комнате, как известно всему миру, его врага, и ангел, сидевший на ней же на коленях, обе руки которого были протянуты к нему и зажаты в крепком плену демонских рук. Но, несмотря на всё, это было нужным сейчас как никогда.       Дино, во всю сдерживавший улыбку, вдруг вспомнил о своих намерениях.       — Люцифер, прости меня.       «Ну молодец, дурак, самое главное сказал, теперь сиди, хлопай глазами.»       Демон улыбнулся, опустив взгляд на их руки и отпустил ту, в которой был амулет, успешно переданный ангелу. Дино же тревожно и безотрывно всматривался в его лицо, будто узнай он на секунду раньше о словах демона, ему станет легче. Но тот молчал, рассматривая руку ангела в своей.       Воспользовавшись минутой молчания, Дино, забыв про свои тревоги, по-новому взглянул на Люцифера. Он слышал, что бывают случаи, когда истинное лицо у демона может проявиться далеко в юношестве, когда как обычно это случается в детстве, получив от родителей «по шее», а не желаемую сладость маленький демонёнок злился и, что называется, раскрывался. Маловероятно, что Люциферу вообще что-то сладкое давали в детстве.       Сейчас же, после проявления, дьявол предстал во всей своей красе: любой его взгляд, любое его малейшее движение пропитано неимоверный, могучей силой. Мелькнула мысль, что скоро будет ясно кто именно полноправно возьмёт титул лучшего ученика школы. Но не об этом же речь.       — Знаешь, — начал демон, всё ещё не поднимая глаза, — Мы оба хороши.       — Да, ты прав.       — И произошло, то что произошло. Нам не стоит об этом вспоминать, а если и вспоминать, то только как забавный случай.       — Хорошо, я согласен.       — А что касается вспышек ревности, — медленно начал Люцифер и посмотрел на него алыми, искрящими, родным взглядом, от которого у ангела всё сжалось внутри, — То этот вопрос мы будем решать вот здесь, — он аккуратно похлопал по кровати, Дино нервно сглотнул, только-только допустив мысль о будущих «решениях», — Это условно, конечно, но я думаю мы друг друга поняли.       — Да… да! Поняли, — растерянно ответил Дино, смотря на дьявола изумлёно и как никогда огненно, насколько позволяли голубые глаза.       «Он не зол на меня! Не зол, Шепфа!»       Люцифер лукаво ухмыльнулся и, потянувшись к ангелу, оставил лёгкий поцелуй на его губах, после прошептав у самых них:       — И начнём мы прямо сейчас, — его рука крепко обняла талию Дино, который уже полностью здоров и готов к «решению», демон же томно добавил, — А то, в этом пиджаке ужасно тесно.       «О, да! Тесно ему. Знает же, что люблю видеть на нём пиджак — всё равно надел.»       

***

             Как-то в один из солнечных и тёплых вечеров, Дино быстро шёл по коридору, направляясь в «тайное» место для «тайных» встреч. И вот вроде бы прекрасный день, ангел сегодня и сам как никогда прекрасен и идёт он на встречу к прекрасному дьяволу — вроде всё, опять же, прекрасно. Но! Из-за поворота, как будто ждала или знала, что он идёт именно тут, вышагивает Лилу, перегораживая ангелу путь. Будь коридор наполнен хоть наполовину, Дино бы её даже не заметил, но тут…       — Лилу?! — вырванный из своих мыслей и из ритма всего «прекрасного», Дино недоуменно смотрел на неё, понимая, что разговор всё же состоится. Но о чём?       — Дино, милый, успокойся для начала, — ласково проговорила своим нежным голоском Лилу, зачем-то положив руки на его плечи, не решаясь поднять на него взгляда, — Столько времени уже прошло… Даже не знаю с чего начать! Но, скажу сразу, если ты намерен вернуть прошлое, — «Чего?» — то знай, ты не один в этом. Постой, не говори ничего… Я знаю, как тебе тяжело, даже несмотря на целых три людских месяца спустя. В общем, я тоже об этом думала, милый, если ты готов, то давай попробуем всё сначала! — радостно закончила она, наконец посмотрев на в конец опешившего ангела, и так счастливо она, знаете, посмотрела на него, что глаза эти самые блестели, сверкая на закатном солнце.       Дино ещё с минуту вглядывался в эти лазурные глаза, пытаясь понять, реальность всё это или нет? Но Лилу терпеливо и выжидательно смотрела на него и, когда она положила руку на его щёку, то ангел в полной мере осознал, что да, реальность.       — Я так соскучилась…       — Постой, Лилу, о чём ты говоришь? То есть… Подожди, — Дино мысленно вернулся к последним событиям, понимая, что просто так такое предложение не поступит, — Так. Скажи мне, кто тебя надоумил, что я хочу всё вернуть, мне без тебя плохо и прочее?       Лилу тупо похлопала глазками, вытараща их на него, как на больного.       — Ну… Вообще, мне по секрету сказал об этом Джейк.       «Ах, по секрету. Вот гадёныш, суёт нос куда не просят… Получит он по этому самому носу и не только от меня.»       — Так, что ты думаешь, милый? Мы можем для начала просто быть друзьями, а потом…       — Нет, Лилу, ничего между нами больше не может быть.       — Ну как же? Ты же был таким несчастным… Мне Джейк сказал… Я ведь тоже…       «Сложно будет её переубедить.»       Дино взглянул в эти полные нежности и доверия уже давно чужие для него глаза, хозяйка которых что-то лепетала своими милыми губками. А ангел про себя отметил, не слушая её:       «Бля, всё же переиграл.»