Второй шанс

И начался хаос. Все начали говорить, за исключением Баама, который как и всегда в подобных ситуациях просто усмехался. Кун вздохнул: — Хватит. Так мы ни к чему не придем. Поднимите руку те, кто хотят проходить Лабиринт. Молча. Кроме Рака никто не поднял руку. — Окей, тогда этот выбывает. Полоса препятствий? Кроме Рака никто не поднял руку. — Ты не можешь голосовать дважды, Кроко. — Я хочу участвовать во всех! — Ага, ладно, но по времени это невозможно. Так, Захват Флага? Все подняли руку кроме Баама. — Хорошо, на основе голосования мы собираемся захватывать флаг. Баам, ты не голосовал? — Мне без разницы, — пожал он плечами. — Будет весело вне зависимости от того, что мы выберем. — Это правда. — Я хочу захватить все флаги! — выкрикнул Рак. — На этот раз должна согласиться, — сказала Андросси, приподнимая бедро и кладя на него руку. — Раз мы делаем это, то должны сделать это стильно. — О, не переживай. — Кун подал заявку и вылез из маяка, заставив его исчезнуть. — Так и планировалось с самого начала, — ухмыльнулся он. — Мы будем полностью доминировать над всеми участвующими командами. Именно так, как вы можете ожидать от меня. — Твое выражение лица пугает, Синяя Черепашка. Все кивнули, соглашаясь, а Баам просто усмехнулся: — Но это так же обнадеживает, не так ли? Именно из-за таких моментов мы и должны радоваться тому, что мы на стороне господина Куна. — Это правда, — сказал Лису. — Я рад, что ты на нашей стороне, Баам. В противном случае мы были бы полностью уничтожены. — Я говорил о господине Куне…? — Что ж, это правда, что он самый страшный человек в этой комнате, но он не был бы на нашей стороне, если бы не ты, поэтому мы должны благодарить тебя за это. — Я всего лишь второй по страшности человек в этой комнате, — прервал Кун, вспомнив инцидент с Хансунгом. — Мне кажется, Баам самый страшный. Баам просто улыбнулся, казалось бы, невинно, но Кун знал дьявола, который скрывался за этой улыбкой. — Что ты имеешь в виду? — Чем страшен Баам? — спросил Хатсу, приподняв бровь. — Вы видели, на что способен этот ребенок? Баам нахмурился: — Я не ребенок. Кун пристально посмотрел на него, но ничего не сказал. — Это правда, что Баам силен, но это не делает его пугающим, — добавила Андросси. — Да, скажешь мне это еще раз, когда увидишь, как он сражается. — Черная черепашка — моя добыча, так что это не имеет значения! Что более важно — мне скучно! Все вздохнули. — Ну, он прав, — сказала Анак. — Чем мы займемся сейчас? — Что ж, игра уже завтра, так что сегодня мы можем делать все, что захотим. — О, в таком случае мы можем выйти на улицу? — спросил Баам, его глаза засверкали. — Я хочу осмотреть город! У меня не было возможности вчера, а сегодня я пошел только в те места, где мы уже были. — Это хорошая идея. В любом случае мы будем на этом этаже минимум три месяца. Нам нужно знать, как передвигаться. Кто еще идет? Рак тут же крикнул: — Конечно я пойду! Вы никуда не пойдете без своего лидера! — Лидер я. Кроме того, ты не можешь влезать в драки, просто помни об этом. — Хмпф! — Мы с Хатсу уже вчера осмотрели город, так что можем показать вам, ребята. Я иду. — Пойдем, — сказала Андросси, — в любом случае нет идей получше. — Мы можем просто поспать? — зевнул Лауре. — Ты все равно это сделаешь. — стукнул его Хатсу. — Мы идем. — Ура! — вскинул руки вверх Баам. — Это экскурсия! Баам взволнованно побежал в спальню, сказав, что собирается взять свою куртку. — Да этот шарик солнечного света не может быть страшным. — сказал Лису, глядя на Баама. Кун просто кивнул, зная, что на его месте, он, вероятно, думал бы так же. Все собрались и вышли осматривать этаж. Ходили в разные торговые центры, тренажерные залы для спаррингов и тренировок, в другие достопримечательности, смотрели рестораны. Повсюду. К тому времени, как они вернулись, небо уже давно потемнело, но Баам сиял ярче маяка Куна. — Мы должны делать это чаще. — сказал он, наклоняясь, чтобы развязать шнурки. — Это было так весело! — Ага, — согласилась Андросси, улыбаясь множеству сумок, которые Лису нес для нее после ее похода за покупками. Все остальные просто закатили глаза, а именно Хатсу, Анак и Кун. — Что ж, мы повеселились, но завтра нас ждет большой день. Отдохните вечером. Мне нужно, чтобы все были в наилучшей форме. Мероприятие начинается в час дня, а мы выходим в десять. Чем раньше мы туда доберемся, тем лучше для нас. Мы можем обозначить территорию и расставить ловушки. Баам, могу я оставить на тебя завтрак? — Конечно! — кивнул Баам. — Спасибо. У кого-нибудь есть вопросы? Никто ничего не сказал. — Замечательно. В таком случае, увидимся утром. Все разбрелись по комнатам, и Баам был единственным, кто пожелал всем спокойной ночи. Когда они закончили свои ритуалы перед сном, Кун застал то же зрелище, что и накануне вечером: крокодил храпит, а Баам сидит на подоконнике. — Обязательно выспись как следует, хорошо? — Мгм, я так и сделаю. Не волнуйтесь. — Тебе не надоедает один и тот же вид? — Кун присоединился к Бааму, встал рядом с ним и тоже выглянул наружу. Кун не мог найти чего-либо привлекательного, но он вырос в месте с очень похожим пейзажем. Баам усмехнулся: — Дело не в виде, господин Кун, а в ощущении. — Ощущении? — Чувство свободы, — он замолчал, глядя на улицу тем отстраненным взглядом, который Кун привык презирать. — Такой вид на улицу напоминает мне, что я больше не в ловушке. Ну, мне тоже нравится смотреть на луну, — добавил он запоздало. — Луна? — Ага. — Голос Баама стал мягким. — Мне очень, очень нравится луна. Баам посмотрел на него с легкой улыбкой, нежным взглядом, и глазами, смотрящими на Куна с выражением, которое он не мог понять. Баам был единственным человеком, который когда-либо смотрел на Куна так, поэтому Агеро не мог точно сказать, что это было. Его глаза сияли куда ярче фальшивых звезд на небе, и Кун не мог с этим справиться. — Вот как? — произнес он, обращая взор к небу, чтобы избежать взгляда Баама. — Хм, должен признать, что это довольно приятный вид. Но я бы не стал смотреть постоянно. Думаю, каждому свое. Баам кивнул и усмехнулся. Кун отвернулся, чтобы пойти к своей кровати. — Ложись спать не слишком поздно. Завтра я не прощу никаких ошибок. — Да, сэр, — отсалютовал он. Кун закатил глаза, но был уверен, что Баам видел, как он борется с улыбкой. — Спокойной ночи, Баам. — Спокойной ночи, господин Кун. На следующее утро Кун вновь был благодарен Бааму за его удивительные способности. Подготовившись к новому дню, Кун вошел на кухню, где его снова встретил уже приготовленный завтрак. — Доброе утро, господин Кун. Вот ваш кофе. — Спасибо, Баам. Пойду посмотрю, не спят ли остальные. Кун постучал в каждую дверь и увидев, что обитатели не спят, ушел, чтобы проверить крокодила. Он собирался принять душ, и Кун не мог не прокомментировать: — Не слишком привыкай к воде, крокодил. — Я убью тебя, Синяя Черепашка!!! Кун засмеялся, закрыл за собой дверь и вернулся на кухню. Баам сидел за стойкой с Андросси и Хатсу. Похоже, они уже установили порядок, в котором люди будут просыпаться. После того, как все поели и собрались, они отправились к месту проведения мероприятия. Они приехали довольно рано, учитывая, что мероприятие начинается в час, а сейчас было десять тридцать, но на месте встречи уже было полно народу. Команда отправилась туда, где собирались участники, и за столом их встретил администратор. — Добро пожаловать. Как называется ваша команда? — Команда Баам. Дама что-то ввела в свой компьютер. — А сколько из вас будут участвовать? — Все восемь. Женщина кивнула: — Все участники, пожалуйста, постоянно носите на груди эту бирку. Игровая площадка спроектирована в виде леса и довольно большая. Заблудиться очень легко. Если вас не будет на последней перекличке в конце игры, Ранговые найдут вас по вашей метке. Если вы будете следовать по зеленым линиям, то попадете в зал ожидания, где вам дадут дальнейшие инструкции. Все взяли бирки и пошли по коридору с зелеными линиями. Когда они достигли комнаты в конце, их встретил Ранговый. — Добро пожаловать! Вы должно быть команда Баам, да? Проходите. Когда они вошли в комнату, их встретило множество других избранных всех форм и размеров. Хотя никто из них не выглядел особенно выделяющимся, все они явно смотрели на них сверху вниз. Кун злобно ухмыльнулся. Ему не терпелось разорвать их на части.