Кудряшки на твоём лице

***

—Я всë знаю и мне ни к чему тема этого разговора, — Ди хотел встать, но рука Чеса ухватила его за плечо и посадила на место       Мягкий диван теперь казался средневековым орудием пыток со всевозможными проверками на прочность. По спине пробежался холодок, отдающий тысячью ножами по всему телу. Братьев частенько скрытно могли допрашивать, когда у семьи начиналось застолье. Если по Хэви сразу была видна вся сущность, то Ди никогда не выдавал свои карты, всегда держа козырь в рукаве —Итак? — Ди приподнял левую бровь, скрестив руки на груди       Глэм держал дистанцию, сидя на кресле и положив руки на колени, не мигая смотря на сына. Начав разговор о «необдуманных решениях подростков, вызванных стереотипами общества» Глэм с улыбкой поглядывал то на лучшего друга, принимающего как должное сидеть в центре событий, то на сына, смотрящего исподлобья. —Пытаться выведать личную несуществующую информацию у ребëнка, чтобы потешить родительское эго, как наивно, — усмехаясь буркнул Ди, не теряющего зрительный контакт с отцом       Глэм просчитывал все ходы и не намерен был отступать от поучительной беседы о ранних связях, приплетая ещё украденный рояль, а Ди молча слушал, понимая, что его всë равно никуда не отпустят.       Тут в разговор встрял Чес, вытянутой рукой показавший другу прекратить разговор —Глэм, Ди уже взрослый малец, вспомни, какими мы были, — Чес потушил сигарету о пепельницу, стоящую на столике. —Чес! — Глэм осмотрел спокойного друга с ног до головы, на что шатен цыкнул —Ди, давай, чеши отсюда, — хиппи поднял бровь на подростка, на что тот удалился, — Тебе ещё рано знать о секстах, — Чес издал смешок вслед закрывающейся двери и с улыбкой взглянул на голубые глаза.       На телефон с глухой вибрацией пришло новое сообщение. —Ди, помнишь ту подвеску из заброшки? Я нашла одну информацию про неё       Неугомонная бестия никак не может усидеть на месте в холодный день, даже похмелье не берёт. Сжимая в руке холодный металл на серебряной цепочке, Инга лежала на пледе, расстеленном на полу и сквозь закрытую дверь слушала ругань матери. —Мне нужно много рассказать, можно я позвоню? — Инга в нетерпении сжимала телефон —Хорошо — напечатал блондин и лëг на кровать, положив руку на лоб       Через несколько секунд после ответа раздался звонок. Ди ответил на вызов и, включив громкую связь, положил телефон на грудь, закрыв глаза ладонью. —Сначала я думала это обычная безделушка, как ты и говорил, но когда почистила подвеску увидела, что это настоящее серебро —По такой идиотской причине ты мне позвонила? — промямлил Шваген—Вагенс, готовый отключиться —Стой! — отчеканила шатенка, почувствовав, что собеседник вот-вот вырубится, — Кулон весьма интересный: серебряная роза находится внутри пентаграммы, как бы прорастая из неë —Просто дизайнерское решение, — наконец ответил Ди, чтобы не уснуть —Нет! Это похоже на какую-то семейную... Печать что-ли? Может это какая-то реликвия? — карие глаза загорелись от приближающегося нового приключения —Если хочешь продать— ломбард находится на Гранатовой улице. Или же отдай в магазинчик дяди Чеса, он любит такое барахло, — Ди усмехнулся и попытался встать с кровати, держа телефон в правой руке —Ди—и—и, — протянула Браун. Шваген—Вагенс знал этот тон, это означает, что кудрявая пружина хочет втянуть его в очередную задумку. — Я хочу прогуляться с тобой до того здания       Блондин вздохнул и помассировал глаза. Стены комнаты давили на виски, а диспис поддакивающе закачал своими своими листьями. —Не буду — металист встал на ноги и выключил громкую связь, прижав телефон к уху —Шваген—Вагенс, ну пожалуйста, — протянула Браун, как обычно дети клянчат конфеты у родителей.       Долгими речами под ухом Инга уговаривала друга отчаяться на столь безумный шаг. За это время чайник на кухне металистов успел закипеть и остыть, а Ди выпил чашку нового цветочного чая и таблетку от головы. —Я под домашним арестом, — негромко пояснил Ди, прислушиваясь к разговорам из кабинета Глэма —Тогда давай в гости. Моя мать не против, а на улицу больше не отпустит. — Инга уже не знала куда себя деть, за весь свой монолог крутилась на одном месте по несколько раз, даже сейчас Браун прислонила ноги к стене и рассматривала узоры на обоях, лишь бы дождаться ответа блондина, — Давай я поговорю с твоим папой?       «Господи только её не хватало» —Нет, не надо. — отрезал Ди и чуть не выронив кружку из рук, — встретимся завтра ночью, у старого ларька.       Отключив телефон, Ди положил его в карман и молча помыл за собой кружку. Шляться из-за какой-то ерунды ночью, как остроумно. Можно было посмотреть аниме или май литл пони в конце концов, но придëтся коротать его на пару с раздражающим и радующим человеком — Ингой Браун. Надо подождать пока всë уляжется, лучше даже не попадаться на глаза. В прочем, как обычно.       Вода из крана сильной струëй лилась на руки. Из размышлений Ди вышел только когда вода со временем стала совсем ледяной, обжигая холодом пальцы. Убрав белую керамическую кружку в подвесной шкаф, Ди развернулся и направился в комнату, сбавив шаг возле лестницы, создавая как можно меньше шума —И вот я ей выдаю сексты в мажоре... — хриплый голос Чеса слышен сквозь тонкую дверь «Чëрт, опять за своë»       Ди и Хэви никогда не понимали музыкальных подколов от дяди Чеса, от которых Глэм искренне хихикал за чашкой чая на семейных вечерах. —Хэй, ну ты че опять лезешь то как приведение! — Хэви быстро развернулся на стуле и в упор глядел на брата —А что? Мешаю заливать новый пост в инсту? — усмехнулся Ди, захлопнув за собой дверь, — Лучше бы банить научился сначала, — засмеялся блондин себе под нос и сел за компьютер Щëлкая мышкой на новый плейлист, Шваген—Вагенс решил начать с «My Chemical romance». —Не забывай, что сегодня мой муз день! — прикрикнул блондин и с наслаждением стал слушать возглас мелкого       Тонкие пальцы прибавили звук на колонке и Ди, взяв небольшую книжку по психологии, улëгся на кровать, в такт песне постукивая ногтëм по книжному переплëту.

***

      Инга подняла с пола плед и бросила его на кровать. Голова немного кружилась, в груди стоял горький ком. Чтобы ненароком не потерять антиквариат, шатенка надела на себя подвеску и открыла ноутбук, чтобы вновь поискать какую-то информацию про обладателя кулона.       Дверь из комнаты как можно тише отворилась, дабы не попадаться на глаза матери. Ноги в полосатых Оранжево—чëрных носках поскользили по тëмному ламинату, чтобы не дай Бог он не заскрипел.       Величественный дубовый шкаф, стоящий возле двери в кухню, высокой громадой стоял и отбрасывал тень на проходящую в ванную юную фигуру, юркнувшую туда и бесшумно закрывшую дверь.       Блестящий белый холодильник отражал в себе кухню. Тëмный деревянный гарнитур и стеклянный стол сияли чистотой. Под глазами женщины появились синяки, волосы, по цвету напоминающих свежую пшеницу, растрепались из общей косы и спадали на глаза, мешая губкой тереть посуду.       Элодия шептала себе под нос, с грохотом разбирая чистые тарелки из раковины. В доме уже не осталось того, чего нельзя было протереть, а тревога всë не спадала. В груди стоял ком. Непослушание дочери, что раньше казалось априори не существующим, разъедало изнутри. Мать и не ожидала того, что Инга завалится в дом утром следующего дня, ни разу не предупредив о ночëвке. Материнское я утверждало: после такого никаких гуляний.       Элодия выключила кран, хлопнула дверцой ящика для посуды и села на стул, вытирая руки об фиолетовую футболку. Осталось пережить этот день.       Инга сложила руки лодочкой и набрала ледяной воды. Белая плитка в ванной была сравнима с цветом губ. Резкая головная боль отдавалась в затылке, напоминая о вчерашней пьянке. Передние пряди вымокли и прилипли к лицу.       Посмотрев на опухшее лицо в зеркало, Инга цыкнула себе под нос и подошла к ванной, включив воду и подставив голову под холодную струю.       Несколько минут простояв под холодом, Инга накрутила на голову зелёное полотенце и плюхнулась вместе с ноутбуком на кровать, накинув сверху жëлтый плед.       Страницы веб-сайтов сменялись один за другим, но не было ни одного точно такого же кулона. Инга уже отчаялась и расчитывала просто на прогулку со Шваген—Вагенсом, но на глаза попалась одна странная страничка, в самом конце списка поисковика.

«Кулон—оберег древнего семейства. Правда или миф? Что таит в себе древний амулет?»

— гласил большой заголовок, состоящий из синих букв.       Попытка не пытка, может будет что-то интересное.

«Кулон в виде защитной пентаграммы с розой мудрости по краям. Примерная дата выпуска: май, 1821 год, Шотландия.»

—Шваген—Вагенс! — прошептала Инга и потянулась к углу кровати за телефоном, дабы сделать снимок.       Посмотрев на экранное время, которое показывало 3:12, Браун оставила попытки просвещения друга и подарила ему спокойную ночь.       «Ну хоть будет, что завтра рассказать»

Следующий день

      Солнце скрылось за горизонтом, оставив холодный запах изморози, тучи охватили небо, но изливаться в виде дождя не хотели — ждали момента. Темнеет. Фонари зажигают путеводители—огни, отбрасывающие тень на очертания старого ларька, который когда-то давно продавал дешëвые безделушки.       Среди ссохшейся листвы и грязной примитивной вывески: «Ларëк» стояла худощавая фигура в чëрной куртке, с капюшоном, натянутым до носа. Браун как обычно опаздывает? Или Шваген—Вагенс как всегда пришёл на несколько минут раньше? — два из двух.       Ди стоял у развалившейся избушки уже около десяти минут, хотя заранее было обговорено прийти не раньше полуночи. Осенний ветер хлестал на неприкрытые веснусчатые щёки, обжигая холодным поцелуем.       За спиной всë громче и громче усиливались ритмичные шаги, но Ди не сразу обратил на них внимание, зарываясь вглубь куртки. —Заждался? — задыхающимся голосом под ухом спросила девушка, с прыжка обнявшая блондина со спины, сцепив руки на замëрзшей шее. —Ты опоздала, — первое, что произнес юноша, прежде чем освободиться от крепкой хватки       Инга встала перед лицом: чëрный пуховик до колен, широкие джинсы, белые ботинки, все испачканные от грязных застывших луж, и несуразные, на первый взгляд, руки в радужных перчатках, поправляющие вязаную бордовую шапку. —Нужно было прийти к полуночи— я пришла к полуночи. — Инга обиженно скрестила руки и взглянула на застывшие глаза блондина, — Пошли уже, блондиночка, усох весь, уже на изюм похож— улыбаясь, шатенка взяла металиста под руку и повела его в сторону тротуара. —Сама ты... Изюм. — буркнул Ди и поплëлся вместе с Ингой

***

      Заброшенные здания на улице Флинт. Покинутые и доживающие свой последний век. Каждое третье окно разбито, а остальные покрыты тоненькой паутиной, каменные стены осыпаются от малейшего удара, а железный каркас здания вот—вот обрушится, нужно лишь чихнуть восле него громче обычного. В ночи пятиэтажка казалась пугающим титаном, расположившимся среди своих собратьев. Даже бродячие псы старались обходить стороной эту древнюю постройку.       Фонари на улице Флинт не горели. Ди включил фонарик, осматривая более чистую тропу ко входу. Где—то внутри от ветра застучало железо и Инга непроизвольно схватила металиста за руку. Тот лишь цыкнул и со скрытой опаской повел за собой шатенку, сжимая её руку в перчатке.       Толкнув плечом шаткую дверь, подростки пошли в подъезд. Пыльный и темный, сквозняк со свистом летает по этажам, действуя на нервы. Инга молча стянула одну перчатку и включила на телефоне фонарик, вновь обхватив ледяную руку друга. —Так что ты хочешь здесь найти? Клад? — еле слышно спросил Ди, подсвечивая на двери квартир первого этажа —Хочу найти побольше про хозяев подвески, или хотя бы информацию. —Ну так и искала бы одна... — шепнул Ди, разглядывая капающий потолок —Не ругайся, а то поцелую, —с усмешкой говорит Инга, получив в ответ брезгливое шипение.       Фонарик шатенки слегка трясëтся и останавливается напротив левой двери — Вот эта дверь! Тут ещë замочная скважина почти вылезла наружу       Браун отпустила руку Шваген—Вагенса и потянула на себя массивную дверь. С треском открыв её, Инга с восхищением и страхом жестом подозвала Ди за собой, чтобы ощутить спокойствие и защиту.       Узкий коридор и несколько комнат — всë как в тот раз, но с другого ракурса. —Иди в ту дверь, а я сюда. — шатенка кивнула в сторону соседней комнаты и проводила Ди взглядом       По памяти зайдя в знакомое место, Инга огляделась и увидела те же стены, плакаты и матрас, поросший пылью. То же выбитое окно и хлам на старых полках.       На столе стояла незнакомая прямоугольная шкатулка, размером с ладонь, девушка её раньше не видела, будто кто-то подложил вещицу перед их приходом, на это указывали и свежие чистые дорожки на поверхности, среди слоя пыли. Телефон приблизился: резная шкатулка была из красного дерева, с пентаграммой посередине. Нахмурив брови, Инга расстегнула пуховик и, нащупав подвеску на шее, достала и рассмотрела её, убедившись в сходстве. Готовясь к разгадке тайны, Инга медленно подняла крышку.       Чëрное нечто стремительно проползло от внутренней стороны крышки к перчатке и руке. От испуга у Инги подкосились ноги. —Ди—и! — завопила Инга сбрасывая паука, доползшего уже до плеча       Ди уронил на пол старую книгу латинского и, позабыв о макулатуре, подорвался на источник звука. Залетев в комнату, Шваген—Вагенс засветил в лицо Инге, отпрыгнувшей от шкатулки в соседний угол       По стене полз большой мохнатый паук, чëрный, как ночь. —Ди, эта херня по мне ползла! — в испуге шатенка прижалась в холодное плечо.       Блондин хотел что-то спросить, открыл рот, при этом немигающе смотря на ползучие лапки. —Шкатулка! — заранее ответила шатенка и показала пальцем на стол —Хватай её и пошли отсюда, — тихо попросил Ди, взглянув на подозрительный шелест за окном. Браун тряслась, вжимаясь в куртку друга.       Покачав головой, Ди резко схватил шкатулку, спрятал её под куртку и повëл Ингу за собой, со смущением обхватив рукой её талию, помогая выйти за порог квартиры.       Ветер колыхал засохшие мëртвые деревья. Сухие ветки покрылись корочкой льда, серебром поблëскивая от света фонарика. —У тебя руки, как у покойника, — шепнула Инга, сжимая холодные пальцы       Покопавшись в карманах, девушка достала пару чëрных перчаток. За пару минут Инга смогла уговорить блондина «надеть их и не выëживаться» —Откуда они у тебя? — спросил Ди, натягивая тёплую перчатку —Ну ты же знаешь, что я сильно мëрзну       Заледеневшие лужи хрустели под ногами, но помимо шагов и шёпота деревьев был ещё один звук. —Ты... Думаешь о том же, о чем и я? — Ди крепко сжал телефон в руках, медленно разворачивая корпус       Блестящие глаза отразились от холодного света. Раздался лай и вой, одной собаки, который постепенно перерос в клич стаи. —Какого хрена я тебя послушал? — Ди, подгоняя, подтолкнул подругу в спину       Лёгкое дежавю появилось в головах подростков. Крутилась одна мысль: куда идти? Собак в этот раз больше, чем одна —Давай сюда! — крикнула Инга и потащила друга в дверной проём       Захлопнув дверь, Шваген—Вагенс услышал громкий скрежет когтей о дерево. —Это заброшенный склад. — Ди подошел к окну, — Вот там вдалеке трейлерный парк, а там, видишь? — пытался перевести тему друг, — Здание похоже на точилку, от него можно попасть на нашу улицу, смотри давай       Инга подошла к тонкому стеклянному окошку. Удар лап не прекращался, ещё несколько минут и дверь развалится сама. Окно разбить можно, если правильно бить, но что делать с погоней?       Браун принялась оглядывать деревянные ящики: отсюда уже все стащили, осталось лишь одно барахло. Ди подошёл и начал разглядывать каждый из них. Среди мусора и бумажек лежал старый спрей: то ли от тараканов, то ли дезодорант — этикетку выжгло время. Тряска. Баллончик на половину полон. —Нужно окно выбить! — Инга подняла тяжëлую коробку, но Ди толкнул подругу в плечо —Встань мне за спину. — Ди вытянул руку в сторону, загоняя девушку встать за ним       Стук. Хруст. Отлетела первая дверная петля. —Браун, я сказал: встань!       Инга не стала перечить и сделала шаг назад, положив ладонь на плечо друга       Ди одним движением достал из кармана зажигалку и зажëг её, вытянув другую руку, сжал баллончик, готовясь нажать на кнопку. Главное, чтоб ничего не подвело. Грохот. Стая ввалилась в узкое помещение. Щелчок, спуск, пшик. «Я люблю тебя» — напоследок прошептала шатенка, полностью положившись на юного гения       Огромное пламя охватило воздух, обжигая самым отважным псам носы. Неоново—голубой огонь отпугнул животных, наполняя склад едким запахом. Все собаки убежали прочь, лишь пара из них лаяла на неподвластное оружие. Вскоре и они, поджав опалëнные хвосты, бежали так, что могли бы оставлять искры. —Теперь и нам надо сматываться, не спи, — блондин дëрнул девушку на рукав и они проулками убежали до старого киоска, минуя грязь и тëмные участки.       Ди посмотрел на яркую круглую Луну, снимая перчатки с рук. Лунный свет отражался в блондинистом хвосте. —Давай я тебя провожу? — Инга приняла перчатки и сунула в карман, — Тебе дальше идти, я подумала, что... —Не нужно. Я люблю ходить один Подводка у левого глаза смазалась путëм азартных приключений, но это не мешало Шваген—Вагенсу выглядеть, как эльфийский король.       Блондин передал шкатулку и, попрощавшись, направился в сторону дома. Инга проводила друга взглядом и, немного постояв, подбежала и чмокнула веснусчатую холодную щёку.       Ди остановился. Внутри всë сжалось, в груди запорхали бабочки. Губы оставили горячий след на правой щеке. Дыхание сбилось, а сердце пыталось сохранить ритм.       Хихикая, Браун развернулась на пятках, но рука вернула её лицо к Шваген—Вагенсу.       Обхватив костяшками хрупкую шею, Ди закрыл глаза и впился в губы шатенки, та с мягкостью коснулась его плеча. Ветер развевал кудри подростков, бил по лицу, гнал мусор с тротуара. Фонарь мигнул от резких воздушных масс, синхронно с телефоном Ди. Вибрировал будильник, показывая 3:00 —Нужно идти, — шепнул Ди и получил поцелуй в лоб —До встречи       Подростки шли, не оглядываясь. Каждый считал шаги до дома, ведь никто не хочет получить шанс выговора родителей. Ди залезал в комнату через крышу, не причиняя лишнего шума и хлопот, а Инге пришлось всю дорогу написывать брату, должному открыть окно сестре.       Спустя 15 минут, Браун добежала до дома, тихо залезая внутрь через окно своей комнаты.       Бросив обувь и куртку под кровать, шатенка отправила брата обратно в кровать, пообещав днём рассказать о всех подробностях.       Шкатулка лежала на полке над столом, тая в себе серебряную подвеску. Фонарные лучи падали на пентаграмму и спящее лицо девушки, зарывшейся в плед, подобно кокону.

***

—Ди, сколько можно тебя звать? — Виктория гремела тарелками, пока Глэм улыбался сковородке с омлетом.       Утро выдалось холодным, из кровати не хотелось вылезать совершенно, а мышцы потрясывало мелкой дрожью. Ди приподнялся на локтях и, наспех сделав низкий хвост, даже не причесавшись, поëжился и тяжело зашагал по лестнице. Шваген—Вагенсы сели за стол. Ди подпëр голову рукой, положив локти на стол. Хэви констатировал, что брат сегодня выглядит помято и Глэм подошел к сыну ближе. —Ди, у тебя температура! — Глэм убрал руку с горячего лба, — Нужен постельный режим, выпить пару таблеток и... — Глэм открыл ящик и начал складывать упаковки лекарств в башню

***

      Инга обнимала любимую гитару. На корпусе чëрной краской были написаны названия групп. Крупным шрифтом выведена группа «Nirvana». Написаны цитаты из песен, вдохновивших шатенку в трудные периоды жизни, с двух сторон наклеены треугольные жëлтые знаки радиоактивности, а в углу — маленькая наклейка подсолнуха. Свет от экрана ноутбука отражался в глазах гитаристки, ожидающей ответа Швагенвагенса по видеозвонку.       Ди закрыл вкладку браузера, щëлкнул мышкой и ответил на звонок, обнимая плед, окутавший стул.       В груди Браун вырос ком вины — это из-за неё лучший друг сейчас сидит с насморком. Пожелав скорейшего выздоровления, Инга выгнала влетевшего в комнату Роби, девушка устроилась с гитарой перед веб-камерой. —А теперь... Песня! — Инга улыбнулась и натянула расстроенную струну. —Браун, ты хочешь добить меня окончательно? — Швагенвагенс сделал глоток горячего «Терафлю»       Шатенка не обратила внимание на фразу и, набрав в лëгкие воздух, глядела в окно на серое небо и начала перебирать струны, изредка поглядывая на лады —Над тобою сияет солнце, Разливается алкоголь. Если ты вдруг полезешь в драку — я полезу туда с тобой. Подержу золотые кудри, Вытру кровь с твоих белых щëк. Я не знаю, что с нами будет — пустим это на самотëк