Жизнь наизнанку.

Птички сладко щебетали, пытаясь разбудить всё ещё спящих в будний день жителей Сеула. Яркие лучики солнца пытались пробраться в комнату, но им препятствовали широкие шторы, которые оберегали сумрак во всём номере. Чимин сладко потянулся, полностью довольный прошедшим вечером. Кинув взгляд на одинокую подушку около себя, грустно вздохнул: всё же он надеялся, что сегодняшнее утро он встретит вместе с мужем. Нос уловил легкий запах чёрного чая и бекона. Обратив внимание на тумбочку около себя, обнаружил поднос с ароматным и красивым завтраком: омлет, с боку которого лежали 2 кусочка бекона, чёрный чай, сахарница, небольшой свежий, ещё тёплый и хрустящий, круглый хлеб и маленькая глубокая тарелочка с джемом. Чимин счастливо облизнулся и принялся уплетать свой завтрак. Еда была еще тёплой, почти горячей, видимо, Юнги ушел совсем недавно. Вряд ли персонал ходит так тихо, как его альфа. Пока пережёвывал, в СМС пожелал мужу доброго утра и поблагодарил за заботу. Так и не дождавшись ответа, очистил тарелку и довольно причмокнул, приступив к джему. Вонзив зубы в уже сладкий хлеб, закатил глаза от удовольствия: клубничный- его любимый. Как только он вышел из душа, раздался звонок телефона. Звонил Тэхён. — Доброе утро, — бодро сказал омега в трубку. — Доброе. Впервые утром слышу у тебя такой счастливый голос. Расскажешь? — Ооой, Юнни вчера устроил нам такой хороший вечер. Сначала ресторан, потом театр, очень интересный кстати, потом отель. Ооох, всё такой шикарное, красивое, дорогое. Даже в джакузи посидели! Пусть он и ушёл рано, я всё равно счастлив. Он даже завтрак в постель принёс. Вкусныыый, — снова облизнулся. — Я рад за тебя, — послышалась улыбка, — я позвонил сказать, что буду занят в последние дни. — Тэхёни, главное не переусердствуй, — ласково сказал Чимин. — Конечно, не переживай. Главное- ты не грусти, хорошо? Я люблю тебя. — Я тебя тоже. * * * Чимин стоял у дверей друга, которого очень давно не навещал. Взрослый, мудрый и одновременно по-детски озорной мужчина, с которым всегда и везде будет весело- вот он, настоящий Сокджин. Дверь неловко открылась, на пороге стоял пятилетний мальчик. Он улыбнулся и, бросившись к нему в объятия, прикрикнул: — Дядя! — Привет, мой хороший, — омега подхватил ребёнка и, прижав к себе, поцеловал в щеку. — Он скучал по тебе, — в комнате появился улыбающийся Сокджин. Гамма стоял, скрестив руки. На нём были тёмные штаны, белая рубашка и тапочки. — Всё, солнце, слезь с дяди Чимина, дай и папе его обнять, — «отлепил» сына от омеги, — привет, — обнял друга. — Привет, — ответил на объятия тот. — Проходи. Только под ноги смотри- у нас только по вечерам убрано, когда дети в ночь засыпают. — Тяжело тебе с двумя детьми? — Чимин скромно вошёл в детскую, вслед за хозяином дома. — Да не особо. На полу, рядом с годовалым ребёнком сидел альфа- муж Сокджина- и тискал его, расцеловывая. — Привет, Чимин, — поздоровался он с гостем. — Привет, Намджун. — Джеха, мальчик мой сладкий, поздоровайся с дядей, — гамма взял на руки малыша и подошел к Чимину, — возьми. Омега аккуратно взял мальчика, улыбнувшись. — Привет, — сказал он, — красивый какой. На папу похож. — На которого?! — возмутился Джин. — На Намджуна. — О! А я говорил, что глаза такие же, как у тебя. Хрен разглядишь! — обратился к мужу. Чимин звонко рассмеялся, посмотрев на реакцию мужчины. — Да их просто за щеками не видно! Ты ж откормил и меня, и малыша, — возмутился альфа. — Да-да, конечно. Мы все тебе верим. Чимин тискал малыша, не обращая внимание на небольшой спор супругов. Жамкая ручки, ножки и щёчки, он издавал милые звуки, чем вызывал улыбку и смех мальчика. Пухлые щёчки последнего покрылись лёгким румянцем, он крепко-крепко сжал в ладошках ткань одежды мужчины, не желая отпускать. — Ладно, пойдёмте, попьём кофе, — сказал Сокджин, — Хэ Су, последи за братом! — Хорошо! — в комнату влетел старший ребёнок, держа в руке белый самолёт. Мужчины устроились на диване, Джин принёс кофе каждому. И начал разговор тоже он. — Ну, рассказывай. Ты беременный, да? Или стой, нет! У тебя какие-то проблемы и ты не можешь?! Нет-нет-нет! У Юнги проблемы! — Не в этом дело. У меня есть более серьёзный разговор. И мне очень нужен вам совет, — немного поник Чимин. — В таком случае не торопись, — чётко проговорил альфа. — И… Я прошу вас не осуждать меня… Мне очень тяжело. И не рассказывать Юнги. — Ох, как всё серьёзно. Ну, раз такое дело, — гамма надел очки, из-за чего стал казаться ещё старше и мудрее, — начни, как будешь готов. Мы выслушаем, не перебивая, пока ты не закончишь. — Спасибо… В общем… Чимин медленно, продумывая каждое слово, рассказал об измене и о её причинах, о его эмоциональном и физическом состоянии, о сложности выбора между двумя любимыми мужчинами. Супруги, попивая кофе, выслушивали всё, не выражая эмоций, тщательно вслушивались в каждое слово, не перебивая и не задавая вопросов. Когда омега закончил рассказ, они вздохнули и переглянулись. Сокджин пожал плечами и, встав, направился на кухню. Намджун пристально исследовал младшего, что-то пытаясь понять. Когда его муж вернулся, держа в руках тарелку, на которой пирамидой были разложены эклеры со сливочным кремом внутри, украшеные шоколадом и разноцветной посыпкой, заговорил: — Да, ситуация сложная… Единственное, что я могу сказать точно: нельзя так. Я тебя не осуждаю, все мы люди, все мы индивидуальны и понять друг друга полностью мы не можем. Но долго продолжать это метание между ними нельзя. Они оба любят тебя, а Тэхён уже несколько лет ждёт твоего решения. Я понимаю, ты боишься сделать неправильный выбор. Но так не может продолжаться долго. В конце концов, чем больше тянешь, тем вам будет тяжелее. — Чимин, послушай, если тебе так тяжело решить, — подключился гамма, — есть один очень простой способ: нужно уехать. Побыть одному, так ты поймешь, по кому больше скучаешь, кого больше хочешь увидеть. Так же и наоборот: узнаешь, кто больше нуждается в тебе. Или побудь вдали сначала от одного, потом от другого. Та же система. С Юнги ты уже давно мало видишься, о нём ты забываешь с Тэхёном. Проверь, получится ли тебе забыть Тэ, если ты будешь с мужем. — В конце концов только тебе делать выбор. Только ты можешь знать с кем тебе лучше, — заключил альфа. — Спасибо, — тихо сказал Чимин, отпив очередной раз свое кофе. — Мы толком ничего тебе не сказали, — Сокджин протянул другу один эклер. — Но вы выслушали. И не осудили. За это вам и спасибо. Гость принял лакомство и откусил. Сладкие, мягкие и сливочные, такие вкусные, будто только испечённые- такие они были на вкус. Гамма хвастался, что купил их в кондитерской неподалёку и что будет там работать, как только уйдёт с декрета. Они мило болтали, не вспоминая прошедший серьёзный разговор, до самого вечера, пока маленькому Джехе не захотелось спать. Возвращаясь домой, Чимин крутил в голове разговор с друзьями, их советы. Пусть это и мало ему помогло, всё же на душе стало легче. Он никогда не думал, что стоит просто выговориться кому-то, чтобы стало так легко. Омега решил, что по случаю всё-таки попробует воспользоваться советом Сокджина. Зайдя домой, он заметил, что на пороге стоит обувь Юнги. Зайдя в спальню, обнаружил альфу, складывающего свои вещи в чемодан, который был уже на половину заполнен.