Давай станем семьей

      Снег валил хлопьями, но погода была не такой уж противной, было холодно, что в принципе было логично. Хотя в квартире Чуи было довольно уютно и тепло. Поздний вечер выходного дня перед праздником, Накахара не хотел устроить сам себе новый год, как это было в прошлый раз. Становилось не приятно, одиноко, и праздник не становился таким же уютным, как квартира. И не было на то причины, как думал Чуя, он просто не понимал. Сейчас можно было бы прогуляться по городу, особенно на площади, где поставили огромную елку.       — Почему бы не прогуляться на площади? — Чуя встал с кресла, шлёпая по полу босыми ногами в комнату.       Красный свитер поверх белой футболки, черные и теплые, но довольно обтягивающие брюки. В коридоре он надел темно серое пальто и обувь, желтый шарф и шапку. Спустился Накахара быстро, естественно не забыв закрыть дверь. Чуя решил пойти пешком, площадь находилась не так уж и далеко, хотя по толпам людей можно было понять, что праздник прошелся своими огнями не только по площади, голубые глаза блестели, словно у ребенка. Улыбка сама расцвела на губах, омега обожал зиму, блестящий и хрустящий снег, сам новый год, особенно когда ночью загораются фонари. Конечно минусы есть тоже, даже в какой-то степени больные, но если быть аккуратным и одеваться тепло, то можно и потерпеть.       Еще пару шагов, и вот омега с рыжими волосами оказывается на самой яркой улице город. Глаза открываются сильнее, а улыбка шире. Незабываемый вид, посередине улицы стояла огромная елка, сияла разноцветными огоньками, люди по всюду смеялись и болтали. Смех детей и даже взрослых, сзади, спереди, с боков, буквально везде. Чуя стал постепенно подходить к елке, как вдруг перед ним упала девочка.       — Эй-       — Моммо, солнышко ты в порядке? — Сердце Накахара застучало с бешеной скоростью, как только раздался голос. Осаму подбежал к дочери и поднял ее на ноги. — Из…вените, солнышко извинись перед дядей и больше не убегай, хорошо?       — Хорошо, извините сер, и ты тоже меня прости папочка. Я больше так не буду…       Накахара даже и слова не успел проронить, как Дазай унес ребенка на руках, но к сожалению, для Накахары, не с площади. Он посадил ее к себе на плечи и поднес чуть ближе к елке, та смеялась и что-то ему рассказывала. У Чую навернулись слезы, щеки покраснели, и он поспешил удалится сам, желательно, чтобы этот придурок не заметил, но по закону подлости тот заметил.       — Папочка, а он странно пах, как… Персики! — Отец спустил ее на землю и поцеловал в щеку.       — Тебе показалось, птенчик тут много людей, так что, так пахнуть может кто угодно. Не хочешь сходить в кафе, слышал там появились новые булочки, или мы можем взять торт?       — Да! Тортик, купим тортик! — Радостно захлопала девочка, прикрыв голубые глазки.       Поправив вязаную шапку, Дазай младшая взяла папу за руку, и они отправились в кафе, за самым вкусным и кремовым тортом, чтобы съесть его в новый год.

***

      Накахара пришёл домой к полуночи, завтра он отправится на корпоратив по случаю нового года, он не хочет провести этот праздник в одиночестве. Оно никогда не давило на него, так почему сейчас, неужели он скучает? Спустя то сколько лет? Не может быть такого, как же он надеется, что это временно.       — Да что же с тобой делать, а Дазай?