On the Other Side

- Женя, привет! - Максим подошел к нашему столику в кафе. – Ксюныч, ты обалдела, четыре месяца от тебя ни слуха ни духа. - И тебе привет, СпанчБоб. - Я улыбнулась ему. - Привет-привет. Я и Женя, около часа сидим в кафе. С моего лица не сходит улыбка. Я как будто побывала на необитаемом острове. И все эти месяцы была там одна, съедаемая страхами и одиночеством. Я просто такой человек. Если что-то плохое происходит со мной, я залезаю в глубокую норку и сижу там колупаюсь в своей душе. Я миллион раз оправдывала Ирину и миллион раз обвиняла. По сути, кто я ей? Действительно, пару недель поиграли в интерес и разбежались по миру. И при этом не забыли, не сказать пока. Так все делают. Почему-то эту мысль я повесила на самое видное место в своей голове. И она иногда давит мне на мозг, и вызывает кривую усмешку. Почему ж я так быстро согласилась с этой мыслью. Наверно потому, что в школе я тоже влюблялась. И это была девочка старше меня на два года. Женя и Максим, и в то время еще Настя, школьная подруга, они знали о моей влюбленности. И Юля, так звали ту девочку, тоже знала о моих чувствах. И вспоминая сейчас, я думаю, она получала удовольствие, играясь с худенькой общительной девочкой. Тогда я была другой. Я была открыта и непоседлива. Общалась со всеми учителями на ты и знала всех в школе. Все что попадалось мне на глаза, интересовало меня. Мальчишки на улице борются, а где в этот момент я? Конечно в гуще событий. Только вот после такой одной потасовки одноклассник сделал мне подсечку. Он не сообразил, что мы стоим на льду, и я приложилась головой об лед. Юля тогда была рядом. Учителя чуть не загрызли мальчишку. - Она же сама захотела,- пропищал парень. - Что ты такое говоришь!? Ксюша, девочка, ты должен это понимать. Я тоже хотела вмешаться и заявить, что и правда хотела увидеть подсечку, только я не ожидала, что будет так больно. Мне так и не удалось вмешаться, так как голова жутко болела, и в итоге одноклассника наказали. Юля проводила меня домой. Всю дорогу она меня при обнимала. Тогда Юля была в девятом классе. И она мне говорила, что хочет уехать в другой город и там начать работать, сразу после девятого. Я ее отговаривала. И как-то мы с ней сильно поругались из-за этого. И все летние каникулы я ее не видела. Накануне первого сентября я увидела ее с ее одноклассником Андреем. А потом узнала, что она пошла в десятый класс из-за этого парня, а не потому что я ее уговаривала.  Тогда я замкнулась в себе. Не бегала больше к учителям поболтать. Не дурачилась с мальчишками. Не участвовала в приколах, наподобии: разбери парту учителя или наклони швабру так, чтобы, когда учитель зайдет, она шмякнулась на него. Единственное, что тогда меня еще интересовало, так это математика и баскетбол. Когда я видела улыбающуюся Юлю с ее парнем, я взрывалась и что-нибудь ломала. А Юля еще больше подливала масла, каждый раз, когда проходила мимо меня лучезарно улыбалась мне. Друзья пытались меня расшевелить и расспросить что случилось, почему я так сильно изменилась. Женя задумалась, а потом ушла куда-то.  На следующий день Женя пришла в школу с фингалом под глазом. Юля была не лучше. Они подрались из-за меня. Но так ничего не изменилось. Тогда я стала встречаться с тем самым мальчиком, после борьбы с которым, у меня было легкое сотрясение. Несмотря на случившее, он был клевым. Его тоже звали Андреем. Его внимание и поцелуи никаких чувств не вызывали. И все быстро улетучилось. Мы расстались. Соревнования по баскетболу я пропустила. Накануне слегла с высокой температурой. На что наша Валентина Степановна, учитель физкультуры до конца одиннадцатого класса меня корила. И моя совесть меня мучила. Но спасибо маме. Когда я поправилась, она предложила мне заняться музыкой. На что я тут же согласилась и меня прослушала мамина знакомая. И мне купили большую гитару, жутко прозвучит, но на вырост. Как покупают обувь, когда дети быстро растут. Мои пальчики длинные и худые и росла я быстро. В росте не уступала мальчишкам. Гитара спасла меня от гнева, копившегося во мне. Юля закончила одиннадцатый класс и исчезла из моей жизни. Какое-то время я встречалась с Максимом. Летом я с Женей уехала в деревню. А когда мы вернулись ближе к осени, я узнала что Юля и Андрей разбились на мотоцикле. Было больно. Я все еще ее любила. Кажется, тогда меня Настя и Женя нашли на дереве. Оставшиеся годы в школе я была нелюдимой, очень замкнутой. Похоже, теперь я быстрее оправилась. Мне хочется говорить и говорить с Женей и Максом. С Женькой мы договорились, что она меня устроит в банк на подработку летом. Максимка рассказал нам, что улетает по обмену в Америку на лето. Он учится в том же универе, только на другом факультете Информационных систем. Жизнь моя потекла размерено, без каких-то ярких событий. Хотя вру. Я переехала к маме. Последнее время она стала часто болеть и жаловаться на сердце. И теперь я снова живу в одном доме с Женькой. Наши квартиры напротив. Женька была рада и чуть не задушила меня в объятьях. Иногда, когда я гуляю или стою где-нибудь на улице, по моей спине пробегают мурашки и легкая грусть ложится на мои плечи. Правда ли, что я быстро все забыла? Похоже, что это не так, раз ее образ преследует меня во сне и наяву. Но в снах Ирина всегда рядом и нежно улыбается мне. А наяву чувство, что она стоит за моей спиной и тянет руку ко мне, преследует меня. Бывает, я резко оборачиваюсь с лихим взглядом, так что аж люди, что стояли за мной, шарахаются в сторону. Я бабайка какая-то... Ее там нет. Но я упорно оборачиваюсь, а вдруг увижу.