i love dark.

- ю лав дарк? - ессс. ай лав дарк. или если коротко о со чанбине.

господин со являлся тем самым парнем, застрявшим в эру готов, неформалов и эмо. он носил исключительно черные вещи: его, конечно же черные, штанцы позвякивали при ходьбе от количества навешанных цепей; кожанка являлась его неизменным аксессуаром даже летом, хоть и потел он под ней как сука, о чем, собственно, молчал, стараясь поддерживать образ крутого парня. в целом, поддерживать-то особо нечего. чанбин молчалив, взгляды всегда из-под челки резкие, а темная подводка и черные вещи сами за себя все говорили. его сторонились люди, а те, кто все-таки смогли подойти к нелюдимому парню, отшивались тут же парой резких фраз низким голосом. не то, чтобы бин был злодеем диснея или демоном преисподней. просто он с детства был одинок — единственный ребенок, который в песочнице давал совочком по лбу, если его не слушались. таким образом, его сторонились и в школе после пары драк, а так и до колледжа дошло. правда, уже без побоев, просто темный одинокий образ. впрочем, один друг у него-таки был. хван хенджин. вездесущая длиннорукая макаронина с желанием драматизировать любую свою эмоцию и в целом вообще не затыкать рот. чем, конечно, очень раздражал молчаливого чанбина. но были в этой дружбе и хорошие стороны. хенджин не отрывался от бина даже после его колких фраз, откровенного игнора и желания убить младшего, когда тот забывался и шутливо шлепал хена по аппетитной заднице. да и в целом часто говорил за него, вытаскивал домоседа бина на улицу и шептал на ушко об очередном человеке, который запал на со, скрашивая его серые и черные будни. поэтому чанбин милостиво позволял хенджину быть рядом с собой, о чем джин, собственно, и не спрашивал. единственное, что хван не знал о своем друге, да и в принципе никто о нем не знал, ибо это была, наверное, самая страшная и темная тайна господина со: он чертовски тащился по всему милому, обожал яркие аниме и чудесный стиль лолита. чан буквально дышал этим, втягивал носом, зарывался с головой и откровенно кайфовал. вечером, приходя домой после небольшого пивного междусобойчика с хенджином, он закрывался в комнате на ключ — пусть и жил один — доставал из-под кровати черную коробку и почти пищал от восторга, разглядывая вещи в ней. там были и вырезки милых лолей из манги и журналов, и очаровательные фотки парней-пассивов в нежных шмотках, и небольшой ошейник светло-розового цвета с бантиком, белые кружевные чулки, да и прочее подобное барахло. он обожал перебирать это все, крутить в руках, представлять их на ком-нибудь, а потом сидеть и расслабляться, ловя легкую грустинку от того, что не может этим ни с кем поделиться. не то, чтобы у господина со были проблемы с личной жизнью (были), просто его никто не цеплял настолько, чтобы захотелось остаться больше, чем на неделю. не было кого-то, с кем он разделил бы свои особые пристрастия без боязни, что его не поймут. вот так вот загадкой главного дарк бэд боя оказалась безумная любовь к нежному и розовому. и сейчас, выходя из душа после чудесного расслабления, он как раз задумывался о пополнении своей коллекции, и, стоило ему потянуться к ноутбуку, как по тихой квартире разнеслась мелодия входящего вызова, вырывая из груди со тяжкий вздох. он прекрасно знал, кто ему звонит, ибо особо-то больше и некому. и верно: на телефоне светится "драма квин" и фотка хенджина в розовой повязке на голове. трубку не хочется брать от слова совсем, но чанбин знает, что не возьми он сейчас, и ему будут звонить еще раз восемь, а потом перейдут на другие номера. честно слово, джин достанет его из-под земли, если понадобится. нехотя поднося телефон к уху и прочищая горло, почти хрипит в трубку короткое: "да?" — о, чанбинни-хен. ~ хенджин сладко растягивает слова, пока чанбин морщится, понимая, что не к добру это. — ты что-то хотел? на том конце что-то хрустит в трубке и бин понимает, что его младший снова набивает рот всякой неполезной херней. — да тут вот знаешь что.. — еще не знаю, но чую, что ничего хорошего. — да подожди ты, вредный. хенджин еще с минуту молчит, видимо, пережевывая, и бин думает, что еще немного, и он бросит трубку. но тут снова в динамике шуршат, и слышится голос младшего. — в общем, тут у одного знакомого вечеринка... — нет. — ну подожди, ты не дослушал. там будет тот самый сынмин с параллельного. из груди старшего вырывается тяжкий вздох. "тот самый сынмин" — это парень, по которому уже два месяца сохнет хенджин, не переставая при этом соглашаться на разовый секс со своим бывшим и поглядывая на короткие юбки младшекурсниц. сынмин о существовании хенджина только подозревает, а о каких-то там чувствах вообще не в курсе. поэтому, как называет это сам хенджин, "его игнорит и избегает", хотя по факту просто не замечает. — окей, он там будет. а я причем? — ну хен, сходи со мной. — зачем? — ну, одному не так страшно.. — мхм. — ты классно играешь на гитаре?.. — ты дебил? я не умею. — ладно-ладно, давай так. я куплю тебе ту цепь на штаны, около которой ты ходишь вторую неделю. — и? — и выпивка за мой счет. — вот так бы сразу, малыш. — кто еще из нас и малыш.. хенджин тихо бурчит в трубку, но чанбин-то его слышит и тихо кашляет. — так мне прийти? — да-да, хен, люблю целую, жду сегодня в восемь, скину геолокацию в смс. люблю-люблю, спасибо.. чанбин скидывает номер ,не дослушивая лестный поток в свою сторону — он знает, что хенджин не обидится. до восьми еще есть время, поэтому, недолго думая, бин залезает-таки на сайт, присматриваясь к мягким пушистым ушкам на ободке и розовым плиссированным юбкам.