Джефф Выстрел

      Прошёл месяц с тех пор, как Джеффу Выстрелу исполнилось двадцать два года. За это время он стал серьёзным служителем закона и получил доступ к секретным досье. Он долго перебирал страницы, пока не увидел информацию о банде «Чёрный коготь». Изображения её членов были мутными, и поэтому Джефф с трудом разглядел их. Через некоторое время ему удалось узнать некоторые сведения о Беззубом Дике и Чаке Ястребе. Изображения были блёклыми, но Джефф прекрасно помнил глаза врагов своей памяти.       Беззубый Дик, получивший своё прозвище из-за того, что у него не было трёх передних зубов, был молодым мужчиной с седыми волосами (это стало видно, когда он снял шляпу). Ростом он был невысок, с худым, со впалыми щеками, лицом. Его узкие голубые глаза были широко расставленными. Известно было, что Беззубого Дика на самом деле звали Ричард Бичер. Он родился в городе Хаммонд, штат Луизиана.       Чак Ястреб прозвище свое получил из-за длинного носа. Каштановые волосы на его голове были собраны в хвост. Глаза его были карими. Настоящее имя Чака Ястреба было Томас Уайт, но он жил под чужим именем, называя себя Чарльзом Эдкоком. Он тоже был родом из Луизианы.       В этот вечер Джефф Выстрел сидел в салуне, курил сигару и пил виски стаканами. Не так далеко от него сидела компания из четырёх человек, играющих в покер. Невольно он начал наблюдать за игрой.       – Стоун! Ты шулер! Шулер, чёрт тебя побери! – закричал один из компании.       – Я?! Да завали мурло, паршивец! – ответил Стоун.       – Сэм, это правда, – сказал другой игрок.       Джефф вздрогнул от радости. По коже его пробежал приятный мороз. Сэмом Стоуном звали Кровавого Сэма из банды «Чёрный коготь». Лицо его соответствовало блёклой фотографии – такие же острые черты лица. На руках его были перчатки, и было не видно, есть ли на руке наколка, но один факт заставил Джеффа быть уверенным, что перед ним Кровавый Сэм – на лице, от лба до щеки, красовался шрам, пересекающий глаз. «Вот момент! Уже так скоро!» – подумал Джефф и достал револьвер. Завязалась драка. Какая жалость! Джефф не смог выстрелить, и Кровавый Сэм был убит от чужого выстрела.       – Он не соблюдал правила игры в покер… – сказал убийца.       Джефф был удивлён.       – Я немного не успел, парень… – сказал он, обращаясь к тому, кто застрелил Сэма Стоуна. – А мне это нужно было, кровь из носу как нужно было. Но, видимо, ему было написано на роду…       – Чего? – удивлённо спросил картёжник. Он был слегка пьян.       – Забудь! – ответил мститель и направился к двери.       И через секунду Джеффри уже стоял на улице, освещённой фонарём. Зрачки Джеффа стали у́же и блеснули искрой безумия, он улыбнулся и сделал глубокий вдох. Затем Джефф свернул в закоулок. На душе его стало легче. Джеффа прежде всего волновала именно его вендетта. Каждый день в его мыслях были слова Фаера. «Дело чести!» – думал мститель.       Когда Джефф вернулся, в доме его, как всегда, тепло встретил Билл Пистол. Джефф был в этот вечер особенно равнодушен с виду, невероятно радостен внутри. И, может, Билл и не заметил бы этой радости, но Джеффа выдала улыбка.       – О чём думаешь? – спросил Пистол.       – Ни о чём! – грубо ответил Джефф Выстрел, но сразу же понял, что нахамил. – Прости меня, дядя Билл.       – Конечно, я тебя прощаю, Джеффри. Но всё-таки мне хотелось бы узнать, как прошёл твой день сегодня.       Билл Пистол имел большое влияние на сознание Джеффри, и поэтому приёмный сын никак не мог ему отказать ни в чём.       – Я больше не Джефф Выстрел, – ответил Джеффри, тихо смеясь. – Я Джефф-черепаха…       – Неужели ты выстрелил мимо мишени?!       – Нет, – ответил Джефф, ещё больше при этом смеясь, и в этом смехе была нота безумия.       – Я видел сегодня в салуне одного из убийц моего отца. Но я не успел отомстить. Он был застрелен в процессе игры в покер неизвестным картёжником за шулерство. Ха-ха-ха! – от радости из глаз Джеффа невольно потекли слёзы. Он был похож на сумасшедшего.       – Успокойся, прошу! Я понимаю, что тебе сладостно было это лицезреть, но, пожалуйста, остановись. Будь мужчиной!       Джефф замолчал на три минуты, но потом почувствовал, что сейчас сорвётся, и быстрыми шагами ушёл в свою комнату, где, уткнувшись в подушку, выпустил все эмоции. «Справедливость, ты существуешь и я благодарен тебе, но прошу, справедливость, позволь мне стать судьей остальных проклятых беглецов!!!» – думал он.